Агенты «Аль-Каиды»

Катящий по идеально ровной ленте загородного шоссе роскошный джип мягко покачивался на рессорах подвески. Кондиционер гнал в салон насыщенный парами ароматизатора воздух. Из динамиков лился томный голос популярной российской певицы. На передних сиденьях застыли массивные фигуры телохранителей. Все это создавало ощущение безопасности, успокаивая расположившегося на мягком кожаном диване Мартына. Российская прокуратура, выписавшая ордер на его арест, осталась на противоположном берегу океана. А собственные ушлые адвокаты заверили Мартына, что вероятность экстрадиции равна нулю. Значит, можно забыть про прошлые дела и сосредоточиться на новых. У делового человека, строящего свой бизнес на новом месте, всегда найдется много неотложных дел.

Черный «Форд Экспедишн» въехал в район даун-таун, где располагался популярный русский ресторан «Славянский базар», названный так по аналогии с известным московским рестораном. Не так давно Мартын стал его совладельцем и считал, что настала пора сделаться его полновластным хозяином. Необходимая психологическая обработка прежнего владельца была проведена, поэтому Мартын был уверен, что партнер беспрекословно уступит ему свой пай.

В деловой части города, как всегда, полно машин. Возвышающийся над автомобильным потоком «Экспедишн» со всех сторон облепили «Форды», «Крайслеры» и «Кадиллаки». На очередном светофоре в левом ряду рядом с джипом встал белый, как айсберг, минивэн «Шевроле» с тонированными до черноты стеклами. Мартын непроизвольно скосил глаза на остановившуюся рядом машину и в этот момент вздрогнул от сильного толчка. Сзади в остановившийся «Экспедишн» врезался не успевший затормозить старый «Паккард». Хозяин джипа ругнулся сквозь зубы: машина застрахована, да и ущерб невелик. Однако приезжать на ответственные переговоры с разбитым задом, даже если это относится только к автомобилю, совершенно не годится. Значит, вместо того, чтобы по-хозяйски подъехать к самому входу, придется поставить машину на стоянку и унизительно топать оттуда до ресторана пешком. Мысли охраняющих Мартына «быков» так далеко не распространялись. Для них было ясно только одно: какой-то урод разбил шефу тачку и должен ответить за это. То, что они находились не в России, а в Америке, где приняты несколько иные меры наказания виновников ДТП, для охранников значения не имело. Они всюду действовали так, как к этому привыкли. Поэтому и данный случай не стал исключением. Плечистый водитель джипа распахнул свою дверь и ступил на мостовую. Одновременно с этим сработал центральный замок, разблокировав замки всех остальных дверей, на что привыкшие к безопасности Мартын и его охранники не обратили никакого внимания. Выбравшийся из машины водитель, демонстративно поигрывая накачанными мускулами, двинулся в сторону «Паккарда». Второй охранник остался на месте и лишь обернулся к заднему стеклу, чтобы понаблюдать, как его напарник расправится с незадачливым американским водителем. За рулем «Паккарда» оказался еще довольно молодой невыразительный мужчина с незапоминающейся внешностью. Как ни в чем не бывало, он преспокойно сидел в машине, хотя давно уже должен был сообразить, что приближение здоровяка из джипа не сулит ему ничего хорошего.

Однако, когда мартыновский охранник поравнялся с машиной обидчика, привычный сценарий расправы над лохом оказался неожиданно нарушен. Опередив «быка», протянувшего руку к двери его машины, водитель «Паккарда» сам резко распахнул ее. Он точно выбрал момент, сопоставив размеры двери и оставшееся до приближающегося противника расстояние, поэтому острый стальной край автомобильной дверцы так сильно ударил «быка» в грудь и живот, что тот, выпучив глаза от внезапной остановки дыхания и, хватая непослушными губами воздух, согнулся пополам. Водитель «Паккарда», даже не вылезая из машины, взмахнул левой рукой и рубанул ребром ладони своего противника по шее, после чего «бык», который был на полголовы выше его и по крайней мере в полтора раза тяжелее, бесчувственным кулем свалился на мостовую.

За мгновение до этого широкая бортовая дверь стоящего рядом с джипом минивэна сдвинулась в сторону, и оттуда синхронно выпрыгнули два человека в одинаковых синих ветровках и черных чулках-масках на головах. Находившиеся в джипе Мартын и его второй охранник заметили людей в черных масках, лишь когда те распахнули переднюю и заднюю двери «Экспедишна». Действуя скорее рефлекторно, чем осознанно, охранник замахнулся, чтобы впечатать свой кулак в прикрытую маской физиономию, но вместо этого задергался на своем сиденье, когда ему под мышку ткнулись оголенные контакты электроразрядника, оказавшегося в руке человека в черной маске. В отличие от своего «быка», Мартын даже не попытался оказать сопротивление. Происходящее полностью деморализовало его. Люди в черных масках словно вынырнули из его самых страшных кошмаров с участием бойцов СОБРа или ОМОНа. Мартын даже забыл о том, что находится в Америке, а люди в масках не дали ему возможности прийти в себя. Один из них мгновенно набросил на голову дальневосточному бизнесмену и криминальному авторитету черный светонепроницаемый мешок, второй выдернул его из потерявшего уют и безопасность роскошного джипа. И они уже вдвоем втолкнули онемевшего от страха Мартына в открытую дверь минивэна, после чего дверь сразу закрылась. Затолкнув пленника в свою машину, люди в масках подняли с мостовой бесчувственное тело второго охранника и бросили его на водительское сиденье джипа. Дверь минивэна еще раз отъехала в сторону, чтобы принять сделавших свое дело бойцов, и тут же снова встала на место. Едва на светофоре зажегся зеленый свет, минивэн сорвался с места и устремился вперед. Следом за ним пристроился «Паккард», выруливший из-за оставшегося на месте «Экспедишна».

Оказавшись в чужой машине между стиснувшими его с двух сторон крепкими телами, Мартын пришел в себя. А осознав, что ни СОБР, ни ОМОН не мог появиться в Америке, попытался выяснить свое положение. Он завозился на месте, пытаясь раздвинуть сжавшие его фигуры, и даже открыл рот:

– Что…

Но закончить фразу не сумел, так как в шею, сквозь ткань надетого на голову мешка, его ужалили шипы-электроды электроразрядного устройства. Кратковременный, но чрезвычайно мощный электрический импульс парализовал мозг, и наводящий ужас на конкурентов-бизнесменов Владивостока могущественный Мартын провалился в небытие…

Он пришел в себя от бьющего в нос резкого тошнотворного запаха и с отвращением закрутил головой. Обжигающая боль в шее подтвердила Мартыну, что и похищение, и разряд электрошокера не привиделись ему в кошмарном сне. Черный мешок по-прежнему находился на его голове, но окружающая обстановка разительно изменилась. Мартын почувствовал, что сидит не на автомобильном сиденье, а в вертящемся офисном или зубоврачебном кресле с высокой спинкой, при этом его руки перехвачены ремнями и прочно примотаны к подлокотникам. «Что происходит?!» Но, хорошо помня, чем закончилась его предыдущая попытка заговорить, он предпочел хранить молчание.

Заметив, что пленник пришел в себя, Эдвард Греймс убрал у него из-под носа ватку, смоченную нашатырным спиртом, и, отойдя в сторону, кивнул своему помощнику, стоящему рядом с наполненным шприцем в руках. Помощник, осуществивший со своим напарником захват «языка», без черной маски на лице походил на исполнительного конторского служащего. И только сбитые костяшки пальцев указывали на наличие у него специальных навыков рукопашного боя и силового задержания. Помощник Греймса ловко закатал пленнику рукав его рубашки и точно в вену воткнул иглу шприца. Через секунду поршень вытолкнул из шприца в кровь два кубика психотропного препарата. Еще через тридцать секунд Греймс распорядился снять мешок с головы пленника.

Привязанный к креслу человек подслеповато щурил свои глаза. Для Греймса это являлось доказательством того, что введенная ему «сыворотка правды» начала действовать. Начальник отдела тайных операций приблизил к пленнику свое лицо и, отчетливо выговаривая слова, спросил по-русски:

– Как тебя зовут?

– Ви-талий, – медленно ворочая языком, ответил тот.

– А фамилия? – задал новый вопрос Греймс.

– Мар-тынов, – последовал ответ.

Греймс удовлетворенно кивнул. И Мартын кивнул ему в ответ… У мужчины оказалось строгое лицо и голос, как у учителя или даже директора в школе. Школьные учителя были строги с Виталиком Мартыновым, но они никогда не надевали ему на голову мешок, не вытаскивали из машины и не пытали электрошокером. Мартын понял: все пережитые им ужасы остались позади. Сейчас директор школы отпустит его из своего кабинета, надо только честно ответить ему на все вопросы. Директор хочет знать: убивал ли он кого-нибудь во Владивостоке. Нет! Конечно же, нет! Заказывал, это правда. Но заказанные были плохими людьми, они мешали его бизнесу, поэтому с ними и разобрались. Захват траулера? Конечно, это сделал не он, а все те же люди, которые помогли ему избавиться от конкурентов. Знает ли он их? Только их старшего.

– Имя?! – потребовал Греймс.

– Адмирал, – тут же ответил Мартын.

Его язык больше не заплетался. Он отвечал быстро и без запинки, чтобы лишний раз не раздражать директора школы.

– Это псевдоним? – уточнил Греймс.

– Кличка, прозвище.

Греймс подал знак помощнику, и тот тут же распустил ремни, стягивающие руки пленника. Второй помощник вложил в руки шефа трубку телефона, которую Греймс протянул Мартыну:

– Позвони ему.

Мартын взял в руки телефонную трубку и без задержки набрал шесть цифр городского владивостокского номера. Греймс вырвал из его рук трубку, сбросил номер на цифровом табло и, набрав международные коды России и Владивостока, повторил набранную Мартыном цифровую комбинацию:

– Поговори с ним!

Трубка вновь оказалась в руках Мартына. Он долго слушал протяжные гудки. Потом ему наконец ответили. И знакомый голос нетерпеливо спросил:

– Да?

На пленке соединенного с телефонной базой магнитофона записалось первое слово.

– Привет, Адмирал, – ответил Мартын, как привык общаться со своим специалистом по крови.

– О-о, эмигрант! – восторженно воскликнул собеседник. – Давно не виделись! Ты откуда звонишь?!

– Из школы, – признался Мартын.

– Из какой школы?! Ты чего несешь?!

– Из Штатов, – шепотом подсказал Греймс, и Мартын послушно повторил его слова.

– А-а, ты в этом смысле, – оценил юмор собеседника Адмирал. – Так какие у тебя проблемы? Или соскучился, в гости хочешь пригласить? – хохотнул исполнитель острых акций, продемонстрировав, что и ему не чуждо чувство юмора.

Мартын вопросительно уставился на Греймса, так как не понимал, для чего директор школы заставил его позвонить Адмиралу. Но директор вновь пришел ему на помощь.

– Одному моему знакомому потребовалась помощь, как раз по твоей специальности, – вслед за Греймсом повторил Мартын.

– В Штатах? – уточнил Адмирал, и магнитофон зафиксировал деловой тон его вопроса.

– Нет, в России, – повторив слова Греймса, ответил Мартын. – У него сложное поручение, но и платит он хорошо.

– Что ж, – с притворным безразличием произнес Адмирал. – Пусть приезжает, обсудим его проблемку. Может, чем и подсобим. На эту трубу больше не звони. У нее батарейки сдохли, считай, что я ее уже выбросил. Когда твой знакомый приедет, пусть скажет Алику в «Медузе», что от тебя, и оставит номер своего телефона. Я сам с ним свяжусь. Уяснил?

После одобрительного кивка Греймса Мартын ответил утвердительно.

– Тогда все. Бывай. Как-нибудь позвоню, поболтаем. – Адмирал отключился.

По знаку Греймса один из его помощников выключил подсоединенный к телефону магнитофон. После чего помощники, уже вдвоем, подняли из кресла по-прежнему находящегося под действием психотропного препарата Мартына и вновь надели на его голову мешок. Нажав кнопку на стене, Греймс открыл автоматические двери, его сотрудники выволокли на улицу пленника и вновь запихнули его в салон минивэна. Один из помощников тоже забрался в машину, а второй вернулся назад, чтобы забрать шприц и подлежащую учету использованную ампулу.

– Управились за пять минут, – начальник отдела тайных операций одобрительно взглянул на своего сотрудника и, обведя взглядом помещение пустого склада, служившего конспиративной квартирой для кратковременных операций ЦРУ, приказал: – Подчистить здесь все! Снимаемся!

– А этого куда? – помощник кивнул головой на стоящий у склада минивэн с пленником.

– Вколите ему ЛСД и подбросьте в какой-нибудь дешевый бордель, – распорядился Греймс. – Когда очухается под боком у какой-нибудь негритянской шлюхи, ни за что не вспомнит, что с ним произошло. А для своих еще сочинит какую-нибудь героическую историю о том, как он мастерски сбежал от похитителей… Только не переборщите с дозировкой, а то загнется, – предупредил помощника полковник. – Он может нам еще пригодиться.

– Сэр! – На лице задавшего свой вопрос сотрудника появилось удивление. – Если вы не собирались зачищать русского, то не проще было завербовать его, пригрозив экстрадицией?

Начальник отдела тайных операций улыбнулся. Именно такие моменты он больше всего любил в своей работе, позволяющие ощутить свое превосходство над остальными сотрудниками.

– В отличие от «сыворотки правды», вербовка, построенная на шантаже, не дает гарантии достоверности сообщенной завербованным агентом информации, – начал Греймс свое объяснение. – Потому что шантажируемый человек говорит то, что ему в данный момент выгодно. И его слова зачастую не имеют ничего общего с действительностью. Шантажом можно заставить человека совершить некое, чаще всего одноразовое действие. Но я бы никогда не стал полагаться на изложенную им информацию. Нам же требовалась стопроцентная достоверность сведений! К тому же, обмен сведениями между агентом и его разработчиком всегда двусторонний. Сообщив нам сведения о своих оставшихся в России бойцах, этот русский мафиози сообразил бы, что мы интересуемся ими. С учетом того, как мы собираемся их в дальнейшем использовать, русского пришлось бы однозначно зачищать. А он, как я уже сказал, может нам еще пригодиться. Все ясно? – Греймс поднял на подчиненного вопросительный взгляд.

– Так точно, сэр! – отчеканил тот.

– Тогда займись делом!

– Да, сэр!

Помощник сноровисто упаковал в металлический пенал использованный шприц вместе с пустой ампулой и отсоединил от телефона магнитофон, из которого Греймс предварительно вынул кассету с записью разговора Мартына с таинственным Адмиралом.

Примечания