Компаньон для Люцифера

10

Нужно ли говорить, что домой я возвращалась в приподнятом настроении? И дело было совсем не в двух бокалах вина, которое мы с Фаиной все таки выпили за ужином.

Люцифер после прогулки немного поел и снова сбежал в кабинет, но вышел меня провожать, когда приехало такси. А я напоследок потрепала его по голове и заметила как кончик его огненно рыжего хвоста немного дернулся из стороны в сторону – еще одна маленькая победа. И тут, что называется, поперло. Словно сверху включили зеленый свет для моей скромной персоны. Сперва телефон тренькнул эсэмэской от Ксюхи – наш неприступный «афганец» позвонил и пригласил ее в кино. Сам. И на моем лице поселилась такая широкая улыбка, что даже таксист невольно стал улыбаться. Еще бы он смог представить каким сайгаком сейчас скачет Оксанка по квартире… Уж кому-кому, а мне не нужно объяснять, что ее счастью не предела, но все же скрестила пальцы, на всякий пожарный. Во второй части сообщения Ксюха просила не волноваться, если она не будет ночевать дома.

– Ой, Пашка, прощайся с вольной жизнью, – тихонько шепчу я и улыбаюсь еще шире.

Ксю похожего звонка ждала столько, что чуть-ли не протерла телефон до дыр, проверяя были ли пропущенные звонки. А теперь, раз сам позвонил, отхватит Пашка по полной. Смех смехом, но этот микрошажок навстречу она заметила, оценила и сделала правильные выводы. Уж упорства и терпения дожать Полунина Ксюхе хватит. Да и время сейчас просто как по заказу – лето, тепло и, что самое главное, каникулы. Никаких отвлекающих факторов.

А потом мне позвонил Левка. И тоже сам. Видимо, сегодня на календаре Всемирный день долгожданных и правильных звонков.

– Привет, клевое платье, – Левка оценивающе скользнул взглядом по моим ромашкам, а вернее по тем участкам кожи, которые были не прикрыты лепестками вязанных цветов.

– Спасибо. Это мне? – я, словно в ответ, смотрю на букет жёлтых лилий, который Левка держит в руке.

– А. Ну да. Что-то я совсем… – он смеётся и тянет цветы. – Немного не угадал. Надо было ромашек нарвать. Как раз мимо клумбы с ними проходил.

– Ещё чего не хватало. Для тебя одного что-ли их там садили?

– Да ладно тебе, я шучу, – Левка ухмыляется так, что только дураку не понятно – сорвал бы и даже не подумал. И тут же резко меняет тему. – Как там у тебя с собаками? Может мне поспрашивать у знакомых?

– Спасибо, пока не надо. Может попозже. Я сегодня первый день ездила в «Сосновое». Там за ретривером надо присмотреть…

– Ого! Не хило! – Левка кивает в сторону аллеи, и я делаю шаг, взяв его за руку. – Ты смотри, если все круто сложится, то может зацепишься за это «Сосновое». Там и бабки другие и раскрутишься быстрее. Единственное – закидоны богатеньких Буратин терпеть придется. Они там нас за людей не считают.

– А вот тут ты не прав! – я даже подпрыгиваю и начинаю идти спиной вперёд, – Допустим, Фаина. Она нормальная женщина. Без закидонов, как ты говоришь. Абсолютно! Мы с ней даже вино пили. Понял?

– А эта Фаина кто? Хозяйка дома?

– Не. Она вроде как кухарка и…

– Вот и все. С этого и надо было начинать, – Левка обрывает меня на полуслове и довольно улыбается, – Одно дело хозяева, а другое – прислуга.

– Спасибо, Лева, опустил грамотно. Даже не подкопаешься.

– Да никого я не опускал. Просто, Алис, там совсем другая жизнь, другие ценности. Да, вообще, все другое, – Лева оттягивает меня в сторону, чтобы я не влетела спиной в фонарь, – Осторожнее.

– А мне кажется, что те же люди.

– Ну да. Только мы на них пашем, а они нас за говно держат…

– Уровень плинтуса достигнут! – смеюсь и разворачиваюсь по ходу движения. – Сперва прислуга, а теперь уже… Ой, а пошли покачаемся?

Лишь краем глаза я заметила качели, а внутри уже проснулось какое-то малое дитя, которому до смерти надо было покачаться перед тем как идти куда-то дальше. И вот уже надо мной противно поскрипывает трущийся друг о друга метал, а Левка едва сдерживается, чтобы не заржать в голос. Раскачал посильнее и стоит рядом, смотрит.

– Как у тебя с дипломом? – спрашиваю больше для того, чтобы прозрачно намекнуть на истинную причину игнора.

– Отдал на проверку, – он ловит сидюльку качели и резко толкает вперёд.

Я взлетаю ещё выше, скрип становится пронзительнее, а вот Левке уже явно не хочется веселиться. Он неопределенно пожимает плечами и я озвучиваю его мысли:

– Думаешь не пройдет?

– А хрен его знает. Я новые расчеты добавил, экономическую составляющую пересчитал, и теперь выходит, что нифига не выгодно. Если только совсем копейки.

– А она должна быть? – я только крепче вцепляюсь в блестящие, отполированные детскими ладошками, трубы, когда Левка снова начинает меня раскачивать.

– Наверное, – он хмурит брови, видимо что-то обдумывая или вспоминая. – Вот надо было ему резервную вкорячивать…

– У тебя когда защита?

– Через неделю. Если с проверкой прокатит.

– А перенести никак?

– Не. Я уже и так в последней группе иду, – Левка носком кроссовка вдавливает в песок камушек, а потом нагребает небольшой холмик. – Просто с научником не повезло. Ильченко Максу всю расчетную часть от предыдущих выпусков выдала. Вот это я понимаю – нормальный руководитель по диплому. А у меня…

– Зато сам написал! – я спрыгиваю с качели и достаю из рюкзака влажные салфетки.

– До защиты когда не допустят, так и скажу. Ты как маленькая. Это тебе не реферат написать и даже не курсач. Если сейчас защититься не смогу, то потом уже только через год! Понимаешь?

– Молодец! Снова у нас Лева взрослый, а Алиса малолетка, – я завожусь с пол оборота и, бросив скомканную салфетку в урну, смотрю Левке в глаза. – Знаешь, а мне кажется, что сейчас ты ведешь себя как ребенок. У тебя все вокруг виноваты. Научник нагрузил и заставил сделать диплом сильнее, другому помогли, а тебе нет. Хочешь, я тебе шоколадку куплю, чтобы ты перестал стонать и жаловаться?

– Алиса…

– А что Алиса? Ну что? – я закидываю лямки рюкзака на плечо и показываю пальцем на цветы. – Спасибо, но я не возьму.

– Алиса… Ну хватит… – Левка сейчас совсем не похож на себя.

Весь как-то растерялся и топчется на месте, не решаясь что-либо сделать. И стоять на месте не стоит, и подойти не решается. Видимо мой взгляд стопорит его похлеще строгого ошейника. А мне самой страшно представить, что я вытворю, если он хотя бы прикоснется ко мне.

– Двадцать один год уже как Алиса. Не восемнадцать, не пятнадцать и не двенадцать. Двадцать один! – я печатаю каждое слово настолько отчетливо, что когда второй раз произношу свой возраст, едва ли не чувствую себя старше Левки. – Я не маленькая девочка и общаться со мной так не позволю! Когда в твоей голове это устаканится, вот тогда я возьму и цветы, и пойду с тобой на свидание. Не прошвырнуться по городу, а именно на свидание. Достаточно понятно?

Левка кивает в ответ, и я разворачиваюсь, чтобы пойти домой. Буквально отойдя на пару метров, он догоняет меня и рывком разворачивает к себе:

– Алиса… Я все понял… – быстро выдает Левка и впивается мне в губы поцелуем.

Секунда, вторая, третья… А потом моя коленка резко врезается ему в пах.

– Позвони, когда поймешь правильно! – зло выдыхаю я и чуть ли не пулей бегу в сторону дома.

Лишь когда я захлопнула за собой дверь, лихорадочно закрыла на все замки и накинула цепочку, щупальца липкого страха выпустили мое сердце. Привалилась к стене спиной и посмотрела на свои дрожащие пальцы. Скачат так, что можно отбивать морзянку или играть на пианино, а внутри полный трешняк. Мало того, что отчитала Левку, как мальчишку, так еще и по яйцам влупила… Совсем с катушек видимо поехала. Кое-как выковыряв второй раз за вечер салфетки, долго оттирала губы, словно пыталась стереть само упоминание об этом поцелуе. Было в нем что-то такое противное и липкое, что совсем не укладывалось в моей голове с проявлением нежности. Попытка таким образом показать мою взрослость и Левкину решительность? Возможно она бы и удалась в другой день, но чем все это обернулось сегодня? Я почти забаррикадировалась в квартире и в стотысячный раз тру губы, а Лева… Ну не тот способ он выбрал. Не тот! И если Ксюха спала и видела, чтобы Полунин сделал что-то хотя бы отдаленно похожее, то мне это было не нужно. Ну не то! Совсем не то!

– Мудак! – зло выплевываю я в тишину квартиры и подскакиваю от громкого грохота за стеной кухни. – Придурки! Купите вы уже шкаф для свои кастрюль!

Единственный минус у нашей квартиры – это долбанутые на голову соседи. За все время, пока мы тут живем, я их видела от силы раза два, но даже этого мне хватило. Странная парочка с какими-то радиоактивными тараканами-переростками в башке. То следят за всеми во дворе, выглядывая через щёлочку между плотно задернутых штор, то мебель таскают из угла в угол, то роняют кастрюли, словно не могут поделить стену, чтобы подслушивать вдвоем. Почему-то мне казалось, что они именно подслушивают, а потом стучат владельцу квартиры о каждом нашем вздохе. Вот только дядька нас не отчитывал, даже наоборот, предупредил, что у соседей с кукушкой все не очень хорошо. Вернее, все очень плохо. Одним словом – психи. И поэтому цена аренды была ощутимо ниже, но один фиг вдвоем тяжеловато.

– Давайте, позвоните и расскажите, что одна вернулась домой вечером! – почти кричу я и шебуршение за стенкой мгновенно стихает.

Действительно, лучшая защита от такой назойливости – наглое нападение. Пусть знают, что я знаю. Их закидонов мне только не хватает до полного счастья. А в рюкзаке начинает трезвонить телефон. И это окончательно выбешивает меня.

– Ну! Что ты хочешь мне еще сказать? – зло выдаю я в трубку, – Достаточно получить по яйцам, чтобы начать думать? Так?

Сперва я слушаю тишину в ответ, а потом раздается негромкий смех:

– Добрый вечер, Алиса. Это Ярослав.

Голос мужчины действует на меня, как разряд электрического тока. Я вздрагиваю от неожиданности и телефон летит у меня из рук на пол.

– Ой! Одну секундочку! Всего одну секундочку! – быстро тараторю я, поднимая мобильный.

И поднеся его к уху шумно выдыхаю, чтобы вернуть себе хоть капельку спокойствия.

– Вдохните, медленно досчитайте до пяти и потом выдыхайте, – подсказывает Ярослав, и я почему-то делаю так, как он сказал.

– Здравствуйте, Ярослав. Извините, что я тут так…

– Это вы должны меня извинить за поздний звонок. Думал, что освобожусь раньше. Как там мой Люцифер?

– Все хорошо. Шов дважды обработала, края розовые, не горячие. Сходили погулять до дуба, почитали. Поел только не очень.

– Это не может не радовать, – мне кажется, что сейчас Ярослав улыбается. – А что читаете, если не секрет?

– «Незнайку на Луне», мне ее Люцифер показал, – отвечаю я и теперь точно уверена – на том конце трубки улыбаются.

– Сам показал?

– Да. Я его спросила и он показал.

– Это хорошо, – Ярослав несколько секунд молчит, а потом спрашивает, – Алиса, вы ничего не имеете против, если я периодически буду звонить, чтобы узнать как там дела у Люцифера? Примерно в это время. Вам будет удобно?

– Да, – киваю я. – Если хотите, то я могу вам каждый день его фотографировать, чтобы вы видели его состояние.

– Ну это я думаю уже лишнее. Ограничусь звонками. Тогда не смею вас задерживать. Приятного вечера, Алиса.

– До свидания, Ярослав.

Трындец!!! Я смотрю на свои руки и не верю – дрожащие буквально пару минут назад пальцы абсолютно неподвижны, словно мне вкололи лошадиную дозу успокоительного. А в голове эхом раздается: «Приятного вечера, Алиса.»

11

– Алиска, ну не надо! Алиска, не дури!

– Ксю, так надо. И вам удобнее будет, – я обнимаю ревущую Ксюху еще раз и поднимаю с пола небольшую сумку со своими вещами. – Я в выходные приеду. И не дай бог Полунин до этого времени тебя не поцелует!

– Дура!

– Наверное.

Ксюха шмыгает носом и спускается за мной в одном халатике и тапочках по лестнице с рюкзаком юного собаковода. Отдает его таксисту и снова лезет обниматься:

– Позвони, как доедешь.

– А ты кончай реветь.

– Все, не реву, – она вытирает ладошкой слезы. – Я в субботу вечером всех позову.

– Хорошо.

Я крепко обнимаю ее напоследок и сажусь в такси. Это решение зрело во мне пять дней и окончательно сформировалось вчера вечером. Я переезжала на оставшееся время к Люциферу. Ретривер каждый день провожал меня, когда приезжало такси, а позавчера вышел встречать. В первый раз. Стоял на крыльце и размахивал хвостом, пока я поднималась по ступенькам.

А вообще, мне просто захотелось немного сменить обстановку и по достоинству оценить приготовленную комнату. Но, если уж совсем честно, то главной причиной был Левка. В городе я чувствовала себя как на раскаленной сковородке. Сперва злилась на него, потом на себя, а вчера щелкнуло окончательно – мне нужен перерыв. Пусть он спокойно сдает свой такой взрослый диплом, думая что я по-детски сбежала от него к собаке. Если бы Левка не обрывал телефон целыми днями и не назвал Люцифера тупой псиной, может и не бомбануло так, но он произнес это вслух, и я психанула. Может быть он и считал себя старше и умнее, но обозвать ретривера тупым… Уж где-где, а тут Левка однозначно переборщил. Мало того, что решил скатиться до оскорблений собаки, так еще и унизил мою работу. Мою!

А вот Люцифер так не считал. За пять дней мы с ним прочитали больше половины книги, и, стоило мне только сказать: « Идем читать», ретривер сам бежал к небольшой сумке, в которую Фаина складывала плед и какие-нибудь фрукты для меня. В тени дуба мы с Люцифером устраивали себе импровизированный пикник – я расстилала плед на траве, ложилась на живот, а рыжий хитрюга устраивался рядышком под боком. И сегодня я хотела еще немного побродить по территории, чтобы посильнее нагулять аппетит у собаки. Зря что-ли взяла все игрушки? Пусть побегает. Тем более повязку мы уже сняли и просто два раза в день обрабатывали небольшой шов.

Но каково же было мое удивление, когда за воротами я увидела сидящего на дорожке Люцифера. Он меня ждал. И вышел встречать. Однозначно, собаки гораздо лучше и честнее людей.

– Остановитесь, пожалуйста, – прошу я водителя и открыв двери зову, – Люцифер, ко мне.

Ретривер с довольной мордой и летающим во все стороны хвостом неторопливо подходит к автомобилю и запрыгивает внутрь.

– Привет, мой хороший.

– Рвавав, – мокрый нос тычется мне в щеку.

– Я тоже соскучилась, – говорю ему и чешу за ухом. – Как настроение?

– Гав!

– Ух! Ты меня сегодня радуешь.

– Рваварваррр.

– Погуляем сегодня подольше?

– Гав-гав!

– Умница!

– Простите, а как вы его понимаете? – спрашивает водитель, останавливая машину около лестницы.

– Обыкновенно, – улыбаюсь я в ответ. – Тут ведь ничего сложного. Правда, Люцифер?

– Гав!

Мне кажется, что Фаина только рада моему решению. И пока мы с ней раскладывали по полкам шкафа вещи из сумки, а потом обрабатывали Люцифера, она улыбается так широко, что я даже жалею, что не решила остаться здесь с самого первого дня.

– Хоть будет с кем вечером поболтать. А ты выспишься на свежем воздухе, – говорит Фаина и выглянув в окно заботливо добавляет, – Гулять пойдете, голову прикрой чем-нибудь. Солнце шпарить начинает.

– Фаина, а можно я позагораю? – спрашиваю я.

– Большей глупости не слышала, – усмехается она. – Конечно можно. Только не перебарщивай. И в два обед.

– Хорошо.

Все это время Люцифер молча лежал на кровати и сквозь полудрему следил за тем как я достаю купальник, парео и шляпку. Рыжий хвост начинает тихонько постукивать по покрывалу, а стоило мне переодеться, замирает, словно ретривер ждет, что же еще я придумаю лишь бы оттянуть прогулку.

– Ни капли терпения, да? – спрашиваю его и строго смотрю в его глаза, – А я помню, как ты меня лабиринтами водил по дому. Было такое?

Люцифер виновато отворачивает морду и недовольно ворчит. Ругается на меня засранец.

– Ну что? Пойдем читать? – негромко говорю я.

И начинаю смеяться от того как пес соскакивает с кровати и подбежав к дверям оборачивается.

– Да иду я.

А солнце действительно решило сегодня включиться на максимум. Я даже боюсь высунуть нос за пределы тени и немного позагорать. Да и вообще под дубом царит какое-то умиротворение – листья тихонько шуршат над головой, отвечая легкому ветерку, гуляющему в кроне дерева, вокруг аккуратный и нереально ровный ежик изумрудно зеленого газона, а под боком дремлет Люцифер. Он приоткрывает один глаз, когда я достаю из сумки банан, подползает немного вперед и косится то на меня, то на банан в моей руке.

– Хочешь кусочек? – спрашиваю и чувствую, как по ноге начинает биться хвост. – Держи.

Сперва мы пополам съедаем банан, потом яблоко и напоследок персик. Люцифер только довольно облизывается и пристально смотрит на сумку, мол доставай, что там у тебя еще вкусненького осталось.

– А больше ничего нет, – смеюсь я, показывая пустую сумку.

Ретривер вздыхает, поднимается на лапы и немного потоптавшись по пледу плюхается обратно, а я переворачиваюсь на спину.

– Хорошо у вас тут. Спокойно, – щурюсь, когда через листву пробивается лучик солнца и бьет прямо в глаза.

Люцифер приподнимает голову, всматривается вдаль и ворочается, устраиваясь поудобнее. Опустив голову мне на живот, как на подушку, он согласно выдыхает и снова проваливается в полудрему. Лишь изредка дергает ушами, прислушиваясь к окружающим звукам. Интересный пес. Я неторопливо почесываю ему загривок, медленно проникаясь этим царящим вокруг спокойствием. Словно какие-то человечки в моей голове неожиданно решили устроить генеральную уборку и расставляют все мысли по своим местам и полочкам. Они работают так споро и тщательно, что даже реакция на поцелуй Левки теперь становится абсолютно понятной – мне с ним банально не интересно. И дальше простого общения пускать его я не хочу. Просто до этого момента, все было неясно, а теперь осенило. Это не тот человек, которого я бы хотела видеть рядом с собой. Даже Пашка или тот же Ромка гораздо прикольнее. У них есть свои закидоны – Пашка так вообще одна сплошная заморочка, – но рядом с ними как-то комфортно что-ли. И кажется, что стоит полежать так ещё пару часов, мир откроет мне все свои тайны и замыслы – невидимые человечки в голове закончат свою работу и я, как Ньютон, открою всемирный закон какого-то человеческого притяжения, выраженный одной понятной и логичной формулой. Вот только Левка в нее никак не вписывается. Вообще никак. Или, как сказал бы Иван Петрович: « Подстановка этого значения только доказывает, что данный вариант не вариант.» А вот Полунин и Ксюха совсем другое дело. У них все сходится.

– Забавно, – улыбаюсь я, – Осталось только понять каким должен быть мой вариант. Да, Люцифер?

А ретривер только приоткрывает глаза и широко зевает в ответ. Счастливое создание. Чего нельзя сказать обо мне. Особенно после того, как я вернулась в дом и обнаружила больше тридцати пропущенных звонков от Левки. Кажется, он решил взять меня измором и названивал каждые десять минут. Глупее поступка не придумаешь, и мысль, что Левка явно не вписывается в мое уравнение, моментально переросла в аксиому, не требующую доказательств. Меня откровенно взбесило такое наглое и беспардонное названивание – ну если раз трубку не взяли, то на кой черт долбить постоянно? Очень взрослое поведение. И перезванивать я точно не собиралась. Может быть и позвонила бы узнать, что ему нужно, но теперь… Гуляем мимо, Лева. Единственное, что сделала – написала ему эсэмэс: «Не звони.» Вот так коротко и без объяснения причин – мальчик вроде бы умный (по крайней мере сам себя таким считает) и значит поймет. Не понял. Телефон снова стал разрываться от звонков. Словно двумя словами я ему выписала индульгенцию. Или инсинуацию… Короче, отпущение всех грехов ему не светило при любом раскладе. Я девочка взрослая. И без внимания Левы жилось совсем не плохо, может даже гораздо лучше. По крайней мере от вида трезвонящего мобильника меня не кидало в ярость. Но звонки не прекращались ни на минуту, и капля за каплей чашечка терпения переполнилась.

– Лева! Задолбал! – выоралась я, нажимая кнопку ответа. – Настолько задолбал, что ты себе даже не представляешь как!

– Алиса, давай поговорим!

– Не собираюсь! Мы все уже обговорили. Не звони мне больше!

Я давлю на кнопку отбоя и с каким-то наслаждением заношу Левкин номер в черный список.

12

Если бы можно было научиться перещелкивать свое настроение, то я не сидела бы за столом и не ковыряла вилкой лазанью. Аппетит улетучился куда-то далеко и помахал на прощанье ладошкой. Спасибо, Лева, даже тут умудрился подгадить. Мудак, одним словом.

– Ох, не нравится мне твое настроение, Алиса, – Фаина только качает головой, глядя на мою тарелку. – Пойдем-ка прогуляемся немного.

– Не хочется.

– Без не хочется, – женщина поднимается из-за стола, – Давай, поднимайся. Покажу тебе то, что сразу настроение вернет.

– Вряд-ли…

– Ну вот заодно и проверим, – Фаина подходит к холодильнику и, переложив что-то в плотный непрозрачный пакет, произносит. – Люцифер, пошли в гости Алису отведем.

И то как пёс сорвался со своего места заинтриговало меня больше всего. Примерно так же он реагировал на книгу, а тут гости непонятные, ещё пакет странный, а у ретривера будто шило в заднице появилось. Поскуливает, носится по кухне от стола к дверям и обратно и смотрит на меня так, словно я своим сидением на стуле лишаю его чего-то очень интересного.

– А без меня никак? – спрашиваю я. – Если честно, то сейчас по гостям ну никакого желания нет ходить.

– Ну да… Спорим, тебя потом оттуда не вытащить будет? – Фаина загадочно улыбается, и мне уже самой становится интересно.

Не то чтобы очень, но я встаю и иду следом за женщиной.