Необыкновенные приключения обыкновенного подкаблучника, или Почему овцы ходят за козлами

Глава 3. Только решивший задачу узнает, в чём ошибался

- Я не ошибусь, назвав решаемые нами задачи в рамках этого проекта не самыми простыми, - неспешно произнёсший негромким голосом эту фразу человек кому-то из сторонних наблюдателей напомнил бы, возможно, ценимого в школе учителя, удручённо зачитывающего своему классу неутешительные результаты итоговой контрольной работы по математике.

Однако, посторонних глаз здесь нет и быть не может: всё здание было тщательно, с применением самого современного профессионального оборудования и пары опытных служебных собак обследовано с целью убедиться в отсутствии посторонних глаз и ушей и гарантированно исключить какую-либо несанкционированную видео-фиксацию или аудиозапись происходящего.

- Но и более чем щедрой мотивации позавидовать могли бы куда более результативно справляющиеся со своей работой оперативники спецслужб некоторых вполне успешных в вопросах защиты своих интересов государств, - продолжил он вновь, выдержав многозначительную паузу.

- Э… кхм… - раздалось вдруг в полной тишине. Кто-то, похоже, выразил желание то ли возразить, то ли оправдаться.

- Говорите, - милостиво разрешил обладатель внушающего своей особого рода негромкостью непроизвольное почтение голоса.

- Кхм… - снова откашлялся наиболее решительный из слушающих, - но… в этот раз ведь мы имеем дело не с какими-то там успешными благодаря нам в неких своих местного масштаба конфликтах с соседними племенами туземцами… кхм…

- А с кем же вы имеете дело, поплачьтесь мне, мой друг? – вопросил человек, чей голос стал уже не столь негромким.

- Кхм… с теми, кому вы практически объявили войну нашими руками…

- Это кому же?!

- По меньшей мере четырём конкурирующим за контроль в этой сфере спецслужбам амбициозных государств с претензиями на своё представительство в мировом правительстве… и бросили нас в пекло этого противостояния слепыми котятами, лишёнными даже малейшего намёка на понимание сложившейся ситуации…

- Я никого и не держу. Особенно скулящих, подобно щенкам, взрослых, здоровых, хорошо вооружённых и натренированных нами бойцов. Вы знали, на что шли. Вы знали, что вам платят за риск. Вы приняли осознанное решение и подписали контракт собственной кровью. Не я за вас его подписывал. Более того, я лично проследил, чтобы вы все прошли проверку на трезвость и отсутствие в анализах значимых доз наркотиков перед его подписанием.

В рядах слушающей этот диалог аудитории тишину сменил ропот. Поначалу тихий, как шелест ветра.

- Кхм… мы не только на трезвость и наркотики проверку проходили… хотелось бы знать, зачем?

- Вы о том анализе… хм… биологических… э… факторов? – Тут уже шеф взял паузу.

Ему будто наяву явилось разъярённое лицо медсестры, привлечённой для проведения только что упомянутого и довольно непривычного для его обычного контингента анализа.

«Вы что здесь устроили?! Я должна брать анализ спермы у роты этих голодных мордоворотов?! Я всякое видела, но такое! Да большая часть из них меня глазами изнасиловала ещё до начала процедуры!» - невероятно громко, но не очень искренне негодовала дама средних лет, вызывающе дыша ему в лицо большим комком мятной жвачки.

«Разве анализ не сдаётся ими поодиночке, в отдельных кабинках, наедине с журналом известной наполненности?»

«Да, но там, в коридоре, пока они ждут своей очереди! Там такой… как бы Вам сказать… энергетика, в общем».

«Вы меня порадовали. Ещё не начался анализ, а нам с Вами уже известна ориентация более чем половины из моих рекрутов. Ещё раз напоминаю, что анализируемые биоматериалы не должны утилизироваться. Всё должно быть аккуратно сохранено в криоконтейнере. Вы инструкцию изучили? Всё! Даже колбы, мензурки, салфетки. Это понятно?

«Но… зачем? Если нужно определить их ориентацию, разве не логичнее…»

«Таков приказ. Следуя ему, я руководствуюсь сутью отданного мне распоряжения, а не соображениями о логичности того или иного действия тех, кто, в свою очередь, получает приказы уже от меня. Соответственно, Вы либо выполняете моё поручение, либо нарушаете ранее взятое на себя обязательство со всеми вытекающими. Довершите дело, как должно, и сегодня в виде премии Вы получите от меня Ваше обычное месячное жалованье в донорском центре в двойном размере, - улыбнулся он ей в ответ. - Разумеется, операция секретная, поэтому наличными. Упоминать о премии запрещено. Даже в налоговой».

«Так бы сразу и сказали, босс! - выпрямилась по стойке смирно дама. – Так Вам что, надо не просто натуралов от остальных отделить, но и всю их… материалы сохранить? Поняла, будет сделано. Ах, если бы не это требование Вашего начальства, босс, да я бы их и без анализов Вам по полочкам разложила! У меня глаз, знаете, какой опытный? В день десятки через меня проходят. В смысле, не совсем через меня, а в донорском центре… ну Вы поняли, что я имею в виду».

«Конечно. Но мне нужны научно и документально подтверждённые, тщательно законсервированные в криокамере данные, леди. Время идёт».

«Уже бегу, босс! Щас всё сделаем! А ну, котятки, кто тут жеребец, хвостики свои подняли и помахали! Кто смел и раньше успел, тому приз - особый пузырёк и самый заводной журнальчик лично от меня! Опоздавшим – уж простите, что останется», - целеустремлённой торпедой метнулась дама из кабинета, на ходу приводя уверенными чёткими движениями причёску и всю остальную свою амуницию в максимальную боеготовность.

Прокрутив перед глазами эту сцену месячной давности, человек с внешностью школьного учителя не смог сдержать улыбки. И ведь правда, справилась за час.

- Да, эти анализы мы тоже взяли. Собственно, анализ был сделан по требованию наших яйцеголо… нашего Научного Департамента. Там работают спецы в своём деле не меньшие, чем вы – в своём. Кто-то что-то имеет сказать о НД?

Шелест ветра в зале на пару секунд притих, потом вновь начал набирать громкость…

- Они, повторяю, в том, что касается решаемых ими задач, нам с вами в профессионализме не уступают. Кстати, кое-что из имеющейся у нас амуниции и оружия уникально благодаря именно им. На то они и яйцеголовые. От себя лично гарантирую, что никакой дискриминации на основании полученных данных я не допущу. Что-то ещё? – постарался он убрать улыбку, которая отчаянно сопротивлялась и возвращалась на его лицо, как только перед глазами вставала та медсестра.

- Вы говорите, мы хорошо вооружены?.. Достаточно ли хорошо для открытого противостояния членам и ядерного, и неизвестно каких ещё клубов?

- Хватит бредить! Какого открытого противостояния? Расскажи эти свои страшные сны своей мамочке, сынок! А потом сходите с ней вдвоём к психоаналитику, он тебе по карману – я тебе достаточно плачу!

Шелест ветра превратился в рокот приближающейся грозы. Ощутимо запахло озоном.

- Если мы все пойдём туда, куда Вы нас послали, босс, кто тогда будет решать поставленные Вами задачи? – отчётливо выделился вдруг из окружающей взволнованной разноголосицы уже другой, заметно более молодой, но не менее рассудительный голос.

- А вот это уже вопрос не от обделавшегося мальчишки, а от мужчины, говорящего по делу. Я слушаю ваши предложения.

- Кто я такой, чтобы говорить что-то от лица всех? – ответил скромно всё тот же голос, - я могу лишь пораскинуть между нами вслух своими незамысловатыми мозгами. Хотите?

Вопрос, повиснув в воздухе, заставил разноголосицу в ожидании ответа утихнуть.

- Валяй, не стесняйся, - спустя считаные секунды, в ответ ободряюще прозвучал голос босса.

- Я тут вспомнил уроки математики в школе… большинство из которых я, если честно, прогулял, - продолжил тот, вызвав кое-где в аудитории понимающий смешок.

- И?

- И мне подумалось, что… раз уж так получилось, что текущий счёт четыре – один не в нашу пользу, то… и наше привычное жалованье будет выглядеть более справедливым, если и его умножить на то же число.

- А-ха-ха, малыш! А ты мне нравишься! Ты хотя бы сопли не жуёшь и не ходишь вокруг да около.

Аудитория вновь заинтересованно притихла.

- Да будет так! Я увеличиваю жалование всем вам, парни, в четыре раза! С этого самого момента!

Ровно пять секунд потребовалось слушающим на то, чтобы понять услышанное, потрясённо переглянуться, расслабить одни лицевые мышцы и напрячь другие. Запах озона, только что ощущавшийся всеми присутствующими, мгновенно улетучился.

- И вы меня не подведите! За каждый промах я спрошу тоже четверократно!

Спустя четверть часа загородный спортивный клуб, негласно арендованный для проведения некого закрытого мероприятия, о характере которого не знали даже его владельцы, оживлённо загудел.

Будучи превращённым в тщательно охраняемый снаружи подвергающимися регулярной асинхронной ротации тройками бойцов, зал превратился в место оживлённой дегустации многочисленных сортов качественного пива[1]из различных уголков планеты.

Празднество сопровождалось изобилием сочно шипящих стейков и барбекю, разнокалиберных колбас, сыров, балыков, полупрозрачных ломтиков сыровяленой свинины и говядины, ведёрками и вазами, полными моллюсков, наделённых раковинами и обделённых ими же, ракообразных всевозможных размеров и цветов, прочих даров суши и моря и других соответствующих ситуации немудрёных мужских изысков без малейшего намёка на генно-модифицированную сою, низкопробное пальмовое масло, трансжиры и маргарины, нитраты, фосфаты, фальсификаторы[2]вкуса и прочее ненаказуемое почему-то кое-где на этой планете жульничество.

- Возможно, стоит приподнять этих двоих, - провожая ломтиком хамона из задней ноги той самой, особенной, черноногой хрюшки[3]очередной глоток из объёмной глиняной кружки, негромко делился человек, которого тут называли боссом, со своей правой рукой – неприметным мужчиной сухощавого телосложения, чей незапоминающийся облик будет сложно восстановить в памяти спустя даже четверть часа после встречи с ним лицом к лицу.

- Насколько приподнять? – уточнил последний.

- А ты как думаешь?

- Думаю, не очень высоко, чтобы не мотивировать остальных слишком бойко высовываться.

- Разумно. Завтра, кстати, буду отчитываться Там. Обрадую о нынешних изменениях в смете.

- Ни пуха.

- К чёрту. Итак, кого куда предлагаешь?

- Второго, молодого, можно назначить контролёром в группу, ответственную за поиск Артефактов в Зоне Дельта. Там как раз нужны люди, быстро соображающие и знающие цену звону монет.

- Думаешь, справится?

- Думаю, это сейчас как раз не самое главное. Важно его отсюда убрать. На повышение, так сказать. Там же как раз это место стало вакантным пару минут назад.

- В каком смысле? – встрепенулся недоумённо босс, - у нас что, прямо сейчас имеют место потери в командном составе?! По какой причине я не в курсе?!

- Почему сразу потери, босс? Тут другого рода вакансия… - замешкался его доверенный помощник, наклонившись и начиная собирать с пола содержимое неловким движением его начальника только что опрокинутого блюда с жареными на гриле и всё ещё продолжающими аппетитно шкворчать белыми баварскими колбасками, аккомпанируемыми парой дюжин томно зарумянившихся ломтиков болгарского перца, небольшого размера мясистыми грушевидными томатами с лопнувшей местами от жара углей шкуркой и половинками несущих на себе тёмные полоски от прутьев гриля застенчиво съёжившихся шампиньонов.

- Если не потери, тогда как образовалась вакансия? – продолжил удивляться босс, демократично сползший с мягкого кресла вслед за своим помощником собирать, внутренне кряхтя, разбросанную по полу его нечаянным движением еду.

Ни один из них не обратил внимания на едва заметную тень, мелькнувшую над их головами в свете мощных потолочных светильников.

- Её минуту назад занимал специалист, назначенный Вами только что кандидатом на повышение. Которому, думаю, стоит поручить возглавить Третью поисковую экспедицию.

- Третью экспедицию? Тому нытику?

- Именно. Там придётся к месту специалист, умеющий мыслить самостоятельно, знающий себе цену, очень осмотрительный, неспешный, умеющий тщательно взвешивать каждый свой шаг и гнуть свою линию одновременно.

- Думаешь, он именно такой человек?

- Да, он очевидно не из тех, кто делает что-то, предварительно не подумав. И делать это у него явно есть чем.

- Но он же первый полез мне перечить! Про ядерный клуб понёс околесицу.

- То есть, попал в точку?

- Прости, дружище, но…

- Я и сам не хочу это слышать от Вас, босс. И так всё ясно.

- И у стен есть уши, понимаешь…

- Понимаю. Вернёмся к кандидату? Он добился нужного результата, разве не так? Может быть, это я решил его повысить? Кстати, обозначенные силы по определению самим своим существованием вынуждают нас конкурировать с ними. В том числе качеством кадрового состава. С этим фактом нам приходится считаться, нравится нам это или нет. Тем более, среди них последнее время появляются некие до сих пор нам не встречавшиеся игроки.

- Ты о тех не то цыганках, не то гадалках? Да ты шутишь! Подумаешь, пара каких-то знакомых с азами гипноза пройдох обвели вокруг пальца нашего недостаточно подготовленного бойца. Водичкой какой-то ему в лицо побрызгали особенной, видишь ли. Надо его подлечить, опросить, потом подучить. Или списать. Оставляю на твоё усмотрение.

- Лишили способности выполнять приказы не одного бойца, а до того момента вполне эффективную команду из пятерых обученных, успешно сдавших все тесты спецов под командованием одного из наших ветеранов. Так что я бы не стал преуменьшать возможности противника, о котором мы пока ничего не знаем.

- Хм… я никогда не умел с тобой спорить… так что и сейчас не стану надрываться. Пусть будет так. Ну вот, вроде всё собрали.

- Дружище, вот здесь ещё протрите, пожалуйста, - обратился мужчина сухощавого телосложения к приблизившемуся дежурному бойцу со шваброй, показывая на пятна жира на полу от свежесобранной еды, - и вот этот пакет заберите собакам, если не трудно.

- Да-да, сейчас, босс… - молниеносно метнулся тот выполнять команду, - ого, у них сегодня будет праздник.

- Не я здесь босс, - улыбнулся в ответ сухощавый негромко.

Пятна жира и крошки еды были мгновенно устранены локальноионизирующей иоктофиброй с запатентованной беттакарбоновсасывающей способностью, после чего человек со шваброй удалился, унося мешок с дразнящими своими ароматами деликатесами.

Его приближению издалека с неподдельной искренностью обрадовалась пара четвероногих охранников здания, оживлённо загремев своими цепями.

Одна из собак, правда, незадолго до этого заметила что-то необычное в зале. Нечто настолько ей не понравившееся, что она даже решила подать свой встревоженный голос без команды. Однако, услышав тут же раздражённый приказ заткнуться, хорошо обученная умница нехотя повиновалась. В конце концов, это ведь не её проблема, что команды ей отдаёт недостаточно компетентный человек.

Её напарник, возрастом существенно постарше, тоже было что-то почуявший, решил судьбу не искушать и лишь насторожённо пошевелил ушами.

В результате обе собаки, чутко выделив в полном запахов воздухе пока ещё немногочисленные молекулы аромата приближающейся к ним еды, старательно придали своим не особо многочисленным, но при этом умеющим быть очень выразительными мышцам черепа восторженное выражение со всеми вытекающими и капающими на пол свидетельствами неприхотливо искреннего счастья.

- Ну что, давай ещё по кружечке вдарим и будем закругляться. Работы невпроворот. Как когда-то любил повторять один русский, у нас нет времени на разминку… или растяжку… не помню точно.

- Он говорил: «На раскачку», босс.

- Да? А в чём разница?

[1] Некоторые регулярно сменяющиеся обладатели или обладательницы холёных упитанных лиц, по неочевидным для некоторых других персоналий причинам лоббирующие интересы производителей крепких напитков, утверждают, что пиво вредит моему здоровью больше, чем нечистые рыла в финансовых артериях державы. Засим заявляю, что ни одно упоминание пива в моём тексте не является его рекламой ни в коем случае и ни при каких обстоятельствах! Обходилось оно девять тысяч лет назад у древних шумеров без моей рекламы, и ещё сколько-то тысяч лет обойдётся. Не пейте пиво! Мне больше достанется

[2] Фальсификаторы вкуса – честное название т.н. «усилителей вкуса». Кто-нибудь пробовал чистую сою отдельно от других компонентов? Я – да. Вкус сои усиливать столь же рационально, сколь усиливать вкус пенопласта. Нечего там усиливать. Нет, фальсификаторы вкуса не усиливают в колбасе вкус крахмала, свиной шкурки, соевого порошка, перловки и прочего мошенничества. Они тупо, но результативно фальсифицируют вкус мяса. Кому-нибудь придёт в голову фальшивый доллар называть «усилителем доллара»?

[3] Pata negra (в буквальном переводе с испанского – чёрная нога) – дорогой сорт хамона, изготавливаемый из сыровяленого окорока особой породы свиней-брюнеток, которых к тому же якобы каким-то чрезвычайно витиеватым способом откармливают перед употреблением будто бы одними желудями, сопровождая процесс их пищеварения ласкающим их трепетные ушки тенором Пласидо Доминго или бельканто Монтсеррат Кабалье

Глава 4. Разница разнится временами

- Какая нам с тобой разница, что там происходит? - с отчётливой, но далеко не каждому уху слышимой толикой ядрёной смеси ехидства, ревности и щедрой щепоти вполне дружелюбной озабоченности ответил человек в облегающем его немолодую физическую оболочку со свойственной дорогой одежде продуманной ненавязчивостью пижамообразном костюме неизвестно кому на неуслышанный никем, кроме него, вопрос.

Продолжая с тщательно скрываемым под кажущейся несведущему взгляду обыкновенной неторопливостью возбуждением расхаживать по одному из наиболее надёжно скрытых в недрах своей берлоги помещений, почти полностью заполненному антикварного вида книжными шкафами, ворчливо отвечающими негодующим скрипом и облачками недоумённо опадающей если не многовековой (кто знает?), то точно многолетней пыли на каждый его непривычно для них громкий шаг, и полками, в унисон шкафам звенящими нервно всеми сокрытыми в тенётах пыльной паутины таинственными склянками, он был, похоже, всецело поглощён своими размышлениями.

- И кто тебе мешает ему помочь? – раздался сухой рассудительный голос откуда-то сверху.

- А он просил?! – вдруг остановившись, поразил хозяин этого полного тайн дома внезапной эмоциональностью своего вопроса всех присутствующих. Да и самого себя, видимо, тоже. – Гордый чересчур?!

– А ты помнишь тех вооружённых до зубов ублюдков, представившихся секретными агентами некой СРУ из якобы НАТО, что пытались к нам вломиться не так давно? Обои ободрали в нескольких местах в поисках ценностей и мимо унитаза так нассали в гостевом туалете, что даже здесь у меня глаза слезились. Наркоманьё…

- Ну, допустим. Ты тут вечер воспоминаний решил мне устроить, крылатое ископаемое?

- Почему нет, ископаемое костямиедвашевелящее? Ты куда-то спешишь? Нет? Тогда напомню тебе первый заданный мной им вопрос: «С каких это пор Мексика стала страной НАТО?». Они прямо опешили, услышав голос невидимого собеседника. Аж присели, будто увидели табличку «Минное поле», гхар-гхар!..,

- Прекрасно помню. Им было начхать на меня и мои права. Они были уверены в своей безнаказанности. А тут твой голос из пустоты…

- И что заставило их покинуть наш дом и забыть о его существовании? – явно воодушевившимся голосом поинтересовался нагваль, невидимо скрежетнув парой своих когтей по какой-то очевидно очень сухой, местами растрескавшейся со временем, посему и громко реагирующей на каждый царап древесного происхождения поверхности одного из антикварных шкафов.

- Их посетил ГРОБ[1], вот и всё. Стоило мне им прочесть вслух из скинутой тобой мне на ладонь из ниоткуда бумажки всего лишь адреса проживания нескольких из них и номера пары жёлтых автобусов, возящих их сопливых отпрысков в школу и обратно, как пыл вершить беззаконие сразу заметно спал.

- Да. – Раздался снова звук расправляемых невидимо крыльев откуда-то уже из северо-западной части комнаты. - Такого количества обосравшихся одновременно ушлёпков я лет двести до того не видел.

- Ну и адрес любовницы лидера их шайки с номером зарегистрированного на неё банковского счёта в другой части планеты, тайного для остальных, были вишенкой на торте. Удивительна скорость произошедших с цветом его лица метаморфоз, когда все без исключения уроды сфокусировали на нём ставшие вдруг очень недобрыми взгляды?

- А тот кругломордый колумбиец, помнишь? Который не только с отъетого лица вдруг самодовольную лыбу стёр, едва заслышав из пустоты своё полное имя, произносимое хриплым, отчётливо повеявшим зажатым в иссиня-красной, покрытой рубцами руке прачки ремнём из буйволиной кожи голосом покойной мамочки, так ещё и ринулся бежать не в ту сторону. Раз пять в нарисованную на стене дверь с разбегу тушей бился, пока не прилёг устало, после чего они его эвакуировали волоком, спотыкаясь о него же в спешке.

- Внушённую дверь, не нарисованную. Рисунок, как правило, в какой-то степени материален и присутствует хотя бы частью своей вне границ чьего бы то ни было черепа. В рассматриваемом же случае ни двери, ни изображения её не было даже в виде наброска. Только выступ в кирпичной стене.

- То, что ты – старый зануда, мне мог бы и не трудиться подтверждать в стомиллионный раз. Так ты мне ответишь простыми словами, почему они ушли тогда так быстро?

- Хочешь проще? Глупеешь на старости лет, цыплёнок ты недоощипанный? Хорошо, вот тебе проще: они поняли, что я не одинок в этой части Вселенной, что за мной есть кое-кто, и вероятность болезненной для них реакции на их беспредел имеет вполне математически исчислимое выражение, отличное от нуля.

- Ну, вот, разродился наконец. Клещами надо из тебя тащить. А он? Кто обеспечит ему тыл? Кто есть за ним? Кто за него будет мстить? А?! Кто? Я? Хорошо, - снова послышался звук расправляемых крыльев и царап невидимых когтей о деревянную поверхность, - я буду. Я встану за ним. Спина к спине. Он того стоит. Он хотя бы настоящий. Искренний. Не понтошвыр какой-нибудь дешёвый в пушистых тапках. А ты сиди тут дальше, растекайся лужей… не попросили его величество, видите ли… размазня!

- Кто?! Что?! Да ты…

И тут произошло нечто, послужившее завязавшемуся было оживлённому обсуждению неожиданной причиной прерваться.

Снежно-белый, лишь кое-где украшенный редкими рыжими подпалинами, в меру упитанный кот явно весьма почтенного возраста, невесть как оказавшийся здесь, вдали от находящегося за тремя массивными дверями и одним отодвигающимся камином отсюда, в гостиной, продавленного дивана, который он давно привык считать своим, вдруг неторопливо, вразвалку, чуть заметно прихрамывая, осторожно подошёл к мужчине.