В объятиях Шамбалы

Когда мы возвратились к ожидавшим нас Рафаэлю Юсупову и Сергею Анатольевичу Селиверстову, я возбужденно сказал:

– Вроде бы мы видели статую Читающего Человека. Надо сделать видеосъемку при максимальном увеличении, а для этого нужен штатив.

– А под статуей Читающего Человека находятся главные золотые пластины лемурийцев, на которых записаны «истинные знания», способные в корне перевернуть жизнь человечества, – риторически проговорил Селиверстов.

– А где остальные яки? Только наш «родной» як здесь, – я стал озираться по сторонам.

– Они с погонщиком пошли вперед по тропе, будут ждать нас в долине реки, – ответил Рафаэль Юсупов.

– Вообще-то, – рассердился я, – в походе нельзя рассыпаться. Ну да ладно. Пойдемте все туда, где мы только что были с Равилем.

Когда мы лезли вверх по склону, в голове всплыли слова, сказанные «старшим человеком» пещеры Харати и Астаманом о том, что статуя Читающего Человека притягивает к себе облака и редко кому ее удается увидеть. Я вспомнил, что «старшему человеку», посещавшему район священного Кайласа в качестве паломника, не выпала удача увидеть статую Читающего Человека.

– Шеф, ты слишком высокий темп взял. Даже як не поспевает, – послышался голос Селиверстова.

– Боюсь, что облаком закроет статую Читающего Человека, – отве-тил я.

Неужели это тот самый Читающий Человек?

Дойдя до нужного места, мы установили штатив и сделали съемку при максимальном увеличении, после чего я начал рисовать, всматриваясь в окуляр видеокамеры. Было вполне четко видно, что это и в самом деле громадная статуя человека, сидящего в позе Будды. К сожалению, условия видимости в высокогорье, когда все тени черные и плохо видны полутени, не позволяли рассмотреть детали статуи. Но я надеялся на последующую компьютерную обработку снимков. Тем не менее, было видно, что голова статуи склонена вперед, будто бы этот громадный человек читает книгу, лежащую на коленях. Статуя располагалась на многоступенчатом постаменте, а вернее была установлена на вершине ступенчатой пирамиды, высота которой была не менее 6000 метров. Статуя была повернута лицом на восток. Примерное расстояние до статуи Читающего Человека равнялось 25–30 км. Размер статуи мы оценили как минимум с 10–12-этажный дом.

Полевой рисунок статуи Читающего Человека

Фотография статуи Читающего Человека в оригинале и после компьютерной обработки

Селиверстов, заглянув в окуляр видеокамеры, тихо проговорил:

– Лицом на восток сидит этот человек. Так же, как и египетский сфинкс смотрит на восток. Я бы его, этого человека, назвал тибетским сфинксом.

– Ну, Сергей Анатольевич, Вы ошибаетесь! Сфинкс, он другой: голова у него человеческая, тело льва, а здесь мы видим статую натурального сидящего человека, который читает… книгу, – возразил Равиль.

– А кто такой сфинкс? – неожиданно взъерошился Селиверстов. – Я хочу спросить тебя, Равиль, – кто такой сфинкс? Не знаешь, наверное?

– М… м… не знаю.

– Отвечаю, – Селиверстов гордо поднял голову, – сфинкс это Загадка Веков. Понятно?

– Не совсем, – Равиль сконфузился.

– Все Загадки Веков смотрят на восток. Египетский сфинкс смотрит куда? На восток. Читающий человек сидит лицом куда? Тоже на восток. Отсюда, какой вывод можно сделать? – Селиверстов лукаво взглянул на Равиля.

– Какой?

– Все загадочные древние монументы, которые смотрят на восток, называются сфинксами.

С. А. Селиверстов: – Египетский сфинкс – Загадка Веков. Он смотрит на Читающего Человека

– С чего это? – недоверчиво пробурчал Рафаэль Юсупов.

– А с того, – Селиверстов возбужденно снял шапочку-каскетку, – что на востоке что-то есть. Египетский сфинкс смотрит не просто на восток, он смотрит на Город Богов, где находится статуя Читающего Человека, символизирующая кладезь древних знаний, записанных на золотых пластинах лемурийцев. А Читающий Человек тоже обращен лицом на восток, то есть в ту сторону, где находится Тихий Океан, где когда-то располагалась древняя Лемурия – земля самой развитой цивилизации в истории нашей планеты, знания которой не исчезли, а, будучи записанными на золотые пластины, хранятся для более умных и добрых, чем мы, потомков. Читающий Человек, обращенный лицом на восток, как бы указывает, откуда пришли эти знания. Таким образом, египетский сфинкс смотрит на Читающего Человека, а Читающий Человек «смотрит» на затонувшую Лемурию.

– А при чем тут то, что ты назвал Читающего Человека тибетским сфинксом? – насупился Рафаэль Юсупов.

– Сфинкс… – Селиверстов замешкался, – сфинкс есть символ Мудрости, а разве Читающий Человек не олицетворяет Мудрость? Олицетворяет. Поэтому я его и назвал… «тибетским сфинксом».

– А-а-а… – хором ответили Рафаэль и Равиль.

– У меня, – вклинился я в беседу, – из головы не выходит разговор с хранителями загадочной пещеры Харати в Непале. Астаман и «старший человек» утверждали, что в пещере Харати хранятся золотые пластины лемурийцев. Но они говорили также, что главные золотые пластины, на которых записаны Главные Знания Древности, находятся на Тибете в районе Кайласа и это место обозначено статуей Читающего Человека.

Э. М.: Во дворе нашего Всероссийского центра глазной и пластической хирургии я поставил статую «Читающий человек». Я хотел сделать мини копию тибетского Читающего Человека, но скульптор Александр Позин внес свои изменения, талантливо показав, что знания идут от Бога.

– Так что, господа, – Селиверстов торжественно поднял руку и показал в сторону Читающего Человека, – извольте лицезреть место главной кладези древних знаний на Земле.

– «Старший человек» также говорил мне, – продолжал я, – что там, около статуи Читающего Человека находится второй Вход в подземелья Кайласа и что в последние 2000 лет никто не входил туда. Интересно, где он может…

– Облако к статуе приближается, – перебил меня Равиль, смотревший в окуляр видеокамеры.

– Интересно, притянет ли его к себе статуя, как утверждал «старший человек», – проговорил Рафаэль Юсупов.

– Равиль! Дай я буду смотреть в окуляр. Включи, пожалуйста, видеокамеру, – попросил я.

В окуляр было видно, что облако приблизилось к статуе Читающего Человека и начало постепенно закрывать ее.

– И в самом деле притягивает, что ли? – промолвил я.

Он читает руками…

Облако прикрыло солнце, и в этот момент я увидел, что характерные для высокогорья черные тени на статуе начали блекнуть, появились полутени и вместе с ними проявились некоторые детали статуи Читающего Человека. Этот момент длился всего несколько секунд, но мне удалось воочию убедиться, что Читающий Человек, сидящий в позе Будды, держит на коленях не книгу. Нет! На коленях его лежала не книга! На коленях его лежала большая пластина! А Читающий Человек сидел, положив на эту пластину руки!

Рафаэль Юсупов: – Возможно запись на золотые пластины производилась с помощью биополей рук, также, как и считывание информации

– Руками читает пластину!!! – вскричал я, с отчаянием наблюдая, как облако закрывает статую.

Забегая вперед, скажу, что последующая компьютерная обработка полученных видеозахватов подтвердила тот факт, что Читающий Человек держит на коленях пластину, положив на нее ладони рук.

Облако зацепилось за статую Читающего Человека и никак не хотело сходить с нее.

– Как повезло, что мы смогли увидеть эту легендарную статую, – выдохнул я. – Бог, наверное, помог! Равиль, храни, ради Бога, эту видеокассету как зеницу ока.

– Конечно, конечно, шеф.

– Любопытно то, – продолжал я, – что… как я увидел… как мне показалось, что Читающий Человек «читает» золотую пластину, положив на нее ладони рук. Механизм такого «чтения» вряд ли может быть понятен для нас, но он, видимо, существовал, и… возможно, будет существовать. Кстати, «старший человек», рассказывая о золотых пластинах пещеры Харати, говорил, что их тоже читают руками: через руки информация как бы сама входит в мозг.

– Нельзя исключить того, что древние люди имели очень высокие экстрасенсорные способности, в связи с чем и характер письма мог быть совершенно иным, – добавил Рафаэль Юсупов. – Например, вполне возможно, что запись на золотые пластины производилась с помощью биополей, исходящих от рук человека и фиксировалась внутри металла на атомарном уровне. Считывание этой информации осуществлялось, видимо, тоже через биополя человека. Поэтому надеяться на то, что на золотых пластинах лемурийцев можно увидеть привычные буквы или иероглифы, вряд ли приходится.

Э. М.: Во время экспедиции в Трансильванию (2012) «В поисках Дракулы» мы обнаружили вполне серьезные данные, что подземная МД-цивилизация, в частности вампиры, записывали свои знания в так называемые «золотые книги» и считывали их с помощью рук.

– Спутник Николая Рериха по экспедициям Осендовский в своих книгах описал рассказ тибетского ламы о том, что в одной из потаенных пещер посвященные люди читали золотые пластины, прикладывая их к голове, – заметил я.

– Да, можно представить и такой способ «чтения» золотых пластин, поскольку биополя исходят как от рук, так и от головы, – пояснил Рафаэль Юсупов. – Но мне думается, «чтение» руками является основным способом получения информации с золотых пластин. Не зря же Читающий Человек держит руки на пластине, а не удерживает пластину на голове. А здесь… а здесь находятся главные золотые пластины мира.

– Эх! Посмотреть бы на них! – послышался вздох Селиверстова.

Никто не подойдет к Читающему Человеку

– Ха! – отозвался Юсупов. – Они что, рядом со статуей Читающего Человека стопкой сложены? Главные золотые пластины находятся, наверняка, в глубоком подземелье внутри или под пирамидой, на вершине которой установлена статуя.

– В этой связи мне опять пришли на ум слова «старшего человека» о том, что существует 3 входа в подземелья Кайласа. Второй из них расположен рядом со статуей Читающего Человека. Я помню, он говорил, что вот уже 2000 лет никто не входил в подземелья Кайласа через второй вход. Любого человека, кто попытается подойти ко второму входу, ожидает смерть. Зеркало Царя Смерти Ямы убивает непослушных. Странно это…

– Почему?

– Да дело в том, – продолжал я, – что Зеркало Царя Смерти Ямы, способное, видимо, убить человека за счет сжатого времени, находится, по моим прикидкам, довольно далеко от статуи Читающего Человека. По крайней мере, путь к статуе Читающего Человека (например, отсюда) не пролегает через Долину Смерти, связанную с Зеркалом Царя Смерти Ямы. Почему же «старший человек» говорил о том, что непослушных убивает Зеркало Ямы?

– Шеф, покажи, где по твоим расчетам должны располагаться Долина Смерти и Зеркало Ямы, – попросил Равиль.

– Вот здесь оно должно быть, зеркало это, – я ткнул пальцем в карту, – а статуя Читающего Человека вон где. Между ними где-то 15 километров.

Любого, кто подходит ко второму входу в подземелья Кайласа, ожидает смерть

– М… да, – протянул Равиль.

– Мне вот что кажется, – стал рассуждать я. – Люди, стремящиеся войти в подземелья Кайласа через второй вход, должны пройти Суд Совести перед Зеркалом Царя Смерти Ямы, то есть вой-ти в Долину Смерти. Суд Совести, наверное, по неписаным законам Тибета является обязательным условием, смертью отсеивающим недостойных. Но если даже человек выдержит Суд Совести Ямы и после этого подойдет к статуе Читающего Человека, то там его ждет второе испытание.

– Какое? Уж не такое ли, как в пещере Харати?! – живо отозвался Равиль.

– Если ту пещеру, Равиль, охраняет Харати – предположительно лемуриец в состоянии Сомати, дух которого способен считывать мысли приближающихся к пещере людей и воздвигать для них непреодолимый психо-энергетический барьер, то можно представить, какое испытание ждет человека там, где находятся главные золотые пластины лемурийцев! Оно, это испытание психоэнергетическим барьером, несравненно мощнее, и пропускает через второй вход под статуей Читающего Человека только кристально чистых, почти богоподобных людей. А таких среди нас, современных людей, к сожалению, нет. Поэтому в последние 2000 лет никто и не входил через второй вход, – красноречиво произнес я.

Царство Мертвых охраняет Главные Знания Планеты

– Кто знает, все возможно, – невольно поежился Рафаэль Юсупов.

– Кто знает, – оживленно продолжал я, – вполне возможно, что под статуей Читающего Человека в прекрасном подземелье вместе с главными золотыми пластинами покоятся в состоянии Сомати 10–12-метровые тела многих и многих лемурийцев, невообразимо мощный дух которых не бездействует, а активно живет, анализирует мысли посещающих район священной горы людей и строго, очень строго оценивает их духовность. Ведь им, кажущимся мертвыми, лемурийцам, доверено охранять главные знания, когда-либо рожденные на нашей планете. Царство Мертвых охраняет Главные Знания Планеты.

Кладезь знаний

– А вот атланты, вернее кто-то один из атлантов, когда-то получил доступ к главным золотым пластинам лемурийцев, после чего… после чего начался расцвет атлантической цивилизации, – заметил Селиверстов.

– И среди нас, арийцев, наверное, когда-нибудь, в далеком будущем, когда заглохнут ужасающей силы зависть и жадность, конечно же появится человек, который получит доступ к главным золотым пластинам лемурийцев – кладези земных знаний, – тихо проговорил я. – Но когда это будет? Эх!

Наступило молчание. Мы все смотрели в сторону статуи Читающего Человека, за которую безнадежно зацепилось облако. Но постамент-пирамида был виден довольно хорошо.

– Смотрите-ка, «наш» як тоже в сторону Читающего Человека смотрит, – прервал молчание Равиль.

Уходя вниз, я обернулся, чтобы еще раз посмотреть в сторону легендарной статуи Читающего Человека. Из-за яка послышался голос Селиверстова:

– Главный кладезь знаний там, господа!

– А в основе этих главных знаний лежат заклинания, – бросил я, не оборачиваясь.

Я понимал, что пытаться достичь второго входа и войти в него мы не будем, – не наступило еще время.

А приключения? Их будет еще много впереди.

Э. М.: Мне до сих пор кажется, что тибетский Читающий Человек – это сказка. Но это правда, господа, абсолютная правда.

Вместе с нашим яком мы спускались к тропе, ведущей в низину.

– Давай, давай, милый! – приговаривал шедший рядом с яком Сергей Анатольевич.

Когда мы вышли в низину, мне вдруг показалось, что справа мелькнуло что-то очень знакомое.

– Почудилось, что ли? – подумал я, будучи не в состоянии осознать то, что я видел и остановился, чтобы вглядеться туда.

Як тоже остановился, как вкопаный. Я, как повелось, отступил на несколько шагов назад, и стал смотреть в промежуток между яком и Селиверстовым.

– Подвинься, Сергей Анатольевич! Не стеклянный! – прорычал я.

Я смотрел и смотрел туда. Но там, в этом месте, были просто облака.

Усилием воли я мобилизовал свое подсознание, понимая, что оно среагировало быстрее, чем сознание. Я, по-моему, даже надулся, как индюк. Постепенно где-то внутри появились какие-то образы, потом они стали конкретизироваться и, наконец, в моем воображении возник средневековый замок, причем натуральный замок, – с крепостными стенами и колоколами. Чем-то православным веяло от этого замка.

– Мужики! Вы не видели вон там средневекового замка? – спросил я, показав рукой.

– Шеф, ты что?!

Я стоял и продолжал вглядываться в промежуток между тибетскими холмами. Через несколько минут я услышал голос Селиверстова:

– Шеф! Пойдем, может, а…? Як, вон, дергается, травы здесь нет. Песок и камни.

– Сейчас, сейчас…

Я тянул время, словно ожидая непонятно чего.

– Смотри-ка, моя вера в силу подсознания не угасла. Оно, подсознание, здесь, мне кажется, наоборот, обострилось, – отметил я про себя.

Каменный колокол

В этот момент облака в промежутке между холмами слегка раздвинулись и, как из сказки, выплыл невообразимых размеров натуральный колокол. Было такое ощущение, что этот «колокол» был выточен с помощью токарного станка: цилиндрический, с округлой вершиной. Макушка его имела две ступени, после чего шло конусовидное расширение с плавным переходом в цилиндр.

– Каменный колокол! – закричал я. – Вон он!!!

Все кинулись фотографировать. Равиль взялся за видеокамеру и, взглянув в окуляр, тоже закричал:

– Их два, колокола-то!

Мы все пригляделись и уже невооруженным глазом увидели чуть поодаль от первого «колокола» вершину такого же второго «колокола».

Рисуя, я вглядывался в каждую деталь. Постепенно глаз стал различать слева от «колоколов» какую-то конструкцию, примыкающую к ним.

– Не могу понять, две странные пирамиды, переходящие в дугообразную конструкцию, что ли…? – прошептал я, шевеля замерзшими губами. – Эх, зрение бы иметь как у орла, черт побери! Дымка мешает.

Полевой рисунок «колоколов» с прилегающими конструкциями

«Колокола» и прилегающие конструкции (фото в оригинале и после компьютерной обработки – 3D модель)

Несмотря на то, что хорошо разглядеть эту конструкцию, примыкающую к четко видным «колоколам», мне не удалось, я все же зарисовал ее. У меня получилось, что огромная каменная дуга по концам примыкает к двум ступенчатым пирамидам.

– Какая сложная конструкция! – воскликнул я, рассматривая свой рисунок. – Каково же, интересно, ее предназначение?

– Вне всякого сомнения – искривлять пространство, – отозвался Рафаэль Юсупов.

– Кстати, – заметил я, – эта конструкция, наверное, влияет на время – дугообразная часть ее очень напоминает зеркало времени Козырева.

– А я хочу знать вот что, – Селиверстов вскинул голову, – с какой целью нужно было здесь искривлять пространство и изменять ход времени? Зачем это было нужно древним?

Все оставили вопрос Селиверстова без ответа.

Звучание колоколов

В этот момент я думал о том, что древние ученые, по-видимому, имели знания о пространстве как о физической реальности. Они к тому же, видимо, умели объективно изучать пространство, фиксируя все его изгибы и зная, к чему приводит тот или иной характер его искривления. Они, древние ученые, имели, наверное, и аппаратуру для изучения времени и могли влиять на его ход, строя гигантские каменные сооружения, искривляющие пространство.

В этот момент я уже вполне сносно осознавал, что вещество есть изогнутое пространство, в котором остановлено время, а энергия есть тоже изогнутое пространство, но в котором время течет. Я понимал, что здесь, в Городе Богов, древние ученые при помощи удивительных каменных конструкций создавали какие-то вещества и какие-то виды энергии. Но какие? С какой целью?

Не давала покоя мысль, что здесь было сотворено что-то грандиозное и величественное. Но что? Или… кто?

Я сел на тибетский песок и почувствовал себя маленьким-маленьким.

– Ну что означают, например, эти «колокола»? – задался я вопросом. – Не для красоты же их строили?! Можно предположить, что «колокол» изгибает пространство в форме… колокола, но… для чего это нужно – для создания «колоколоподобного вещества» или «колоколоподобной энергии», что ли? А почему «колокол» такой громадный? Ведь размер атомов…

Я сел на тибетский песок и почувствовал себя маленьким-маленьким

А может быть, все колокола мира родом отсюда – из Города Богов?

В конце концов я окончательно запутался в своих размышлениях. Загадкой, невообразимой по значимости загадкой древности было окутано это священное место, где мы волей судьбы имели счастье находиться. Я нутром чувствовал, что мне – простому «трехмерному» россиянину с неказистой татарской фамилией Мулдашев – не понять замысла древних, не осознать глубины их знаний и не охватить умом применявшиеся ими технологические принципы. Мне было позволено лишь взглянуть на легендарный Город Богов и… строить гипотезы по поводу его предназначения.

Тогда, сидя на тибетском песке, я не знал, что вскоре, через какой-то промежуток времени, мы – российские ученые – вдруг чуть-чуть поймем замысел древних, и даже от этого понимания нам станет страшно.

– Шеф, послушай-ка, – послышался голос Равиля Мирхайдарова.

Я обернулся и взглянул на Равиля, смотревшего на «колокола.».

– Мне кажется, что бытующие во всех религиях колокола изошли отсюда, из Города Богов, а именно были созданы как копии вот этих тибетских «колоколов», – Равиль показал рукой. – Колокол, на мой взгляд, есть не просто звуковоспроизводящий инструмент, каковых в мире множество, а есть, прежде всего, фигура, соответствующим образом изгибающая пространство и за счет этого концентрирующая вокруг себя те тонкие энергии, которые вызывают у людей богопристойные и богоутверждающие эмоции. Со звуком, который издает колокол, эти тонкие энергии распространяются и как бы зовут людей к главному – к Богу.

– Ты, наверное, прав, – сказал я, вставая с песка.

– А если войти в пределы вон той дугообразной конструкции, которая, скорее всего, является зеркалом времени, то человек, наверное, мгновенно проживет свою жизнь и испепелится, – заметил Селиверстов.

– Город Богов создан только для посвященных, – вздохнул Равиль.

– Пошли, – скомандовал я.

Э. М.: Купол православной церкви во многом похож на колокол. Под куполом церкви чувствуется особая энергетика. Да и звон колоколов резко отличается от других звуков, как бы проникая в душу.

Через некоторое время, когда мы спустились с холма, перед нами открылся священный Кайлас.

– Вот он! – сказал Рафаэль Юсупов.

– С погодой везет! Голубое небо появилось, – отметил Селиверстов. – Переменная облачность, в общем.

– Сережа! Сережа! – окликнул Селиверстова Рафаэль Юсупов. – Сфотографируй меня на фоне священной горы!

– Давай. Только отойди немного назад, а то як загораживает.

– Ладно.

Я смотрел на вершину священного Кайласа, возвышающегося над склоном. Покрытый снегом, он сверкал на фоне голубого неба. Чем-то магическим веяло от священной горы.

– Центр тантрических сил на Земле, – отметил я про себя.

А потом, сменив характер своего мышления на деловой стиль, я собрал ребят и начал командовать.

– До наступления темноты осталось около трех с половиной часов. Отсюда виден не весь Кайлас, а лишь его вершина. Я предлагаю разделиться. Сергей Анатольевич с Рафаэлем пойдут к якам, погонщикам и проводнику, чтобы разбить лагерь. Вон они! – я показал рукой. – А мы с Равилем отойдем в долину, чтобы открылся широкий обзор на Кайлас и далее пойдем на восток, дабы взглянуть на юго-восточную сторону священной горы. Давайте сделаем так – пока погода хорошая! Возвратимся мы, скорее всего, в темноте. Азимут на место нашего лагеря я уже взял. Не забудьте в темноте светить фонариком или выстрелите из ракетницы. Хорошо?

– Ладно.

– Равиль, пошли! Времени мало. Шоколадку, кстати, дайте, а!

Селиверстов стал рыться в карманах.

– На, возьми!

– Спасибо.

Рафаэль Юсупов на фоне священного Кайласа