Мунбин Мур
Жанры и тэги:
Запретный алгоритм твоих губ
Случайная встреча в лифте меняет всё. Лена и IT-гений Максим мгновенно ощущают жгучую страсть. Их первая близость — лишь начало опасной игры. Мир роск…
ПодробнееЯ украл у бога сон
Что, если чтобы спасти самое дорогое, нужно обречь на гибель весь мир? Агафон готов на всё, чтобы вырвать дочь из оков смертельного сна. Даже на кражу…
ПодробнееУлики, которые просили забыть
Труп в заброшенном бункере, одетый по моде тридцатилетней давности. Пуля во лбу и папка на груди — улики, кричащие о забытом преступлении. Для следова…
ПодробнееОшибка в коде бессмертия
Вечность оказалась безупречной тюрьмой. Система «Атанатос» победила старение и смерть, подарив человечеству жизнь без конца. Но в безошибочный код бес…
ПодробнееМемуары редактора памяти
Что, если память — не святыня, а сырье? Леонид Грачев — редактор памяти. Он стирает травмы, корректирует прошлое, создает удобные версии чужих жизней.…
ПодробнееЗапретный алгоритм твоих губ
Случайная встреча в лифте меняет всё. Лена и IT-гений Максим мгновенно ощущают жгучую страсть. Их первая близость — лишь начало опасной игры. Мир роск…
ПодробнееРецепт идеального бульона из несчастных случаев
Что, если самый изысканный бульон требует не только мяса и кореньев, но и человеческого страха? Петербург, где туман пахнет историей и свежей кровью. …
ПодробнееБиблиотека на краю пустоты
На краю известной вселенной висит исследовательская станция «Библиотека», наблюдая за немыслимой аномалией — абсолютной Пустотой, нарушающей законы фи…
ПодробнееРецепт идеального бульона из несчастных случаев
Что, если самый изысканный бульон требует не только мяса и кореньев, но и человеческого страха? Петербург, где туман пахнет историей и свежей кровью. …
ПодробнееТо, о чём мы молчим вслух
Он диктовал правила: никаких имён, никаких чувств, только оголённые нервы и порочная страсть, стирающая грань между болью и наслаждением. Каждая ночь …
ПодробнееИнструкция по оживлению драконов
Мир погрузился в молчание. Драконы — лишь прах в истории, сказка для запуганных детей. Власть принадлежит Рыцарям Пепла, выжигающим саму память о маги…
ПодробнееИсповедь на моей коже
Алиса привыкла к одиночеству, пряча прошлое под одеждой и рутиной. Все меняется в дождливую ночь, когда на пороге ее дома появляется Он — Артем, опасн…
ПодробнееУбийца по расписанию
Петербургский холод проникает в кости, а время превращается в оружие. Убийца, именующий себя Часовщиком, не просто лишает жизни — он приводит в исполн…
ПодробнееПервый понедельник без расследования
**Он думал, что всё кончено.** Последний рабочий день, сданное удостоверение, тишина вместо звонка с места преступления. Но прошлое не отпускает так п…
ПодробнееТо, о чём мы молчим вслух.
Он диктовал правила: никаких имён, никаких чувств, только оголённые нервы и порочная страсть, стирающая грань между болью и наслаждением. Каждая ночь …
ПодробнееЯ украл у бога сон
Что, если чтобы спасти самое дорогое, нужно обречь на гибель весь мир? Агафон готов на всё, чтобы вырвать дочь из оков смертельного сна. Даже на кражу…
ПодробнееУбийство по тарифу «Премиум»
Обычный курьер умирает в своем фургоне — врачи говорят «сердце». Но майор Волков видит другое: панический ужас в глазах, таинственный звонок и чек на …
ПодробнееКак продать душу и получить сдачу
Что, если дьявол не просто покупает души, а выдаёт сдачу? Не метафоры, а самые настоящие, жуткие и нелепые «сдаточные» монеты: искажённые воспоминания…
ПодробнееУбийца по расписанию
Петербургский холод проникает в кости, а время превращается в оружие. Убийца, именующий себя Часовщиком, не просто лишает жизни — он приводит в исполн…
ПодробнееЭксперимент «Тихий город»
Просыпаешься — и мир оглох. Машины движутся в полной тишине, люди говорят беззвучно, а город замер в идеальном, леденящем душу порядке. Это не апокали…
ПодробнееПоследнее дело Мертвого Сыщика
**В городе Туманье, где туман впитывает грехи, а дождь смывает лишь верхний слой грязи, даже смерть — не конец. Для Артемия, Мертвого Сыщика, это — пр…
ПодробнееПравило трёх лживых слов
Что, если самые опасные заклинания — не те, что разрушают города, а те, что меняют саму реальность? Вектор, последний архивариус павшей Библиотеки, пр…
ПодробнееГравитация для чайников
Инженер Давид Иванов в рамках рутинного эксперимента касается таинственного артефакта, найденного на дне океана. В этот миг трескаются основы реальнос…
ПодробнееПервый понедельник без расследования
**Он думал, что всё кончено.** Последний рабочий день, сданное удостоверение, тишина вместо звонка с места преступления. Но прошлое не отпускает так п…
ПодробнееЛюбовные истории
Осторожно, 18+! Это чтение разожжёт огонь в вашей крови.
Погрузитесь в мир запретных наслаждений и неудержимой страсти. Этот сборник — 50 откровенных…
ПодробнееКороль в тени падающей башни
В мире, где древняя Башня высасывает жизнь из земли, а падение её — лишь вопрос времени, судьба королевства висит на волоске. Лор, беглый вор с пробле…
ПодробнееУбийство по тарифу «Премиум»
Обычный курьер умирает в своем фургоне — врачи говорят «сердце». Но майор Волков видит другое: панический ужас в глазах, таинственный звонок и чек на …
ПодробнееКак продать душу и получить сдачу
Что, если дьявол не просто покупает души, а выдаёт сдачу? Не метафоры, а самые настоящие, жуткие и нелепые «сдаточные» монеты: искажённые воспоминания…
ПодробнееДесять невышедших из чата
Десять человек. Одно цифровое убежище. И смертельный приговор, который приходит не с улицы, а из чата. Когда умирает первый, следователь Глеб Марков с…
ПодробнееПоследнее дело Мертвого Сыщика
**В городе Туманье, где туман впитывает грехи, а дождь смывает лишь верхний слой грязи, даже смерть — не конец. Для Артемия, Мертвого Сыщика, это — пр…
ПодробнееИсповедь на моей коже
Алиса привыкла к одиночеству, пряча прошлое под одеждой и рутиной. Все меняется в дождливую ночь, когда на пороге ее дома появляется Он — Артем, опасн…
ПодробнееПравило трёх лживых слов
Что, если самые опасные заклинания — не те, что разрушают города, а те, что меняют саму реальность? Вектор, последний архивариус павшей Библиотеки, пр…
ПодробнееГравитация для чайников
Инженер Давид Иванов в рамках рутинного эксперимента касается таинственного артефакта, найденного на дне океана. В этот миг трескаются основы реальнос…
ПодробнееБиблиотека на краю пустоты
На краю известной вселенной висит исследовательская станция «Библиотека», наблюдая за немыслимой аномалией — абсолютной Пустотой, нарушающей законы фи…
ПодробнееПоследнее дело Мертвого Сыщика
**В городе Туманье, где туман впитывает грехи, а дождь смывает лишь верхний слой грязи, даже смерть – не конец. Для Артемия, Мертвого Сыщика, это – пр…
ПодробнееИнструкция по оживлению драконов
Мир погрузился в молчание. Драконы — лишь прах в истории, сказка для запуганных детей. Власть принадлежит Рыцарям Пепла, выжигающим саму память о маги…
ПодробнееРецепт идеального бульона из несчастных случаев
Что, если самый изысканный бульон требует не только мяса и кореньев, но и человеческого страха? Петербург, где туман пахнет историей и свежей кровью. …
ПодробнееОшибка в коде бессмертия
Вечность оказалась безупречной тюрьмой. Система «Атанатос» победила старение и смерть, подарив человечеству жизнь без конца. Но в безошибочный код бес…
ПодробнееДесять невышедших из чата
Десять человек. Одно цифровое убежище. И смертельный приговор, который приходит не с улицы, а из чата. Когда умирает первый, следователь Глеб Марков с…
ПодробнееЛюбовные истории
Осторожно, 18+! Это чтение разожжёт огонь в вашей крови.
Погрузитесь в мир запретных наслаждений и неудержимой страсти. Этот сборник — 50 откровенных…
ПодробнееКороль в тени падающей башни
В мире, где древняя Башня высасывает жизнь из земли, а падение её — лишь вопрос времени, судьба королевства висит на волоске. Лор, беглый вор с пробле…
ПодробнееУлики, которые просили забыть
Труп в заброшенном бункере, одетый по моде тридцатилетней давности. Пуля во лбу и папка на груди — улики, кричащие о забытом преступлении. Для следова…
ПодробнееЭксперимент «Тихий город»
Просыпаешься — и мир оглох. Машины движутся в полной тишине, люди говорят беззвучно, а город замер в идеальном, леденящем душу порядке. Это не апокали…
ПодробнееМемуары редактора памяти
Что, если память — не святыня, а сырье? Леонид Грачев — редактор памяти. Он стирает травмы, корректирует прошлое, создает удобные версии чужих жизней.…
Подробнее










































