Карьера или муж?
- -
- 100%
- +
– Неужели?
Кристабел слегка нахмурилась.
– Неужели – что?
– Ты стесняешься меня? – Федерико подвинулся поближе к ней и положил голову на согнутую в локте руку.
Федерико был теперь совсем близко от нее и казался опасным хищником. Кристабел изо всех сил старалась выровнять дыхание и унять бешеное сердцебиение.
– Я стесняюсь самой себя, когда ты рядом, – честно призналась она и чуть прикрыла веки, когда Федерико провел пальцем вдоль ее носа.
– Разве это плохо? – Его палец уже миновал подбородок и полз по изгибу шеи.
Кристабел тут же почувствовала, как внизу живота разливается тепло, и сжала пальцы в кулак, борясь с искушением коснуться Федерико.
– Ты это делаешь специально?
– Что, дорогая?
– Совращаешь меня.
Федерико наклонился, потерся губами о щеку Кристабел и волнующе-низким голосом промурлыкал:
– Хочешь, я остановлюсь?
Кристабел чуть было не ответила утвердительно, но Федерико прижался к ее губам и в следующую секунду раскрыл их глубоким поцелуем. Руки Кристабел сами собой сплелись на его затылке, и вскоре она забыла обо всем, с жаром отдаваясь безумной игре любовной страсти.
Прошло немало времени, прежде чем они, обессиленные, забылись глубоким сном в объятиях друг друга. Их разбудил рассвет, и после душа они вновь неспешно отдались любви, пока официант не постучался к ним с завтраком.
– Как бы ты хотела провести сегодня день? – поинтересовался Федерико, допив апельсиновый сок и наливая себе крепкий кофе.
Кристабел смешала себе мюсли с фруктами, добавив немного молока, и жадно поглядывала на яичницу с беконом. После бурной ночи она ощущала сильный голод и приятную негу и теплоту во всем теле.
– Я хотела бы погулять по тому живописному городку, мимо которого мы проезжали.
– Так я и знал.
– А в чем дело? – невинно поинтересовалась Кристабел. – Ты собираешься предложить что-то еще?
– Мы могли бы остаться в номере и заказать прямо сюда поздний ланч, а потом вернулись бы в Санта-Монику.
Провести с ним еше несколько часов в постели – значит окончательно лишиться способности сопротивляться. А это совсем не входило в планы Кристабел.
– Давай лучше с пользой проведем этот новый день, – предложила она.
– Я именно этого и хочу.
– Лучше оставим все как есть. Мы просто утолили свою страсть, и это было замечательно.
Более чем замечательно, мысленно уточнила она. Нет слов, чтобы описать это блаженство.
Взгляд Федерико стал жестким.
– Всего-то? И ничего более?
Кристабел отпила еще глоток ароматного кофе и поставила чашку на поднос.
– Ты собрался устроить расследование? У меня тоже есть к тебе претензии.
Федерико еле сдержался, чтобы не швырнуть Кристабел на постель и применить силу. Мы провели вместе всю ночь, нам было так хорошо, могу поклясться чем угодно, что она тоже была на верху блаженства, думал Федерико. Я не забыл, как ее тело извивалось в экстазе, как дрожал от возбуждения каждый мускул ее тела. И после всего этого, с наступлением дня, она снова норовит ускользнуть и переходит к глухой обороне! Но я перетерплю, все равно ночью она будет моей.
– Ты обычно не отличалась излишней откровенностью, – медленно вымолвил Федерико. – И раз уж мы до сих пор не изводили друг друга дурацкими вопросами типа: «Тебе было хорошо?», – не вижу необходимости опускаться до этого сейчас.
– Ты слишком самоуверен.
– Просто я хорошо тебя знаю.
Здесь он прав. Он прекрасно знает, когда и на какую кнопку нажать. Тут я допустила промах, призналась себе Кристабел.
Они молча закончили завтракать, привели себя в порядок и, расплатившись по счету, сели в машину.
Утро выдалось ясным и безоблачным, предвещая жару. Кристабел и Федерико выехали из Сан-Диего и направились в сторону гор.
В начале пути вдоль дороги часто попадались торговцы фруктами и овощами, но чем выше к горам, тем сильнее менялся пейзаж, и теперь вокруг, насколько хватало глаз, простирались зеленые луга и пастбища. Эта патриархальная благодать умиротворяла Кристабел.
Она все еще находилась под впечатлением минувшей ночи. Ее тело помнило объятия Федерико, пережитое блаженство, и каждое новое воспоминание все больше разжигало огонь желания и лишало покоя.
Кристабел отчаянно пыталась переключиться на окружающий пейзаж: впереди появилось стадо овец, в небе кружит вертолет – может, ищут кого-то?
Вдруг Федерико, выругавшись, резко затормозил и придержал Кристабел, чтобы она не ударилась головой о лобовое стекло.
– В чем дело?! – недоуменно вырвалось у Кристабел, когда машина, заскрипев тормозами, резко остановилась. Но тут же все поняла – чуть ли не из-под самого колеса машины выскочила перебегавшая дорогу собачонка.
– Глупое животное. Могло ведь погибнуть.
Взгляды Кристабел и Федерико встретились. «С тобой все в порядке?» – прочла она немой вопрос в его глазах. Федерико взял двумя пальцами ее за подбородок и повернул лицом к себе.
– Да, – ответила Кристабел.
Незачем ему знать, что причиной ее волнения был он сам, а вовсе не маленькое дорожное происшествие. Она облегченно вздохнула, когда Федерико наконец отпустил ее, и они поехали дальше.
В приглянувшийся Кристабел городок они приехали почти в полдень. Кристабел с любопытством разглядывала уютные домики, кафе и сувенирные магазинчики вдоль дороги.
Оставив машину на стоянке, Кристабел и Федерико отправились на прогулку, потом заказали изысканный ланч в кафе с. видом на долину и отправились в обратный путь.
Отдых получился неплохим, о чем Кристабел с благодарностью и сказала Федерико, когда после шести вечера они вернулись на свою виллу в Санта-Монике.
– И больше ничего? – Федерико криво усмехнулся.
– Мне нечего добавить.
Он рассмеялся.
– Давай переоденемся и отправимся куда-нибудь поужинать.
– Я вполне могу что-нибудь сама приготовить, – попыталась увильнуть Кристабел, мысленно перебирая содержимое холодильника. Там, кажется, после вчерашнего похода в супермаркет должны быть стейки, зелень и овощи для салата и полно фруктов.
– Я закажу для нас столик в «Хромой утке», – упрямо возразил Федерико.
– Мне еще надо подучить роль, – уцепилась за последнюю соломинку Кристабел, но Федерико уже подталкивал ее к лестнице.
– В девять мы уже будем дома, и ты сможешь прекрасно все повторить, свернувшись в кресле, как ты любишь.
Кристабел выбрала элегантный кремовый брючный костюм с золотыми босоножками на высоких шпильках и дополнила свой туалет длинной шалью с бахромой, небрежно перекинув ее концы через плечо.
«Хромая утка» всегда славилась безупречным обслуживанием, и метрдотель сразу же провел их к столику у окна с приятным видом на океан.
Кристабел наслаждалась королевскими креветками, когда их с Федерико уединение довольно бесцеремонно нарушили. У столика стояла Корали Линдгрен собственной персоной – соблазнительная сирена в черном вечернем платье, с безупречно уложенными волосами и смелым макияжем. Казалось, она сошла прямо с обложки журнала мод. За спиной Корали с ноги на ногу переминался Эдвин Мэскот.
– Вот уж не ожидала вас здесь встретить, – проворковала Корали, посылая Кристабел воздушный поцелуй.
Кристабел быстро взглянула на Эдвина, – и по кислому выражению его лица поняла, что Корали претворяет в жизнь давно вынашиваемый план соблазнить Федерико.
– Пути Господни неисповедимы, – отозвалась Кристабел, насмешливо взглянув из-под ресниц на Федерико.
– Не возражаете, если мы присоединимся к вам? – Не дожидаясь ответа, Корали грациозно опустилась на стул.
Отлично, удовлетворенно оценила происходящее Кристабел. Можно будет хоть как-то развлечься.
Предоставив Эдвину делать заказ, Корали повернулась к Кристабел.
– Неважно себя чувствуешь, дорогая? – В ее голосе слышалось фальшивое участие, и Кристабел мысленно поаплодировала актерским способностям коллеги. – Ты очень бледна.
– Неужели? – Кристабел сладко улыбнулась.
– В субботу вечером Эдвин устраивает вечеринку. Вы обязательно должны прийти.
– К великому сожалению, мы в это время будем в Санта-Барбаре, – вмешался в разговор Федерико и, подняв бокал, отпил немного вина.
Разве? – мысленно удивилась Кристабел. Я действительно собиралась в Санта-Барбару навестить родных, но еще не решила, стоит ли прихватить для компании Федерико.
Корали постаралась скрыть свое разочарование и игриво погрозила ему пальчиком.
– Как вам не стыдно.
Официант принес первое из заказанных Эдвином блюд.
– Завтра предстоит интересная съемка, – будто между прочим проронила Корали. – У Кристабел интимная сцена. – Выдержав короткую паузу, она нанесла окончательный, по ее мнению, удар: – Должно быть, вам как мужу это не совсем приятно?
– Вовсе нет, – с безмятежной улыбкой возразил Федерико. – Ведь спит-то она со мной.
Кристабел с интересом наблюдала за дальнейшим развитием событий. Корали томно смежила веки и промурлыкала:
– Обожаю мужчин-собственников.
– Разве, дорогая? – вмешался Эдвин. – Ты меня удивляешь. Ты же так любишь разрушать любые отношения.
Если бы взгляд мог убивать, Эдвин был бы уже трупом, а Корали обвинили бы в убийстве.
Кристабел, прекрасно разбиравшуюся в женских интригах, развлекала вся эта ситуация. И в то же время она была готова выцарапать глаза Корали, хотя всегда презирала ревность как таковую.
Она украдкой взглянула на Федерико и поняла, что тот читал ее мысли. Неужели я чем-то себя выдала? – озадаченно подумала Кристабел. Вот так всегда: он читает мои мысли, оставаясь для меня закрытой книгой. Из него вышел бы отличный игрок в покер, заключила она.
Официант принес горячее, и Кристабел сочла за лучшее молча наслаждаться великолепно приготовленной осетриной. – Как долго вы собираетесь пробыть в Санта-Барбаре? – не унималась Корали.
– Я не совсем... – начала Кристабел, но Федерико перебил ее:
– Пока не закончатся съемки и вся эта шумиха с рекламой.
– А что потом? – кокетливо продолжала допрос Корали.
Федерико вежливо улыбнулся.
– Мы отправимся в Лондон, по дороге заедем в Рим. – Он взял руку Кристабел и поднес к губам.
Будь осторожен, мысленно предостерегла его Кристабел, ты разишь ее наповал. Однако уже в следующее мгновение ей стало все равно, что подумает Корали, поскольку Кристабел затопила теплая волна нежности – будто своим прикосновением Федерико нажал на какую-то скрытую кнопку, лишающую ее контроля над собой.
– Итальянский язык такой романтичный, – продолжала свою игру Корали. – Меня всегда сводит с ума, если любовник в порыве страсти переходит на свой родной язык.
– У тебя их было так много, что ты, наверное, стала полиглотом, – поддел ее Эдвин.
– Ты чудовище!
– Я просто констатирую факты, дорогая.
Корали переключила внимание на Кристабел.
– Я участвовала в пробах на главную роль в новом фильме «Уорнер Бразерс». У меня есть все шансы получить ее. – Она провела рукой по волосам. – А какие планы у тебя?
Кристабел отпила немного вина.
– Поздравляю.
– Ты не ответила на мой вопрос.
Кристабел почувствовала, что Федерико тоже с интересом ожидает ее ответа, и выдержала небольшую паузу.
– Я пока ничего не планировала.
– Тебе кофе, дорогая? – вмешался Федерико и, когда Кристабел отказалась, сделал знак официанту. – Извините, мы вас покидаем, – объявил ок Корали и Эдвину. – Мне надо сделать пару важных звонков, а Кристабел собиралась повторить роль. – Федерико расплатился по чеку и поднялся из-за стола. – Спокойной ночи.
Служащий уже подогнал их машину к дверям ресторана. Кристабел села на пассажирское место и, закрыв глаза, с наслаждением расслабилась.
– Ну, что скажешь? – спросил Федерико, когда они отъехали.
– Без комментариев, – насмешливо отозвалась Кристабел.
И в ответ услышала низкий, с хрипотцой, смех.
Вскоре они были на вилле.
– Где ты собираешься учить роль?
– Здесь. – Кристабел указала на кресло в гостиной.
– Тогда я расположусь за столом. – Федерико снял пиджак и перекинул его через плечо. – Кто сегодня сварит кофе?
– Давай ты. Я поднимусь наверх и переоденусь.
Когда, ближе к полуночи, Кристабел отправилась в спальню, Федерико все еще корпел над бумагами. Едва коснувшись головой подушки, она тут же провалилась в глубокий сон и не почувствовала, как Федерико прилег рядом и крепко обнял ее.
6
Кристабел вздохнула с облегчением. Сегодня съемки прошли неплохо – уложились в семь дублей, актеры не путали слова роли, и операторская группа тоже была на высоте, так что даже привередливый Эндрю остался доволен.
Кристабел смертельно устала, ее замучила жара, в тело впивался тугой корсет. Грим, казалось, вот-вот потечет с ее лица, да еще тяжелый тугой парик тисками сжимал голову.
Ко всему прочему ее мучила жажда и очень хотелось есть. Освободившись от опостылевшего костюма и смыв грим, Кристабел первым делом собиралась выпить не меньше полулитра минеральной воды и съесть яблоко.
– Неважно выглядишь, дорогая, – услышала она голос Эдвина. – Верно, сказываются бурные ночи любви?
– Да, – пробурчала Кристабел.
– Везет же некоторым.
Она обворожительно улыбнулась.
– Имею право.
– Наш дорогой спонсор выглядит довольно крепким мужчиной. Должно быть, он выматывает тебя до изнеможения.
– Ты не ошибся, дорогой, – сладким голосом пропела Кристабел и удалилась, оставив Эдвина переваривать полученную информацию. Она не сомневалась, что не пройдет и получаса, как сплетня достигнет ушей Корали Дюрен.
Утолив жажду, Кристабел почувствовала себя намного лучше. Ей оставалось лишь выяснить расписание завтрашних съемок, и она могла быть свободна. Ее ждал приятный сюрприз: она должна была приехать на студию не к пяти утра, а к семи. Обрадованная тем, что поспит лишних два часа, Кристабел летящей походкой направилась к выходу из павильона, но сбавила шаг, заметив Федерико, увлеченно беседовавшего с мужчиной, чей облик показался Кристабел очень знакомым.
Оба, словно по команде, обернулись к Кристабел, и она с изумлением узнала старшего брата Федерико. Интересно, что он здесь делает? В последний раз она виделась с Джанфранко Персетти три месяца назад, в Риме, и, помнится, он отнесся к ней с теплом и уважением.
– Ты уже освободилась? – поинтересовался Федерико.
– Да. Привет, Джанфранко, как дела?
– Прекрасно. А как ты?
– Спасибо, все нормально. – Кристабел сияла улыбкой. – Когда ты приехал?
– Сегодня утром.
– Отдохнуть от трудов праведных? – в лоб спросила она.
– Не совсем.
– Джанфранко собирается составить мне компанию на совещании по вопросам маркетинга. Потом он отправится на переговоры в Санта-Барбару.
– Как всегда, заботишься о семейном бизнесе, – заметила Кристабел, уверенная, что Джанфранко понял ее сарказм.
– Конечно.
– Финансирование фильма – не моя идея, – на всякий случай сообщила Кристабел.
– Мне это известно.
– Значит, ты решил убедиться в надежности финансовых вложений Федерико? – Вопрос ее звучал риторически.
– Федерико сам волен принимать решения.
– Не сомневаюсь.
Джанфранко смотрел ей прямо в глаза.
– Надо понимать, вы помирились?
– Мы работаем над этим, – счел нужным уточнить Федерико.
– А ты, Кристабел, – Джанфранко сделал небольшую паузу, – ты хочешь сохранить брак с моим братом?
– Федерико делит со мной кров и постель. – Кристабел очень хотелось вывести Джанфранко из равновесия, но по его лицу трудно было что-то прочесть.
– Это не ответ.
Кристабел пожала плечами.
– Мне больше нечего сказать.
Она кивнула на прощание и пошла прочь. Хватит с нее и одного братца Персетти!
Не успела Кристабел закрыть за собой дверь, как настойчиво зазвонил телефон.
– Джанфранко встречается сегодня вечером в ресторане с Маргарет Синклер, – услышала Кристабел в трубке голос Федерико. – Мы с тобой тоже приглашены.
– Я не пойду.
– Я буду дома через час.
– Повторяю: нет, Федерико.
Ее повторный отказ остался без внимания, поскольку, в трубке послышались гудки.
Через час, успев принять душ и одеться, Кристабел встретила Федерико у зеркала, заканчивая наносить макияж.
Он посмотрел на нее долгим оценивающим взглядом и наконец изрек, вздернув бровь:
– Ты оделась как для решающего сражения.
Черный цвет всегда шел Кристабел. подчеркивая белизну кожи, блеск темно-каштановых волос и карие глаза. Она расчесала специальной щеточкой ресницы, чтобы они не слиплись от туши, и обернулась к мужу.
– Тебе судить. Так где и когда мы встречаемся?
– В отеле «Жемчужная раковина» через час.
Кристабел положила в сумочку помаду и защелкнула замок.
– До отеля мы доедем за двадцать минут. – Она перекинула ремешок сумки через плечо и направилась к двери. – Я послушаю вечерние новости в гостиной.
Кристабел спустилась вниз, включила телевизор, но усидеть на месте не смогла и стала нервно вышагивать по комнате, не в силах унять волнение. Вспомнив, что у нее с утра маковой росинки во рту не было, Кристабел выпила стакан воды, потом плеснула в бокал немного «шардоне».
Через полчаса спустился Федерико. На нем был черный вечерний костюм, белоснежная рубашка и элегантно завязанный темный галстук. Его мужественная стать вновь опьянила Кристабел. Боже мой, в который раз спрашивала она себя, ну почему я так хочу того, что отвергает мой разум?
Кристабел шутливым жестом подняла бокал и поднесла его к губам.
– За здоровье Маргарет.
– Что ты имеешь в виду?
Кристабел чуть улыбнулась.
– Этот ужин. Разве я могу оставить ее на съедение волкам?
– Волкам? – переспросил Федерико с нескрываемой насмешкой. – Ты преувеличиваешь.
– Ничуть.
– Я уверен, Маргарет умеет постоять за себя. – Голос Федерико стал жестче.
– Возможно. Но против Джанфранко она просто агнец.
Кристабел действительно было интересно взглянуть, как Маргарет отреагирует на старшего Персетти. Женщина, воспитывающая ребенка одна, должна обладать большой смелостью и проницательностью.
– Думаю, тебе понравится роль ее защитницы, – бросил на ходу Федерико, направляясь к жене через комнату.
Он взял из рук Кристабел бокал и, поставив его на столик, притянул ее к себе и крепко поцеловал в губы.
Кристабел затрепетала, снова капитулировав перед напором мужа. Поцелуй, показалось ей, длился целую вечность, но закончился так же неожиданно, как и начался.
– Поехали, иначе опоздаем, – привел ее в чувство голос Федерико.
Она минуту стояла, словно в ступоре, с широко раскрытыми глазами, потом подошла к зеркалу и подкрасила губы. Пальцы дрожали, и Кристабел мысленно ругала себя, что позволила Федерико довести ее до такого состояния.
Она спрятала помаду обратно в сумочку и, ни слова не говоря, пошла в гараж. Федерико так же молча последовал за ней.
Гостиничный комплекс «Жемчужная раковина» располагался на узком мысе, который плавно спускался к океану. Отель славился современным дизайном, живописным искусственным водопадом и тем, что буквально из любой его точки открывались прекрасные виды. Ну и тем, что посреди огромного бассейна отеля был устроен красивый островок с баром.
Федерико оставил автомобиль парковщику, и они с Кристабел вошли в мраморный вестибюль отеля. Им навстречу с уютного кожаного дивана поднялся Джанфранко. Маргарет, как выяснилось, еще не появлялась.
– Пунктуальность – не самая сильная сторона мисс Синклер, – сухо заметил Джанфранко. – Предлагаю подождать ее в баре.
– Возможно, она попала в пробку, – вступилась за Маргарет Кристабел.
– Либо няня опоздала, либо ребенок заболел, – с плохо скрываемым сарказмом добавил Джанфранко.
Стало быть, он позаботился навести справки о Маргарет, и, возможно, еще когда находился в Риме, неприязненно подумала Кристабел. Что ж, это стиль работы всех Персетти.
– Мне кажется, она обязательно позвонила бы и предупредила, что задерживается, – продолжала она выгораживать Маргарет.
В это время к Джанфранко подошел служащий отеля и что-то сказал вполголоса.
– Оказывается, мисс Синклер позвонила и попросила предупредить нас, что задерживается минут на десять. В ее машине спустило колесо.
Джанфранко еще не успел закончить фразу, как в холле появилась Маргарет. Кристабел не могла не оценить ее манеру держаться – с достоинством, но без высокомерия.
– Прошу простить меня за опоздание. Надеюсь, у вас не возникло никаких проблем с заказанным столиком? – Маргарет обвела взглядом обоих мужчин и тепло улыбнулась Кристабел. – Пройдемте в зал?
Кристабел мысленно аплодировала Маргарет. У этого молодого директора по маркетингу определенно есть кураж, к тому же она умела взять ситуацию в свои руки. Безусловно, Федерико с этим не смирится, заключила Кристабел.
Метрдотель проводил их к столику и подозвал официанта. Маргарет сразу же дала понять, что она принимающая сторона. Лицо Федерико было непроницаемым, а Джанфранко изображал холодную вежливость.
Когда было покончено с изучением меню и сделан заказ, Федерико, некоторое время изучающе смотрел на сидящую напротив него приятную блондинку, а потом задал первый вопрос:
– Может быть, вы как-то измените стратегию маркетинга относительно этого фильма, мисс Синклер?
– Маргарет, – улыбкой поправила она. – Когда мы получаем со студии готовый фильм, его первым делом демонстрируют в небольшом зале группе из тридцати человек. Потом мы устраиваем обсуждение, где среди прочего определяем возрастную группу потенциальных зрителей и рынок сбыта.
Кристабел одобрительно наблюдала за Маргарет. Та отпила из бокала глоток холодной воды, контролируя при этом каждый жест и демонстрируя завидное самообладание. Потом точным движением Маргарет поставила бокал и оценивающе взглянула на обоих мужчин.
– Затем выбираются эпизоды, которые могут быть использованы для рекламных телевизионных роликов, пресс-релизов и тому подобного.
– И за пределами страны тоже? – уточнил Федерико.
Маргарет кивнула и продолжила:
– Мы также помещаем рекламу о фильме в одном из престижных международных журналов мод и организуем дефиле в поддержку фильма, широко освещая все это в прессе.
– В названных мероприятиях участвуют только исполнители главных ролей? – вмешался Джанфранко.
– Не всегда, – быстро ответила Маргарет, сразу поняв, куда он клонит.
Кристабел одобрительно улыбнулась, высоко оценив деловые качества Маргарет, которая умела все предусмотреть не хуже любого мужчины.
– Можно также поместить в прессе снимки исполнителей второстепенных ролей для их дальнейшей раскрутки, – продолжала Маргарет. – Мне кажется, неплохо бы дать в прессе фото Кристабел и Федерико на каком-нибудь общественном мероприятии.
– Подогреть интерес публики можно и тем фактом, что Кристабел – профессиональная манекенщица, – подхватил Джанфранко.
В это время официанты стали расставлять на столе закуски, и возникла некоторая заминка, когда, открывая вино, официант предложил его на пробу Джанфранко.
Кристабел с интересом наблюдала, как Джанфранко передал бутылку Маргарет, и та отлично справилась с ролью дегустатора. Кристабел на секунду показалось, что в глазах Джанфранко засветился некоторый интерес к молодой женщине.
– Мы также организуем интервью звезд с прессой в отеле, где они проживают, – продолжала Маргарет, – и в других местах, если удастся.
– Одновременно?
– Да, чтобы привлечь интерес публики.
– Размах впечатляет, – проронил Федерико, приступая к закуске.
– Это моя работа.
– Скажите, Маргарет, разве у вас нет семейных проблем, которые могут помешать вашей работе? – ненавязчиво поинтересовался Джанфранко.
Так, сейчас начнется, с замиранием сердца подумала Кристабел.
– Есть.
– Прекрасно.
Федерико заговорщицки взглянул на брата, продолжая расправляться с закуской.
– Вы легко решили вопрос с няней на сегодняшний вечер? – вступила в разговор Кристабел.
– Если учитывать, что встреча не была запланирована, то да.
– Братья Персетти предпочитают, чтобы их пожелания безоговорочно выполнялись, – изрекла Кристабел, проигнорировав озабоченный взгляд мужа.
– Да? Как же вы решились на брак с одним из них? – сухо заметила Маргарет.
– Тогда все обстояло иначе.
– Вы были околдованы, а потом прозрели?
Кристабел криво усмехнулась.
– Что-то в этом роде.
– Вам налить еще вина, мисс Синклер? – услужливо предложил Джанфранко.
– Маргарет, – спокойно поправила она его. – Нет, спасибо, я за рулем.
– Жаль.
– Что я отказываюсь от вина?
Кристабел с интересом наблюдала за Джанфранко. Наверное, он впервые столкнулся с тем, что женщина бросала ему вызов.
– Что наша встреча – сугубо деловая.