- -
- 100%
- +
– Я не предлагаю тебе плеваться, милочка. Если ты это сделаешь, мне придется просто заткнуть тебе рот кляпом на последние несколько минут перед началом операции.
Принцесса кивнула, и Эсмеральда убрала руку.
– Тебе понадобится еще одно ведро для собственной крови, когда Прекрасный отрубит тебе голову.
– Твой Прекрасный Принц в данный момент разменивает свои скудные мозги на член и не хочет, чтобы его беспокоили.
– Все равно он вскоре все узнает и отомстит. Тебе лучше отпустить меня.
– Не отпущу. Я знаю, за какие ниточки дергать, и могу без труда манипулировать Прекрасным. После сегодняшнего я сделаюсь самой могущественной волшебницей в Двадцати королевствах.
– А ты никогда не думала использовать свой дар на благо людям, а не во вред?
– Нет, никогда. – Эсмеральда снова взяла серебряный нож. – Сделай глубокий вдох, дорогая.
Энн сжала губы и задержала дыхание. Глаза она плотно зажмурила. Принцесса ждала первого прикосновения ножа, твердо намереваясь не визжать. Она ждала леденящего прикосновения, давления лезвия на кожу и мучительного ощущения погружающегося в плоть холодного металла. Она ждала… господи, да что же эта идиотка так долго тянет?
Энн открыла глаза. Прекрасный ухмылялся, как нашкодивший ученик. Он поднял перед собой меч.
– Привет, Энн. Я ведь наконец сообразил, что за маленькая закорючка в рукоятке меча. Прикинь – это, оказывается, отмычка.
– Я очень рада тебя видеть.
– Догадываюсь.
Принц ногой перевернул труп Эсмеральды. На лице женщины застыло выражение удивления от внезапного ощущения меча, пронзающего ей сердце со спины.
– Так и не узнала, кто ее ударил, – пробормотал он. – Какая дрянь. Почему мистически одаренная женщина посвятила свою жизнь злу? Что она с этого имела?
– Она упоминала что-то о низкопроцентных займах.
– М-м-м. Недостаточно веско. Эти феи – странный народ. Да, кстати, а ты что здесь делаешь? Я думал, ты осталась в замке праздновать со счастливыми молодоженами.
– Скажи, э-э, ты случайно не видишь тут где-нибудь одеяла? Я начинаю несколько подмерзать в таком виде.
Принц огляделся.
– Не вижу. Я сниму плащ с Эсмеральды.
– Не смей!
– Хорошо, хорошо. – Прекрасный стянул рубашку, накинул на Принцессу и принялся шарить по карманам убитой. – Ты случайно не видела, куда она положила ключ от этих штук?
– Нет. А ты не можешь открыть их отмычкой? Я не спец по наручникам. Основным препятствием в нашем деле обычно являются дверные замки. – Принц быстро обследовал полки. – Вот что я тебе скажу. Я возьму у Венделла кой-какой инструмент, и мы собьем твои оковы. Подожди тут минутку. – Он подошел к двери. – Никуда не уходи.
Энн подняла голову и посмотрела на цепи.
– Хорошо.
– Шучу. – Принц потянул дверную ручку. – Что это?
Поток воды в два фута глубиной распахнул дверь и хлынул в помещение.
– Вода? – спросила Энн. – Видимо, что-то случилось с Граалем.
– Он его таки спер.
Прекрасный вытащил Устремление из ножен и развернул отмычку. Сжав губы в мрачную линию, он приложил отмычку к браслету на левом запястье Энн.
– По крайней мере мы знаем, что Венделл благополучно выбрался.
– Угу. Ты можешь снять эти железки?
– А? Да, конечно. Не волнуйся. Мигом снимем. Не проблема. Расслабься. И говорить не о чем. – Отмычка в его пальцах издала скрежещущий звук. – Черт.
Вода поднималась ужасно быстро. Она закручивалась воронками вокруг коленей Прекрасного и заливала ему в сапоги. Брюки у него намокли, и к тому моменту, когда он снял первый наручник, уровень потока достиг его бедер. Со вторым браслетом Принц управился несколько быстрее, поскольку теперь знал, что делать, но Энн в это время пришлось опираться на свободную руку – вода плескалась уже в нескольких дюймах над столом. Прекрасный помог девушке подняться на ноги, и она стояла на столе, пока ей заливало ступни. Принц сражался с ножными кандалами. Сквозь мутную воду он ничего не видел, и ему приходилось работать на ощупь. Поток поднялся до его груди, потом до шеи.
– Прекрасный, – произнесла Энн дрогнувшим голосом, – по-моему, у нас не получится. Лучше оставь меня.
– Почти все. Правда.
Прекрасный набрал побольше воздуха и опустил голову под воду. Через несколько секунд Энн почувствовала, как левый ножной браслет отпустил ее. Принц вынырнул и вытряс воду из ушей.
– Вот видишь. У меня еще масса времени, чтобы снять последний.
Он снова ушел под воду. Принцесса ощутила, как его руки что-то делают вокруг лодыжки. Она ждала, следя за уровнем воды, поднимавшимся по каменной стене. Прекрасный снова вынырнул, хватая ртом воздух.
– Тебе придется оставить меня, – сказала ему Энн. – Через минуту зальет факелы, и тогда ты не найдешь пути наружу.
– Сейчас-сейчас, – пообещал Принц. Он сделал глубокий вдох и снова нырнул.
Энн хватала воздух короткими, истерическими глотками. Факелы быстро погасли, задушенные ледяной водой, оставив ее в масляной черноте. Ее залило до плеч, и она стояла на цыпочках, держа голову как можно выше. Мельком Принцесса подумала: правда ли, что тонуть так ужасно, как все говорили? И внезапно порадовалась, что Прекрасный остался с ней. Она не хотела, чтобы он умер, но гибнуть в одиночестве ей было очень страшно. Принц вынырнул рядом, кашляя и отплевываясь в темноте.
– Прекрасный Принц, – крикнула Энн, перекрывая шум потока. – Я должна кое-что тебе сказать. Нечто очень важное. Мне следовало сказать об этом раньше. Не знаю, почему я этого не сделала, но я скажу тебе сейчас.
– Ой, ради бога! Ты же не собираешься признаваться мне в любви, правда?
– Да, черт подери! Именно это я и собиралась сказать!
– Ладно, побереги это до лучших времен!
Раздался всплеск, и Принц снова пропал. Энн попыталась что-то сказать, но ей залило рот, и она закашлялась. Вода уже достигла лица, и девушка попыталась утрамбовать ее, молотя руками и брыкаясь свободной ногой. Она почувствовала, как Принц ухватил ее за свободную лодыжку и поставил ногу себе на плечо. Другая нога до предела натянула цепь. Когда лицо Энн снова показалось на поверхности, она сделала последний глубокий вдох, и ее накрыло окончательно.
Потом вдруг лодыжка освободилась, и Принцесса вынырнула вместе с Прекрасным.
– Вот и славно. – Принц пытался сбросить сапоги. – Теперь дышим глубже. Нам придется плыть.
Они бултыхались в стремительно исчезающем просвете между поверхностью воды и потолком.
– Плыть куда? – спросила Энн из смоляной темноты.
Она почувствовала его руку на своей руке.
– Просто держись. Я помню дорогу.
Он и вправду помнил. Принцесса так и не смогла понять, как Прекрасный нашел выход. Он тянул ее сквозь черную воду, несколько раз шваркал о камень, но всегда находил отдушину именно тогда, когда ее легкие, казалось, вот-вот разорвутся. Наконец они вынырнули у лестницы, той же самой, по которой Энн спустилась несколькими часами раньше. Над головой сияли звезды. Молодые люди полежали в мутной воде, прижавшись друг к другу, и, немного восстановив силы, проползли оставшиеся ступеньки. Снаружи на прогалине весело полыхал костер, а рядом сидел Венделл и чистил меч. Увидев их, он покачал головой.
– Для парня, который постоянно жалуется на личную жизнь, у тебя тут припрятано слишком много женщин. – Он вытащил из седельной сумки одеяло и преподнес его Энн. – Привет, Энн.
– Привет, Венделл. Спасибо.
– Синтия тоже вылезла. Я отдал ей второе одеяло, и тебе придется остаться мокрым, сир. Кстати, она тоже была без одежды.
– Вот хитрюга, – сказал Прекрасный. – Честно говоря, мне ужасно не хотелось ее там бросать.
– По крайней мере, мне теперь известны его предпочтения, – пожаловалась Энн Венделлу. – Его явно тянет на рыженьких. Что с ней сталось?
– Она ушла с Медведем. Макалистер сторожил вход, пока я спускался внутрь.
– Грааль добыл? – поинтересовался Прекрасный.
– Разумеется.
– Молодец. Трудности были?
– Рука с мечом. Ничего особенного.
– К тому времени, когда менестрели закончат переписывать историю, что-нибудь особенное обязательно появится. Он?
– Угу.
– Эта деревяшка?!
Энн осмотрела добычу пажа.
– Оливковое дерево. Все в порядке, это чаша плодородия.
Прекрасный уселся на камень.
– Следовало прихватить волшебное зеркало. Оно хотя бы имело некоторую материальную ценность.
– Здесь все, что нам нужно, – заверила Энн. – Венделл, лошади все еще привязаны снаружи?
– Ваши – да. Свою я провел внутрь с поклажей.
– Хорошо. Бери грааль и оставь нас ненадолго одних. Встретимся на рассвете в гостинице.
– Желаю приятно провести время.
Венделл сунул Грааль за пазуху, пристегнул меч и удалился, тщательно выбирая в темноте дорогу между камнями. Энн дождалась, пока он скроется из виду, затем подошла к Прекрасному и уселась к нему на колени.
– Ну, – уставился на нее Прекрасный, – как насчет объяснить, что там делала м-м-м-м-мф-ф-ф-ф…
Энн поцеловала его. Поцелуй получился долгим, теплым и глубоким. Как только Принц оправился от первоначального удивления, он насладился им сполна. Когда Энн наконец оторвалась, чтобы глотнуть воздуха, он произнес, слегка запыхавшись:
– Я думал, тебе полагается быть милой, чистой, добродетельной и невинной.
– А, это. Все в порядке, – заверила Энн после нового поцелуя. – Мы ведь поженимся. Утром я тебе все расскажу.
Стояло теплое солнечное утро пять дней спустя. Они снова находились в замке Иллирии, сидя на одной из многочисленных террас.
– И все? – переспросил Прекрасный. – Нормально? Всего лишь «нормально»?
Энн расстегнула Прекрасному рубашку и покусывала грудь. Она подняла глаза.
– Это было прекрасно. Мне понравилось. Пожалуй, поцелуи – лучшая часть. Я, правда, не понимаю, почему нельзя больше целоваться и отменить все остальное.
– Нельзя. В смысле пропустить остальное. Можно больше целоваться.
– Хорошо. – Энн извернулась у него на коленях и обвила его руками за шею.
– Я не имел в виду прямо сейчас.
Она просунула язык ему в рот. Прекрасный решил не спорить.
Десятью минутами позже она угомонилась и положила голову ему на плечо.
– Аврора говорит, что находит на потолке пятнышко, сосредоточивается на нем и позволяет сознанию отключиться. Она даже не успевает заметить, когда все кончается.
– Ар-р-ргх. – Прекрасный откинулся на спинку кресла и спрятал лицо в ладонях. – Нет! Не делай этого. Будет лучше, обещаю.
Энн уселась на него верхом.
– По-моему, ты и сейчас просто чудо. – Принцесса начала покусывать ему ухо. – Но есть одна вещь, которую ты не можешь сделать, – прошептала она. Теплое дыхание ласкало ему щеку. – Сегодня ты не можешь засунуть мне руку под платье.
– О? – промурлыкал Прекрасный, позволив руке скользнуть вверх по ее бедру. – А почему?
– Потому что я без панталон, – выдохнула Энн. Она взяла мочку его уха губами и нежно потянула. – Так что с твоей стороны будет очень, очень нехорошо, если ты положишь руку… о-о-о-о… туда.
Они обнимались и ласкались еще несколько долгих минут, прежде чем девушка отпрянула и поспешно одернула платье.
– Аврора идет.
Прекрасный застегнул рубашку и подобрал пару книг. Хотя он по-прежнему оставался при мече, выглядел юноша весьма отдохнувшим и беззаботным. Принц еще раз поцеловал Энн в щечку, а затем встал и поклонился Авроре.
– Доброе утро, ваше величество.
– Доброе утро, Прекрасный. – Аврора положила на столик сумочку и поджала губы. – Я не отниму у вас слишком много времени, так как знаю, что вы хотите остаться одни. Энн, я только хотела пересмотреть с тобой планы относительно бала. Боюсь, Прекрасный, твою маленькую рыжеволосую подружку на сей раз мы не пригласим.
– Не могу сказать, что разочарован. Но вообще-то я и сам, вероятно, буду сильно занят…
– Аврора дает бал в нашу честь, – перебила Энн.
– А-а. Ну, да. Тогда с удовольствием поприсутствую.
– Вы очень любезны. Э-э, Прекрасный, не мог бы ты поговорить с Венделлом? Он очень расстроен.
– Ах да. Я был так занят, что не имел возможности побеседовать с ним с самого возвращения. Если подумать, я его даже не видел.
– Он избегал тебя с тех пор, как ему сообщили новость. На самом деле он избегает всех.
– Может, он просто хочет побыть наедине с самим собой?
– Сегодня утром он пропустил завтрак, – сказала Энн. – А вчера вечером ужин.
– Хм-м. Это действительно серьезно. Ну, Мандельбаум все с ним уладит.
Энн с Авророй переглянулись.
– Похоже, Мандельбаум слишком занят эти дни. Венделлу действительно очень нужно поговорить с тобой.
– Ладно. Вы знаете, где он?
– На речке, удит рыбу. На. – Энн вручила Прекрасному сверток. – Я испекла печенья, чтобы ты отнес ему.
– Спасибо. – Он снова ее поцеловал. – До скорого. Пока, Аврора.
Прекрасный обнаружил Венделла рыбачащим с берега реки в уединенном местечке и уселся рядом. Венделл его проигнорировал.
– Как рыбалка?
– Хорошо. – Венделл не поднял глаз.
– Что-нибудь поймал?
– Нет.
– Ладно.
Пауза.
– Хочешь печенья? Энн испекла.
– Какого?
– Овсяного.
– Идет.
Они сидели молча. Молчание затягивалось. Наконец Прекрасный сказал:
– Слушай, я догадываюсь, что ты расстроен.
– А ты как думал?
– Ну же, Венделл, это должно было когда-нибудь закончиться. Мы не можем провести всю жизнь, скитаясь но свету в поисках приключений. Рано или поздно надо осесть, остепениться.
Венделл молчал еще с минуту, в течение которой лицо его становилось краснее и краснее. Наконец паж вскочил и швырнул удочку в реку.
– Думаешь, мне этого надо? – заорал он на Прекрасного. – По-твоему, это все, что меня волнует?
– А что тогда?
– Меня волнуешь ты. Посмотри на себя. Ты был величайшим принцем в истории этой страны. Все тобой восхищались. Ты был моим героем и героем любого мальчишки в Двадцати королевствах. А теперь ты никто. Ты был Прекрасным Принцем и должен был стать Прекрасным Королем, а ты позволил им отнять у тебя все. Ты даже в драку не полез. Теперь ты просто еще один рыцарь, а тебе и горя нет!
– Венделл!
– И до меня тебе тоже нет дела! Посмотри на меня. Я седьмой сын герцога. Ты знаешь, что мне это дает? Ничего! Ни земли, ни титула, ни наследства, я даже приличного образования не получу. Неделю назад люди уважали меня, потому что знали, что я езжу с тобой и однажды сам стану рыцарем. А теперь мне придется жить в домах моих старших братьев на правах гостя и смеяться их шуткам, чтобы они не рассердились на меня и не урезали мне содержание.
Он подобрал камень и запустил его в реку вслед удочке.
– Венделл, ты же знаешь, я забочусь о тебе. Что я, по-твоему, должен сделать?
– Мы можем пойти воевать!
– Что?
– Я помогу тебе! – Венделл подбежал к Прекрасному и по-детски обнял его за шею. – Мы отправимся на юг. Мы поднимем армию. У Медведя есть люди. Он нам поможет. Тебя поддержат как минимум семь королей! Они дадут тебе деньги, оружие и людей. А когда мы будем готовы, мы выступим на Иллирию!
– Венделл!
– Ты заставишь своего отца признать тебя законным принцем и наследником трона. Ты заставишь его вернуть тебе право первородства. А если он этого не сделает, мы отберем у него трон. Мы можем это сделать. Я буду сражаться бок о бок с вами, сир. Я никогда вас не брошу.
– Венделл, я уже король.
– Что?
Прекрасный высвободился из объятий мальчика и взял его за руки.
– Венделл, мы с Энн поженились вчера вечером. Я теперь король Тировии.
Венделл плюхнулся на задницу. Прекрасный видел, как нелегко ему переварить эту новость.
– Тировии? Почему?
– Им нужен король. Народ любит Энн, но у страны серьезные проблемы. Ей одной с ними не справиться. Руби всегда была слишком повернута на магии, чтобы стать хорошим лидером. Она пыталась править посредством колдовства, но сделала только хуже. Но она узнала про грааль.
– Опять Грааль.
– Это действительно чаша плодородия. Помнишь, какая тучная там долина? Помнишь, Аврора рассказывала, как легко беременели девушки в Аласии? Это все Грааль. Но, как говорил Мандельбаум, это мужская вещь. И управлять ею должен король.
– Но ты меняешь Иллирию на грязную дыру!
– Иллирии я не нужен, Венделл. Папе всего сорок. Если повезет, он будет править еще лет двадцать, а то и дольше. Я как был принцем на побегушках, так им бы и остался. А Тировия в большой беде. Там плохая земля. Почвы бедные и хлеб не родится, деревья умирают, а скот бесплоден. Им действительно нужна помощь. При усердной работе и наличии Грааля мы с Энн, думаю, сможем поднять страну.
– Однако Энн – не королева. Королева – Руби.
– Руби отрекается от трона в пользу Энн. Она собирается остаться здесь и изучать магию вместе с Мандельбаумом. Все равно ее ничто другое, по сути дела, не интересует.
Венделл долго и усердно обдумывал услышанное.
– Если так, то получается – женщины с самого начала все спланировали. Королеве Руби нужен был не только Грааль. К Граалю ей нужен был ты. Могу поклясться, она сама и распустила слух, будто хочет убить Энн, чтобы заманить тебя к себе.
Прекрасный уселся рядом с ним и положил книги на землю. Он сорвал травинку и разделил ее ногтем большого пальца надвое.
– Не знаю. И, думаю, никогда не узнаю наверняка. Может, Руби всю дорогу знала про Аврору и Синтию, может, она выстроила весь сценарий. А может, у Энн была собственная программа, и она всем руководила, выстраивая новые планы, когда ситуация менялась. Она на редкость умна.
– По крайней мере знает, чего хочет. И верна своему народу. Это хорошо. Боюсь, ты мог кончить гораздо хуже.
– Уверен, она оценит этот вотум доверия, Венделл. – Принц щелчком отправил травинку в реку. – Думаю, дедушка знал про Грааль и не хотел, чтобы его трогали. Поэтому он не разрешил папе вернуться с командой волшебников, чтобы снять изгородь. Полагаю, Мандельбаум тоже следил за Граалем. Он тоже не хотел, чтобы его трогали, пока не понял, что им может завладеть кто-нибудь вроде Руби. А иногда я просто говорю себе, что никто ничего не знал и все это просто совпадение и цепь случайностей.
– Может, у тебя судьба попадать в приключения. А книжки зачем?
Прекрасный показал ему обложки.
– Экономика и политология. Перед отъездом папины министры читают нам ускоренный курс по управлению страной. Туда столько всего входит! Основы сельского хозяйства и финансовая политика, дипломатия и военная стратегия. Иллирия гарантирует неприкосновенность границ Тировии, так что некоторое время нам не придется транжирить деньги на армию. А папа счастлив заиметь буферное государство на севере.
– Стало быть, Король тоже счастлив. Все получают то, чего хотели.
Прекрасный улыбнулся и встал.
– И ты в том числе, Венделл.
– Что ты имеешь в виду?
– В Тировии полно проблем, Венделл. Особенно с разбойниками, которые скрываются в горах. Плюс у них постоянные сложности с мантикорами.
– Ой, да ладно. С мантикорой даже я справлюсь.
– Рад слышать. Потому что король все время занят государственными делами. Ему некогда бегать туда-сюда, преследуя разбойников и мантикор. Ему нужен паладин, который будет сражаться за него.
– Сир! Вы серьезно?
– Разумеется. Ты начнешь тренировки, когда вернешься вместе с нами в Тировию, и будешь посвящен в рыцари, когда тебе исполнится четырнадцать. И… – Принц отстегнул перевязь с Устремлением, – тебе понадобится добрый меч.
Венделл благоговейно принял оружие.
– Прекрасный Принц! Я хотел сказать, Прекрасный Король! Ты отдаешь мне Устремление?
– Ты же не посрамишь его?
Венделл обнял Прекрасного.
– Я не заслужил этого всего.
– Заслужил, заслужил. Давай пошли отсюда. Все равно здесь рыбалка никакая.
– Я упустил удочку. – Бывший паж оглянулся на реку. – А, ладно.
– Мне надо отдохнуть от зубрежки. Чем займемся?
Венделл подумал и глубокомысленно кивнул:
– По-моему, нам следует поесть.