Хозяйка Тейновых холмов

Глава 8 Семейство Неф

– Ты сейчас говоришь мне правду? Лексин Тейн оставил все какой-то пришлой девчонке, а нам ничего? Мы же его самая ближайшая родня! Откуда она вообще взялась? – томная блондинка с изящно уложенными глянцевыми локонами грациозно сидит на столе и склоняется роскошным бюстом к откинувшемуся в кресле такому же светловолосому Инсиду Нефу.

– Пира, сколько раз еще повторять? – морщится он. – Лексин все оставил своей дочери из другого мира. Обрюхатил там какую-то дурочку и скрывал от нас. От всех скрывал! Понимаешь? – срывается он на крик. – Теперь она владеет Холмами, а нам остается только это, – он обводит рукой сумрачный кабинет с поблескивающими полировкой книжными шкафами, – да столичный дом, который надо делить с Ретфером. А он как-то не горит желанием его продавать.

– А остров! Какие распоряжения он отдал по поводу острова? Это же золотая жила! Он мог бы решить все наши проблемы! – оживляется Пирана Сойф, кузина Инсида по линии матери.

– Ха! – невесело восклицает Инсид. – Остров достанется девчонке, только если она выйдет замуж за меня или Ретфера.

– Это же наш шанс! – Пирана придвигается ближе к кузену так, что ее гордость почти упирается ему в лицо, томно приопускает ресницы и ведет тонким пальчиком по его бледной щеке, соскальзывает на сжатые губы, но Инсид перехватывает ее руку.

– Шанс, конечно. Только на пути к этому шансу надо обойти Ретфера. Между прочим, он, в отличие от меня, сейчас с ней, и я не думаю, что не пользуется всеми своими возможностями.

– Ретфер? – фыркает Пирана. – С его-то лицом? Подумай сам, братик, какой он тебе конкурент? – продолжая чувственно нашептывать, она склоняется еще ниже.

– Заем ты меня вызвала? – не обращая ни малейшего внимания на проделки кузины, Инсид поднимается из-за стола, отходит к окну, отодвигает штору и смотрит на простирающийся за стеклом унылый пейзаж, так кардинально отличающийся от видов в Холмах. – Если бы не твое несвоевременное требование прийти, сейчас я был бы рядом с той девчонкой.

– Она красивая?! – Пирана разворачивается, следит взглядом за кузеном. Светлые, подкрашенные брови сердито сходятся на тонкой переносице, а губы маленького рта капризно надуваются. – Лучше меня? – она опирается руками о стол, откидывается и во всей красе выставляет открытую низким декольте грудь.

– Ты же понимаешь, что не в этом дело! – раздраженно отвечает Инсид. Поворачивается к кузине, чтобы высказать ей пару ласковых, но встречает изумленный, направленный поверх его плеча взгляд и оборачивается. – Ретфер… – немного растерянно тянет, наблюдая, как еще один Неф выходит из фиолетового свечения портала.

– Семейный совет, а меня не позвали? – Ретфер вскидывает бровь, но взгляд цепкий, оценивающий.

– Мы не хотели тебе мешать, – Пирана соскальзывает со стола и, плавно покачивая бедрами, подходит ко второму кузену под мрачным взглядом Инсида. – Инс сказал, что тебе приглянулась иномирянка. Это правда? – вскидывает на него обиженный взгляд.

– Да, Ретф, – поддерживает ее Инсид. – Ты же был занят – охмурял девчонку. Как успехи?

Инсид вроде бы старается говорить беспечно, но под бледной кожей перекатываются желваки.

– Кстати, почему так быстро?

– Очень любопытно стало, куда ты так резво сбежал. Теперь вижу, не куда, а к кому, – Ретфер осторожно отстраняется от Пираны, подходит к окну и приседает на подоконник. – Что обсуждали, дорогие родственники?

– Как раз тебя, милый Ретф, – Пирана пытается опереться на его плечо, на что Инсид нервно дергает щекой. – Гадали, чем ты там нашу пришлую развлекал. Как успехи? Когда свадьба?

– Не надо, Пирана, – Ретфер предпринимает очередную попытку отодвинуться, но Пинара словно этого не замечает. Обхватывает его за плечи и прижимается выдающимся бюстом.

– О какой свадьбе ты говоришь? – Ретфер поводит плечами, но отделаться от Пираны не так-то легко, а более доходчивых действий по отношению к родственнице кузена, да еще и девушке, он предпринимать не хочет. Все-таки не совсем чужие люди. Их троица всегда была вместе, сколько он себя помнил. – Я просто завез ее домой, поскольку от города до Холмов достаточно далеко, а ее перенесли босиком. Ссадил у ворот, а сам поехал в город. Оставил Венто на постоялом дворе, чтобы переправили домой, и порталом сюда. Какие новые козни и заговоры строите? Пирана, не стоит так ко мне прижиматься. Я все-таки с дороги, пыльный. Лучше бы выпить предложила.

– Будто не знаешь где и что, – она небрежно взмахивает точеной рукой. – Пойди, и сам налей, я тебе не прислуга.

Ретфер не упускает случая воспользоваться ее советом и наконец избавиться от докучливого соседства. Вставая с подоконника, легонько отталкивает Пирану и подходит к иссеченному трещинами серванту с рядом бокалов и графином, наполненным жидкостью невразумительного цвета – то немного, что осталось еще не проданным, за неимением желающих купить.

– Не бойся, не отравлено, – комментирует Пирана, снова усевшись на стол, чтобы ее прелести были одинаково хорошо видны обоим мужчинам. – Я уже пробовала и, как ни странно, до сих пор живая.

Ретфер плескает в стакан неизвестный напиток и пригубляет. От кисло-горького настоя трав он щурится, но вскоре его лицо снова приобретает непроницаемое выражение.

Эх, а ведь когда-то в этом графине всегда было дорогое вино, но семья Неф, как и семья Сойф не смогли удержать состояние в руках.

– Не верю, чтобы какая-то безродная девчонка не поддалась твоему обаянию, – Пирана снова возвращается к интересующей ее теме. Она поводит плечами, отчего грудь соблазнительно колыхается, гипнотизируя Инсида. Ретфер лишь вскользь смотрит на попытку привлечь его внимание – слишком привык к подобным выходкам.

– Она не безродная, – пожимает он плечами. – Она дочь Тейна, и это доказано.

– Но кто ее мать?! – вскидывается Пирана. – Какая-то жалкая иномирянка! Девчонка, наверное, и магией не владеет. С такой хозяйкой Холмы окончательно разрушатся. Надо что-то делать! Почему ты ничего не предпринял?

– Не захотел, – Ретфер уже несколько устает от энергичных нападок неугомонной Пираны. – Мне, конечно, как и вам, тоже нужны деньги, и поместье жалко отдавать неизвестно кому, но не настолько, чтобы связывать с ней свою жизнь. Я ее совсем не знаю, а в нотариальной конторе она произвела на меня не самое благоприятное впечатление. К тому же, одевается и ведет себя вызывающе. Зачем мне пятнать свое имя?

– Значит, Инсид может попытаться ее очаровать? – оживляется Пирана. – Жаль, конечно, отдавать его в лапы пришлой девицы. Я бы хотела, чтобы мы всегда были вместе, как в детстве, но необходимо чем-то жертвовать, – она горестно вздыхает и сразу же опускает ресницы, чтобы никто не заметил радостно заблестевших глаз.

– Делайте, что хотите, – отмахивается Ретфер. – Только меня не впутывайте. Я не хочу иметь с ней ничего общего, – и тут же сам себе противоречит: – Только немного продуктов закину.

– Наших продуктов? – не верит своим ушам Пирана. Инсид тоже хмурится, хоть и рад, что кузен решил не связываться с иномирянкой, а значит дядюшкин остров, как и Холмы, перейдут в его руки. Он даже начинает обдумывать, как построить ухаживание за Лексией, ввиду хронического отсутствия денег.

– Вообще-то, моих. Не забывай, дорогая, ты живешь в моем доме, – напоминает Ретфер, а Пирана обиженно надувает губы.

– Она же первый день в доме, там ничего нет, выйти в ее одежде не сможет… наверное. Все-таки родственница, не оставлять же ее голодом.

Ретфер отворачивается от симпатично-обиженного лица Пираны и отправляется в кладовую.

– Я тебе помогу, – Инсид спешит следом, сообразив, что подобное появление должно расположить к нему растерянную в новом мире Лексию.

– Эй, а как же я? – соскочив со стола и путаясь в широкой юбке, за ними спешит Пирана.

Если мужчины могут появиться в поместье по следу крови – вряд ли новая хозяйка сообразила заблокировать перемещение в дом, – то Пиране без приглашения путь заказан, а это так обидно, когда не можешь сама оценить потенциальную соперницу.

Глава 9 Гости

Должна признаться, слегка обалдеваю, когда вижу застывшего посреди гардеробной Ретфера, освещенного со спины фиолетовым мерцающим кругом.

Он стоит и не двигается, будто я медуза Горгона и одним взглядом превратила его в камень, да еще и взгляд застыл, как у дурачка. Того и гляди, слюни начнет пускать.

Мысленно прослеживаю траекторию и понимаю, на что именно он не отрываясь смотрит – на мой зад, скорее всего, достаточно детально обрисованный платьем, пока, согнувшись, намывала Мирелу.

Ну и за каким чертом он заявился? Уж точно не помогать мне оттирать многочисленные комнаты поместья.

Фиолетовый круг за его спиной наливается светом, пульсирует, и из него выходит еще один красавец – Инсид!

Ну да, кого же мне для полного счастья не хватало? Правильно – двух мужиков в гардеробной, когда я взлохмачена и полураздета – платье-то, между прочим, до конца не застегнуто и держится на честном слове, а мы с ним еще не достаточно хорошо знакомы, чтобы полагаться на такую хлипкую гарантию.

За моей спиной сдавленно пищит Мирела:

– Еще один жених! Я-то думала, что ты совсем дурочка, а смотри-ка, как ошиблась. Эх! Совсем потеряла сноровку из-за долгого сна.

Та-ак, еще доморощенной свахи мне не хватало. И без того есть чем заняться.

Я помню слова Мирелы, что здесь женихов надо отлавливать, и это совсем не поднимает настроение. Настолько не поднимает, что даже забываю спросить, как кузены вообще сюда попали.

– Можете возвращаться откуда пришли? – отмахиваюсь от них, как от надоедливых мух, а сама прикидываю, что еще в первую очередь надо отмыть. Наверное, ванную. И поискать спальню. Должна же я где-то спать. – Сегодня у меня нет желания за вами бегать. Да и не сегодня тоже нет.

Упираю руки в боки и жду, когда гости отправятся восвояси, но они стоят, как вкопанные, да еще и с корзинками наперевес – ну чисто джентльмены собрались на пикник. Только почему он должен состояться в моей гардеробной?! Здесь ни озера, ни травки. Вид из окна, конечно, красивый, но непосредственно с холма все равно лучше. Вот и отправлялись бы туда.

– Ох, Ретфер, Инсид! Мальчики, как же вы выросли! Да какими красавцами стали! – за моей спиной захлебывается восторгом Мирела.

– Мирела?

Пока Инсид с любопытством осматривается, Ретфер пытается рассмотреть за моей спиной слишком разошедшееся зеркало.

– Я! Конечно, я! – радуется она. – Вы меня помните? Как я рада! Ну что же вы застыли, спускайтесь в гостиную, располагайтесь! Можете и меня туда отнести! Расскажете, как вы, что вы. Я так по вас соскучилась. А на дуреху эту не обращайте внимания! Она, наверное, когда в портал попала, головой обо что-то стукнулась. Не в себе еще. Или вы на мою девочку такое сильное впечатление произвели, что сама не знает, о чем говорит. И не удивительно! Ну какие же вы красавцы оба!

От стрекота Мирелы у меня начинает болеть голова, а от бестактности – гореть щеки. Разве можно так при посторонних?

Не говоря ни слова, разворачиваюсь к ней, снова подставляя под взгляды мужчин едва прикрытую спину, подхватываю первое, что попадется под руку – какую-то яркую шаль – и накидываю на излишне болтливое зеркало, как платок на клетку попугая.

– Леска! Ты что это?! Ты это как так?! Да ты же без меня!.. Ты даже говорить не знаешь чего! Не дури, девка! Сыми тряпку! – беснуется под шалью Мирела, даже рама ходуном ходит.

– Вы не поняли? – снова разворачиваюсь к мужчинам, безмолвно наблюдающим разворачивающийся перед их глазами театр абсурда. – Я не в настроении бегать. Можете уходить!

Они вздрагивают, растерянно моргают, будто пробудились от долгого сна, и даже пятятся к порталу, когда меня пронзает страшная мысль: если они могут заявиться когда угодно и куда угодно, то кто поручится, что в следующий раз не нарисуются, когда я буду принимать ванну?

– Стойте! – командую я, а кузены вздрагивают и застывают. – Вы как сюда попали?

– По следу крови… – несколько растерянно произносит Ретфер и внимательно изучает все, что показывает платье. Ну не гад? Хоть бы глаза отвел, что ли.

– Лексин Тейн, когда еще жил здесь, открыл нам проход, но после его кончины, пока поместье не обрело хозяина, мы не могли сюда прийти, а вот когда появились вы, его дочь, то приглашение снова обрело силу, – перебивая брата, любезно поясняет Инсид. – Бегать за нами не надо, что бы это ни значило. Это, наверное, обычаи вашего мира? – и тоже заинтересованный взгляд по обтекающему тело платью. Они что, женщин никогда не видели? – А решили вам продуктов занести. Наверняка, в поместье ничего нет, а вы голодная. Беспокоимся за сестренку. Вы разрешите пройти на кухню.

Мирела продолжает буянить или ликовать – из-за ткани плохо слышно, – а я пытаюсь сообразить – зачем продукты нести в гардеробную? Сразу бы и отправлялись на кухню. И вообще, почему они заявились сюда, а не к дверям, как и все нормальные гости?

– А почему сюда? – с трудом получается сформулировать скачущие кузнечиками мысли. И я обвожу рукой комнату, давая понять, что продуктам здесь не место.

– Поскольку приглашение выдано еще Лексином, то мы перенеслись по следу его крови, к носителю, то есть, к вам, – терпеливо поясняя, Инсид подходит ближе, а Ретфер за его спиной недовольно сопит, но хотя бы не пялится, как баран на новые ворота.

От этого чуть-чуть легче, но все же с подобными появлениями надо что-то делать. Не желаю видеть в собственной спальне чужих мужиков. Кто знает, сколько еще человек или существ имеют приглашение папочки.

– Как отменить действие приглашения? – даже не думаю корчить из себя воспитанную стесняшку, спрашиваю в лоб, чтобы не стыдиться в будущем из-за несвоевременно появившихся гостей. А то в моем положении и с незнанием местных порядков – одно неверное движение и ты уже, если не мать, то «счастливая невеста». Ну, нафиг!

Мирела за спиной мученически стонет, наверняка, в очередной раз нелестно отзываясь о моем воспитании. Инсид выглядит ошеломленным, и в глазах столько изумления и обиды, будто у ребенка отбирают последнюю игрушку. Искоса поглядываю на Ретфера, но он на меня не смотрит – насупившись, отчего заметнее становится шрам на щеке, он так внимательно изучает свои пыльные ботинки, будто на свете нет ничего интереснее. Невольно опускаю взгляд на свои ноги.

Нда… Лучше бы не смотрела. Похоже, что капитальная помывка необходима больше мне, чем Миреле – ступни так плотно покрыты пылью, что не разглядеть бледно-розовый педикюр. Невольно одергиваю платье, чтобы прикрыть ноги, и оно… сползая с плеч, послушно обтягивает грудь.

Мне и самой довольно неловко, а местные мужчины, видимо, вообще не привыкшие к подобному зрелищу, потому что хлопающий светлыми ресницами Инсид даже моргать перестает. Он застывает с приоткрытым ртом, как зависший маломощный компьютер. Только Ретфер, благодаря тому, что изучает собственные ботинки, остается вменяемым. С непонятным выражением на лице он косится на Инсида, а затем, вздохнув, поднимает взгляд на меня.

Если он и впечатляется моим видом, то это почти незаметно, только бровь дергается, да розовеют обозначившиеся четче скулы. Если бы меня заставили делать предположение под страхом смерти, то я сказала бы, что он злится. Причем, злится на меня.

А вот нечего без предупреждения врываться в комнаты девушек, еще и не то можно увидеть и испытать культурный шок.

– Вы хотите остановить действие приглашения и отказать нам в праве посещать дом, в котором мы практически выросли? – уточняет Ретфер, стараясь оставаться спокойным, но хрипотца в срывающемся голосе подсказывает, что злится он еще сильнее, если такое возможно.

Я чуть было не выпаливаю «да, именно так». В конце концов, я здесь хозяйка или нет? Имею право приглашать кого захочу и когда захочу? Но почему-то проглатываю рвущиеся с губ слова.

То ли действует новый, раздавшийся за спиной стон, то ли жалостливое выражение на лице Инсида, а может, решительное и неприступное – Ретфера, но я молчу.

– Посмотрите, мы можем быть полезными, – очаровательно улыбается Инсид. – Если бы не могли войти в дом, то кто побеспокоился бы о вашем питании? К тому уже, ваша одежда…

Я чувствую, как вспыхивают мои щеки. Наверняка, они сейчас ярко-красные, как и у всех обладателей отвратительно-рыжих волос. Спасибо, папа!

– Нет-нет, – тут же частит Инсид. – Вы всегда прекрасны, и платье надето весьма оригинально. Это в вашем мире так носят, да? И на голове тоже довольно необычный убор, но все это успело выйти из моды. Вы ведь хотите обновить гардероб, а я или Ретфер, – он оборачивается на брата и выразительно кивает на меня, настойчиво давая понять, чтобы присоединялся к уговорам, – могли бы доставить вас в город порталом. Это намного быстрее, чем в экипаже и удобнее, чем верхом. К тому же, лошадей у вас все равно пока нет.

Хм… а ведь он дело говорит. И в город мне как-то надо попасть. В банк там, в магазины, к парикмахеру, да мало ли дел может быть у девушки, так почему бы не использовать только что обретенных родственников в качестве транспортного средства? Тем более, что сами предложили, значит с них не убудет.

«Ну что, мальчики, вы попали. Готовы побыть жеребцами? Только в самом прямом смысле – ездовом?» – мысленно ухмыляюсь я, а сама принимаю самый серьезный вид и строю самое задумчивое выражение, на которое способна.

– Не то, чтобы совсем прекратить, – неуверенно начинаю я и вижу, как в глазах Инсида вспыхивает надежда. Интересно, что ему на самом деле надо от поместья? – Я только хотела бы сменить… как бы это сказать, настройки?

Братья непонимающе переглядываются и вопросительно смотрят на меня. Ну конечно, откуда им такие умные слова знать? Чай, в университетах не обучались.

– Чтобы вы перемещались не туда, где я непосредственно нахожусь, а, например, в гостиную, как и положено гостям, – более доходчиво поясняю я.

– Эм… Вообще-то, мы не в курсе где именно происходит, как вы выразились настройка. В каждом доме по-разному. Но Мирела должна знать. Она же часть поместья.

Я практически кожей ощущаю, как за спиной разливается многозначительная тишина.

Да… вот сейчас вздорное зеркало и отыграется на мне за накинутое покрывало. Боюсь, теперь помывкой и даже полировкой я не отделаюсь.

– Мирела?.. – ласково зову я, но зеркало молчит, только из-под шали доносится многозначительное сопение.

Да, легко мне не отделаться, но не буду же при свидетелях разыгрывать сцену, верно? И так братья Неф переводят с меня на зеркало слишком уж понимающие взгляды. Наверняка, не понаслышке знакомы с нравом души поместья.

А ведь они все так же стоят с обнимку с корзинами. Один ближе ко мне, второй чуть дальше, а живот между прочим уже начинает весьма доходчиво намекать, что не мешало бы и перекусить.

Нет, ну какие все-таки терпеливые мужчины!

Я бы уже давно упорталила от столь утомительной и негостеприимной особы.

Окидываю их еще одним восхищенным взглядом, а поскольку Инсид стоит ближе, то и восхищения ему достается больше. Кто успел, тот и съел – все правильно.

Уловив мое внимание, он горделиво расправляет внушающие уважение плечи, а вот Ретфер мрачнеет. Причем на его осанке или гордо поднятой голове это никак не отражается, только в глазах мелькает нечто отдаленно похожее на… злость?

Неужели огорчился из-за того, что второй раз отказалась за ним бежать? Ну, ничего, пусть привыкает. Тут вам не здесь. Не воспитывали меня с осознанием того, что за мужчинами надо гоняться, как за дичью, ловить и обездвиживать, после чего считать своим законным приобретением.

Из-под шали доносится мученический стон, словно Мирела услышала мои мысли, и они причинили ей невыносимые страдания. Естественно, она же мечтает выпихнуть меня замуж, а я… Я есть хочу!

О чем, не задумываясь, и сообщаю гостям:

– Венары Неф, вы, кажется, что-то принесли, чтобы я не умерла с голоду, но почему-то упорно не хотите это что-то мне отдавать. А я, между прочим, с самого попадания в ваш не самый гостеприимный мир, ничего не ела и не пила, – на всякий случай, если до них не дошло, стою жалобную гримасу. – Я ведь чуть не утонула здесь. Потратила много сил, чтобы выплыть и до сих пор их не восстановила, – по лицу Ретфера пробегает судорога, и черные брови сходятся на переносицу – ну вот, опять злится. Он умеет чувствовать хоть что-то еще? Лицо Инсида тоже искажается нечитаемым выражением, но вскоре принимает самый соболезнующий вид, будто сейчас перед ним постель умирающего, а не вполне живая, хоть и очень голодная я. – Может, отнесете эти чудные корзины на кухню? Тем более, что вы знаете поместье и лучше меня здесь ориентируетесь, а я еще не успела его изучить? – смотрю на них с весьма жирным намеком, одновременно стараясь вернуть плечи платья на полагающееся им место. Получается не так, чтобы очень, зато у мужчин очередное незапланированное развлечение.

Первым, к моему удивлению, отворачивается Ретфер и с каменной спиной направляется к выходу, Инсид следует за ним. Мирела, как ни странно, мужественно молчит. Наверное, готовит страшную месть.

Я тоже сдвигаюсь с места и чуть не впечатываюсь носом в спину замершего на пороге Инсида.

Что ему надо?

Взгляд сам собой мечется, по комнате, а красная лампочка тревоги в голове отчаянно мигает.

Еще бы! Мирела под покрывалом, и ничего не видит – свидетель из нее никудышный. Шаги Ретфера стихают внизу. Я один на один с незнакомым мужчиной, да еще и одета весьма условно. Он может сделать со мной все, что угодно, даже выбросить из окна, а потом сказать, что я сама нечаянно упала. Ну а что? Справку, что не состоит на учете у специализированного врача, он мне не показывал, а с правилами их мира я не знакома.

– В-вы что-то еще хотели? – стараясь сделать это незаметно, пячусь от него и попутно осматриваюсь в поисках чего-нибудь потяжелее.

Глава 10 Дела семейные

– Да, Лексия, – мягко мурлычет Инсид, и его движения приобретают опасную пластичность, как у вышедшего на охоту хищника.

Оглядываюсь через плечо – за спиной открытое окно, но оно слишком высоко. Прыгать – переломаю все, что можно.

Шаги Инсида замедляются, приостанавливаюсь и я, стараюсь взять себя в руки – чего, собственно, распсиховалась? Напридумывала невесть что. Зачем утонченному джентльмену, каким видится Инсид, меня убивать? Ради сомнительного счастья унаследовать поместье? У него, наверное, таких поместий – солить можно, но нервы все равно дергает, хоть у Инсида и нет чудесных лошадей неповторимого изумрудного цвета, что уже говорит в пользу его здравомыслия.

Ха! До сих пор не могу о них забыть.

– И чего же вы хотите? – вздергиваю голову, показывая уверенность, которой нет и в помине, и пряча за спиной сжатые до боли кулаки.