Последнее обещание плюща

Глава 9

– Я уверяю тебя, что ты должна надеть это платье, – Сью-Сью тычет мне в лицо чёрным ультракоротким платьем, а я отмахиваюсь от неё.

– Ты ниже меня и это будет кофтой на мой рост. Я останусь в своей одежде, – мотаю головой и делаю шаг, чтобы убежать куда-то, но в тесной каморке на втором этаже её салона это сделать попросту невозможно.

Квартира Сью-Сью – это очередной склад вещей. Начиная от одежды, пестрящей своими цветами и больше подходящей для девочки десяти лет, заканчивая фигурками, сухими букетами, какими-то магическими шарами и другой ерундой. Даже плита завалена тряпками. Это ужасно и теперь я понимаю, что не только мать собирает всё подряд, но и каждый здесь. У них это какой-то странный пунктик копить вещи.

– Ладно, но хотя бы кофточку, – тянет Сью-Сью, выгребая из-под завалов одежды в её шкафу яркую красно-оранжевую блузку.

– И всё же я выбираю своё, – заключаю я.

Она обиженно сдувает красную прядь волос и плюхается на пол, выпячивая губы.

– Твоя одежда слишком консервативна, Айви. Ты не сможешь завлечь мужчину, – замечает она.

– Это и не входит в мой план. Да и если мужчина клюёт на кофточки, то уж точно это не мой мужчина. Послушай, Сью-Сью, я безумно благодарна тебе за то, что ты для меня делаешь. Я в восторге теперь от своих волос и от формы бровей…

– Ты даже эпиляцию мне не дала сделать, – расстроено вставляет она.

Ещё чего! Раздвигать ноги перед незнакомой женщиной? Увольте. Правда, это ведь личное.

– С этим порядок, заверяю тебя. Поэтому не переживай так. Всё будет хорошо, так что одевайся и пойдём. Уже половина десятого, – прошу её.

Она тяжело вздыхает, принимая поражение, и неожиданно стягивает с себя футболку, обнажая грудь.

– Чёрт, – шепча, поднимаю глаза в потолок.

– Ты слишком стеснительная, Айви. У меня нет ничего отличного от твоего, – хихикает Сью-Сью.

– Ага, – бормочу я. Никакого стыда. Что с этой девушкой не так?

– Слушай, я могу кое о ком спросить? – Интересуюсь я, пока она голая перебирает вещи и примеряет их, а я изучаю потолок.

– О-о-о, о кое-ком? Это уже интересно. А говорила, что мужчины не входят в твои планы. Это Джим? – Заинтриговано спрашивает она.

– Нет, это не Джим. В общем, ты знаешь одного мужчину? Ему двадцать семь лет, русые волосы, с золотистым отливом и немного выгоревшие, голубые глаза, но больше тёмно-синие, даже с серым отливом, высокий и очень красивый? У него светлая щетина, идёт в рыже-каштановый и есть мускулы. Но он не качок, знаешь. Поддерживает свою шикарную форму. Он явно хорошо зарабатывает. У него дорогие платиновые часы. Никого не напоминает? – С надеждой опускаю голову. Сью-Сью, уже одетая в красное платье, едва прикрывающее её ягодицы, хмурится.

– Не могу вспомнить. Ты встречала его здесь? – Уточняет она.

– Да, хм… по пути к дому Уиллеров. Он убеждён, что мы знакомы. Мы тоже с ним общались, когда я была маленькой.

– Возраст, как у Джима, может быть, Эдгар? У него короткие волосы?

– Нет, они удлинённые и лежат красиво так, как будто он их укладывает.

– У Эдгара короткие, он практически лысый. Дай подумать, – Сью-Сью прикладывает палец к губам и стучит по ним.

– Кенни? Он ниже тебя?

– Выше.

– Тогда не он, да и Кенни женат. Не знаю, Айви, под твоё описание не особо кто-то подходит. Не могу припомнить никого, но если этот мужчина шёл из города, то может жить в новой части, а там чёрт ногу сломает. Но ты говоришь, что вы знали друг друга. Выходит, он местный, и, вероятно, мы были в одной компании. Хотя он шёл из города, значит, он переехал в другую часть города и работает там. Нет. Ничего на ум не приходит, – пожимает плечами Сью-Сью.

– Жаль, – цокаю и бросаю взгляд на окно.

– А он тебя сильно заинтересовал, да? Ты из тех, кто ничего о себе не рассказывает. Особенно, о личном. Мужчины для тебя личное, а ты поделилась со мной. Он тебя зацепил, да?

– На самом деле да. Я веду с ним себя, как полная идиотка, а он такой… не знаю даже, как описать. Первый раз я путаюсь в словах и мне приятно смотреть на мужчину. Очень приятно. С ним комфортно находиться рядом. Я выставила себя дурой несколько раз, но он ещё не сдал меня в психиатрическую клинику, значит, это его не особо испугало. Сначала я сказала, что у меня глаза цвета болота с дерьмом, а во второй раз отпрыгнула от него, когда он решил немного со мной сблизиться. Мы виделись всего два раза, но это были самые загадочные и приятные два раза встречи с мужчиной, понимаешь? Да, это звучит довольно глупо для моего возраста, но у меня не особо раньше складывались отношения с мужчинами. Точнее, я работала и старалась не отвлекаться. Мы с ним словно старые друзья, хотя я его не помню. Я предполагаю, что он риелтор семьи Уиллеров, – произношу я.

– Оу, вряд ли. Риелтор этой семьи старший сын Уиллера и ему под шестьдесят, но он уже отошёл от дел. Занимается только закупкой товаров и поиском новых поставщиков для их магазина. В последнее время сюда приезжает его заместитель, его племянник, но и ему сорок три. Также есть и другие, мистер Краус последний раз занимался домом на холме, но он нам в отцы годится. И именно он приезжал сюда для обсуждения проблем с трубами. Так что твой незнакомец точно не из них.

– А смотритель дома? У дома Уиллеров же должен быть смотритель? Этот мужчина шёл именно в дом, – взволнованно прикусываю губу, ожидающе смотря на Сью-Сью.

– Джулиану пятьдесят, и он редко появляется в доме. Раз в неделю. Может быть, это кто-то из нового отдела управления города? Там постоянная текучка кадров.

– Может быть, но он был там. Я видела его сегодня в доме, как и вчера. И он знает меня.

– Так он шёл в дом или был там?

– Был там.

– Твои показания путаются, Айви, – смеётся Сью-Сью. Закатываю глаза и складываю руки на груди.

– Ладно, понимаю, что ты не хочешь делиться своей находкой, которая тебе явно очень нравится. Но я не знаю такого мужчину, который подходит под твоё описание. Он может быть просто новеньким в городе за холмом, а там их полно́. Никогда не угадаешь, кто это. Но в этой части города точно такого нет или он уехал, как и ты, в раннем возрасте и не учился с нами. Всех, кто учился в нашей школе, я знаю. И сделай одолжение, Айви, если ты снова его увидишь, ты уж спроси, как его зовут. Вы уже два раза виделись и до сих пор не знакомы. Это странно.

– Разговор не зашёл, но я вряд ли его увижу, вообще. Если учесть, что я завтра уезжаю…

– Эй-эй, не торопись, Айви. Я уверена, что после сегодняшней ночи в баре, ты точно изменишь своё мнение. И я всегда готова предоставить тебе своё жилище.

– Ты очень добра, – сдержанно улыбаюсь ей. Да никогда! Я помру в этом нагромождённом пространстве и у меня разовьётся клаустрофобия.

– Конечно. По одному твоему виду я могу угадать, что ты послала меня к чёрту, – смеётся Сью-Сью, натягивая сапоги.

– Я просто не привыкла жить в таких… сильно обустроенных помещениях. Я предпочитаю иметь маленький багаж. Привычка ничего не собирать, а избавляться от ненужных вещей, – пожимаю плечами.

– То есть ты привыкла к тому, что тебя могут выбросить в любое время, и поэтому ты не копишь вещи, чтобы легче было уходить? – Её вопрос меня застаёт врасплох. Он чётко ударяет по моему сердцу, и я охаю. Кровь отливает от лица, а до Сью-Сью доходит, что она сказала.

– Господи, прости меня, Айви. Прости меня! Я такая дура, – она подскакивает ко мне и тянется, чтобы обнять, но я отхожу назад.

– Ты попала в точку. Именно так, Сью-Сью, моя мать оставила мне приличного размера травму, и ты теперь понимаешь, почему я не могу её простить, – горько шепчу я.

– Айви, мне очень жаль, я не хотела портить тебе настроение. Это само вырвалось. Я такая дурочка, постоянно не слежу за языком. Я буду осмотрительней в следующий раз, – расстроенно произносит Сью-Сью. Её ладонь ложится на мою руку, и она гладит меня. Удивительно, но мне не хочется её оттолкнуть. Я понимаю, что она искренне волнуется о том, что сказала.

– Не переживай. Это ведь правда, но я хочу забыть о ней. Давай, пойдём в бар. Я бы не прочь выпить бокал вина́ и не один, – глубоко вздыхаю и натягиваю улыбку.

– Отличная идея. Пошли, – Сью-Сью хватает меня за руку и несётся к двери. Одновременно берёт свою сумочку, и мы уже оказываемся на лестнице, сбегая по ней.

– А дверь не надо было закрыть? – Оборачиваюсь назад, вызывая смех от своих предостережений.

– Нет, Айви. Здесь безопасно. У нас нет воров, потому что город маленький и это позорно. Быстро вычислят, а люди так трясутся над своей репутацией, что даже лишнего грамма сахара в магазине не возьмут. Так что не переживай, а просто расслабься. Мы идём веселиться! – С криком она поднимает руку вверх со своей сумочкой и прыгает на месте, как ребёнок. На нас оборачиваются жители города, но они только улыбаются и машут Сью-Сью, а она им, тут же рассказывая, что я сестра её жениха и мы идём в бар, чтобы надраться. Это звучит ужасно, но никого не удивляет.

Идти оказалось не так много. Бар находится всего в ста метрах от салона красоты, и мы вваливаемся туда. Звуки кантри-музыки и разговоров тут же окружают нас. Бар заполнен людьми разного возраста. Здесь же стоят бильярдные столы, обычные столики, несколько мишеней для дартса и все они заняты группами ребят.

– Айви! – Крик брата выводит меня из изучения обстановки, и я улыбаюсь ему, направляющемуся к нам с бутылкой пива. Он не переоделся, в той же форме, что и утром.

– Господи, ты выглядишь потрясающе. Мои любимые кудри вернулись, – смеётся он, целуя меня в щеку.

– Скажи ведь, ей очень идёт. Не то что её прилизанные и сухие пакли, да? Ой, я снова была груба. Прости, Айви, – Сью-Сью потупляет взгляд.

– Опять сказала правду. Мне нравится. Раньше я никогда не ухаживала за ними, но теперь, раз у меня есть такой высококлассный парикмахер, то придётся не ударить в грязь лицом, и всегда поддерживать волосы в таком же состоянии, – весело произношу я, и лицо девушки светится от радости.

– Тогда надо за это выпить, – предлагает брат. Мы обе киваем, и он ведёт нас через толпу к большому столику, где сидит чуть ли не дюжина мужчин и женщин все примерно нашего возраста. Они затихают, когда мы подходим. Среди них я узнаю́ только одного – Джима тоже в полицейской форме, а рядом с ним блондинку с приличным грузом спереди, обтянутым розовой стрейчевой тканью. Симона. Догадываюсь по одному её неприятно скользкому взгляду по мне и ревности в глубине голубых глаз.

– Ребята, это моя младшая сестра – Айви. Думаю, вы все её помните, – торжественно объявляет брат, а я вжимаю голову в плечи.

Как по щелчку каждый из присутствующих поднимается с места и наперебой рассказывает, где и когда мы виделись. Они обнимают меня, расцеловывают, говорят комплименты и отпускают сальные шуточки. Все, кроме Симоны и Джима. Первая демонстративно игнорирует меня, а второй смущённо улыбается, поднимая бутылку пива в приветствии.

От такого явно интереса к моей персоне мне хочется провалиться сквозь землю. Все спрашивают меня, где я была, кем работаю, замужем ли, на сколько приехала, останусь ли, помню ли я их и всё в таком духе. Хотя мне не дают и слова вставить, снова сообщая о прошлом, которого я не помню, предлагая показать фотографии, я пытаюсь быть вежливой и ответить на вопросы. Не удаётся, поэтому просто хватаю бокал с вином и делаю несколько больших глотков, слушая рассказы о юных годах каждого.

Через час меня это немного утомляет. Нет, меня это настолько сильно утомляет, как и явные саркастические ремарки от Симоны, что я незаметно сбегаю к бару и теряюсь среди посетителей. Заказываю себе ещё один бокал вина́ и оплачиваю его. Теперь могу спокойно вздохнуть.

– Это было тяжёлым испытанием для тебя. Да, Айви? Я заметил, что ты не особо компанейская и не любишь, когда тебя постоянно вовлекают в беседы, – поворачиваю голову и вижу сидящего рядом Джима на барном стуле. Он улыбается мне, и я натягиваю улыбку для него.

– Испытание не из приятных, ты прав. Но и тебе по всему видимому было несладко. Симона тебя чуть ли не облизала с ног до головы, – парирую я, вызывая громкий смех Джима.

– Туше, Айви. Именно так. Имел глупость встречаться с ней несколько лет назад, в итоге она никак не может понять, что наши пути разошлись.

– А ты ей говорил об этом?

– Сотню раз. Сотню. Почему женщины не понимают этого? – Сокрушается Джим.

– Потому что ты даёшь им знаки, что у них есть надежда, – замечаю я.

– Я не даю. Клянусь, что не даю. Я пытаюсь быть сдержанным и вежливым по отношению к ней. Наши родители дружат, и я не хочу разрушить это, – мотает он головой.

– Иногда необходимо быть немного резким. Смотри, ты позволил ей сидеть рядом с тобой, постоянно трогать тебя и что-то шептать. Ты улыбался ей, пусть и натянуто, но она всё это расценивает абсолютно иначе. Она видит во всех твоих знаках тела согласие на продолжение отношений с ней, – делаю глоток вина́, оглядывая бар. На самом деле я ищу своего незнакомца. Его не было среди друзей Пэнзи, но он должен быть здесь. В этом баре, кажется, все, кому можно выпить, да и кому нечего делать дома.

– Хм, никогда не задумывался об этом так глубоко. Может быть, дашь мне пару уроков по женской психологии, Айви? – Ладонь Джима неожиданно ложится на моё колено, и я озадаченно опускаю взгляд туда.

– Ты что делаешь? – Удивляюсь я, дёргая ногой, и сбрасываю его руку.

– Я… прости. Наверное, я слишком настойчив, да? Не подумай ничего плохого, я просто… вернусь к Пэну. Мы как раз собирались играть в бильярд, – Джим тушуется и быстро исчезает в толпе.

Потрясающе. Со мной флиртовал приятный мужчина, а я была груба. Но дело в том, что он меня абсолютно не интересует. И я снова высматриваю своего незнакомца. Почему он не пришёл? Я даже причёску сделала и брови выщипала. А его нет. Так нечестно. Вот когда я выгляжу, как потное подобие обезьяны, то он появляется, а когда сама себе нравлюсь, то он этого не увидит. Обидно даже.

– Айви, – растягивая моё имя рядом со мной на барный стул садится Симона и окидывает меня оценивающим взглядом.

– Привет, Симона, прости, но я не самый лучший собеседник. Поэтому найди себе другого, – резко произношу я и отворачиваюсь к бару, делая ей намёк, что не намерена с ней говорить.

– Непременно найду, но ты запомни, что Джим мой. Подойдёшь к нему ещё раз, я тебе волосы повыдираю, и твоя никчёмная подружка Сью-Сью не сможет поправить причёску. Поняла? – С отвращением шипит она.

Закатываю глаза и качаю головой.

– Серьёзно? Так ты решаешь проблемы? Это глупо, хотя что ожидать от женщины, унижающей себя перед любым мужчиной, который на неё посмотрит. Симона, расслабься, мужчину не удержать своими прелестями, ещё нужны мозги. Пойди поищи их, а я проветрю свои от твоей желчи, – в том же духе отвечаю ей и широко улыбаюсь.

– За твои успехи, – поднимаю бокал с вином под её приоткрытый от удивления рот и выпиваю вино залпом.

– Прими совет, дорогая, не ты должна бегать за мужчинами, а они за тобой. Всё очень просто в этом мире. Уважение к себе заработать сложно, но ещё сложнее удержать его. А теперь я тебя оставляю с твоим самомнением. Оно под ногами валяется и мне неудобно наступать на него. Не скучайте, девочки, – едко бросаю я и прохожу мимо Симоны.

Здорово. У меня уже есть враги. И из-за чего? Из-за ревности. Потрясающе. А то мне мало своих проблем, теперь я участвую в интригах «Санни-Хиллс».

Вернувшись к столику, не вижу ни Пэнзи, ни Сью-Сью, чтобы сказать им, что пойду прогуляюсь на улицу, поэтому передаю о своём решении вроде бы Сандерсу или как-то так. Беру свою сумочку и вылетаю на свежий воздух.

Шум бара остаётся позади, и я бреду по улице, рассматривая то, что меня окружает. Я не люблю большие компании. Мне предпочтительнее одиночество и тишина. Вот в ней я прекрасно ориентируюсь. Я наслаждаюсь этим временем с собой. Мой взгляд снова натыкается на фонтан, и я иду к нему. Недалеко на лавочках сидят пожилые парочки и на нескольких молодые компании, смеясь над своими шутками. На меня особо никто не обращает внимания, и я могу спокойно сесть на бортик фонтана. Он работает вполсилы, наверное, из-за экономии воды. Днём он брызгал во все стороны, сейчас же приятная прохлада воды касается моих пальцев, когда я опускаю туда руку. На дне фонтана вижу монетки и улыбаюсь. Кто-то верит в исполнение желаний и одно из них – вернуться сюда.

– Эй, – вздрагиваю, когда рядом со мной ложится тень. Оборачиваясь, вижу брата и улыбаюсь ему.

– Ты меня напугал. Я не нашла тебя в баре и решила немного подышать свежим воздухом.

Пэнзи понимающе улыбается и садится рядом со мной.

– Я говорил по телефону на улице, ты прошла мимо меня. Ты как? – Бросаю на него уставший взгляд и пожимаю плечами.

– Не знаю. Сложно.

– Представляю, как тебе паршиво до сих пор. Но я тебя в любом случае поддержу.

– Здесь дело не в поддержке, Пэнзи, а во лжи. Ты веришь ей? Веришь в эту чушь про то, что я была настолько безумной? – Горько спрашиваю её.

– Мне было девять с половиной, когда вы уехали и я не особо сам что-то помню, чтобы точно уверить тебя, что она не врёт. Лично я не видел всё то, о чём она говорит, но я сегодня звонил отцу, и он всё подтвердил. Поэтому я не знаю, что думать пока, – Пэнзи делает паузу, обеспокоенно проверяя моё состояние. Я слабо киваю ему, чтобы продолжал.

– Мне она рассказала то же самое в шестнадцать, когда я решил сбежать отсюда к вам. Меня поймал шериф. Тот, на кого я сейчас работаю, отец Джима. Мать даже не приехала за мной в полицейский участок, меня просто привезли домой, и всё. Это тоже меня ранило. Она пришла только утром, чтобы отчитать меня и рассказать всё это. Она убеждала, что тебе возвращаться опасно, пока ты не вырастишь. Если честно, то я был очень напуган тем, что она мне сообщила. Поэтому и прекратил любое общение с вами. Я боялся навредить тебе. Но… Айви, – брат берёт меня за руку и сжимает её в своих.

– Сейчас я считаю, какая разница на эти причины, которые побудили их так поступить. Мы снова вместе. Ты и я. И точно никто и ничто больше нам не запретит общаться. Я буду оберегать тебя, обещаю, и если что-то тебе будет нужно, то просто позвони мне. Напиши мне, и я приеду. Я брошу всё, ради тебя, чтобы помочь. Ладно? – В моих глазах собираются слёзы.

– Я люблю тебя, сестрёнка. Сильно люблю. Не важно, что мы двадцать лет не видели друг друга. Любовь вот здесь, – он прикладывает мою ладонь к своей груди, – и она никогда не забывается. Она может ненадолго затихнуть, но потом снова возвращается.

Его слова для меня подобны огромному тёплому одеялу в жутко холодную ночь. Его признания, его близость и его желание помогать мне, несмотря ни на что, вызывают безумно мощный поток тепла в моём теле. Под порывом этих чувств я обнимаю его, и он тоже. Брат качает меня из стороны в сторону, целуя в висок, а я закрываю глаза от удовольствия быть рядом с родным человеком. Папа не любит обниматься. Я тоже не любила, но, оказывается, мне это нравится, главное, чтобы был рядом правильный человек. Тот, который покажет, что это не стыдно проявлять чувства.

– Пойдём обратно в бар? Сыграем партию в бильярд? Я научу тебя, – весело предлагает Пэнзи.

– Не то настроение, прости. Я побуду здесь, а потом пойду домой. Я очень устала. Завтра меня ждёт обратная дорога, – качаю отрицательно головой.

– Хорошо. Я отвезу тебя к автобусу. Но ты подумай ещё раз. Ведь здесь есть не только мама, но и я. А мне было мало времени с тобой. Слишком мало, – брат целует меня в лоб и поднимается.

Он так часто целует меня куда-то, обнимает, притрагивается ко мне, словно опасается, что я исчезну. Это меня сильно ранит. Я смотрю на одинокую фигуру брата, идущего к бару, и моё сердце сжимается от боли. Я очень бы хотела узнать его лучше. Посмеяться с ним над какими-то глупостями или же помочь ему в чём-то. Но не знаю, смогу ли выдержать нашу мать и её ложь? Смогу ли находиться с ней в одном городе и притворяться, что мы не знакомы? Это ведь жутко.

– Надо же, сегодня мой, действительно, самый счастливый день в жизни. Ты ещё здесь, малышка, – втягиваю с шумом воздух от приятного и такого тёплого мужского тембра.

Господи, это он.

Глава 10

Внутри плещется радость и удивление от внезапного появления мужчины, стоящего напротив меня. Он озорно улыбается мне, вызывая в очередной раз странное чувство близости с ним. Я знала его. Я помню его. Нет, моё сердце помнит, а вот разум нет. Но я очень скучала по нему.

– Хей, наверное, ты считаешь меня невероятно глупой, да? Я сказала тебе, что уезжаю, а ещё здесь. Дело в том, что автобус будет проезжать город только утром, и я была в баре с братом и его друзьями. Меня сегодня принял за любовницу брата его друг, а потом он же решил флиртовать со мной. Идиотизм, правда? Боже, что я говорю? – Сокрушённо прикладываю ладонь ко лбу и ненавижу себя за это.

Ну почему? Почему я становлюсь такой дурой рядом с ним?

Мой незнакомец смеётся и садится рядом со мной, расстёгивая пиджак. Он сегодня выглядит потрясающе. Хотя и в обычной футболке он был шикарным, но в классическом костюме и галстуке буквально может сойти за какую-то знаменитость.

– Мне интересно всё, что ты говоришь. Вообще, сам факт этого меня очень радует. А то, что ты здесь, превращает меня в очень счастливого придурка, – хихикаю от его слов и смущённо поправляю прядь волос, заводя за ухо кудряшку.

– Как ты узнал, где я? – Интересуюсь я.

В глазах мужчины вспыхивают игривые искорки.

– Я был на встрече в ресторане, – он поворачивает голову, показывая на само место через дорогу, о котором говорит. – Увидел тебя через окно и закончил встречу. Я не мог упустить такой возможности. Не хочешь прогуляться немного? А то на нас так странно смотрят, это некомфортно.

Оглядываюсь по сторонам. И, правда, многие уставились на нас, словно мы пришельцы. Они шушукаются, указывая на нас.

– С радостью. Ненормальные здесь люди, обожающие сплетни, – благодарно киваю ему и поднимаюсь с места. Он делает то же самое.