Или будет?

– Мне не нравится такой стиль, он слишком вычурный. Кроме того, магическая поддержка фасада обойдётся не меньше, чем в двести единиц в месяц.

– Триста двадцать, – поправил меня проборчатый и нервно пригладил сальноватые волосы рукой.

Я с трудом подавил очередной приступ раздражения.

– А мне нравится! – вскинулась Ксендра в очередной раз. – Это и мой дом тоже!

– Тогда логично было бы найти компромисс, выбрать стиль, нравящийся нам обоим. Кроме того, я уже говорил тебе, что не хочу иметь дом, который бы обходился больше, чем в триста… ну максимум четыреста эргов в месяц, включая освещение. Это слишком дорого, Ксендра.

– Мы не нищие, чтобы считать каждый эрг! – презрительно искривила губы она, а подхалимный персонаж подобострастно закивал.

– Во сколько единиц обойдётся содержание спроектированного вами дома, лей?

– Около тысячи. Такое может себе позволить даже средний класс, – надменно ответил он.

– То есть полноценное жалованье, а вместе с налогами, так и вовсе… Плюс затраты на прислугу, – прикинул я, – Ксендра, это неоправданные расходы.

– Мы ещё не женаты, а ты уже указываешь мне, сколько тратить, и отказываешь в самом необходимом? – презрительно сощурилась она.

Я снова едва справился со злостью.

– Какие ещё изменения ты внесла в проект?

– Весь второй этаж я решила выделить под свои покои. После внимательного рассмотрения существующего проекта, я заметила, что гардеробная для меня предусмотрена всего одна, а обувная комната слишком маленького размера. Я не могу жить как какая-то безродная нищенка.

– Безродные нищенки не имеют никаких гардеробных и уж тем более обувных комнат, – глухо ответил ей, начиная подозревать, что она нарочно надо мной издевается. – А где будут располагаться детские и моя спальня, дорогая?

– Детские на чердаке, думаю, что двоим твоим детям там как раз хватит места. А твоя спальня на третьем этаже, вместе с двумя гостевыми. Комнату для прислуги ты делать отказался, настояв, что прислуга в столичном доме у нас будет только приходящая. Так что не вижу проблемы.

– Подожди, но высота потолков на чердаке не позволяет там стоять в полный рост, мы хотели сделать там кладовую. Как мы сможем сделать там детские?

– Дети маленькие, – язвительно ответила Ксендра.

– Но они растут!

– Они растут медленно! – возразила она.

– Ксендра, я предлагаю пригласить Ратианиса и обсудить проект в спокойной обстановке с учётом твоих пожеланий. Мы можем расширить твою гардеробную за счёт моих покоев.

– Мне также нужен кабинет и приёмная с отдельным входом с улицы, – заявила Ксендра.

– И кого ты собралась в ней принимать? – не выдержал я.

– Тебя это не касается! Это не я настрогала детей с какой-то вшивой иномирной шлюхой!

– Она не шлюха, – ответил я, и тут же пожалел о сказанном.

Ксендра впала в ярость, магические потоки завихрились вокруг её фигуры, показывая, что она готова ударить. Приглашённый специалист верно оценил ситуацию и сиганул в заросли папоротника на противоположной стороне дороги.

– Ты смеешь её защищать? – прошипела Ксендра.

– Ты оскорбляешь меня, предполагая, что я мог захотеть детей от шлюхи, – я постарался держать себя в руках. – Успокойся!

– Или что? Что ты сделаешь? Что ты вообще можешь сделать? Ничтожество! Ты даже не способен избавиться от приблудной подстилки! – зло выплюнула она.

Её лицо было искажено гримасой ненависти и презрения, и я словно прозрел. Ксендра больше не казалась мне красивой. Если быть честным с собой, то она была отвратительна в этот момент.

– Я не буду продолжать диалог в таком тоне, – я открыл портал и сделал шаг назад, чтобы в него войти, когда в меня ударила волна обжигающего магического огня.

Спасли инстинкты. Я едва успел увернуться от потока и нырнуть в портал. Меня обдало горячим жаром, одежда почернела, но ожоги остались лишь лёгкие, справиться с ними не составило труда. Шокированный, я стоял посередине нашей столичной квартиры и не мог уложить последние события в голове.

Наскоро переодевшись, я отправился в контору, чтобы заняться текущими делами. Сейчас правильнее остыть и переключиться на что-нибудь другое. К счастью, рабочие вопросы достаточно быстро меня отвлекли, и до вечера я занимался поручениями от Эртаниса, чтением отчётов и документов. Мне также удалось направить прошение о личной аудиенции у короля и назначить встречу со знакомым дознавателем, чтобы передать ему «клещей».

Во второй половине дня встретился с Ратианисом.

– Блага, Ратиан.

– Блага, Алекс, – поздоровался со мной архитектор.

– Я только вернулся с южных плантаций и сильно удивился произошедшему. Так понимаю, что с Ксендрой поладить не удалось.

– И не удастся, Алекс. При всём моём уважении к тебе, у меня есть лимит терпения, и лея Ситоч исчерпала его за одну встречу. Следующие три я продержался только потому, что ценю тебя, как клиента и приятеля. Одни её нападки на тему того, что я проектирую жалкие дома, так как у меня отсутствуют способности, чего стоят.

– Приношу свои извинения, её иногда заносит на поворотах.

– Иногда? – недобро рассмеялся архитектор. – Тебе виднее.

– На каких условиях ты согласен продолжить работу?

– На тех же, что и вначале. Я вернул ей часть аванса, который ты заплатил, когда она уволила меня с проекта. Единственное моё требование состоит в том, что я не хочу видеть и слышать твою подругу. Все согласования только через тебя.

– Мне будет неудобно приезжать сюда часто. Ближайшие кинтены я в столице, но в дальнейшем мне снова придётся отлучиться.

– Мы можем замораживать проект в твоё отсутствие, либо обговаривать более значительные объёмы в каждую встречу, – пожал плечами архитектор.

– Я не понимаю, что ей не понравилось. Мы же согласовывали проект все вместе.

– Как только ты уехал, её поведение изменилось, как изменились и требования. Началось всё с отдельного входа в её покои, затем она потребовала себе целый этаж. Это не моё дело, кто и как распределяет спальни в доме, Алекс, но такое деление показалось странным.

– Об этом не шло речи, когда мы обговаривали планировку.

– Дальше она потребовала использовать более дорогие материалы, например, отделать её ванную киа́нским мрамором, – выгнул бровь Ратианис. – Когда я объяснил, как дорого и вычурно это получится, она назвала меня бездарным лизоблюдом, не знающем толка в красоте.

– Кианский мрамор? В ванную? Насколько я помню, им отделан постамент трона короля.

– Да, из него также делают панно в залах и приёмных. Но отделать им ванную – такого я ещё не слышал. Наверное, сантехнику она бы заказала из бирюзы, – усмехнулся архитектор.

– Ратианис, я хочу, чтобы ты продолжил работу над проектом так, как мы его обговорили изначально. Я внесу недостающую сумму. Ксендру ты больше не увидишь.

– Вопрос только в земле, Алекс. Я не знаю, в курсе ты или нет, но она использовала оставленную тобой доверенность и переоформила участок на себя. Я сам узнал об этом случайно, когда забежал в Архитектурный Приказ за утверждённым проектом фасада. В дверях столкнулся с одним из чиновников, который высказался на тему того, что нужно было сразу определиться с собственником, а не заставлять людей по нескольку раз перерегистрировать один и тот же участок в течение пары месяцев. Затем я сделал формальный запрос и получил ответ от Отдела городского планирования. Собственник теперь она.

Я постарался удержать лицо, чтобы не показать приятелю, насколько сильно шокировала эта новость.

– Спасибо за информацию, Ратиан. Ты не в курсе, когда она это сделала?

– Около месяца назад. Думаю, что у тебя ещё остаётся пара дней, чтобы оспорить регистрацию. Мне жаль, что я не смог предупредить тебя раньше, сам знаешь, я не владею мыслеречью, а адреса твоего проживания не знал. Да и сам ты оставил указания все вопросы адресовать Ксендре.

– Ещё раз благодарю за информацию и займусь этим вопросом как можно скорее.

– Удачи. Если тебе понадобится помощь или стряпчий по земельным вопросам, то обращайся.

– Конечно. Хорошего вечера!

– И тебе!

Мне удалось сохранить спокойствие, когда Ратиан сообщил новости, но это стоило огромных усилий. Первым желанием стало найти Ксендру и высказать всё, что я думаю о подобном поступке, но затем здравый смысл взял верх. Разумнее тихо аннулировать доверенность и переоформить документы так, чтобы она не знала.

Я не мог понять причин этого поведения. Мы строили этот дом как наше будущее совместное жильё. Если бы она попросила, то я бы сам оформил документы на неё. Но делать это за моей спиной? Зачем?

Хорошая мы пара, подумалось мне. Я сплю с другой, а она уводит собственность у меня из-под носа. Что нас вообще связывает? Я не смог ответить на этот вопрос. Привыкнув её любить, не задумывался о многих вещах. Хочу ли я прожить жизнь с женщиной, которая без сомнения кидает в меня боевым заклинанием? Хочу ли я иметь рядом человека, которому не могу доверять?

Внутри боролись здравый смысл и абсолютно нелогичное горячее чувство привязанности, и если раньше всегда побеждало второе, то теперь баланс изменился.

К счастью, ночевать Ксендра не пришла. Мне требовалось побыть одному и успокоиться. Конечно, она разозлилась на новости об Ане, но переоформление земли произошло раньше, чем Ксендра узнала о жене, ведь так?

Следующий день я провёл в делах, отозвал доверенность и выплатил компенсации в Отделе городского планирования. Молодой чиновник почти позеленел, когда я сказал, что последняя перерегистрация была неправомочна, и её необходимо отменить в установленный по закону период. Ксендре не хватило всего четырех дней для того, чтобы изменения вступили в силу.

Проверив другую собственность, я уверился в том, что остальное в порядке. На всякий случай зашёл в Земельный Реестр и с удивлением узнал, что там тоже имелось три заявки на переоформление собственности, только уже касательно южных плантаций, которые мы покупали с Эртанисом. Выходил из Архитектурного Приказа в состоянии злого азарта.

Проверив ценные бумаги, долговые расписки и банковские счета, я выяснил, что отсутствие обошлось мне почти в двадцать тысяч эргов, больше она снять не успела. Эти новости я воспринял на удивление спокойно, словно так и должно было случиться. Странным образом ни ненависти, ни обиды я не испытывал, только противоречивые чувства разочарования и облегчения.

Ксендра снова не ночевала дома, но я не возражал.

По крайней мере сегодня обошлось без скандалов, и меня не мучили кошмары.

Следующее утро прошло в обычных делах. Приём у короля был назначен на следующую кинтену, а с дознавателем получится встретиться уже сегодня.

На вызов к нему я ехал успокоенным и даже умиротворённым. Ратианис обещал возобновить работу уже на следующей кинтене и закончить через семь месяцев. Наконец у меня будет свой дом в столице.

По дороге во дворец я мыслями вернулся к оставленной в Эльогаре семье. Как они устроились? Не скучают ли? Каскаррова бездна, я совсем забыл отправить к ним учителей, нужно найти специалистов, что согласятся уехать в дальнее лейство.

Если расстаться с Ксендрой, то семью можно перевести и сюда. Аня, конечно, взбрыкнула, но я был уверен, что она меня простит. Метка сияла белым контуром, и это свидетельство её чувств наполняло приятным теплом. С Аней было проще, чем с Ксендрой, веселее и приятнее. И если уж метка не позволяет быть ни с кем, кроме жены, то зачем противиться судьбе?

После последних дней в компании Ксендры я проникся мыслью, что милая и спокойная жена подходит мне куда больше, чем взрывная скандалистка, позорящая перед деловыми партнёрами. Перед Ратианисом было неловко за то, что он стал свидетелем всей этой ситуации.

Я многое прощал Ксендре, но сейчас она перешла черту. Во мне словно что-то сломалось, прорвало какую-то плотину и затопило осознанием: я всё ещё люблю Ксендру, но быть с ней уже не хочу. Болезненная привязанность ещё саднила в душе, но правильное решение созрело внутри. Какими бы сильными ни были чувства к Ксендре, они пройдут. Они уже начали истончаться и жухнуть в компании жены. Нужно просто перестать сопротивляться этому процессу.