Нашлась принцесса! Но неприятности продолжаются

Двадцать первая неприятность, продиктованная отцовской любовью

Четвёртое сентабреля. После полудня

Император Пеннар Первый

Пеннар Первый проснулся в холодном поту.

Валери.

Наконец-то видение о Валери!

Только совсем иное, чем он хотел видеть.

Император поднялся с постели, потёр грудь и скривился: не хватало ещё с очередным инфарктом слечь. Рано. Он Ардана ещё не подготовил в достаточной мере, чтобы на покой уходить.

Будь проклята эта наследная работа, от которой ни сна, ни аппетита, ни отдыха. И вроде врагу такой не пожелаешь, а сыновей своих он натаскивал именно на неё. Вот такой дерьмовый парадокс.

Пеннар Первый снова потёр грудь, осушил стакан прохладной воды и прислушался. Во дворце стояла идеальная, пуленепробиваемая тишина. С возрастом звуки и люди стали раздражать его настолько, что он превращался в самодура – заставлял домашних ходить на цыпочках и запрещал шуметь. Недавно слугу уволил за то, что тот постоянно носом шмыгал. Да ещё противно так – сопливо, громко, с мерзким присвистом. Сначала отправил к целителю, а когда выяснилось, что это привычка – выставил из дворца.

Лет двадцать назад он бы правителя за такое презирал – ну, подумаешь, носом шмыгает человек. А теперь…

Теперь нервов не хватало ни на что, а этот шмыгальщик будто нарочно – хщвс-с! – и стоит, глазами лупает. Ещё и рука правая дёргается при этом, понятно же, что хочет нос рукавом утереть по старой привычке. Откуда его вообще взяли, бездаря этого невоспитанного?

Император устроил бы разнос, да только звук собственного голоса раздражал не меньше, чем все остальные. Временами – даже больше.

Он потёр лицо крупными, мясистыми ладонями и снова подумал о дочери.

С одной стороны – может, и неплохо.

Как минимум, жива, улыбается, светится от счастья. В видении он обнимал её и поздравлял с замужеством.

И вот в этом моменте и начиналось то, с чего его, взрослого мужика, всякое дерьмо повидавшего, начинало выворачивать.

Мелен Роделлек.

От этого имени Пеннара Первого уже потряхивало, и он не понимал, как мог допустить такое, чтобы его дочка, его Валери, его маленькая умничка шла замуж за безродного, нищего бабника, причинившего ей столько боли. За какого-то пичона помоечного!

Как? Где вышел просчёт? Куда закралась ошибка?

Если бы этот поганый Роделлек сейчас был рядом, Пеннар бы его придушил – сам, своими руками, с поистине королевским удовольствием.

Ох, Валери! На что же её подловил этот ушлый офицеришка? Ребёнка ей заделал? Воспользовался неопытностью? Просто влюбил в себя? Опыта у него достаточно: он и эстренскую принцессу смог очаровать, а та наверняка далеко не так наивна, как его маленькая Валери, выросшая вдали от дома.

Ладно, судя по обстановке в видении, время до свадьбы ещё есть. Вокруг лежал снег, а значит, речь шла о конце осени или зиме. Можно многое предпринять, чтобы защитить дочь.

Только бы найти её сначала!

А от Роделлека, если потребуется, он запросто избавится, причём сделает это так, что ни у кого никогда не возникнет сомнений в естественности его смерти.

Раздался деликатный звон, император с досадой хмыкнул: ну разумеется, не дали бы ему поспать, даже если бы он захотел. Подошёл к двери и распахнул её.

– Ваше Величество, вас ожидает полковник Скоуэр с новостями о принцессе. Он сказал, что это срочно и вы сами приказали беспокоить в любое время, – почти шёпотом проговорил секретарь, зная, что днём громкие звуки раздражают императора даже сильнее, чем ночью.

– Проводи его в приёмную моего кабинета, я буду через четыре минуты, – распорядился Пеннар и направился в умывальную комнату.

По-солдатски быстро привёл себя в порядок, оделся и вышел. В свою личную приёмную он входил ровно через четыре минуты – и ни секундой позже.

– Ясного, – пожелал Старый Лис.

– И тебе. Какие новости?

– Специфические, – вздохнул Скоуэр. – Принцесса всё ещё в компании Роделлека. Эстренцы вышли на их след и пытались загнать в западню. Они так и не в курсе, кто она. Охотятся на самого Роделлека, следовательно, бьют на поражение. Воспринимают её как сообщницу.

– В таком случае к дракону в задницу эту таинственность, не хватало ещё, чтобы её случайно ранили!

– На данный момент уже поздно что-либо предпринимать. Роделлек от погони ушёл, и Валери, вероятнее всего, вместе с ним. Вот, посмотри на карту, здесь ни перевала, ничего, однако Роделлек с Валери как в воздухе растворились, – полковник Скоуэр указал на карте место событий. – Эстренцы считают, что эти двое ушли порталом, а звезда Блайнера утверждает, что они движутся в Нортбранну сквозь гору. Вход в пещеру отыскать пока не удалось ни нашим, ни эстренским агентам. Своих людей я направил в Нортбранну, встречать Роделлека там. Тебе твоих советую отозвать, лишние заварушки нам сейчас ни к чему. Пусть эстренцы ковыряют землю, а не наших людей. Да и нечего их светить лишний раз.

– Понял тебя. Там что, пещера какая-то секретная? Или это шахты?

– У меня до обидного мало сведений об этой местности, – признал Скоуэр. – Старые, заброшенные шахты, однозначно не ведущие ни в какую Нортбранну. Лет двадцать назад было громкое дело об исчезновении каторжников из забоя, их вроде так и не нашли. С тех пор тишь да гладь, да имперская благодать.

– Откуда тогда Роделлеку известен этот путь? Двадцать лет назад он был ребёнком.

– Дети любопытны. Может, увидел случайно или подслушал нечто интересное. Всё равно теперь это значения не имеет. Роделлек шоркается где-то внутри горы, и если мы не хотим устраивать полноценный военный конфликт, то получить контроль над территорией и обследовать её не получится.

– А если эстренцы их всё же поймают?

– Знаю, что ты вряд ли оценишь мою гордость, но пока Роделлек ведёт себя образцово. Чужую разведку успешно водит за нос, наматывает им на кулаки их собственные сопли. Народу положил человек пять. Принцессу не отдал.

– Но он ведёт её в Нортбранну!

– Это может быть продиктовано удобством логистики или тем, что он знает, где можно спрятать Валери. На данный момент я бы проявил терпение и гибкость суждений. Пока не всё так однозначно…

– К дракону твою неоднозначность! – взорвался Пеннар Первый, но тут же стиснул кулаки и сбавил тон: – Я знаю, что я видел.

– Не хочу тебя нарочно драконить, но ты также знаешь, что можешь ошибаться, – не согласился полковник Скоуэр. – В любом случае на данный момент нам остаётся только наблюдать и ожидать развития событий. Мне бы пригодилась силовая поддержка в Нортбранне.

– Мне бы тоже! – зло хмыкнул император, а потом с раздражением добавил: – Но ты сам в курсе последних новостей.

– Мобилизацию объявили?

– Объявили, только чую я, что они её как прикрытие используют, чтобы сконцентрировать силы. Что говорит северный СИБ?

– Что у них всё спокойно. И при этом дикая занятость на фоне полнейшего штиля. Как ни отправлю запрос, ответ получаю часов через пять – семь. Нужно ехать туда лично и дрючить их до тех пор, пока у них соблюдение устава носом не пойдёт. И надо ставить там своего человека.

– Где его взять? Если бы у меня такой человек был, я бы его туда поставил, а пока там Дискар стоит так, что дракон не сдвинет, – сердито бросил император. – Может, Ардана со Скейном туда отправить?

– Рано ещё. Сопляки пока, я за Скейна толком ещё и не брался, – вздохнул полковник. – И план был иной: чтобы Ардан взошёл на трон, а Скейн стал его правой рукой, возглавив столичный СИБ. Так парни смогут друг на друга положиться, в связке они хорошо работают, это нам и так известно. Но мне потребуется года три, чтобы ввести Скейна в курс всех проблем в СИБе и полноценно передать ему дела. Бросать их сейчас в Нортбранну – рисковать. Мало того, что их там могут элементарно убить, так как никакой поддержки с низов у них нет. А без неё, сам понимаешь, ничего не получится. Ладно принц, но в СИБе любой руководитель должен сначала заслужить свой авторитет, иначе на него будут плевать. Так что Ардана и Скейна не трогай. Я могу отправиться в Нортбранну сам. Оставлю вместо себя Десара Блайнера, пару месяцев он продержится.

– Не слишком ли он юн?

– Слишком, но в данном случае это не проблема. Мои ребята его уважают, даже старожилы. И в этом плане он более перспективный кандидат, потому что они и между собой не передерутся, и его будут поучать по-отечески. Особенно если я самых амбициозных лично попрошу приглядывать, чтобы он марчей не наспотыкал. Объясню им, что ставить мальчишку безопаснее – всё же явный заместитель, а не преемник на долгий срок. Кроме того, Блайнер действительно со всеми ладит, редкий и очень ценный талант. Любой конфликт погасит в зародыше, да ещё так вывернет, что обе стороны его благодарить будут.

– Он женился на Боллар. Это политическое самоубийство, – хмыкнул император, подходя к небольшому серванту и наливая в хрустальный стакан воды.

– Не скажи. Он сделал ставку на личную лояльность, а жена его действительно любит и любому глотку за него перегрызёт, это по глазам читается. Да, никакого политического веса за Болларами больше нет, зато Кайра никак не ангажирована. Если подумать, этот ход не так уж плох, учитывая, что она в СИБе тоже со временем обретёт вес. Ребята к ней пока будут присматриваться, но она девушка жёсткая, добьётся уважения, и это добавит Блайнеру очков, потому что у него будет не просто жена, а сама Кайра Боллар. Та самая. Во всём первая. Заметная.

– Тебе просто нравится этот Блайнер.

– Нравится, – признал полковник Скоуэр. – И уже одно это о многом говорит. А ведь я его представлял своим внучкам. Он рассыпался в благодарностях и улыбках, но ни одну к алтарю не позвал, хотя я бы брак одобрил. Не просто одобрил – был бы рад.

– Вот я и говорю, что женитьба на Боллар – политическое самоубийство. Мог бы стать твоим… почти зятем.

– Тогда ему пришлось бы считаться со мной и в личной жизни, вместо этого он взял в жёны Боллар, и теперь влияние на него я имею сугубо профессионально-наставническое. Нет, Пеннар, Блайнер хоть и сопляк, но совсем не дурак. Я пророчу ему большое будущее.

– Прорицатель из нас двоих я, – проворчал император, не желая признаваться, что ему Десар тоже вполне симпатичен. Впрочем, как и его старшие братья, особенно командор Седьмой эскадрильи. Хороший выводок получился у покойного Батара Блайнера, получше, чем у многих.

– Ну так напророчь, что нам с нортами делать! Через нортбеннскую ячейку СИБа прищучить их никак не получится: во-первых, я не уверен в лояльности агентов; во-вторых, людей там слишком мало.

– В лоб действовать нельзя. Если снимать ноблардов, то исключительно по делу с кевредовыми доказательствами вины, – вздохнул Пеннар Первый. – А таких у меня нет.

– И у меня нет, – в тон ему вздохнул Скоуэр. – Хотя я копаю, поверь.

– Мои люди тоже копают, но вот какое дело: всё вроде и на поверхности лежит, каждая собака знает, как обстоят дела, а как начнёшь цепляться – так и получается, что круги по воде ловишь.

– Я буду и дальше рыть в том направлении. Эти их политические кружки… Так и хочется всю сепаратистскую скверну в зародыше задавить!

– Сам знаешь, нельзя. Эти закроем, новые появятся, только тайные и ещё более радикальные. Однако проблему нортов необходимо решать… Жёстко, тотально и желательно бескровно, а мы оба знаем, что так не бывает.

– Говорю же: давай я отправлюсь в Нортбранну на пару месяцев, постараюсь навести там порядок, – вновь предложил полковник.

Энтузиазмом он, разумеется, не горел, однако такое дело абы кому не доверишь. С сыновьями ему не особо повезло – кто погиб, а кто не подходил на серьёзную руководящую должность, поэтому теперь Скоуэр вкладывался во внуков. Да только Скейн, несмотря на всю подготовку, был пока под другое заточен. Пеннар их с Арданом натаскивал на дворцовые интриги, руководство небольшими силовыми операциями и дипломатию, СИБовской агентурной работы внук ещё не нюхал. А зря. Надо забирать его к себе. Засиделся он возле Пеннара. Пора вводить его в курс дела. Ой как пора!

Целители давали полковнику ещё лет пять. Если он здоровье побережёт и будет регулярно отдыхать, то семь, но он же был реалистом. Значит, горизонт планирования – пять лет. За это время надо Скейна и ещё хотя бы двоих внуков обучить и подковать так, чтоб умели при необходимости копытом бить прямо промеж глаз. А потом можно и умирать спокойно.

Император обдумывал предложение долго, тщательно взвешивал и так и эдак, но всё же решил:

– Нет. Ты мне нужнее в столице. Ты ослабишь столичный СИБ, если двинешься в Нортбранну с сильной командой, а без неё тебя могут убрать. Одно дело Ардан со Скейном, они привыкли друг друга прикрывать и страховать, да и кровь у них пока горячая, самое время воевать да девок раздевать. А тобой я рисковать не могу. Обезглавленный СИБ мне сейчас хуже ножа в боку. Я обдумаю ситуацию, а пока буду держать связь со своими людьми в Нортбранне. И ещё одно… Ты для Скейна жену ещё не подбирал?

– Нет. Он не заинтересован в браке. Говорит, жены Ардана хватает, чтобы им обоим нервы трепать.

– Я бы хотел, чтобы он поухаживал за Валери, когда она вернётся. Парень он обаятельный, умный, обходительный. Ему я могу доверить дочь.

– Это… большая честь, – сощурился полковник, обдумывая новый расклад. – Впрочем, я понимаю твои резоны. Скейн действительно сможет позаботиться о принцессе, а Ардан поддержит. Я поговорю с внуком, однако неволить его не стану. Скейн не из тех, кого можно принудить или сломать, а портить с ним отношения я не хочу.

– Ты же не думаешь, что я буду мучить дочь после всего, через что она прошла? Разумеется, на Валери я давить тоже не стану, просто пусть присмотрятся друг к другу. Дело молодое. Он – парень видный, она – настоящая красавица. Дары у них сочетаемые, всё же пусть дальние, но родственники. И для меня Скейн – куда более желанный вариант, чем какой-нибудь… Роделлек.

– С чего бы ты о нём заговорил в этом ключе? – удивился полковник. – Даже если между ними что-то и есть, то он принцессе не пара, и первый, кто это прекрасно понимает – он сам. Да и вряд ли он рядом с ней задержится надолго… Не тот типаж.

Император о видении не проронил ни слова, словно став озвученным, оно обрело бы некую легитимность, и с ним пришлось бы считаться. Вместо этого он сказал:

– Я просто хочу, чтобы у Валери во дворце был надёжный кавалер. Пусть даже до помолвки дело не дойдёт или дойдёт не сразу. Не хочу, чтобы она чувствовала себя одинокой рядом с женатыми братьями.

– Может, вызовешь со службы Трезана?

– Возможно, вызову, но только если выбора не останется. Пусть набирается опыта, скоро придётся выделять авиацию в отдельное направление, и возглавить его должен доверенный человек, знающий систему изнутри.

– И то верно. Недолог час, когда в чью-то умную голову придёт мысль бомбить с воздуха не только кантрадов, но и города.

– О, поверь, она уже приходила – и не раз, просто ресурсов на это пока не хватает, – ответил император и на несколько секунд замолчал, а потом попросил достаточно спокойным тоном: – Пожалуйста, отправь в Нортбранну подкрепление Блайнеру и обеспечь благополучное возвращение Валери. И держи меня в курсе. Хочешь, я распоряжусь, чтобы тебе подали обед?

– Нет, я поеду домой. Ещё не ложился, а время уже за полдень, – поднялся с места Скоуэр и сердечно попрощался с императором.

Раньше полковник дружил с отцом Пеннара, но того уже нет в живых, а сам Пеннар давно поседел и скоро станет стариком. Как же быстро течёт жизнь! И ведь не остановишь этот стремительный бег…

Когда посетитель ушёл, император отправился в постель – через несколько часов ему серпом по нервам пройдётся заседание Дневного Синклита, надо попытаться привести их в порядок и поспать хотя бы недолго…

Удивительно, но он всё-таки уснул. Проснулся от привычного мелодичного перелива колокольчиков.

Надо сменить звук. Раздражает. Опять раздражает!

Секретарь, бледный от недосыпа, уже ждал его с документами. Так-то у Пеннара их двое, дневной и ночной, да только у второго беременная жена случайно провалилась в заброшенный колодец, едва не утонула и сильно пострадала. Как вообще умудрилась и чего ей дома не сиделось? Пеннар Первый лично послал ей открытку с горячими пожеланиями скорейшего выздоровления. Она даже не представляла, насколько искренними.

Надо брать третьего секретаря.

На заседание свежесформированного Дневного Синклита, проходившее в том же зале, что и встречи Ночного Синклита, Пеннар отправился сытым, относительно спокойным и даже уравновешенным.

Дочь жива и вернётся во дворец. Это главное. А мужика по вкусу позже подберёт, их здесь вьётся, как шмелей вокруг карамельного цветка, и каждый будет только счастлив получить руку принцессы.

В другой ситуации он бы, возможно, рассмотрел династический брак для дочки, но на долю Валери выпало слишком много испытаний, поэтому пусть выбирает любого, но только не Роделлека. Кстати, ещё предстояло выяснить, кто именно её похитил. Не норты, не эстренцы, а кто?

Заседание, как обычно, началось с нудных формальных приветствий. Секретарь перечислил и записал всех присутствующих пофамильно, начиная с левой руки Пеннара Первого. Император уже почти всех знал наизусть, однако во избежание ошибки протокол всё же соблюдался строго – не хватало ещё перепутать, подумают, что он в маразм впадает.

Дождавшись момента, император взял слово:

– У нас с вами сегодня на повестке земельный вопрос. Мои доверенные люди сейчас находятся в степях под Ре́тером. Как вам, вероятно, известно, в Имперской Канцелярии есть отдельное Управление, ведающее земельными наделами – УправЗем. Так вот, оный УправЗем выделил огромную территорию, подходящую для освоения и сельского хозяйства.

– Это, часом, не пустынные ли земли имеются в виду? – деловито спросил инто́рд Менеста́н, которого Трезан окрестил Вулканником, и это прозвище императору понравилось.

– Степные. Мои старшие сыновья сейчас как раз занимаются разработкой инфраструктуры, разметкой и строительством дорог, вопросами создания общей ирригационной системы. Мы планируем активно развивать регион.

– Так вы планируете решить земельный вопрос за счёт выселения полуденников с насиженных территорий? Нас в первую очередь интересуют пахотные земли рядом со столицей! – заявил Вулканник.

– Эти пахотные земли уже имеют своих собственников. Мы подготовили законопроект, по которому все семьи с тремя и более детьми получат наделы под Ретером.

– И что, наши люди должны поднимать целину, пока полуночники сидят на всём готовом? – раздражённо спросил он, и император понял, что пора ставить его на место.

– Ваши люди могут ничего не поднимать, однако смею напомнить, что пахотные земли, которые вы упоминаете, не всегда были таковыми, кто-то когда-то начал их обработку, вложил в это деньги и труд. Если вы пришли сюда, думая, что я вас озолочу и наделю чужими землями, то вынужден разочаровать. Все присутствующие если и получат наделы, то исключительно в порядке общей очереди и в том случае, если не имеют во владении других участков. Я также планирую выдавать земли в хаотическом порядке, дабы один клан не смог получить большой надел. И можете быть уверены, что безземельные полуночники, имеющие заслуги перед Империей, также получат участки, дабы не создавать монорасовых агломераций. Империя взяла курс на освоение восточных степей, и она пойдёт этим курсом вне зависимости от вашего желания. Вопрос лишь в том, захочет ли Дневной Синклит предоставить полуденникам возможность получить земли. Если нет, то я найду, кому их раздать.

– Прежде чем принимать решения, мы должны всесторонне изучить вопрос, – прозвучал голос одного из оппонентов Вулканника.

– Однако из глубочайшего уважения к вам, инторд Менестан, ваш клан подыманием целины заниматься не будет, за этим я прослежу лично, – закончил император, глядя тому в глаза. – Оставим

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.