7 Петабайт души. 3 часть

– Просто пытаюсь понять, – ответил я, отводя взгляд. – Есть идеи, как потратить баллы?

Она усмехнулась.

– А ты знаешь, что действительно стоит сделать?

– Просвещай, – сказал я, подняв бровь.

– Фонд восстановления зелёных зон и промышленных районов, – предложила она.

Я удивлённо посмотрел на неё.

– Почему именно это?

Она присела рядом, запустив терминал на столе.

– Этот город лучше большинства после войны, – сказала она, открывая карту и показывая разные зоны. – Здесь есть хоть какая-то система. Справедливость.

– И приговоры? – уточнил я, вспоминая её слова.

– Да, – ответила Ари, глядя на экран. – В других местах ты либо элита, либо никто. А здесь у людей есть шанс.

Я посмотрел на карту, наблюдая, как подсвечиваются точки в зелёных зонах и разрушенных промышленных районах.

– Всё вертится вокруг баллов, – пробормотал я. – Ты живёшь, ты трудишься, ты стремишься быть полезным. Чем больше пользы – тем больше баллов. Чем больше баллов – тем дольше твоя жизнь.

Ари кивнула, запуская интерфейс пожертвования.

– Прогресс в чистом виде, – сказала она, не отрываясь от экрана.

– Вечность стала реальностью для избранных, – добавил я, наклоняясь ближе. – Но цена за неё оказалась выше, чем мы могли представить.

– Как минимум сто баллов за участие в таких проектах, – шутливо сказала Ари. – Готов рискнуть?

Я усмехнулся.

– Почему бы и нет?

Ари ввела сумму, и на экране появилась надпись: "Пожертвование принято. Спасибо за ваш вклад."

Она повернулась ко мне, улыбаясь.

– Видишь? Теперь ты не просто турист.

Мы вышли на улицу, и дневной город раскрылся перед нами. Контраст с ночью был почти шокирующим.

Люди гуляли по широким тротуарам, капсулы мягко скользили над дорогами, челоботы бесшумно доставляли посылки, и даже воздух казался чище. Но за этим идеальным фасадом я чувствовал скрытое напряжение.

– Это как театр, – сказал я, глядя на оживлённую улицу.

– Почему театр? – удивилась Ари.

– Потому что всё выглядит слишком гладко, – ответил я. – Как будто декорации.

– Может, ты просто слишком подозрительный? – усмехнулась она.

– Возможно, – признал я. – Но если это театр, то я хочу понять, кто пишет сценарий.

Она остановилась у витрины с голографическими проекциями и жестом пригласила меня посмотреть.

– А пока можешь расслабиться и наслаждаться сценой.

Мы продолжили прогулку, и я попытался впитать как можно больше деталей. В этом городе всё работало, всё было выверено, но у меня было ощущение, что за этим идеально отполированным фасадом скрывается нечто гораздо более сложное.

Институт квантовой механики был настоящим произведением искусства. Его огромное куполообразное здание из стекла и металла сверкало под лучами солнца, словно символ прогресса. Потоковые линии – тонкие световые нити – сплетались вокруг конструкции, сияя мягким голубоватым светом.

Я остановился у входа, пытаясь впитать масштаб здания.

– Ну, как? – спросила Ари, наблюдая за моей реакцией.

– Впечатляет, – признал я. – Всё это… почти магия.

– Пойдём, маг, – усмехнулась она, потянув меня за руку.

Мы вошли внутрь, и меня сразу же охватило ощущение уюта и одновременно чего-то невероятного. Голографические экраны на стенах показывали сложные схемы, потоки данных и трёхмерные модели. Люди в белых халатах перемещались по коридорам, некоторые что-то обсуждали, другие работали за интерактивными панелями.

– Ты правда хотел сюда попасть? – спросила Ари, оглядываясь.

– Ещё как, – ответил я.

Мы подошли к одной из лабораторий. За стеклом группа студентов работала с миниатюрным материализатором. Машина мягко гудела, а её корпус был покрыт тонкими линиями Потока, которые мигали в такт её работе.

– Это и есть сердце всего, – сказал я, кивая на материализатор.

– Объясни, – попросила Ари.

– Материализатор – это устройство, которое превращает энергию в материю, – начал я, слегка наклонив голову, чтобы лучше рассмотреть детали машины. – Но для этого нужен Поток.

– Почему?

– Поток – это не просто источник энергии, – объяснил я. – Это связующая сеть, которая позволяет материализаторам получать данные. Представь, что каждая молекула, которую создаёт эта машина, требует точных инструкций. Без Потока это невозможно.

Она кивнула, явно впечатлённая.

– А если отключить Поток?

– Тогда всё, – сказал я. – Материализаторы просто перестанут работать. Поэтому они так важны для каждого города.

Мы наблюдали, как студенты вводили команды, и на панели материализатора появилась голографическая проекция: кусок сложной техники, похожей на двигатель. Через несколько секунд световые линии внутри устройства засветились ярче, и на выходе появилась реальная деталь, идентичная проекции.

– Удивительно, правда? – спросил я, глядя на неё.

– Это потрясающе, – призналась Ари.

Один из студентов заметил нас и вышел из лаборатории.

– Вам что-то подсказать? – вежливо спросил он.

– Мы просто смотрим, – ответил я.

Но в его взгляде появилось лёгкое подозрение.

– Вы… кто?

– Туристы, – быстро ответила Ари, но он продолжал смотреть на меня, явно что-то обдумывая.

– Вы ведь понимаете, что здесь не место для экскурсий?

– Да, конечно, – сказал я, отводя взгляд. – Мы не помешаем.

Мы ушли, но я не мог избавиться от ощущения, что его взгляд следит за мной.

Мы сидели на лавке у небольшой площади внутри института. Ари казалась задумчивой, её взгляд был устремлён куда-то в прошлое.

– Всё это, – сказала она, показывая на материализаторы и голографические экраны вокруг, – кажется таким… далеким.

– Что именно? – спросил я, глядя на неё.

– Жизнь, где у нас не было ничего, – тихо ответила она.

Я замер, уловив что-то новое в её голосе – грусть и тяжесть воспоминаний.

– Когда я была маленькой, – начала она, не глядя на меня, – мы голодали. Материализаторы не работали, еды было мало.

– Почему? – спросил я.

– Поток, – сказала она. – Он работал только в красных зонах.

Я нахмурился.

– Но ведь…

– Красные зоны тогда контролировали всё, – перебила она. – Ещё до войны туда ссылали людей для принудительной работы. Когда всё началось, их власть распространилась на города.

– Ты это помнишь?

Она покачала головой.

– Нет, я ещё не родилась. Но родители рассказывали. Люди из красных зон приходили в города и забирали сильных в рабство. Мужчин, женщин, даже подростков. Всех, кто мог работать.

Я почувствовал, как внутри всё напряглось.

– Но потом война всё изменила.

– Да, – кивнула Ари. – Когда мне было три года, всё закончилось. Поток заработал повсеместно, красные зоны пали. Но тогда началась другая битва.

– За власть?

– Именно, – грустно улыбнулась она. – Родители погибли уже после войны, когда началась эта… делёжка. Девять владык, как их называют, до сих пор не вступили в полную власть.

– Это… – я замолчал, не зная, что сказать.

– Я не виню их, – добавила она, глядя мне в глаза. – Они сделали всё, чтобы стабилизировать мир. Но последствия той войны ощущаются до сих пор.

Я кивнул, глядя на оживлённые коридоры института.

– Ты сильная, Ари, – сказал я, тихо.

Она улыбнулась, но её глаза всё ещё оставались грустными.

– Просто стараюсь жить дальше.

Мы вышли из института, обсуждая увиденное. Ари казалась немного отвлечённой, её мысли, похоже, всё ещё витали где-то в прошлом.

– Ну что, куда дальше? – спросил я, надеясь отвлечь её от тяжёлых воспоминаний.

Но прежде чем она успела ответить, на дорогу перед нами мягко приземлился технологичный автомобиль. Его корпус был идеально гладким, без единого шва, а затем двери открылись с едва слышным шипением.

– Что за… – начал я, но тут из салона выглянул знакомый мне Рик.

– О, Макс, как удачно, что мы тебя нашли! – сказал он с фальшивой радостью.

Позади него виднелись Каро и Тэсс, оба с привычно ленивыми усмешками.

– Что вам нужно? – спросил я, стараясь сохранить спокойствие.

– Просто поговорить, – сказал Рик, жестом приглашая нас в машину.

– Не думаю, что мне это интересно, – ответил я, инстинктивно отступая на шаг.

– Макс, – его голос стал ниже, серьёзнее. – Лучше не устраивать сцен. Мы просто хотим поговорить.

Ари посмотрела на меня, затем на Рика.

– Мы сядем, – сказала она тихо.

Я посмотрел на неё, но она покачала головой, как будто говоря, что спорить бесполезно. Внутри всё сжалось, но я кивнул.

– Ладно, – сказал я, входя в машину.

Внутри нас ждал ещё один человек. Высокий, с жёсткими чертами лица, он сидел с идеально прямой спиной, а его глаза словно прожигали всё, на что он смотрел.

– Макс, – сказал он, когда я сел напротив него. – Я слышал, ты неплохо разбираешься в технике.

– Кто вы? – спросил я, игнорируя его тон.

– Меня зовут Эдриан, – представился он, складывая руки. – И у меня к тебе есть предложение.

– Если это о курьерской системе, то я не…

– Именно об этом, – перебил он, не давая мне закончить. – Ты взломаешь её для нас.

Я нахмурился.

– Почему я должен это делать?

Он слегка улыбнулся, но в его глазах не было тепла.

– Потому что у тебя нет выбора, Макс.

Ари напряглась, но я положил руку ей на плечо, стараясь успокоить.

– Если ты не сделаешь это, – продолжил Эдриан, – мы найдём кого-то, кто сможет. Но поверь, для всех будет лучше, если этим займёшься ты.

– А если я откажусь? – спросил я, скрестив руки.

Эдриан наклонился вперёд, его голос стал почти шёпотом.

– Ты ведь не хочешь, чтобы кто-то пострадал, верно?

Я стиснул зубы, понимая, что спорить бесполезно.

– Хорошо, – сказал я, выдохнув. – Что именно вам нужно?

– Мы обсудим детали позже, – сказал Эдриан, откинувшись назад. – А пока расслабься. Всё это не займёт много времени.

Автомобиль остановился у огромного здания с зеркальными фасадами. Его архитектура казалась нарочито изысканной: сверкающий металл и стекло создавали ощущение, что это здание буквально парит над землёй.

– Это что, центр курьерской службы? – спросил я, глядя на здание с сомнением.

– Именно, – ответил Эдриан, выходя из машины. – Здесь начинается и заканчивается всё.

Мы вышли из машины и последовали за ним. Ари держалась рядом, её лицо выдавало явное беспокойство.

– Итак, слушай внимательно, – сказал Эдриан, остановившись возле небольшой площадки рядом с центральным входом. – Через несколько минут из этого здания выйдет челобот. Он будет нести важный груз.

– Что за груз? – спросил я.

– Неважно, – резко ответил он. – Ваша задача – поменять адрес доставки.

Я нахмурился.

– Это не так просто, как кажется.

– Именно поэтому здесь ты, – усмехнулся Эдриан.

Рик, Каро и Тэсс стояли неподалёку, переговариваясь между собой. Затем Рик кивнул Эдриану.

– Мы готовы.

Эдриан повернулся ко мне.

– Твои друзья устроят отвлекающий манёвр. Ты используешь этот момент, чтобы перепрошить челобота.

– И если я провалюсь?

Эдриан наклонился ближе.

– Лучше не проваливайся.

Через несколько минут двери здания открылись, и из них вышел челобот. Его корпус сиял серебристым, а в руках он держал небольшой контейнер, закрытый герметичной крышкой.

– Начинайте, – сказал Эдриан, кивая троице.

Рик и Каро сразу же начали громко спорить, переходя на крики.

– Да ты совсем с ума сошёл! – закричал Рик, толкая Каро.

– А ты что, думаешь, самый умный?! – орал в ответ Каро, хватая его за рубашку.

Тэсс пыталась их разнять, крича:

– Эй, вы что творите?!

Люди на улице начали оглядываться, а несколько челоботов с системой безопасности направились к ним.

– Твой момент, – прошептала Ари, подтолкнув меня вперёд.

Я бросился к челоботу. Его сенсоры уже начали фиксировать движение вокруг, но я прижался к стене, достал свой модуль и быстро ввёл команды.

– Давай, давай… – пробормотал я, подключаясь к его системе.

Поток данных заполнил экран моего модуля.

"Проверка адреса: объект зарегистрирован."

– Изменить адрес, – сказал я, вводя новую команду.

Система сопротивлялась, её защита пыталась отбросить меня, но я на это не обращал внимания.

– У тебя есть минута! – шёпотом крикнул я.

– Почти готово…

На экране замерцала надпись: "Доступ разрешён. Адрес доставки обновлён."

– Есть! – выдохнул я, убирая модуль.

В этот момент челобот резко остановился, его глаза замерцали, а потом он развернулся и двинулся в противоположную сторону.

– Отлично сработано, – раздался голос Эдриана у меня за спиной.

Я обернулся, всё ещё ощущая напряжение.

– Это было слишком близко, – сказал я, глядя на него.

Эдриан усмехнулся.

– Но ты справился.

Я посмотрел на троицу, которая, увидев, что всё завершилось, быстро прекратила свою «драку» и направилась к нам.

– Хорошая работа, Макс, – сказал Рик, хлопнув меня по плечу.

– Это всё? – спросил я, глядя на Эдриана.

– На сегодня, да, – ответил он. – Но не расслабляйся. Это только начало.

Мы вышли из переулка, стараясь слиться с толпой. Ари шла рядом, её лицо выражало смесь тревоги и негодования.

– Макс, – начала она, но я её перебил:

– Ну что, а ты переживала. Всё прошло как по маслу, – сказал я, пытаясь придать голосу бодрости.

Она резко остановилась, повернувшись ко мне.

– Ты издеваешься? Макс, это не шутки!

– Почему нет? – усмехнулся я, пожав плечами. – Это просто… практика для навыков.

Её глаза сверкнули гневом.

– Практика?! Ты даже не знаешь, что в этом контейнере.

Я хотел что-то сказать, но замолчал. Она была права, и это угнетало. Я нервно потер затылок.

– Зато теперь у нас есть награда, – сказал я, доставая из кармана небольшой блокчёс.

На его экране светилась сумма: 20 баллов.

Ари взглянула на меня с удивлением.

– 20 баллов? За то, что ты взломал курьера и рисковал собой?

Я усмехнулся, крутя блокчёс в руках.

– Знаешь, что это значит?

– Что?

– Это значит, что я стою дешевле, чем ужин в матери…

– Даже не договаривай, – перебила она, закатив глаза.

Я бросил взгляд на блестящий кубик, взвесил его в руке и неожиданно для себя швырнул в ближайшую мусорку.

– Макс! – воскликнула Ари, ошарашенная этим жестом.

– А что? – спросил я, оборачиваясь. – Символично, не находишь?

Она только открыла рот, чтобы ответить, но замолчала, уставившись куда-то позади меня.

– Что? – спросил я, нахмурившись.

Она кивнула в сторону.

– Рик, – тихо сказала она.

Я оглянулся и действительно заметил его вдалеке. Он стоял у витрины магазина, притворяясь, будто изучает товары. Но его глаза неотрывно следили за нами.

Как только он понял, что мы его заметили, он медленно отступил в сторону, а затем исчез в толпе.

– Это нехорошо, – сказала Ари.

– Чего тут плохого? – отмахнулся я, хотя внутри что-то дрогнуло. – Просто парень, который увидел, как я демонстративно выбросил баллы.

– Макс, это выглядит как вызов, – тихо сказала она. – И вызов не тем людям, которым стоит что-то доказывать.

Я пожал плечами, стараясь сохранить видимость безразличия.

– Ну, значит, у меня новый фанат.

Но Ари не улыбнулась.

– Это не шутка, Макс. Ты знаешь, что они с тобой не закончили.

Я вздохнул, оборачиваясь в сторону, куда ушёл Рик.

– Да, – сказал я. – Знаю.

Мы шли по одной из оживлённых улиц города. Вокруг всё казалось привычно современным: голографические вывески, летающие челоботы, потоки людей, занятых своими делами. Но что-то вдруг привлекло моё внимание.

– Постой, – сказал я, останавливаясь.

– Что такое? – спросила Ари, оборачиваясь ко мне.

Я указал на вывеску через дорогу: "Шаурма от Геннадия".

– Это… это правда? – я почувствовал, как на моём лице расплывается улыбка.

Ари прищурилась, пытаясь рассмотреть, о чём я говорю.

– Это просто обычная закусочная.

– Нет, ты не понимаешь! – перебил я. – Отец всегда рассказывал, что они с мамой когда-то держали ларёк с шаурмой, но я думал, он преувеличивает.

– Серьёзно? – удивилась она.

– Да! – кивнул я. – Он говорил, что готовил её руками, даже в мире, где всё уже делали материализаторы. Я думал, это очередная его байка.

– Ну, так пойдём проверим, – предложила Ари с улыбкой.

Мы пересекли дорогу и подошли к небольшому ларьку. Его внешний вид ничем не выделялся: стандартная металлическая конструкция с автоматическим окном и терминалом для заказа.

– Хм… не совсем то, что я представлял, – пробормотал я, глядя на него.

– И что будем заказывать? – спросила Ари, стоя перед терминалом.

– Конечно, фирменную "Шаурму от Геннадия", – сказал я, вводя заказ.

Через минуту автомат выдал нам два свёртка. Я разворачиваю свою и смотрю на идеально симметричный рулет с абсолютно одинаковым распределением соуса и начинки. Всё выглядело… слишком правильно.

Я осторожно откусил кусок и сразу почувствовал разочарование.

– Это… это неправильно, – сказал я, морщась.

– Что не так? – спросила Ари, пробуя свою порцию.

– Это всё сделано по шаблону, – ответил я. – Отец всегда говорил, что шаурма – это искусство. Тут всё одинаковое, стандартное, как будто её собрали по инструкции.

Ари усмехнулась, глядя на мой возмущённый вид.

– Ну, ты же в городе. Здесь всё оптимизировано.

– Это не оправдание! – возразил я. – Настоящая шаурма должна быть с душой, с индивидуальностью.

Я с досадой отложил свёрток, а Ари рассмеялась.

– Макс, ты слишком серьёзно это воспринимаешь.

– Просто отец говорил, что его ларёк был другим, – сказал я, глядя на вывеску. – Очереди стояли, люди приходили за вкусом, а не за шаблоном.

Она молча посмотрела на меня, потом слегка улыбнулась.

– Может, это и есть доказательство того, что его рассказы – не просто небылицы.

Я усмехнулся.

– Ну, в этом ты права.

Мы поднялись и пошли дальше, но в глубине души я чувствовал лёгкое тепло. Может, этот ларёк – всего лишь очередная попытка сохранить что-то из прошлого. Но даже если это всего лишь бизнес, я знал, что где-то на самом деле был тот самый ларёк, где отец и мать когда-то творили своё маленькое кулинарное чудо.

Мы шли по узкому переулку, погружённые в разговор. Я уже почти забыл про Шаурму, когда Ари вдруг остановилась. Её движения были молниеносны: одна рука вытянулась вперёд, в другой появилась рукоятка катаны. Лезвие мягко скользнуло наружу, отражая редкий свет фонарей.

– Где ты всё это время прятала меч? – пробормотал я, глядя на неё зад.

Но она не обратила на меня внимания, смотря прямо перед собой.

Тень за углом отделилась от стены. Эдриан. В руке у него был пистолет.

– Ты сам выбрал, Макс, – произнёс он, его голос был ледяным.

В этот момент я почувствовал странное. Как будто что-то в груди сжалось, и сердце сделало один мощный удар. Мир вокруг начал замедляться. Каждый звук, каждое движение тянулось, как в вязком сиропе.

А потом всё остановилось.

Передо мной застыл Эдриан. Его пистолет, поднятый на нас, выглядел угрожающе. Ари, в боевой стойке, стояла неподвижно, её глаза всё ещё были полны решимости. Её позвоночник, словно светящаяся сеть, будто рассказывал мне свои секреты. Всё было понятно: модификации, которые она скрывала, механизмы, обеспечивающие её скорость и ловкость. Даже падающая капля воды с карниза застывала в воздухе. Всё… кроме голубя.

Он появился внезапно. Его крылья медленно опускались, но он двигался, как будто время на него не влияло. Голубь сел на край контейнера неподалёку, и его чёрные глаза смотрели прямо на меня.

Я хотел повернуть голову, но понял, что не могу. Моё тело было словно сковано. Но я видел всё.

Передо мной словно раскрылась система. Я понимал всё: как работает каждая мелочь в этом переулке. Поток данных струился вокруг, и я мог чувствовать его движение.

Затем мой взгляд упал на оружие в руках Эдриана.

Корб Т980. Классика боевых технологий 2792 года. Величайшее оружие своего времени, способное уничтожить любого. Я видел его устройство так, будто изучал схему.

Первый контур разгонял частицы, создавая базовую структуру заряда. Бозоны – мельчайшие частицы – разгонялись до предела, прежде чем войти во второй контур. Там, в секунду до выстрела, формировалась энергия, превращающаяся в нечто вроде крошечной чёрной дыры. Что бы ни попало в её поле, исчезало, превращаясь в ничто.

– Не лучшее оружие, – прошептал я мысленно, словно обращаясь к самому себе.

Я почувствовал, как моё сознание будто скользнуло вглубь Потока, цепляясь за механизмы пистолета. Контуры замкнулись в моём сознании, и я понял, как обойти защиту.

Команда. Ещё одна.

Мир вздрогнул. Всё вокруг снова ожило. Эдриан нажал на спусковой крючок, но вместо выстрела пистолет разорвался у него в руках. Вспышка ослепила меня на мгновение, и я услышал, как он закричал.

Ари не медлила.

– Бежим! – выкрикнула она, схватив меня за руку.

Мы рванули с места, оставляя за спиной грохот и крики.

Мы стояли в переулке, пытаясь отдышаться. Мир казался тише, чем обычно, словно напряжение в воздухе поглотило все звуки. Ари осторожно оглядела улицу, затем перевела взгляд на меня.

– Макс, ты должен вернуться домой, – сказала она, её голос звучал спокойно, но твёрдо.

Я нахмурился.

– Вернуться? А как же ты?

– Я? – она пожала плечами, будто это было что-то незначительное. – У меня здесь всё под контролем.

– Ари, брось, – я шагнул ближе. – Ты не думаешь, что это звучит странно? Ты готова меня просто так оставить?

Она посмотрела мне прямо в глаза.

– Макс, это твой дом, твоя жизнь. Твои родители ждут тебя. Ты сам говорил, что обещал вернуться.

Я хотел возразить, но замялся. Она была права.

– Тогда полетели вместе, – предложил я.

Ари лишь слегка улыбнулась.

– Я не могу. Моё место здесь.

– Почему? – спросил я, чувствуя, как растёт раздражение. – Почему ты так уверена?

– Потому что я… – она вздохнула. – Я не цель, Макс. Ты должен быть там, а я должна быть здесь.

В груди стало тяжело. Я понимал её, но это не облегчало ситуацию.

– Ладно, – сказал я, тяжело вздохнув. – Тогда я хотя бы вызову тебе шаттл.

– Это не обязательно, – начала она, но я уже активировал модуль связи.

– Уже сделано, – сказал я, не глядя на неё.

Шаттл прилетел быстро. Его корпус мерцал мягким серебристым светом, а при открытии двери раздался тихий звук сброса давления.

Ари остановилась перед входом, бросив последний взгляд на меня.

– Макс, ты хороший человек. Не дай этому миру изменить тебя.