Нонстоперы #2

После того, как мы пересекли реку Лозьву по очередному автомобильному мосту и миновали развилку дорог, окружающая местность начала меняться. Всё чаще и чаще лес редел. Деревья становились значительно ниже. А иногда заросли отступали вовсе, замещаясь обширными болотами. Под пасмурным небом эта картина выглядела особенно удручающе, но в то же время была пропитана особенным колоритом. Из интернета я узнал, что дальше эта тенденция будет только прогрессировать.

Наш мини-караван значительно растянулся. «Двухсотка» не двигалась больше 90 км/ч, следуя за КамАЗом, как маленький ребёнок, боящийся потеряться в неизвестной местности. «Мега-Крузер» же отстал не менее чем на километр, и, как я предполагал, причина была банальной. Кит не мог просто так ехать. Ему снова и снова хотелось фиксировать необычный северный ландшафт на флэшку фотоаппарата. Иногда парни сокращали расстояние, но, как правило, ненадолго.

Общую остановку мы сделали возле небольшого придорожного кафе без названия, которое позиционировать стоило, скорее, как шашлычную. На грунтовой парковке «отдыхали» два гусеничных вездехода, из тех, что используют геологоразведчики для своих трэшовых вояжей по дремучей тайге, или как раз, для езды через топкие болота.

Гай поморщился, глянув на мангал, и вслух высказался по поводу сомнительной природы мяса. Сонный молодой узбек, переворачивающий шампуры, смерил его недоброжелательным взглядом, но промолчал.

– Не думаю, что пришло время для обеда, – сказала Марина. – Время ещё детское. Лучше поищем другое место.

Гай рассмеялся:

– Дорогая моя, ты забываешься! Это тебе не трасса «Москва-Ярославль». Здесь общепиты не попадаются так часто.

– Как и гаишники, – вставил я.

– Кстати, да, – согласился Гай.

С самого начала сегодняшнего маршрута нам до сих пор не встретился ни один патрульный автомобиль ДПС. Я слышал, что в этих местах их встречается меньше, чем где бы то ни было ещё, но не ожидал, что они исчезнут совсем.

– Это дикое место, – сказал Кит.

– Сам ты дикий, – махнул рукой Гай. – Реальная жесть начнётся на пятьсот – шестьсот километров севернее. Я так думаю.

Мимо нас на предельной для своих габаритов скорости промчался «Урал», гружёный свежим лесом. Увидев в окно нашу компанию и машины, водитель приветливо посигналил.

– Поехали, – сказал я и растоптал на асфальте окурок. Мысль о том, что я так и не бросил курить, заставила помрачнеть. Впрочем, за болезненной бледностью лица вряд ли эта эмоция была заметной.

– Как ты? – заботливо спросила Марина.

– Уже лучше, – честно сказал я. – А ты?

Она непринуждённо улыбнулась.

– Машина – огонь! Я вообще не понимаю, как можно ехать на такой «умничке» и на что-то жаловаться. Мне кажется, она всё делает сама, а тебе остаётся только поставить на педали ноги и держаться за руль.

Ну, а Югра для нас началась не с города, а с крошечного населённого пункта под названием Пелым. Неподалёку от дороги располагался толи небольшой нефтеперегонный завод, толи нефтехранилище. За покрашенными в жёлтый цвет производственными сооружениями возвышалась кирпичная труба, похожая на «выхлоп» котельной, из которой в небо устремлялся столб густого чёрного дыма. Даже сквозь наглухо задраенные окна в кемпер просочился едкий химический запах.

– Жесть, – сказала Виолетта, прильнув к окну рядом со мной.

В радиоэфире послышался голос Гаевского:

– Я буду не я, если наш иностранный шпион сейчас не остановится возле этой хреновины и не сделает два миллиарда снимков.

Кит на эту реплику промолчал, но «Мега-Крузер» всё же съехал с дороги на обочину.

Дорога пока нас радовала неплохим покрытием. Судя по всему, несмотря на суровый климат, ремонт здесь проводили регулярно. Несколько раз мы проезжали мимо вагончиков с рабочими в ярко-оранжевых жилетах. В такую погоду они занимались отделкой обочин, отсыпая спуски мелкофракционной щебёнкой, а затем разравнивая её вручную обычными совковыми лопатами.

Приблизительно в середине пути нам встретился указатель, гласящий о повороте к посёлку Таёжный. Это был первый пункт в ХМАО, который мы запланировали к посещению. Гай приветственно посигналил выезжающему на трассу большегрузу, а затем сам съехал с основной дороги на подъездную. Уставшие от созерцания однообразной картины, мы тут же прильнули к окнам. Однако там мало что изменилось: низкорослый лес с двух сторон обступил дорогу, словно хотел сжать её в тиски. А среди не по-июньски высокой и сухой травы показались проплешины светло-серого песка, отличительной черты данного региона.

Как выяснилось чуть позже, Таёжный оказался посёлком городского типа, в котором проживало чуть больше двух тысяч человек. Не совсем понятно было, чем занимается и промышляет здешний люд, но к удивлению, на первых же улицах, среди длинных многоквартирных бараков нам встретилось много молодых людей и детей.

Конечно, для жителя центральной России подобные места выглядели удручающе. Не было здесь ни такого адского количества развлечений, ни новомодных магазинов с яркими неоновыми вывесками, а только всё крайне необходимое и жизнеобеспечивающее. Узрев нечто непривычное для своей местности, к автодому сбежалась молодёжь. В основном, это были подростки лет 13—14, и преимущественно девчонки. Все в одинаковых кроссовках и с однотипными причёсками в виде длинной чёлки и хвоста на затылке.

– Интернат, – не удержался Гай.

– Прикрыл бы ты свой мерзкий мажористый ротик, – осадил его я. – Люди здесь ходят не по моде, а в том, что продаётся в их магазинах. Да и парикмахер у них тут, наверное, один на весь городок.

Виолетта с жалостью посмотрела на девчонок. Когда-то она и сама была такой: не имеющей ничего, кроме радужных мечтаний в буйной подростковой головушке. Возможно, кого-то из них родители и смогут обеспечить неплохим образованием, что в перспективе позволит перебраться в город получше. Кто-то из особо симпатичных девчонок удачно выйдет замуж, но большинство так и останутся здесь, вынужденные заниматься тем же, чем и их родители, и продолжат долгую череду вечно сменяющихся поколений.

А так ли это плохо?

Киту снова пришло в голову, что надо бы остановиться и пообщаться с местным людом для видеоматериала. На этот раз он догадался спросить об этом у нас. Я идею поддержал, но не забыл всем напомнить, что здешний народ может оказаться весьма подозрительным.

И как в воду глядел.

Остановив машины на обочине поселковой дороги, возле длинного, как железнодорожный состав барака, мы выбрались на улицу. От воздуха, пропитанного запахами леса, голова мгновенно пошла кругом. Нас тут же обступили дети и подростки. Многие уже кому-то звонили по мобильникам, другие снимали нас и наши авто на видео.

– Охрененные у вас тачилы! – хриплым простуженным голосом заявил мальчишка лет тринадцати, и пнул носком ботинка по колесу кунга.

Гай развёл руками:

– Нас что, здесь ждали?

И действительно, складывалось такое ощущение, что о нашем приезде в Таёжный каким-то образом узнали заранее. Вокруг машин собралось уже не меньше десятка человек. Одна из девчонок бесцеремонно шлёпнула Виолетту по заднице, заставив её ойкнуть от неожиданности.

– Классные лосины! – оценила она.

– Это леггинсы, – смущённо поправила Виолетта.

Ещё одна в голубой болоньевой куртке и с веснушками на носу, игриво подмигнула мне, а затем продемонстрировала язык и средний палец с неумело нанесённым на ноготок розовым лаком.

– Хуясе, танк! – присвистнул ещё один парень, разглядывая «Мега-Крузер».

Виолетту кто-то ущипнул за мягкое место.

– Эй, ты! – крикнула парню Марина, заметившая нахала. Происходящее она фиксировала на камеру. – Тебе руку оторвать?

– Оторви себе ж**у, дура! – крикнул пацан и заржал. Ему вторили почти все присутствующие.

– Надо валить отсюда, – Гай был в шоке от происходящего, но улыбался. – Я давно такого кабздеца не видел.

– Это тебе не Москва, – сказал я.

– Нет, – кивнул он. – Определённо нет.

Громким и басовитым возгласом толпу подростков разогнал неожиданно появившийся мужик в рыбацком костюме и с густой русой бородой. Выглядел он как типичный представитель древнего рода славян, с той лишь разницей, что не носил за поясом меч Кладенец.

– Заблудились что ли? – обратился он к нам. В голосе присутствовали дружелюбные нотки, но пристальный взгляд глубоко посаженных карих глаз говорил о противоположных эмоциях.

– Не совсем, – сказал я. – Просто заехали посмотреть, что это за место.

Мужик кивнул, а затем посмотрел на девчонок, скучковавшихся возле кемпера. Взгляд его умаслился, губы растянулись в смущённой улыбке.

– Драссте, – кивнул он. – Это мой сын ущипнул вас за… ну… за это.

Обращался он к Виолетте, но при этом оценивающе и одновременно стеснительно поглядывал на Марину. Заметив это, Гай непринуждённо рассмеялся. Я тут же понял, что следующим его шагом будет жёсткий троллинг и включил свою камеру.

– Вот, – сказал Гай. – Возим своих незамужних сестёр по богатому нефтяному краю, ищем им достойных мужей.

Марина вытаращила на него глаза. А мерзавец невозмутимо продолжал:

– Светленькие хорошо готовят. Та, что в леггенсах – отлично шьёт. А у моей сестрёнки сплошные тараканы в голове. Ну, знаете, глупенькая она, да и есть один у неё существенный минус.

Мужик с интересом посмотрел на него. Гай поджал губы, словно стыдился произносить последующую фразу.

– Один секс у неё на уме. ПОСТОЯННО. Понимаете, о чём я? Ненасытная она у меня какая-то. А в кого – сам не знаю. Вот и решил поскорее замуж выдать, чтобы, как говорится, всегда была при делах.

– Он шутит, – выдавила Марина, разом севшим голосом.

Мужик покраснел и утробно захихикал. Ему вторил Гай, затем подключились я и Шурик.

– Так может, это, – смущённо предложил мужик. – В гости ко мне зайдёте. Я тут неподалёку обитаю. Дом у меня отдельный, свой, кирпичный.

Последний факт он особо подчеркнул. Однако мы вынуждены были отказаться, чем вызвали его искреннее разочарование. Я соврал, что на обратном пути мы обязательно заглянем, и для вида взял у него номер мобильника.

– Ты редкостный козёл, Гаевский! – выругалась Марина, спустя минут двадцать, когда мы, прокатившись по улицам Таёжного, выбирались к подъездной дороге.

Гай гоготал в кабине КамАЗа, включив рацию на «автономку». Меня данная ситуация так же нехило позабавила, но при этом я понимал, насколько нужно быть бесцеремонным и раскованным, чтобы позволить себе такую выходку. Впрочем, зная характер Марины, я мог предполагать, что в долгу она не останется. А подобное положение дел только добавляло нашему путешествию красок.

– Теперь будешь сам ставить себе уколы, – сообщила Марина по рации, надеясь хоть таким способом наказать Гая. – А без них ты быстро вернёшься в прежнее состояние.

Я хотел что-то добавить от себя, но Виолетта вырвала у меня из рук тангетку:

– И до конца месяца без секса!

– Эй! – взвыл Гай. – А секс-то тут причём? К тому же тебя я назвал швеёй!

– А это женская солидарность, – осклабилась Виолетта.

– Ты сама не выдержишь, – рассмеялся Гай.

– Поверь, – усмехнулась Виолетта. – Мне есть с кем разделить постель.

После этих слов она подмигнула мне, заставив мгновенно залиться краской, как мальчишку, хотя в кемпере никого, кроме нас и Ольги не было, и никто другой её жеста не видел.

– Чёртовы бабы, – пробубнил Гай в рацию обиженным голосом и надолго замолчал.

По причине многочисленных остановок Югорска мы достигли только в половине четвёртого вечера. Само по себе это событие могло вызвать удивление, но если сопоставить все события, то выходило, что подобный «черепаший бег» в нашем случае – явление вполне закономерное.

Снова включившись по радиосвязи, Гай сообщил, что навигатор говорит о сюрпризе, расположенном непосредственно на въезде в город. Это была АЗС с магазином и кафе в одном флаконе. За день освоившаяся с управлением авто Марина тут же решила полихачить, благо встречная полоса трассы была пуста. Я непроизвольно зажмурился, увидев, как «двухсотка» резво обгоняет КамАЗ слева, а затем, набирая скорость, скрывается вдали.

– Кранты твоему драндулету, – прокомментировал Гай.

Я предпочёл промолчать и сосредоточить свой разум на позитивных мыслях. К тому времени самочувствие значительно улучшилось. В животе прекратилась революция, а ощущения тошноты в желудке сменились первыми неуверенными призывами к аппетиту.

Догнали мы их минуты через три, и Гай тут же позволил себе громко и непринуждённо рассмеяться, ибо картина была действительно трагикомичной. Как выяснилось, девушки пролетели по узкой подъездной дороге мимо АЗС и остановили авто возле красивого здания на вершине небольшого пригорка, напрочь проигнорировав надпись над стеклянной дверью и крыльцом. Как рассказали они позже, их не смутило отсутствие закономерного для общепитов запаха еды и крайне малое количество машин на парковке. Только забежав внутрь и осмотревшись, они с ужасом поняли, что оказались среди оранжереи искусственных цветов и венков с чёрными траурными лентами. За единственным в помещении столиком восседала грузная женщина в сером костюме и очках с позолоченной оправой. Торцевую стену занимали разнокалиберные и разновидные фотоовалы с портретами почивших в вечности людей.

– Господи! Извините! – выдохнула Марина.

Но как позже призналась она сама, самым сложным оказалось сдержать абсолютно нелепый и неуместный смех, ибо данная ситуация других эмоций лично у неё просто не вызывала.

– Только давайте обойдёмся без суеверных разговоров на эту тему, – попросил Гай всех, но посмотрев на Виолетту. На фасаде здания отчётливо просматривалась громадная чёрная надпись «Похоронный дом», и само по себе было странно этого не заметить. Виолетта равнодушно пожала плечами:

– А что тут особенного? Похоронная контора и всё. Люди умирают чуть реже, чем ходят по-большому в туалет, или занимаются сексом.

– Поддерживаю, – сказал я.

Виолетта благодарно улыбнулась и легко приобняла меня за талию.

Пока водители авто пополняли резервы топлива в баках, все остальные зашли в кафе, первый пункт общественного питания на территории ХМАО. К сожалению, название он не имел, как и не отличался чем-то особенным. Я предложил ребятам заняться изучением меню, а сам вышел на улицу и закурил, предварительно ступив в нарисованный на асфальте круг, обозначающий место для курения. Марина неплохо справлялась с задачей, быстро заправив дуло бензинового пистолета в зев бака. Увидев меня, она непринуждённо махнула рукой. Я кивнул ей в ответ, при этом ощущая смесь эмоций. Помимо прочих, присутствовало и раздражение. Я осознал, что подобное поведение взрослой по сути женщины меня всё более и более начинает выводить из себя. Наверное, стоило бы сесть за стол переговоров и расставить в нужных местах все точки, либо сделать над собой усилие и, преодолев страсть, закончить на корню эти непростые и нервозатратные отношения.

В кафе я осторожно употребил маленькую порцию салата «Цезарь» и тут же прислушался к собственному организму. Пища опустилась на дно желудка и затаилась там. Вроде, всё шло не плохо. Очевидно, горсть угольных таблеток, проглоченных ещё рано утром, дала, наконец, результат. И тут же я понял, что вновь потерял связь с реальностью. Мы были уже на территории северного региона, но я до сих пор не мог воспринять этот факт всерьёз.

– Куда двинем? – спросил Гай меня, как будто именно я планировал весь сегодняшний маршрут.

– В гостиницу, – сказал я равнодушно.

В разговор включилась Марина:

– Вот только с заселением возникли некоторые проблемы, – сказала она. – Десять минут назад мне позвонили и сообщили, что забронированные номера предоставить не могут.

– Как так? – Гай явно расстроился, настолько, что даже уронил измазанную майонезом вилку на гранитный пол кафе.

Решив сделать нам всем подарок по пути в более суровые северные города, он настоял на шикарных по местным меркам апартаментах, либо номерах качества «люкс». Интернет тогда подсказал четырёхзвёдную гостиницу «Сосновый Бор», расположенную в самом центре города. Судя по рекламе, там присутствовали все сервисы для обеспечения роскошного буржуазного отдыха.

– Не переживай, – сказала Марина, впрочем, не особо уверенно. – Они предложили альтернативу.

Той самой альтернативой оказался небольшой по размеру «Спорт-Отель», располагавшийся буквально на соседней улице. Удобства там тоже присутствовали, да ещё и какие. После серовской и ивдельской гостиниц данное заведение показалось нам просто царскими покоями. Но, надо сказать сразу, в городе такого уровня, как Югорск, по-другому и быть не могло.

Едва только мы выбрались из крошечного пригорода на основные улицы, так были сразу же поражены, насколько этот населённый пункт отличался от городов севера Свердловской области. Это поняли все без исключения. Обычно негативно относящаяся к провинциальной жизни Оксана, тут же оживилась, и принялась штурмовать городские интернет-порталы в поисках ночного клуба. Кит, уже хронически воспринимающий российскую глубинку, как что-то стабильно разлагающееся и унылое, мгновенно прикусил язык. Ибо Югорск был новым, современный и красивым городом.

Решив оставить главное знакомство с городом на завтра, мы, тем не менее, вынуждены были проехаться по ряду его улиц. Повсюду нас окружали новостройки, построенные не абы как, а с соблюдением всех необходимых пропорций. Архитекторы делали ставку не только на практичность, но и на внешний вид.

Немного позже я узнал, что Югорск получил статус города только в начале девяностых, а основную его часть построили вообще на заре нового тысячелетия. Безусловно, попадались и достаточно старые дома в три этажа высотой со старомодными пирамидальными крышами. Но даже они были приведены в такое прекрасное состояние, что практически ничем не выделялись на фоне новомодных таун-хаусов в европейском стиле.

– Нефтяной регион, чего вы хотели, – со знанием дела сказал Гай, хотя было видно, что и его ожидания оказались куда скромнее действительности.

Кит словно забыл о своём фотоаппарате, полностью переключившись на экшен-камеру.

Однако возле отеля сразу же обозначилась проблема, и, надо было полагать, что с подобным мы будем неоднократно сталкиваться и в других городах. Дело в том, что автомобильная парковка не была рассчитана на такого гиганта, как наш автодом. И сколько Гай не пытался переубедить администратора, нам таки пришлось искать из сложившейся ситуации выход.

– А там, между прочим, замаринованная индейка, – напомнила Ольга. В пути она провозилась с ней никак не меньше часа.

– Твой «глухарь», Лёха, – сказал я и рассмеялся. Гай не отреагировал на эту реплику, продолжая задумчиво почёсывать свой острый подбородок.

– Хорошее начало, – пессимистично констатировала Марина, при этом улыбаясь.

В этот момент с неба вновь посыпал мелкий холодный дождь. Направление ветра было северным, что в немалой степени способствовало возникновению ещё более мерзких погодных условий. Я посмотрел на занавешенные окна отеля и почувствовал, что хочу тепла и уюта прямо сейчас. Проблему нужно было решать как можно скорее.

– Ладно, – сказал Гай и махнул рукой. – Поступим как тогда, в Екате: загоним КамАЗ в какой-нибудь тихий дворик и забудем о нём на пару деньков.

– Надеясь на то, что всё обойдётся, и в первую же ночь нам не спустят колёса, – добавил я.

– Мур, ты как всегда, не можешь не блеснуть своей вонючей мнительностью! – злобно выплюнул Гай. Впрочем, негатива в его глазах не было. Напротив, по всему чувствовалось, что накал событий сильно импонирует моему другу.

В конце концов, мы так и сделали. На некоторое время команда разделилась. Гай в сопровождении «Мега-Крузера», ведомого Китом, отправился на поиски незаконной парковки. С ним за компанию поехали Шурик и Марина. Остальные в это время должны были разместиться в отеле.

С самого начала я понял, что нам страшно повезло. Во-первых, в наличии оказались свободными все четыре двухместных полулюкса, что обеспечивало нонстоперов комфортным сном на грядущую ночь. Оставалось только разбиться по парам. Оксана со знанием дела осматривала интерьер в холле, как будто это как-то могло повлиять на качество отдыха. Мы же с Виолеттой и Ольгой успели осмотреть номера, которые мало чем отличались друг от друга. Из «люксового» здесь присутствовали только качественные и удобные предметы мебели, да, пожалуй, просторность. Всё остальное вполне подходило к какой-нибудь рандомной гостинице на федеральной трассе: бежевые занавески, органза вместо тюли на окнах, пара широких и упругих кроватей, рабочий стол и телевизор на стене.

– Есть даже чайник, чтобы «дошик» запаривать, – сказала Ольга и захихикала.

Я почувствовал, как тонкая ладонь Виолетты скользнула в мою. Она легонько сжала мою руку и посмотрела прямо в глаза:

– А давай, мы с тобой заселимся в один номер? Я накажу Гаевского, а ты – Марину.

Я незамедлительно кивнул. Идея мне пришлась по душе, причём, мстить либо доказывать кому-то что-либо я не собирался. Виолетту видеть рядом с собой для меня было делом привычным. Не раз мы делили и постель, и скромный ужин. В моей маленькой холостяцкой квартире она всегда была желанным гостем.

Через сорок минут вернулись Гай и остальные нонстоперы, довольные проделанной работой, потому что «заныкивать в кустах» наш шикарный автодом не пришлось. В северной части города обнаружилась платная стоянка для большегрузов, куда отлично вписался и наш десятиколёсный монстр.

– Так что вот! – провозгласил Гай. – Грядущий вечер обещает быть исключительно позитивным. Дамы отправятся трясти потными булочками в местный ночной блядюшник, а джентльмены будут играть на бильярде и пить виски в сауне.

– С проститутками, – добавила Марина.

И, ох, напрасно она это сделала.

– Нет, – радостно выдал Гай. – Вы же решили отправиться на танцульки.

– Ты охренел, Гай! – сквозь общий смех выкрикнула Виолетта. – Пятьсот лет без секса, понял! Нет, тысячу!

С последующим заселением проблем не возникло. Кит и Шурик расположились в одном номере, Марина и Оксана в другом. Третий должны были поделить Гай и Ольга, что само по себе было необычно. Но моя старая знакомая всех успокоила, пояснив, что между ними двоими априори не может возникнуть чего-то «такого». Как ни странно, на наше с Виолеттой решение заселиться вместе все отреагировали абсолютным равнодушием. Ни один мускул не дрогнул на лице Марины, а Гай обошёлся без привычных пошлых шуточек на эту тему.

Меня немного нервировал тот факт, что девушки отправляются в ночной клуб без сопровождения мужчин. Дело происходило в незнакомом городе и в результате могло обернуться чем угодно. Но говорить что-то по этому поводу я не стал, опасаясь в очередной раз быть уличённым в мнительности. Клуб назывался «Орфеус» и, вроде бы, имел неплохие отзывы в интернете. Оксана пообещала, что вместе они соберут видеоматериал для наших монтажёров.

– Кому интересно будет смотреть на ваши дегенеративные танцы, – махнул рукой Гай.

– Ну, да, – не упустила возможности съязвить Марина. – Рассматривать твою тощую волосатую задницу в сауне куда увлекательнее.

Гай снисходительно улыбнулся, давая понять, что троллинг оценил.

Мы так и не решили, что делать с замаринованным мясом индейки, поэтому запихали его в морозильную камеру кемпера до лучших времён. А ужин произошёл в кафе «Спорт-Отеля», где оказалось обычное, не диетическое меню. За окном лил дождь. Окна в югорских домах светились разноцветными огоньками. А я, наконец, поел, что называется, как следует, не смотря на предостережения Марины. «Цыпленок Табака» зашёл на ура, и сверху на него улеглись безе с горячим какао. Цивилизация продолжала радовать всеми своими достоинствами. Зная, какие у нас планы на будущее, я старался впитывать комфорт каждой клеточкой тела.

Но вот уже в сауне тяжесть в желудке вернулась, вынудив меня отказаться от приёма любого алкоголя. Это обстоятельство расстроило Гая, так как Шурик был трезвенником, а из Кита выпивоха так себе. Ещё в бильярдной он пропустил пару бокалов разбавленного колой виски и серьёзно окосел.

– Боже, какой ты малохольный, дружище, – прокомментировал Гай. Его самого подобная доза даже не расслабила.

В бильярдной я узнал, что господин Гаевский на профессиональном уровне владеет этим искусством. Кит пытался изо всех сил, но неизменно проигрывал партию за партией. Мы с Шуриком пытались соперничать на соседнем столе, но вскоре забросили это дело, потому что напряжённая и красивая игра ребят всё равно перетягивала наше внимание.

Сауна оказалась среднего качества, далека по всем параметрам от той, что мы посещали в Екатеринбурге. Но в этот вечер мне не хотелось что-то сравнивать. Я был доволен и тем, что имелось. В горячей парилке голова быстро пришла в порядок, словно я выпил какой-то отрезвляющей жидкости. А вместе с трезвостью мыслей вернулось и намерение бросить курить.