Отныне и везде

День одиннадцатый. Отпуск по семейным обстоятельствам

Но утром всё встало на свои места. Началось оно с неожиданных звонков. Первой позвонила мама Алика и попросила его приехать. Она подвернула ногу и нужна была его помощь. Расстроенный, насупившись, он сидел за столом, не притрагиваясь к омлету.

– Что ты так переживаешь? Всего лишь вывих. Пару дней в тугой повязке и пройдёт. – попыталась развеять Олега Анастасия.

– Это я понимаю. Дело не в том. Ведь только-только до чего-то серьёзного подобрались, и тут…

– Что ты имеешь в виду? – встревоженно спросил я.

– Дядя Дим, мы вчера всё сделали.

– Что именно?

– Разобрались с этим вирусом.

– Надеюсь, вы не активировали его?

– Нет, вы же сами запретили! – обиженно добавила Катя.

– И правильно, что запретил. Так в чём его суть, как он действует?

– Вирус довольно хитроумный. Чтобы активировать его достаточно перенести информацию с флешки в память компьютера. Но при этом, вроде бы, ничего не происходит, и система защиты его не распознает.

– Почему?

– Потому что он сделан невидимым. То есть, он состоит из трёх внешне безобидных фрагментов, не несущих, казалось бы, никакой весомой информации. Единственное, что их объединяет – высокая прилипчивость и связь с компьютерными часами. – восторженно произнёс Олег.

– Что значит прилипчивость?

– Стоит на зараженном компьютере открыть какую-нибудь внешнюю программу, послать почту, даже просто заглянуть в рекламу, как эти фрагменты тут же прилипают к данному источнику и уходят уже по новому адресу. – ответила Катя.

– Как метастазы. – тихо сказала Настя.

– Мета чего?

– Метастазы при раке. Мелкие фрагменты опухоли распространяются по всему организму с током крови и лимфы. Хирурги убирают главный очаг, но ему на смену приходят новые, выросшие из метастазов и так до полного истощения организма. – заключила она.

– В чём-то ваша аналогия правильна. Дело в том, как уже говорил Олежка, фрагменты вируса связаны с компьютерными часами. Попадая на новое место, они, первым делом, запрашивают время у обслуживающего сервера и включают своего рода будильник, который срабатывает спустя сутки. В назначенное время начинается второй этап активирования вируса – фрагменты соединяются вместе и блокируют связи между компьютерами. На этом этапе защита уже способна его распознать и уничтожить, но это малоэффективно, так как практически тут же вступает в действие третий этап – полное уничтожение памяти данного компьютера.

– Это, во-первых, а во-вторых – становится слишком поздно – составные части вируса уже разошлись по всему свету. Для этого и придумана пауза в сутки. Ведь хотя бы раз в день каждый заглядывает в интернет, проверяет почту… Всем вирусам вирус. – добавил Олег.

– Что ж. Теперь становится понятно, почему так беспощадно расправляются наши «серые кардиналы» с врагами. Это вопрос жизни и смерти.

– Почему ты так думаешь? Ведь это всего-навсего компьютер? Всегда можно новый купить. – недоумевая, пожала плечами Анастасия.

– Потому что компьютер и его связи – это и есть та среда, в которой работает эта группа. Без интернета они как без рук.

– Постойте, постойте! Вы ведь работали из библиотеки? Так значит… – осенило вдруг Анастасию.

– Да, один из них заражён. Но не беспокойтесь. Мы работали вне всяких внешних связей, и, после всего – обесточили этот компьютер, а на экран повесили табличку, что он не работает. – поспешил успокоить Настю Олег.

– Хоть на этом спасибо.

– Не волнуйся, компьютер мы новый купим. Главное – теперь знаем слабое место этой организации.

– Но что это нам даёт? У нас есть вирус, но стоит его применить, как нас тут же прихлопнут. И, кроме того, наше преимущество временное, пока эти сволочи не придумают антидот. А раз мы придумали, то… – разочарованно заметила Катя.

– Вы придумали антидот? – поразилась Настя.

– Не до конца. И это скорее предположение, вариант. – замялся Алик.

– Олег предложил следующее, – вступила Катерина, – раз включающим механизмом идёт отсчёт времени, используя компьютерные часы, то можно попытаться спасти компьютер, перезагрузив его, введя предварительно в него новую программу отсчёта времени, неизвестную данному вирусу, и, следовательно, он не сможет её использовать. Мы даже подобрали ряд никем незадействованных ещё программ компьютерных часов.

– Надеюсь, вы не заявили во всеуслышание о вашем предположении? – спросил я.

– Нет, конечно, нет. Кстати, чисто теоретически, можно вообще глобально решить эту проблему, изменив протокол запросов времени у серверов, но на практике это крайне сложно осуществить. Со всеми в мире договориться об одновременной замене?.. Хотя, такой, абсолютно новый протокол, для каких-то своих задач создал его брат. Мы подумали, что это может тоже как-то пригодиться и сохранили в отдельной папке на заражённом компьютере.

– Самое обидное, до главарей мы так не доберёмся. Не успеем. А так хотелось отомстить. – с разочарованием махнул рукой Алик.

– Главное – мы избавимся от этой шайки. Не горюй, мы что-нибудь придумаем. – попыталась успокоить его Катя, – По крайней мере, ты должен знать, что гибель твоего брата была не напрасной.

– Почему ты так думаешь?

– Насколько я могу судить по прежним чатам, средняя часть вируса, что нарушает связи, была, как раз, изобретена нашими ребятами…

Олег посмотрел на Катерину, и в его взгляде мне показалось нечто большее, чем просто благодарность. В это время раздалась телефонная трель. Катерина подняла трубку и ушла с ней в другую комнату. Спустя несколько минут она вернулась с растерянным выражением лица:

– Мои возвращаются завтра. Оказывается, они стояли в очереди на свободные места и им вдруг повезло. Может, мы чего-нибудь придумаем?

– Не надо ничего придумывать! – решительно прервала Анастасия, – Мы сегодня же переберёмся в гостиницу. Это раз. Во-вторых, у нас уже начинается ремонт и, судя по обещаниям, его закончат в течение недели.

– Настя права, – взял я инициативу в свои руки. – Большое спасибо тебе, Катерина, что приютила нас в самый сложный момент, но пора и честь знать. И хватит об этом. Теперь о делах. Наше расследование временно приостановлено. Олег едет к матери, Катя готовится к приезду родителей. Мы с Анастасией занимаемся ремонтом. Связь поддерживаем по телефонам.

Кстати, неплохо бы всем заиметь запасные трубки. При малейшем сбое телефона или даже подозрении на прослушивание – немедленно их менять! В таком случае необходимо, прежде всего, послать эсэмэску следующего содержания – ДОКА номер, где номером должен быть ваша порядковая буква в этом слове. Это будет паролем, что данный абонент свой. Контрольный сбор, скажем, через пять дней. В случае чрезвычайных обстоятельств, встреча – либо у Насти в библиотеке, либо у меня дома. Где эта флешка?

– Вот она.

– Отлично. Спрячу в надёжном месте. От греха подальше. Кстати, о грехах… Хорошо бы закрыть твою библиотеку на длительный период. Это можно устроить?

– В принципе да, моя напарница уже ушла в отпуск, а мне два дня осталось.

– Вот и хорошо. Давай мне ключи, я там проверю и закрою.

– Неужто, мы всё так вот и бросим? – с досадой сказал Алик.

– Извини, Олег, но ты – типичный подросток. Хоть в ухо и влетает, но без толку – там стена. Я же сказал – на время приостанавливаем. Нам всем надо разобраться с нашими личными проблемами. Чтобы потом с новыми силами. Понятно?

– Ясно.

– В таком случае, приказ по группе ДОКА – приступить к исполнению!

Пока Анастасия собирала наши манатки, созвонился с администратором одного из отелей на Большом Проспекте. Туристический сезон ещё не вступил в полную силу, и свободные номера найти можно. Тем более теперь, когда стоимость не имела столь большого значения. Так что, номер на неделю нам был обеспечен. Катя взялась доставить всех по назначению – прежде всего нас с Анастасией в гостиницу, затем Олега на вокзал. Заметив, что у Катерины глаза на мокром месте, я поспешил всех успокоить:

– Ребята, что вы? Это же не навсегда. Всего-то пять дней. Подумаешь. И потом мы ведь будем на связи. Считайте, что это наш отпуск… по семейным обстоятельствам. Так?

Катя молча кивнула и поцеловала нас на прощание. Подошёл насупившийся Алик.

– Олег, будь мужчиной, а это значит быть мудрым и внимательным. Даже лучшие полководцы отступали иногда для перегруппировки. Так и мы. Так что не вешай нос и позаботься о маме. Ты ей сейчас нужен.

БМВ уже скрылось за поворотом, а мы с Настей продолжали стоять у порога гостиницы. Потом Анастасия спросила со вздохом:

– Ну, а мне, что ты скажешь напоследок?

– Эй-эй, ты чего это?

– Что я тебя не знаю, что ли? Ты ведь наверняка что-то задумал.

Я понял, что её так просто не провести. Надо было что-то придумывать на ходу:

– Ты, как всегда, права. Давай, после того как заселимся, пойдём в ЗАГС и зарегистрируемся.

– Прямо так сразу?

– Чего тянуть? Я хочу, чтобы в метрике нашего сына значилось мое имя и фамилия.

– Ох, ты и хитрец у меня… Ладно, так и сделаем. Но сразу не удастся, придётся подождать минимум месяц после подачи заявления.

– За это не беспокойся. Хоть раз в жизни я могу использовать служебное положение?

Вот так, ближе к вечеру, на наших безымянных пальцах блестели обручальные кольца, а мы сидели в ресторане при гостинице и тихо праздновали это событие.

– Муж, муженёк, я снова замужем. Даже неудобно как-то. Всё так стремительно с тобой. Всего три недели назад я стала вдовой, а уже снова за мУжем.

– Родная моя, ты сама говорила – это условности. Они важны для окружающих, но нам до этого какое дело? Главное, мы с тобой вместе и на законных основаниях. Ты – моя жена и, надеюсь, я скоро стану отцом.

– Тут уж погоди. Хочешь того или нет девять месяцев подождать придётся. Здесь, знаешь ли, даже служебное положение не поможет.

– А жаль. Ты бы разве не хотела, чтобы вот сразу, сейчас, у тебя был уже готовый ребёнок. Без всех этих токсикозов и родов?

– Нет, не хочу! Мужикам этого не понять. Я столько мечтала об этом, как буду носить, как во мне будет созревать новое существо, расти и крепнуть, питаясь моими соками. Ради этого счастья внутренней наполненности готова перенести любые тяготы! И потом, ты же будешь рядом?

– Конечно, счастье моё!

Взял её ладошку в свою, и наши обручальные кольца соприкоснулись в поцелуе.

День двенадцатый, 9.00 – 12.00. Игра в догонялки

Чтобы там не болтали пресыщенные богачи, но деньги иметь это хорошо! Сразу появляется ощущение свободы… волеизъявления, а это приятно.

Анастасию уже ждали в квартире рабочие. Стоило мне заплатить аванс, как тут же почувствовал себя весомым клиентом. Строители вмиг стали суетиться, а прораб подобострастно стал объяснять «уважаемой хозяйке» все этапы будущих работ. Настя спокойно, будто делала это каждый день, без тени смущения, погрузилась в просмотр предложенных вариантов евроремонта, смешно вытянув губы в трубочку и покачивая головой. Никогда не сомневался в её хорошем вкусе и, посему, воспользовался моментом улизнуть, предоставив ей право принимать окончательные решения.

Необходимо было закрыть на летний отпуск библиотеку, но перед этим я направился в салон и купил прекрасный мобильник. Новенький, блестящий, с массой всяческих функций, которые, наверно, до конца жизни не освою. Кроме того, плюнув на общую дороговизну покупки (гуляй, Вася!) приобрёл к ним ещё часы, которые, кроме времени, показывали погоду, количество шагов, пройденных в сутки, сообщали о звонках, подсчитывали пульс и ещё много чего делали. Класс! Приобретённый в комиссионке всего несколько дней назад телефончик уже казался прошлым веком. Мне перенесли нужную информацию на новый номер, и с этого момента я стал обладателем последнего слова техники! Вот вам ещё один неоспоримый плюс наличия денежных средств – можешь позволить себе расслабиться.

Сразу же передав условленным кодом (на всякий пожарный) новый номер Насте, неспешно направился в библиотеку. Дождь, ночь напролёт тарабанивший по крышам, кончился, и небо улыбалось пронзительной голубизной. Казалось, весь город приободрился, приподнялся на цыпочки навстречу ласковому, весеннему солнцу. Пройти мимо пышногрудой, розовощёкой мороженщицы я не смог и купил любимое с самого детства эскимо. Наверное, это и есть счастье, когда можешь позволить себе радоваться солнцу, небу, освежающему ветру, когда ты знаешь, что дома ждет любимая женщина. Когда кажется, что есть смысл в окружающем мире и в твоем собственном существовании.

Вылупившись из-под чёрных зонтов, прохожие оказались разноцветны и разнообразны. Все они спешили куда-то, торопясь, сами того не осознавая, выполнить часть общего дела, положенного им на сегодня. Я стоял на пороге библиотеки, окинув взором последний раз это великолепие расцвета весны, облизнул, напоследок, палочку от мороженого и решительно открыл дверь. Пора было и мне выполнить свою часть. Втуне, я был благодарен судьбе, распорядившейся так, что сегодня оказался в одиночестве. Этот фрагмент нашего расследования предпочтительно выполнить одному.

Книжные стеллажи, выстроившиеся в ряд вдоль всего зала, сегодня не вызвали священного трепета, какой обычно охватывал. Книга, на мой взгляд, самое великое изобретение, ведь именно она сделала нас Человечеством, а не простым сборищем существ, мыслящих только о пропитании и выживании. Истории сотен поколений людей, живших, любивших, страдавших, боровшихся с невзгодами и безжалостным роком, в мудром спокойствии ждали своего читателя и почитателя.

Но сегодня было не до них. Заперев за собой входную дверь, направился к дальнему столику, на котором высился дисплей с белым листом, приклеенным скотчем посередине экрана. По диагонали через весь лист размашистым, женским почерком было написано – «Не работает». Этот компьютер мне и нужен. Не торопясь, включил его и начал просматривать файлы. Впрочем, долго шарить не пришлось – вот они три папочки, прямо на рабочем столе, обозначенные заглавными буквами В, Ч и П. Надо понимать, что это они и есть – Вирус, Часы и Протокол. Содержание всех трёх являлось для меня полной абракадаброй, но сейчас я думал только о первой. Что делать дальше, придумал ещё вчера: подключился к интернету, открыл почту и послал самому себе письмо, к которому прикрепил файл на букву «В». Сделано. Теперь нужно было уходить отсюда, как можно скорее.

Вся процедура заняла у меня от силы пятнадцать минут. Оставалось только ждать. Внутри проснулся какой-то озорной азарт, но следовало вести себя спокойно и непринуждённо. На улице включил свой старый телефон и проверил почту. Всё как полагается – письмо благополучно пришло, я смог его открыть и проверить. Что ж, первый этап закончен. Теперь нужно было найти подходящее место. Вспомнилась одна милая кулинария-булочная на улице Восстания. Поймал такси почти сразу. Шофер был приезжий, явно из Средней Азии, судя по тюбетейке, чудом державшейся на самом темечке. Видимо, он недавно приехал сюда и откровенно плохо знал город, но его улыбчивость и извиняющийся вид растопили моё сердце. К тому же, он имел поисковик на телефоне, и, уже через минуту, мы благополучно отправились в заданном направлении. Но, к сожалению, недолго. Через пару светофоров, внезапно, его машина вдруг стала снижать обороты и, вскоре, остановилась посреди улицы без всяких признаков жизни.

– Странный дэло, брат? Сиводня толко техслужба прошол! Шайтан ево знает, што тряслось с этой железка?

Неужто началось? Так быстро? Что ж, в скорости им не откажешь. – мелькнуло в голове, и я решительно вышел из машины. Денег таксист с меня не взял. Помог ему столкнуть машину на обочину, чтобы не мешала другим. Решил направиться вниз, в метро. Спокойно зашёл в вагон, свободных мест было полно. Едва отъехав от станции, состав, вдруг, остановился, как вкопанный. Пассажиры покорно ждали. Однако, через минуты три терпение у некоторых стало кончаться, начался ропот, и поднялось волнение – не провокация ли это? А, если… террористы?!

До паники оставались считанные секунды, но тут, как раз вовремя, включился громкоговоритель: – «Граждане пассажиры. Руководство метрополитена приносит свои извинения за задержку. Поезд дальше не пойдёт в связи с отсутствием электропитания. Сейчас вернём поезд на прежнюю станцию. Просим всех выйти и ждать наших следующих объявлений на перроне». Сразу после этого поезд дёрнулся, крякнул и, натужно, со скрипом, стал двигаться задом наперёд из тёмного туннеля навстречу ярко освещённой платформе. Ещё через полминуты состав встал на исходную позицию, двери распахнулись, и пассажиры гурьбой посыпались наружу.

– Чёрт подери, когда они всё наладят?

– Разворовали, вот тебе и результат!

– На прошлой неделе со мной такое же приключилось.

– Это ещё ничего, месяц назад мы аж на час застряли! – слышались со всех сторон недовольные восклицания моих, вновь обретших свободу, попутчиков.

Однако я был уверен – на этот раз виною не расхлябанность и воровство, не террористы или аварии на подстанциях, нет! Дело было во мне. Они нашли меня и приступают к действиям. Что ж, пора встретиться. Успокаивало то, что, в отличие от прежних жертв этой банды, я знал – ведётся охота. А знание – половина успеха. В то же время пришло понимание – не стоит подвергать опасности невинных людей.

Идти до вожделенного кафе-булочной было около получаса, но я не спешил. Свежевымытые дождём витрины призывно притягивали взор разноцветьем тканей, зонтиков и практически обнаженными женскими манекенами в фривольных позах. Я, то и дело, переходил с одной стороны Невского на другую, от одной зеркальной поверхности к следующей, ещё более привлекательной. Было чем полюбоваться.

Но, главное, удалось выяснить – внешней слежки за мной, по-прежнему, не велось. Вполне возможно, им достаточно телефона в моём кармане. Этого следовало ожидать. Попробуем другой вариант. Вот, кстати, и улица Восстания.

Неспешно, прогулочной походкой двинулся в сторону от Невского. Здесь толпа была разреженной и спокойной. Было легко узнать в этой массе петербуржцев от туристов, по тому, как они, не глазея по сторонам, целеустремлённо шагали по тротуару. А жаль. Тут есть на что посмотреть. Меня всегда удивляло, как выживают бесчисленные кафешки и ресторанчики, идущие один за другим, стенка к стенке, выбирай-не-хочу. Ладно, на Невском, а здесь, в сторонке? И, тем не менее, судя по внешнему виду, они процветают.

Хотя, явно не все. Как раз напротив пекарни, куда направлялся, было расположено кафе под странным названием – «Doggy Dog»1. Интересно, чем здесь кормят? Или кого? В нём было темно и тихо. Одинокая продавщица вышла на улицу покурить, прислонившись к стене возле урны. С ленивым видом прошёл мимо, поглядывая на противоположную сторону. Пекарня-булочная «Коржов» была полна народу. Что и следовало доказать. Как там, в песенке пелось – «как кораблик назовёшь ты, так кораблик поплывёт»? Девушка докурила, сердито размозжила окурок и вошла внутрь. Я вернулся немного назад, постоял у урны, огляделся по сторонам, освободил карман от лишнего груза, а потом перешёл улицу и нырнул в пекарню.

Вот как надо привлекать посетителей! Аромат свежеиспечённых булочек ещё с улицы призывно звал к себе, а внутри запах корицы и горячего хлеба просто кружил голову. Мне повезло – как раз освободилось местечко у окна-витрины. Заказал себе американо и круассан и сел в ожидании. Интересно, знают ли они меня в лицо? На всякий случай, одел солнцезащитные очки и открыл перед собой лежавший на столике рекламный буклет. Оставалось только ждать.

Едва успел допить кофе, как за стеклом начались странности. Прежде всего, улица внезапно обмелела. По ней перестали ходить машины, да и прохожих стало намного меньше, а вскоре и они куда-то исчезли. Последней покинула кафе напротив явно чем-то испуганная продавщица. Она прижимала к уху мобильник, кому-то кивала в знак согласия и осторожно, прижимаясь к стенке, пошла прочь от кафе, даже, забыв впопыхах, запереть его. Ага, понятно. Метрах в пятидесяти в обе стороны от кафе дорогу перегородили собой полицейские машины.