Виселица для ослушников. Уральский криминальный роман
- -
- 100%
- +
Было уже без четверти девять, когда командировочный появился в ночном клубе «Белый медведь». Почему так назвали? А это лучше знает собственник. Не потому ли, что в окрестных лесах завелся хозяин Заполярья? Нет. Пожалуй, сам собственник белого медведя в глаза живьем не видывал. Если даже и видел, то только в Екатеринбургском зоопарке. А всё-таки почему? Обычная блажь «богатенького Буратино». Никто же не задается вопросом, почему в Перми, допустим, сгоревший ночной клуб назывался «Хромая лошадь»? Так и в Ирбите.
Кстати, о «богатеньком Буратино», то есть о собственнике ирбитского «Белого медведя». Им является не кто иной, как Игорь Шаманских (фамилия старинная и ведет свое начало, скорее всего, от слова «шаман»), которому сорок пять, который верен, как и отец, коммунистической идее; спонсирует местную кучку коммунистов, которые изредка появляются на площади, кричат и отчаянно машут красными флагами. 9
Откуда эти подробности? Ничего нового: детектив, не подготовившись хорошенько, никуда не ходит, тем более, не ездит. Знание местной специфики – его конёк. Между прочим, помогает. Раньше, точно, помогало. Как здесь? Заранее никто не знает. Вооружается детектив разнообразной информацией, так сказать, на всякий пожарный случай. Большая часть сведений может не пригодиться, но известно: много – не мало, вреда никакого.
Сегодня вторник, а не пятница и, тем более, не суббота, поэтому он рассчитывает, несмотря на элитность заведения, найти свободные места.
Командировочного на входе встретили два крепких молодых парнишки.
«Ага, – подумал детектив, – это и есть пресловутый современный фейсконтроль».
Детектив помнит, что лет тридцать назад сталкивался с подобными личностями, но между теми и этими преогромная разница. В советском ресторане кто встречал? Седенький старичок (этакий божий одуванчик) в золоченой ливрее, то есть швейцар, который с первого взгляда определял, нужен заведению сей гражданин или нет: если да, то – добро пожаловать, дорогой товарищ, и даже пылинки (в расчете на щедрые чаевые) с тебя сдует; но, не приведи Господь, коли обличьем не вышел, то – до свидания, мил-человек, мест свободных нет, и не предвидится на многие часы вперед.
Парнишки, критически осмотрев с головы до пят командировочного, не признав в нем своего завсегдатая, не знали, как в этом случае поступить, – пропустить или выдворить за порог? Что-то им подсказывало, что пришелец не абориген, скорее всего, оттуда, сверху, то есть из столицы Среднего Урала, но к какому сословию принадлежит? Вот этого определить не смогли и продолжали перегораживать собой проход. Потоптавшись (Фомин не хотел скандала, поэтому терпеливо ждал принятия парнишками решения, хотя легко мог сграбастать обоих и отставить далеко в сторону), переглянувшись многозначительно между собой, оба одновременно отступили в сторону.
Фомин удовлетворённо кивнул.
– Благодарю, ребятишки.
Те переглянулись. Им явно не по вкусу пришлась фамильярность посетителя. С другим они бы поступили в этом случае просто: за шиворот – и на улицу. Но тут… Кто знает, что за птица? К тому же смутили парнишек две очевидные вещи: солидная весовая мышечная (вовсе не жировая) категория, а также внушающие почтение кулачищи. С другим, да, не стали бы церемониться, но тут… Промолчали.
Гардеробщик (не в пример фейсконтролю) угодливо принял куртку гостя, встряхнул, потом щеткой удалил с нее невидимую пыль, повесил и, выдав пластиковую бирочку, продолжал все в той же позе, слегка склонившись в его сторону, выжидательно стоять.
– Благодарю, – сказал детектив и, достав из кармана полусотенную бумажку, положил перед гардеробщиком.
Мгновенное движение его руки и купюра исчезла где-то внизу. Недовольно хмыкнув, гардеробщик повернулся к нему спиной. Очевидно, ожидал иные чаевые, а иначе не стал бы расшаркиваться перед этим бугаём.
Детектив, появившись в зале, где по его окружности стояли столики, а в центре – площадка, на которой раскачивалась и лениво подрыгивала худосочными ножонками золотая молодежь. К нему подошла средних лет женщина в униформе.
– Вы один или?.. – Спросила она, профессионально разглядывая клиента.
– Да, сударыня, один.
Женщина, очевидно, не так часто слышит слово «сударыня», поэтому на лице выразилось смущение.
– Пойдемте, – сказала она и повела Фомина в сторону левого полукружья. – Вот столик… Свободен…
Детектив не всматривался в сидящих за другими столиками, ибо никто его здесь не знает, и встретить никого не может. А напрасно. Фомин даже вздрогнул от неожиданности, когда услышал восторженный мужской голос.
– Александр? Вы ли?!
Повернув голову несколько вправо, он увидел улыбающегося ему Олега, соседа по автобусу, а рядом с ним – молодую миловидную женщину, похоже, жену. Фомин пожал плечами.
– Как видите… Не ожидал… Но мир, как говорится, настолько тесен, что можешь встретить знакомца там, где совсем не предвидишь.
Фомин выдвинул стул из-за столика, и собрался было присесть. Но Олег опередил.
– Садитесь с нами, а? Два места свободных, – встав, предложил он.
– Не хотелось бы стеснить супружескую пару.
– Что вы говорите, Александр! Нам будет, наоборот, приятно, – обратившись к жене за подтверждением, спросил. – Я прав, Ксюша? – та охотно кивнула в ответ. – Все в порядке. Проходите. – Олег торопливо и шумно стал выдвигать один из свободных стульев.
Фомин, подойдя, сказал:
– Принимаю предложение, но… – Последовала пауза.
– В чем проблема, Александр?
– Мне крайне неловко беспокоить вас… Заранее прошу извинить… Не могли бы вы, Олег, уступить мне ваше место, а?
Олег рассмеялся.
– Без вопросов, Александр. – Он, передвинув свои приборы, показал рукой на бывший свой стул. – Прошу!
Фомин присел. Оглядевшись, остался доволен: удобное место, видит почти весь зал, сам же остается несколько в тени.
Олег сказал, кивнув в сторону молодой женщины, которая внимательно разглядывала детектива:
– Супруга…
– Я так и понял… Александр… Будем знакомы…
Олег для жены пояснил:
– Вчера познакомились… Когда ехали в автобусе.
Ксюша, не произнеся ни слова, вновь кивнула. Олег, подняв руку, сказал, обращаясь к официантке:
– Девушка, сюда, пожалуйста.
Официантка подошла.
– Что-то будете заказывать?
Ответил Фомин.
– Полагается… Так… Бокал хорошего вина…
– Какого именно?
– Из крымских что-то есть?.. Недавно отдыхал в Севастополе… Пришелся по вкусу мускат черный Таврический… Есть?
Официантка замешкалась с ответом, а потом смущенно сказала:
– Прошу прощения, но это вино заказывать можно только бутылкой… Не бокалом…
– Но, красавица, для меня многовато… Пришел посидеть, а не напиться.
Она посмотрела на могучего Фомина и покачала головой.
– Вам не грозит… Тем более от такого легкого и приятного вина… Уверяю: вы получите удовольствие…
– Это так, но…
На помощь пришел Олег.
– Несите бутылку… Если что, то мы с женой ему поможем одолеть.
Фомин рассмеялся.
– Обещаете? – Олег кивнул. – В таком случае я согласен.
– На закуску что принести?.. Не хотите мясной салат по-ирбитски? Вам понравится.
– Только что и плотно поужинал.
– Но… как безо всего?
– Вы, красавица, правы… Так… Принесите к этому вину три плитки швейцарского шоколада.
– Какой предпочитаете?
– Полагаюсь на ваш вкус, красавица.
Официантка ушла и через минуту вернулась, неся на подносе бутылку вина, шоколад и три пузатых бокала.
Расставив и разложив принесенное, спросила:
– Налить?
Фомин торопливо ответил:
– Спасибо, не стоит… Как-нибудь с этим сами справимся.
Изучение
Фомин и его знакомые медленно, небольшими глоточками тянули вино. Олег болтал, а жена молчала. Молчал, преимущественно, и детектив, поддерживая застольную беседу лишь по необходимости и короткими фразами. Он всё слышал и всё видел. Его внимание привлекла шумная компания молодых людей, сидевших за сдвинутыми несколькими столиками напротив его, чуть слева. Фомин хотел казаться, что его никто и ничто особо из происходящего не интересует, но Олег что-то почувствовал. Он, став говорить на полтона тише, заметил:
– Золотая молодежь… Отрывается… Сынки богатых родителей… Бездельники. По восемнадцать-двадцать лет, а не работают и не учатся. Им это ни к чему. Предки, которых они называют «шнурками», обеспечили не только их, а и внуков… Нечестными деньгами обеспечили.
Фомин осторожно спросил:
– Кого-то из них знаете?
– Странный вопрос, Александр.
– Чем же странен?
– Жить в Ирбите и не знать? Невозможно.
– Если можно, познакомьте меня.
– Тот, что слева, рыжеволосый, во главе стола – сын предпринимателя Охлопкова… Юрием сына зовут… Сын совладельца стекольного завода. Через человека, лицом к вам, та что постоянно хихикает, – Верка Ерофеевских, дочь главы городского законодательного собрания, точнее, бывшего главы, сейчас отец владеет всем ювелирным рынком. Будучи у власти, подмял под себя этот прибыльный бизнес… Так… Дальше… Маленький, но шустренький такой… Тот, который всё вскакивает и размахивает, привлекая к себе внимание, руками, – Вовка Протазанов, сын владельца нашего фармацевтического завода…
– Постойте, Олег… Завод по-прежнему специализируется по своему профилю?
– Да, конечно.
– Интересно, – задумчиво произнес детектив и покачал головой.
– Тут, Александр, исключительно интересный народ… О каждом многое горожане знают. Знают, но предпочитают молчать.
– Хм… Как же вы оказались в одном заведении с этими? – Детектив кивнул в сторону шумной компании.
– А куда пойти, Александр? Вот и вы тоже здесь.
– Что касается меня, то я по чистой случайности… Или, возможно, по необходимости…
– По какой такой «необходимости»?
– У командировочного свободный вечер. Скучно стало сидеть в гостиничном номере и пялиться часами в тусклый экран телевизора. Сказали, что неподалеку ночной клуб. Хороший, дескать, клуб… И кухня отменная…
Олег кивнул.
– Что касается кухни, то это правда. Шеф-повар здесь золотой. Самородок. А вот что касается всего другого, то…
– Вы о чем, Олег?
– Слава у клуба дурная… Народ говорит, что клуб – злачное место ирбитских наркоманов.
Фомин переспросил:
– Злачное, говорите?
– Так говорят. Да вы сами видите, золотая молодежь не в адеквате.
Фомин согласился.
– Есть признаки…
– Еще бы, Александр. Посмотрите, как ведут себя? Здоровые люди не орут так и без причины дико не хохочут.
– Да, поведение молодых людей нельзя признать нормальным.
– Говорят, что в заведении кто-то торгует наркотой. Понимаю, что могут говорить все, что угодно, однако… Слушок идет, что наркотики утекают с завода.
– Погодите, Олег… Я что-то и когда-то слышал…
– Могли… Одна екатеринбургская газета писала. Пошерстили чуть-чуть, а потом опять тишина. Даже кое-кого осудили. Мелкоту всякую, а главари даже не успели испугаться.
Если бы Олег был повнимательнее к собеседнику, то заметил бы, что он покраснел и заподёргивал мочку левого уха, что могло свидетельствовать, что командировочный стал нервничать.
Олег же продолжал:
– Странно, знаете ли…
– Что именно, Олег?
– А то, что не вижу в этой компании еще одного завсегдатая… Он должен, по идее, быть среди них, но его нет.
– Вы о ком?
– О сыночке хозяйки элитного ателье. С месяц, а, возможно, и больше, говорили, что Димка, сыночек любимый мадам Сергиевских, повздорил с кем-то из окружения (возможно, не поделили наркоту), ссора переросла в драку и кто-то кому-то обещал большие неприятности. Слухи, а точных подробностей я не знаю. И особо не интересуюсь. Люди не моего круга… Мне до фонаря. Меня другие проблемы волнуют, как и на что свою семью содержать.
Фомин спросил:
– С кем оставили сына?
– Мы редко вылезаем из дому… А сегодня решили… Парнишку отвезли к моим родителям.
Ксюша вдруг встала из-за стола.
– Скоро десять… Пойдем… Сына пора укладывать.
– Может, посидим еще? Парнишку там уложат спать, утром заберем?
– Нет-нет, Олежек. У сына есть свой дом и своя кроватка. А там… Опять зауросит. Пойдем.
Фомин встал вместе с ними. Олег спросил:
– А вам-то куда спешить?
– Хорошего, господа, – помаленьку.
Официантка увидела, что клиенты засобирались. Подошла и положила перед Олегом и перед детективом счета. Оба рассчитались и вместе вышли на улицу. Похолодало. Чему удивляться, если середина октября? Если есть повод для удивления, то лишь то, что все еще днем солнце пригревает и доводит температуру до плюс десяти, что для Среднего Урала и для этой поры чрезвычайно редко бывает.
Супруги пошли в одну сторону, а Фомин, поёживаясь, в противоположную, по направлению к гостинице, над которой сверкала неоном вывеска. Он идет и довольно цокает языком. У него появилась интересная информация. И благодаря кому? Едва знакомому Олегу, которого знает менее двух суток. Чудо? Возможно. Но если бы не его, детектива, гениально составленный тактический план, то, как самонадеянно, ёрничая над самим собой, считает Фомин, никакого чуда бы не произошло.
Травма
Фомин в гостиничном номере. Позднее время, но он не в постели. Он, задумавшись, сидит за столом и барабанит козонками пальцев по поверхности. Дело в том, что он только что получил травму. Не физическую, а душевную, но от этого ему не легче. Олег нечаянно открыл детективу глаза на историю, к которой он когда-то был непосредственно причастен, на историю, которая, оказывается, была кем-то размазана и благодаря этому не получила полного и справедливого разрешения. Прямой вины Фомина нет, однако травма, несмотря на истекшие одиннадцать лет, чувствительно засаднила. Фомин самолюбив и любые неудачи – прямые или косвенные – глубоко переживает, долго казнит себя. Такой вот беспокойный у него характер.
Все верно: неудачи случались. Фомин, скажем, до сих пор считает лично своим серьезным просчетом тот факт, что не прислушался к своему внутреннему голосу, то есть к интуиции, которая настойчиво тюкала по мозгам: главари организованного преступного сообщества, известные в Екатеринбурге под кликухами «Хозяин», «Музыкант» и «Дикой», (при известных обстоятельствах) могут дать дёру. Так и случилось. Когда жареным запахло, сели в чартерный самолет и улетели в Грецию. Улетели первые двое из списка. Вообще говоря, Фомину до сих пор (прошло без малого двадцать лет) остается непонятным финт: «Хозяин» и «Музыкант» в минуту опасности стали рвать когти, а третьего, то есть «Дикого», почему-то оставили на заклание, сдали, по сути, со всеми потрохами. Может, подозревали в чем-то? Может, роль жертвы ему была отведена изначально? 10
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Название образовано из первых букв фамилии, имени, отчества владельца и для детективного агентства многозначительно (). здесь и далее – примечания автора
2
Об этом идет речь во второй главе первого авторского детективного романа «Псы одичалые», изданного российским издательством и выставленного на продажу во многих книжных интернет-магазинах.
3
Бывший Уральский политехнический институт, из стен которого вышло немало знаменитостей. Например, секретарь ЦК КПСС Яков Рябов, председатель Совета Министров СССР Николай Рыжков, первый Президент России Борис Ельцин, глава его администрации Юрий Петров и другие.
4
Имеется в виду трагедия, ставшая основой детективного романа «Тайна соснового бора».
5
Эта история, как и многие другие в этом детективном романе, не есть авторский вымысел, ибо содержится в судебном очерке, опубликованном автором в открытой периодической печати.
6
Опять же тут нет авторского вымысла. Чтобы убедиться в этом, достаточно полистать книгу авторских судебных очерков «Сквозь призму права». Книга вышла в российском издательстве.
7
В настоящее время является составной частью Уральского федерального университета имени Б. Н. Ельцина.
8
Неизвестно почему, но аборигены именуют эту реку именно так, хотя современное географическое и историческое название её – Ирбит.
9
Подобные фамилии, оканчивающиеся не на «ин», «ов» или «ий», как обычно, а именно на «их» – есть особенность Ирбита и здесь встречаются на каждом шагу.
10
Персонажи первого авторского детективного романа «Псы одичалые», изданного несколькими издательствами.