- -
- 100%
- +
Куратор громко похлопал в ладоши. Остальные зааплодировали следом.
– В моей новой книге, которую я назвал «С запада повеяло гнилью», рассказывается о простом парне, который сбежал на запад и превратился в ходячий труп. Он вроде бы живой, но все человеческое в нем стало умирать. Он тоскует по родине, но западная пропаганда заставляет его ругать правительство, ругать президента. Его заставляют жрать с помойки, а затем фотографируют в красивом доме и отправляют эти фотографии родственникам, чтобы подразнить их и ввести в заблуждение.
Молодая девушка подняла руку.
– А в вашей книге есть любовная линия? – спросила она.
– Хороший вопрос. Собственно, любовная линия и подтолкнула его сбежать на запад. Просто в нашем нравственном обществе не принято говорить вслух о такой любви. Прошу прощения, это даже любовью назвать нельзя. Это больные позывы, потому мы и заковываем эту проблему в язык литературный. Там, на западе, это давно в норме.
– У них там безнравственность! – заявила пожилая женщина.
– Правильно. И главный герой понимает это, лишь оказавшись там. Ещё он понимает, как нелегко приходится семьям членов правительства, которые там живут и учатся. Прочту вам один отрывок.
Цукаевский открыл книгу и начал читать вслух:
– «Раньше я презирал их за то, что они могут себе позволить жить на западе, а я нет. Но теперь я им глубоко сочувствую. Пока наши дети отдыхают, получают бесплатное образование, они выполняют на западе важное правительственное задание. Они живут и учатся там не просто так, они изучают западный мир, чтобы защитить нас от этой грязи».
– Они маленькие герои! – твёрдо заявила пожилая женщина. – Это они с президента берут пример. Всё для страны! Вот молодцы! Нужно им всем медали дать, когда они вернутся.
– Главный герой не находит себе места на западе, и, поскольку вернуться обратно уже нельзя, он просто погибает там, а его тело отвозят на свалку и оставляют среди мусора, чтобы он гнил, а с запада повеяло гнилью.
Куратор опять громко похлопал в ладоши. Цукаевский перевернул страницу и, подняв палец, прокомментировал:
– Сегодня праздник ДНО. И вот что по этому поводу сказал главный герой: «Меня тянет на ДНО, на этот удивительный праздник всего самого лучшего на этом свете: ЧЛЕН и ВОР».
Молодая девушка подняла руку.
– Слушаю вас, – сказал Цукаевский.
– У меня вопрос, – начала девушка. – Во всех своих книгах вы пишете о том, как плохо живёт запад и что он угрожает нам. В последней своей книге под названием «С запада доносится буря» вы рассказывали про войну, которую развязали западные страны, обвиняя друг друга в том, что они крадут пчёл. Вот вы со своей семьёй живёте на западе. Скажите, они тоже выполняют важное правительственное задание? И что это за задание, если не секрет?
– Посмотрите на неё, – возмутился Цукаевский. – Это пример самого настоящего провокатора. Разве я хоть слово плохое вам сказал? Вы говорите о моей семье. Да что вы знаете про мою семью? Да и вообще, я не собираюсь обсуждать с вами свою семью.
– Я задала простой вопрос, – настаивала девушка. – Я просто хочу знать, почему вы живёте на западе, а нам рассказываете, как там плохо?
– Разве сейчас я на западе? Я стою среди вас, такой же, как и вы, один из правильных людей. И я рассказываю вам, как нужно любить свою родину. Место, где вы получили самое драгоценное, – вашу жизнь.
– Вы так и не ответили на мой вопрос.
– Да что ты пристала к человеку? – вмешалась злая старуха. – А ну пошла вон отсюда, собака грязная!
Некоторые слушатели поддержали старуху и начали громко возмущаться. Девушка не выдержала давления и торопливо покинула КУНИ. Мотя посмотрел ей вслед и вспомнил жену: она была такой же смелой.
Дальнейшая презентация книги проходила довольно скучно, некоторые даже заснули. После мероприятия каждому досталось по несколько экземпляров книги и по бутылке водки. Водку открыли прямо в управлении и начали праздновать. Тогда уже было не до сна. После нескольких стаканов люди стали гораздо веселее. Цукаевский напился, встал на стул и начал громко читать отрывок из своей книги.
– «Здесь всюду гниль, – рассуждает главный герой. – Здесь грязь и мерзость. Я будто поселился в болоте, в трясине, которая меня засосала. Как жаль, что нет пути назад. Я готов встать на колени перед президентом, лишь бы мне позволили вернуться. Я наслушался западной пропаганды про хорошую жизнь и приехал сюда. Но здесь я не нужен. К сожалению, я здесь умру. Я хочу, чтобы вонь моего гнилого, поганого тела отпугнула всех, кто хочет сюда сбежать. Когда я умру, я буду жалеть, что я не ПЛЕБС, следовавший по пути, который предписывает ВОР, но, несмотря на это, несмотря на то, что я подло сбежал, на устах моих будет ЧЛЕН».
Мотя выпивал и закусывал вместе с остальными. Цукаевский надел на голову собственную книгу, будто крышу от домика, и начал бить себя рукой в грудь. Когда толпа читателей изрядно напилась, они добрались до красного зала, где хранились книги западных авторов.
ПЛЕБС бросали книги в костры с горящей техникой, ликовали и снова ходили хороводом вокруг огромного пламени. Прохожие присоединялись к толпе и тоже бросали в пламя книги. Мотя стоял в сторонке с мужиками и пил с ними водку из пластикового стаканчика. Закусывали сухими витаминизированными макаронами прямо из пачки и конфетами «шоколадный глаз».
Мотя чувствовал себя одиноео даже среди ликующей толпы, сжигающей западные книги. Он много пил в тот вечер, лишь бы прогнать мысли. Не думать о родителях, которые давно уехали, не вспоминать жену. Забыть про начальника, который заставляет подписывать документы.
Родители и жена уехали от правительства, чтобы не видеть то, что творится вокруг. Но правительство дало Моте шанс. Он получил образование и возможность работать. Работники КУНИ каждый месяц присылали напоминание об этом. Мотя не хотел думать, он просто хотел выпить побольше и обо всём забыть, хоть ненадолго.
7 Правильный человек должен быть благодарным
Работать приходилось каждый день. Раз в месяц подписывать письма благодарности для правительства. Каждые три месяца посещать заседания КУНИ. Каждый год ходить на ДНО и принимать участие в шествии ПЛЕБС. От повседневной рутины Мотя спасался в кровати, когда приходил домой и прятался под одеялом.
Кровать была комфортным и тёплым местом, где он когда-то проводил бессонные ночи с женой, читал ей книги, обнимал её и смотрел, как она засыпает. Он сжимал её подушку и думал о чудных временах, кажущихся теперь нереальными. Когда-то на подушке оставался её запах, но он выветрился с годами, и остались лишь смутные воспоминания.
Каждый день напоминал на предыдущий, и следующий день не предвещал ничего нового. Мотя смотрел на дорогу и на машины и думал о том, чтобы уехать, чтобы наконец встретиться с родителями и женой. Но он боялся, что его туда не впустят, боялся остаться ненужным и голодным. Боялся, что его поймают агенты ОПГ и отнимут всё имущество: квартиру, которую он считал бетонной коробкой, и старый компьютер.
Однажды ночью раздался громкий и гневный стук в дверь. Мотя в ужасе вскочил с кровати, он решил, что за ним пришли. Он начал вспоминать последние несколько месяцев и думать, не сделал ли чего-то противозаконного. Громкие удары прозвучали вновь. Мотя подкрался к двери и посмотрел в глазок. За дверью стоял щуплый старик с хитрым лицом, который ежемесячно приносил Моте правительственные «благодарности». Мотя так испугался, что даже не подумал о том, почему старик пришёл к нему поздно ночью. Открыв дверь, он увидел, что в коридоре стоят несколько бойцов ГНИЛ и настороженно смотрят на него.
– Пиписов? – прогнусавил старик, достав из портфеля бумаги.
– Я, – почему-то пискляво ответил Мотя.
– Я принёс вам благодарственное письмо от правительства. Вы должны поставить подпись. Своей подписью вы подтверждаете, что правительство в очередной раз напомнило вам о том, что позволило работать и жить, несмотря на ваше родство со сбежавшими предателями и диссидентами. Одновременно с этим вы благодарите правительство за оказанное милосердие и доброту.
Мотя кивнул и трясущейся рукой поставил подпись. Старик убрал документ в портфель и тут же ушёл. Мотя в ужасе смотрел на бойцов ГНИЛ и не знал, что ему делать. К нему приблизился человек в форме.
Им оказался старший специалист ГНИЛ в чёрном пиджаке, на нагрудном кармане которого был позолоченный значок с тремя буквами «ЗЗУ», означающими «Знак Заслуженного Уважения». Этот знак выдавался наиболее отличившимся сотрудникам ГНИЛ. Форма значка напоминала унитаз, сфотографированный сбоку, поэтому среди простых людей ходила другая расшифровка ЗЗУ (защитник золотых унитазов), которая была запрещена и считалась экстремистским лозунгом.
– Пиписов? – грубо спросил специалист.
– Да, – ответил Мотя.
– Скажи-ка нам, девица по фамилии Залупиздова называла свою настоящую фамилию?
– Я даже не припомню такую. Как вы сказали?
– Залупиздова. Родственница диссидентов, её фамилия была засекречена.
– Я даже не знаю её.
– Ты посещаешь КУНИ? Тебе предписано посещать.
– Да, посещаю. Ни одного собрания не пропустил. На последнем выступал писатель Цукаевский. У меня все отметки проставлены. Могу показать.
– Так вот, нам поступило анонимное заявление, что во время выступления ИППП в КУНИ некая Залупиздова выкрикивала провокационные лозунги, а затем она якобы назвала свою настоящую фамилию. Тебе что-нибудь известно об этом?
– Не припоминаю, – ответил Мотя. – Я был очень пьян в тот вечер. Ходил на ДНО. Отмечал праздник, как все добропорядочные ПЛЕБС.
– Пойми, Пиписов, такие, как ты, нужны нашему правительству. Несмотря на то, что твои родственники оказались убогими предателями, ты ведёшь себя как настоящий патриот. А такие, как Залупиздова, должны быть подвергнуты правосудию. Ты должен помочь правительству, поэтому просто сообщи нам, если вспомнишь что-нибудь. Например, если вспомнишь, что Залупиздова сказала, что её настоящая фамилия Хорошкис. Правительство в долгу не останется. Тебе это понятно?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.