Стикс. Сломать систему. Часть 5

– Дар? Дар. Называется – «знать о чём люди рассказывают». Он же не один про всякое разное по пьяни лишнего болтает.

«Атаман» задумчиво отпил кофе. Покачал чашкой, изучая напиток, потом ровно продолжил – Занятная история, благодарю.

Нам бы ещё уточнить, когда здесь ближайший караван будет. Такой что бы полностью переоснаститься. И где бы здесь узнать в какой стороне наш Металлист. У нас там много чего важного осталось.

– Караван? Дня через три должен быть. Это тот, что Сверло водит. У него же можно спросить про стабы.

Я, честно говоря, про такой не слышала. – Рассудительно уточнила Таня.

Разговор «ни о чём» продолжался ещё какое-то время, потом рейдеры поднялись в снятые комнаты. Душ с горячей водой был один на весь этаж. Клетушки были совсем маленькие – кровать да маленький стол. И всё же это была Цивилизация. Отмыть присохшую кровь и вонючий прогорклый духан уже можно. Пусть по очереди, быстро разыгранной на спичках, – но кааайф.

Чур и Сапёр остались по своим комнатам. Радар задержался, стоя возле койки, на которую плюхнулся Трот. Парень потёр щёку. – Истинно говорю, цивилизация начинается с чистой мягкой кровати.

Трот с удовольствием растянулся на матрасе, откидываясь на подушку. – Да, и с горячей воды для мытья.

Радар кивнул и продолжил – Что с Сапёром? Какие перспективы?

Блондин разъяснил – Ну как? Ходить нормально он будет уже завтра, а вот с рукой сложно. Но где-то недели за две, по крайней мере, перестанет глядеть волком и скрипеть зубами.

– А пользоваться?

– Ну это смотря какой смысл ты вкладываешь в это слово. По-разному. Очень по-разному может выйти… Не буду загадывать – закончил Трот.

– Хорошо. Значит ждём караван, смотрим местные достопримечательности и гуляем как советские туристы. – Радар криво улыбнулся. – Пока более-менее не сориентируемся где находимся и чего дальше.

– Почему советские? – С сонной усталостью переспросил блондин.

– Руссо туристо облико морале. То бишь – без борделей и съёмов. – Парень зевнул.

Рейдеры попрощались и разбежались спать. Чугунная усталость долгого похода и наконец качественно набитый живот подарили всем крепкий сон.

Надо знать, что такое тяжёлый пробуждающий кошмар, повторяющийся несколько ночей, что бы правильно ценить такое грубое счастье.

Утро было неплохим. С удовольствием пожрав хорошо приготовленного горячего и приведя себя в более-менее приличный вид, Радар, Трот и Чур пошли смотреть местные достопримечательности. Каковых тут было дофига, почти как картин в Эрмитаже или звёзд на небе. Аж ДВА борделя, четыре магазина и полтора кабака. Заведение, открывавшееся только при возврате хозяина из рейда и менявшее ассортимент, в зависимости от того что тот привозил по его результату – увы могло считаться только за половину. И всё же это был уже реальный стаб с сотнями людей и неплохим снабжением – куда круче чем Металлист.

Оставив Сапёра в «Элит-отеле» – благо койка для постельного режима там была. Горец предпочёл остаться в заведении, не уточняя свои планы – отсыпаться, или искать дела. Тройка неспешно ушла гулять по местным улицам. Изучение местных торгашей было не слишком интересным.

Более-менее приличные камуфляжные тряпки за недорого были выбраны и надеты. «Клювы» работы местного мастера подобраны и после короткого торга куплены с небольшой скидкой.

Радар задержался у стенда с финками. Он ухмыльнулся, показывая на финку с рукоятью из пластика в семь радужных цветов. – Это у тебя что такое, дорогой? Часом не легендарная ли финка ЛГБТ?

Мастер, крепкий плечистый мужик с грубым лицом – нос картошкой, губы «топором рубленые», ответил тяжёлым взглядом тёмных глаз и молчанием.

Потом всё-таки ответил. – Нет. До семи считать умеешь? Каждый. Охотник Желает. Знать. Где. Сидит. Фазан. Семь цветов, а у извращенцев – шесть.

Радуга – символ надежды и удачи. Нечего тут всякую фигню болтать.

Эту игрушку я на пробу под себя делал. Взяли мы в рейде случайно груз заготовок под ножи. Хороший металл – хромистый сплав. Режет здорово, не ржавеет. Вот до сих пор и продаю ножи с рукояткой на заказ. А эту финку оставил как образец, что можно делать.

Парень проницательно блеснул глазами. – Чую мастер, ты уже устал отвечать на шутки вроде моей. А покупать у тебя эту вещь желающих нет. По этой же причине. Хочешь избавлю тебя от неё? Подари – и вопрос решён.

Мастер медленно ответил – Примета плохая, дарить оружие без выкупа.

Радар положил на прилавок споран. – Достаточно?

– Мне – да. Что ж, если что не так, пусть Улей своё сам берёт. – Кузнец кинул споран в карман и отдал в руки собеседнику финку в простых самодельных ножнах.

Рейдеры продолжили «туристический променад» по местным заведениям из которых остался один кабак.

Впрочем, выглядело заведение вполне культурно даже светящаяся вывеска над входом имелась.

Радар скептически оглядел входные двери, отделанные под бронзовую стилизацию. – Есть желающие заходить внутрь? Посидеть вообще-то можно. Послушать о чём люди говорят. Чего спросить, тоже полезно.

Но, у меня нынче что-то душа не лежит.

Трот ответил после короткого раздумья. – Да посидеть вообще-то можно, стопку опрокинуть. То же дело. Но нам ещё покупать хрен знает чё и хрен знает почем. Не лучшее время для посидеть. Рубля не хватит и на час опоздаешь. Поговорка такая есть.

Радар хмыкнул. – Намекаешь что не стоит играть в Кису Воробьянинова перед аукционом? Ладно – понятно.

Чур повёл шеей изучая «заведение». – Но цены и людей то глянуть можно? Не на сегодня, но что бы знать, чего тут есть.

«Атаман» кивнул – Сходи. Мы тут постоим, не стоит всей оравой заваливать, если не хотим садиться. Как-то на нас нехорошо посмотрят.

Чур зашёл в дверь, оставив товарищей любоваться закатом.

Радар с задумчивой лиричностью любовался покрасневшим небом. Трот вынул из кармашка горсть семечек и медитативно начал их лузгать. Гармония мироздания продолжалась несколько минут и была грубо нарушена неожиданным явлением.

Из подворотни на карачках «выкатился» неопределённого возраста дядька в испачканных грязью брюках и рубашке. То, как он неловко перебирал руками и коленями было бы очень смешно – если бы с разбитой головы и лица не капала кровь. Хорошо заметные с нескольких шагов крупные красные капли часто падали на землю.

Ппа..м..гх.. – Он невразумительно захрипел, заметив стоявших рейдеров.

Радар «на автомате» рванул вперёд на помощь. Трот задержался – его рефлекс был «взгляд по сторонам», привычка, въевшаяся в натуру, как у горожанина при переходе дороги. Но, никого не заметив, он последовал за парнем.

Товарищи преодолели те несколько шагов, что отделяли их подворотни, когда из-за дальнего угла дома появились двое. На вид обычные рейдеры – разве что зелёный камуфляж слишком затёрт, а лица небриты. Просто быстрый шаг – но появление вышло драматически эффектным.

И того больше – эффектность хорошо дополнилась эффективностью… Потому что в руках у обоих оказались короткие одноручные арбалеты. С тихим шелестом улетели два болта со свинцовой «головкой». И Радар с Тротом растянулись на асфальте, поливая его кровью из разбитых голов.

Глава 3

Чур вышел из дверей кабака. Несколько секунд он сохранял расслабленную позу. Потом до него резко дошло что же он видит.

В нескольких шагах впереди, в подворотне лежали три тела в крови. Причём два из них – это Радар и Трот.

Рядом с ними двое ребяток в потёртых зелёных «комках» занимались недвусмысленным шмоном по карманам. Один из них ещё продолжал азартно вычищать «разгрузку» Радара, когда второй встал, размахиваясь снятым с пояса «клювом».

На глаз эта сцена выглядела однозначно – сейчас кому-то пробьют голову. И всё. Совсем всё.

Первым порывом Чур дёрнулся вперёд. Потом «боевой соображалкой» осознал, что не успеет. Он НЕ УСПЕВАЛ добежать!

Рука резко выдрала нож из ножен на бедре. Просто и грубо, за рукоять, бросок! Тяжёлый длинный клинок, похожий то ли на «бурята», то ли на кинжал «каму» не был предназначен для метания, но полетел хорошо.

Дурная сила отчаянного броска и немаленький вес ножа оказались по-своему эффективными. Ну правда целью броска была шея под челюстью, а попал он в руку… Но удар был такой, что человека качнуло. А длинное лезвие буквально «врубилось» в цель, застряв в ней.

Раздался невольный крик и матюги.

Сидевший на карточках возле Радара, грабитель рванул с места. Бегом! Прочь!.. Он бы точно и непременно стал чемпионом по бегу, взяв рекорд, пулей сорвавшись с «низкого старта» … Кабы кто-то на стабах страдал такой фигнёй как профессиональный спорт. Его товарищ, так и не вынув торчавшую из руки «железяку», кинулся следом. Похоже кусок острого металла в живом мясе лишь добавил ему прыти.

События развивались не по минутам, а по секундам. Миг – и вот уже никого нет рядом с лежащими. Миг – и Чур стоит над телами. Взгляд метнулся туда-сюда, он наклонился, проверяя пальцем пульс на шее, на сонной артерии.

Радар. Трот. Неизвестный. Все живы.

Минуты растерянности…

Первым в себя пришёл Трот. Он неловко сел на асфальте, выдернул из кармана пакетик с одноразовой влажной салфеткой и начал стирать с лица натёкшую кровь. Её было изрядно, как из гематомы над лбом, так и из носа.

– Чистота – залог здоровья. Но при работе в морге – с нюансом. – Он отбросил побуревшую салфетку и встал. – Ха-ра-шо то как.

Трот сел на корточки приложив два пальца на шею Радару. Тот рывком очнулся.

– Твою мать, вот нарвались.

Блондин проскрипел – Мать тут не причём, вот так кидаться за чем угодно, как собака на колбасу, немного предсказуемая штука. Это называется «нам пофартило». Хорошо пофартило – живые. Даже не покалеченные. Шкуру немного попортило – но это мелочи. Хороший арбалет череп прошивает только так, не очень хороший – может шею сломать… А у нас даже «сотряса» толком нет. Хуже могло быть. Намного.

Радар осторожно повертел головой, проверяя состояние шеи. – Предсказуемо говоришь? Где ж ты видел, что бы на стабе среди бела дня людей вот так грабили? Где ж ты такое видел?

– Такого не видел. А вот нормальных разборок, с мокрухой и тушками в решето – больше одного раза. И не только там, где ты думаешь. – Трот встал по ходу разговора.

Радар встал, на миг задумавшись.

Чур горячо заговорил, привлекая внимание. – Вот же сволочи. Я их видел, как они вам по карманам шарили. Я одного ножом с броска хорошо уделал, жаль не насмерть. Он, шайтан, мой нож в своей заднице унёс. Какой нож! Возвращать надо. И всё урланган, всё возвращать. Догонять их быстрее надо. Кровь же капала. Может мы их по следу возьмём как зверьё на охоте? Надо им такую кровавую баню устроить, что бы больше никому так делать не повадно было.

Трот растёр лицо пятернёй. Его кислая ряха была угрюмей обычного. – Ты что решил занять место Пижона с Металлиста? Не стоит – он там лучше справляется.

Чур приофигел, непонимающе глядя на собеседника. – Он тут вообще при чём?

– Ну как… Вот ему «кровавую баню» кому-то устроить легко. Как подгонит тебе шлюху с критическими днями в сауну… От – оно и будет. Век ты не развидишь ту страшную месть.

Смуглое скуластое лицо Чура заметно побурело. Радар закашлялся.

Потом Радар поморщился и произнёс. – Ты не стебись. За тобой должок вообще-то. За нами обоими. Может и на жизнь. Фиг его знает, что бы там дальше было по программе концерта.

А нам надо ещё реально что-то соображать, что делать с этой темой дальше.

Трот продолжил – Вот, считай уже вернул. Конкретно, добрым словом. Неясно? Бежать сломя голову кого-то догонять, очень плохая идея. Особенно без нормального оружия и разведки. Мы ж только что вот на таком же нарвались! Мало что ли? Тупо сдохнуть охота?

Радар задумался, его взгляд стал отстранённым, смотрящим куда-то поверх реальности. – Ну, не всегда плохая… Алиса, бегущая за белым кроликом в кроличью дыру, тебе, это подтвердит… Жизнь без приключений … скучна. Кто не рискует…

– Тот не лечится в вендиспансере. В дыры, хоть кроликам хоть не кроликам, надо попадать правильно и правильными частями, причём строго определёнными, а не целиком. Мультиверсум не шлюха, он дурного неуважительного баловства не терпит. Такие вот приключения тут будут последними в жизни. – Блондин говорил едко и твёрдо.

Радар додумал что-то и «вернулся в реал». – Так. Ладно. Чур, бегом в кабак, спроси-найди кто там отвечает за порядок. И давай его сюда. Объяснишь ему кратко что произошло и что мы ждём здесь. Может и не ментовский патруль, но кто-то отвечающий за порядок здесь должен быть.

Не бывает так что бы можно было среди бела дня вот так на улице людей грабить. Что-то тут не то.

Трот, ждём здесь. Этого пока не трогай. Неизвестно как он себя поведёт, как в себя придёт. Может попытаться свалить, а он нам ещё будет полезен при разборках.

Парень небрежно ткнул рукой на незнакомца всё еще лежавшего в отключке.

Чур метнулся к кабаку. Вернулся он довольно быстро в компании двух стриженных под нуль ребяток, спортивно-качанного телосложения. Умеренно жёсткие морды и чистый необмятый военный камуфляж, разве что без лычек и наград. А так – сошли бы за прапоров на гулянке или дембелей.

Радар встретил подходивших мутным изучающим взглядом.

…Ааа, как сука, больно…Хорошо шкуру попортило…Какие ребятки, чистенькие, бритые …Сто к одному в рейдах бывают только по большим праздникам… А может и вовсе только проветриваются, в броне и под охраной.

Есть у вас лекарь? – Нелюбезно выдал он, всё так же неприветливо поглядывая.

Что тут случилось? – Спросил один из подошедших.

– Раздача подарков Дедом Морозом, твою мать. Сам не видишь? Нас возле вашего грёбанного кабака отоварили свинцовыми болтами по черепу, как «горошников» и вывернули карманы. На вашем сраном Крайняке, что нормально, среди бела дня вот так грабить? Вообще за порядком смотреть некому?

Не ну если так, напомни где вы кассу держите, от заведения. Просто так для интереса. – Парень изобразил клоунскую улыбку растянутыми губами.

«Кабацкий» удостоил собеседника скользящего небрежного взгляда. – Если сразу не скопытились и без «лечилы» жить будете. Боцман с вами?

– Какой, нафиг, боцман? Ааа вот тот тип, что валяется в отключке? Его перед нами обработали. Собственно, мы на него и выскочили, когда его чистили. Помочь не успели, только сами попали. – Радар снизил тон.

«Кабацкий» достал из нагрудного кармана рацию и что-то туда наговорил, отвернувшись и прикрываясь ладонью. Потом обернулся – Ну всё раздвигайте ягодицы, ща подъедет человек разбираться.

Прошло ещё минут десять прежде чем подкатила машина. На вид «пикап»-переделка, частая «тема» в Улье. Но сделана она была примечательно качественно. На крышу серьёзного внедорожника была смонтирована вертящаяся башня с чем-то крупнокалиберным. Решётки с шипами от «заражённых» и «сети» от дронов внешников были наварены везде и аккуратно. Свежая покраска в небликующий серо-бурый «городской» камуфляж довершала образ.

Оттуда вышел крепкий, плотный мужик с крупными чертами лица. Тёмные глаза и тяжёлые набрякшие веки придавали его лицу трагическое выражение. Здоровый прямой нос, мясистые губы, резкие скулы – дядя сошёл бы за классического римлянина, или даже целого римского императора… Или за кавказца с десятком ларьков и понтами римского императора.

Специфического колорита добавлял зелёный бронежилет неизвестной модели. На плечи уходили прикрывающие щитки, дополнительные щитки прикрывали пах и бедренные суставы. Каски, впрочем, не было, как и оружия в руках или за спиной. За спиной «императора» выстроились три сходно одетых боевика.

– Ну что решили по лёгкому бабла срубить на «залепухе»? Это хорошо, у Мангала как раз давно свежих «мальчиков» не было. А тут такое счастье. Что лучше, чем просто счастье? Это счастье несколько раз и со свежинкой. Сколько вас там? Четверо? Для «ромашки» маловато, но всё-таки. – Серьёзно и жёстко выдал он.

Узкая ладонь Радара невольно легла на «радужную» рукоять ножа. Эмоциональный «всплеск» был уж больно специфичным. Укол страха и бешенства был реален. На его подавление понадобилось несколько мгновений молчания. Парень отвёл глаза от места над бронежилетом собеседника где начиналась толстая шея и ответил. – Полегче, такая предъява слишком легко проверяется через ментата. И предъява за беспредел легко доказывается на любом соседнем стабе. Никому из авторитетов не понравится если на стаб перестанут заходить рейдеры и торговцы. А они резко перестанут. Беспредел не любит никто, потому что бьёт по каждому.

– Вах, вах, какой законник. Тебя давно крестили?

– Месяца два примерно, как. – Радар настороженно глядел поверх носа собеседника.

– Как крещён? Что за люди с тобой? Откуда такой взялся? – «Император» с непонятной искрой в глазах наблюдал за реакцией на свои слова.

– Крещён Радаром. Мои люди. Мы возвращались из сопровождения каравана, на мой стаб Металлист. Встретились со скреббером и не знаю, что он сделал – но мы оказались здесь.

– Никогда про такой не слышал. Твой стаб говоришь? Ты его что в карты выиграл? Почему он твой то? – Подначил «кавказец»

– Потому что я его крышую. Все его темы. Потому что, когда мы уходили с караваном на нём, ещё оставалось с полсотни боевиков, признающих меня атаманом. – Радар говорил спокойно и уверенно, а лицо застыло в ничего не выражающей деревянной «маске».

– Правда, что ли? Но даже если так, то всё это где-то очень далеко. Здесь и сейчас ничего из этого нет. Чего ж ты пальцы гнёшь? Свои порядки на чужом стабе наводить пытаешься?

– Я ПАЛЬЦЫ ГНУ? Меня среди бела дня грабанули посреди улицы! Что за беспредел? Что происходит? – Парень с трудом сдерживал голос, с огромным трудом удерживаясь от предательского повышения громкости.

– Вот это я сейчас и буду разбираться. – Уже каким-то другим голосом ответил «кавказский император». – Прапор, Дембель, свободны.

Двое «кабацких» камуфляжников быстро «отчалили». Было в их позах и той скорости с которой они «отбыли» некое очень хорошо заметное облегчение.

– Эй, Боцман, хорош уже притворяться спящим. «Лохматить уши» будешь в другое время и в другом месте. У тебя минута на подъём и объяснения, потом встанешь «по-королевски» от ведра холодной воды на тупую башку. Точно говорю, был один король которого так будили. Он правда был тридварас, но охренительно крут. У тебя уже сорок секунд до этой королевской чести.