- -
- 100%
- +
Должно быть, первыми узнали о приближающейся опасности умные, чувствительные змеи. Еще днем они укрывались от жаркого солнца в своих гнездах, но, почуяв опасность, внезапно зашипели, растревожив тем самым диких животных и птиц.
Многие годы звери, обитающие по другую сторону пещеры, жили там, не зная страха. У каждого из них была своя территория, где они были полновластными хозяевами. Однако звери постоянно чувствовали опасность, исходящую от людей, живущих где-то по соседству. И наверняка этот пожар устроили эти подлые и опасные «двуногие», стоящие где-то в засаде.
…Яростное шипение змей, покинувших гнезда и скопившихся у подножия одного из серых холмов, постепенно усиливалось, превращаясь в громкий гул. Через некоторое время к гулу присоединились ожесточенный рев диких зверей и крики птиц.
Огненная волна приближалась. Рев перепуганных насмерть зверей разносился по всей округе. Оставаться здесь было уже небезопасно. Нужно было где-то укрыться. Но где? Спрятаться здесь было невозможно. Огонь заставлял бежать зверей только вперед. На противоположной же стороне жили «двуногие», то есть люди – злейшие враги «четвероногих». И теперь с одной стороны на зверей наводил страх огненный плен, а с другой – хитрые и опасные «двуногие», а также стая ползучих змей…
Дикие звери, уже не раз нападавшие на близлежащие села, каждый раз несли там значительные потери. Многих животных люди безжалостно истребили, ну, а те, кому удалось спастись, были ранены. У диких зверей – грозных волков и шакалов, гигантских медведей и тигров, наводивших страх на всех остальных животных, – еще не зажили раны, и они с трудом передвигались. «Двуногие» были их самыми ненавистными врагами.
Огонь, смешавшись с клубами дыма, подбирался все ближе. Издающие рев животные спасались бегством, длинной лентой растянувшись по узкой долине. Другого выхода у них не было, и, возможно, там, где-то далеко, они окажутся в полной безопасности. Еще недавно готовые растерзать друг друга, сейчас дикие животные двигались плотной толпой; никто ни на кого не пытался напасть, словно у них совершенно пропал звериный инстинкт. Страшное бедствие сплотило всех животных. И почему они должны были мешать друг другу? Может, кому-то из них была знакома эта опасная дорога, по которой они двигались вперед?..
Змеи, в отличие от диких животных, направились в другую сторону. Они ползли сквозь языки пламени, взбираясь на серые холмы. Пламя еще не добралось сюда, потому что холмы эти были покрыты редкой растительностью. Однако резкий запах дыма уже чувствовался и здесь.
Стая змей направлялась к месту, называемому Бузлагом, который находился в пещере, по другую сторону холмов. В тех местах обитал самый главный змей, гигантский Хачадил, о котором знали старые змеи. В последнее время гигантский змей выползал в полночь из пещеры, чтобы навестить своих родственников на их территории. Его вид наводил ужас на всех диких зверей, и только змеи были довольны его появлением. Ведь как бы там ни было, он был их родственником, пусть даже и не близким, но какая разница, ведь все они происходили от одного общего предка. Когда Хачадил появлялся, змеи словно воодушевлялись, однако животные стали еще больше бояться змей. Даже самые отважные из них старались не показываться ему на глаза и при каждой с ним встрече смотрели на него со страхом и враждебностью. Самые старые из змей при каждом удобном случае также навещали своего огромного родственника в пещере, где он был полновластным хозяином. Змеи верили, что смогут найти убежище у своего могучего родственника, и теперь, пробираясь сквозь огонь, стекались к пещере, где обитал огромный змей Хачадил.
Пожар разгорался все сильнее и сильнее, распространяясь повсюду. Вокруг все было окутано густым едким дымом. Животные, пройдя узкую долину, точно не знали, куда направляются. Лишь змеи двигались по заранее определенному пути. Самки змей, извиваясь всем телом, проползали сквозь языки пламени и, издавая странные звуки, вели своих детенышей за собой. Некоторые детеныши змей, только недавно вылупившиеся из яиц, не успевали ползти за своими матерями, и поэтому многие самки тащили их на себе.
Змеи хотели поскорее добраться до места, взбираясь по серым мшистым скалам. Их яростное шипение нарушало тишину ночи. Наконец-то они оказались далеко от «четвероногих» и «двуногих».
Вскоре звезды в небе спрятались в свои «гнезда».
…Огромный джип Хамзы Чапарлы застрял на полдороге. Водитель, как ни старался, не мог завести машину. Ревел мотор и гудел глушитель, задние колеса крутились, из выхлопной трубы вылетали клубы дыма, но машина так и не двигалась.
До Бузлага было еще далеко.
Выйдя из машины, Хамза Чапарлы огляделся по сторонам. В этих местах он бывал очень давно, еще в детстве. Прожив в городе большую часть жизни, он наверняка бы и остался там, если б не перемены, происходящие в мире в последние годы. Затронув все сферы жизни общества, перемены не обошли стороной и села, в результате чего, с одной стороны, наблюдался массовый отток сельских жителей в города, а с другой – в села и деревни стали приезжать богачи, за бесценок скупая у бедняков их дома и земли.
Хотя в последние годы в селе Чапарлы уменьшилось число местных жителей, зато значительно увеличилось строительство дорогих особняков и вилл. Владельцы этих огромных дворцов приезжали сюда редко, в основном, летом. Тем не менее, в особняках круглый год находился целый штат охраны, а большинство из оставшихся в деревне мужчин и женщин зарабатывали себе на хлеб тем, что работали в этих роскошных домах прислугой.
В отличие от городских толстосумов, Хамза Чапарлы был родом из здешних мест и за последние годы нажил себе немалое состояние. По слухам, Хамза и Джамшид Чапарлы находились в хороших отношениях со многими высокопоставленными чиновниками страны и поэтому могли запросто назначить кого-нибудь на должность либо отстранить от нее.
Однако Хамзе Чапарлы в последнее время не давал покоя один вопрос: почему Джавад Амирханлы так настаивает на том, чтобы построить «небольшой домик» возле Бузлага? Сначала он было подумал, что у него не все в порядке с головой, но слухи, в последнее время доходившие до него, словно открыли ему глаза. В районном центре, а также в деревне поговаривали, что Джавад Амирханлы на самом деле напал на след несметных сокровищ.
Бог знает, может, люди говорят правду, и там зарыты золото и драгоценные камни. Иначе что мог потерять там Джавад Амирханлы, ведь он был не в том возрасте, чтобы скитаться по горам, словно Меджнун? В конце концов, Джавад Амирханлы был одним из самых известных ученых в стране, хотя Хамза еще с юных лет недолюбливал его и считал высокомерным и чванливым. Но дело было не только в этом. Главная причина состояла в том, что Хамза Чапарлы никак не мог смириться с тем, что деревня, где он родился, славится еще одним именитым ученым. Теперь ему представилась возможность заработать себе очки, и он стал распространять среди приближенных ему людей слухи, что у Джавада Амирханлы не все в порядке с головой. Те, в свою очередь, распространяли эти сплетни среди местного населения.
…Машина, застряв в яме, не трогалась с места, колеса крутились, разбрасывая вокруг гравий. Казалось, машина была так же разгневана, как и ее владелец.
– Почему машина не трогается с места? Что с тобой происходит? – накричал Хамза на своего водителя.
Шофер устало вытер тыльной стороной ладони пот со лба.
– Двигатель не тянет.
– Машина в порядке, ты сам ни на что не способен. Вылезай…
Открыв дверь машины, шофер спрыгнул на землю. Хамза Чапарлы проворно забрался в кабину, взялся за руль и сердито нажал на газ. Машина, взревев, наконец-то тронулась с места. Водитель бросился бежать вслед за отъезжавшим автомобилем…
Машина остановилась напротив Бузлага. Хамза Чапарлы выскочил из машины и, не глядя на растерявшегося шофера, сердито сказал:
– Подойди сюда. Подложи под колесо камень.
Подложив под заднее колесо большой камень, шофер отошел в сторону.
– А теперь поднимись вон на ту скалу, – приказал ему Хамза.
Водитель молча исполнил приказ хозяина.
– Что ты там видишь? – громко крикнул шоферу Хамза Чапарлы.
– Вижу пещеру, – крикнул в ответ водитель.
– Что-нибудь видишь внутри?
Нагнувшись, водитель робко заглянул внутрь пещеры.
– Внутри темно. Ничего не видно. Но я слышу какой-то шорох. Будто бы дует ветерок, либо…
– Либо что?
После некоторого молчания шофер добавил:
– Похоже на змею…
– Не говори глупости, змея не шуршит, а свистит.
– В детстве я много раз бывал тут. Здесь была обыкновенная змеиная пещера. В те времена…
Хамза Чапарлы оглядел все вокруг.
– Хорошо, скажи, сколько нужно бетона, чтобы заделать отверстие в пещере?
Немного прикинув, шофер нерешительно ответил:
– Самое меньшее десять машин… И, кроме этого, одна машина с арматурой.
– А грузовые машины смогут подняться сюда?
– Дорогу нужно немного привести в порядок, – ответил шофер.
– Тогда завтра с Мовлудом поезжай в воинскую часть и попроси командира прислать нам в помощь технику и живую силу.
– Будет сделано!
Хамза Чапарлы сел за руль автомобиля.
– Брось в сторону камень из-под колеса, – приказал он водителю.
Шум мотора разнёсся эхом по близлежащим окрестностям.
Разговор с Хамзой Джаваду Амирханлы не понравился. То, что здесь хотят создать заповедник, совершенно не укладывалось у него в голове.
После их последней встречи среди людей распространился слух, что в пещере спрятаны несметные сокровища, и вход в пещеру охраняется. Для Джавада Амирханлы это означало, что на его мечте поселиться там был поставлен жирный крест.
«Нет, это дело так просто оставлять нельзя», – подумал он и вновь решил отправиться в районный центр.
В ту ночь он почти не спал до утра и ранним утром, накинув на плечи пиджак, отправился в путь.
По дороге, махнув рукой, он остановил первую же встречную машину, за рулем которой сидел молодой румяный водитель.
– Можете довезти меня до районного центра? – спросил он шофера.
– Конечно, я как раз туда направляюсь.
Со словами «О, Всевышний» он сел в машину, и всю дорогу, пока ехал, перед его глазами стоял живописный Бузлаг.
Голос шофера неожиданно оторвал его от радужных грез.
– Аксакал, мы доехали.
Приоткрыв дверцу кабины и высунув голову наружу, Джавад Амирханлы огляделся. Место это ему уже было знакомо. Перед ним предстало уже известное ему желтое здание.
– По-моему, вам нужно сюда, не так ли? – спросил водитель.
Запинаясь, Джавад Амирханлы нерешительно ответил вопросом на вопрос:
– А разве руководители района находятся в этом здании?
– Да, в этом желтом здании. Но, я думаю, они вас сегодня не примут.
– Почему?
– Чтобы попасть сюда на прием, нужно записаться предварительно…
– Я это знаю…
– Во-вторых, говорят, что сегодня в местечке, называемом Бузлагом, проходит какое-то мероприятие.
– Что за мероприятие? – вскрикнул вдруг Джавад Амирханлы.
– Точно не знаю. Но я слышал, что и здесь будут проводить какое-то мероприятие… что-то, связанное с лошадьми…
– Какие лошади? Что за лошади?
Парень пожал плечами:
– Не знаю подробностей, но я слышал, что здесь будет проходить праздник, посвященный лошади.
Недоуменно покачав головой, Джавад Амирханлы расплатился с водителем.
«Что же они забыли в Бузлаге? – думал он. – Да, в тот день Хамза рассказал о своем желании создать там заповедник. Но все же вокруг знают, что он аферист. И только Аллах ведает, зачем он сует туда свой нос».
Тяжело ступая, Джавад Амирханлы вошел внутрь здания. Возле двери дремал усталый полицейский.
…Люди, дожидаясь своей очереди, сидели в приемной, прислонившись друг к другу, словно мешки с песком, и казалось, будто их крепко-накрепко привязали друг к другу прочной веревкой.
Старый знакомый Джавада, сгорбленный пожилой мужчина в очках и с тростью в руке стоял посередине очереди, и люди, стоящие рядом с ним, были вынуждены выслушивать его.
– Я стою здесь в очереди с начала прошлого века, – говорил старик. – Пока я сюда приходил, три раза разваливалась система, шесть раз сменялась власть и девять раз совершались государственные перевороты. Но я так и не дождался приема. Кому мне жаловаться? Может, в этом мире есть тайна, о которой знаю только я? И кому я должен раскрыть ее? Вот смотрю, все здесь молчат, опустив головы, как бараны. Руководство также молчит. Значит, и они бараны. Молчит история. Получается, что и она подобна овце. Эх, немые люди, эх, немая история…
Как только старик закончил свой монолог, к Джаваду Амирханлы вновь тихо подошла бывшая однокурсница Алия. Смерив его долгим пронзительным взглядом, она медленно сказала:
– Послушай, ты…
На этот раз Джавад Амирханлы опередил ее:
– Да, это я, Алия, Джавад…
– Да, мы с тобой учились вместе.
– Это так. Хорошо, ты дождалась своей очереди?
– Нет… Откуда?.. Еще дожидаюсь.
– А может, нужно обратиться в более высокие инстанции?
– Самая высшая инстанция находится здесь. Куда я только не обращалась, куда не писала, письма вновь возвращаются на этот адрес. Такое ощущение, будто все здесь притягивается магнитом. Возможно, сегодня сюда прибудут наши руководители, Хамза и Джамшид Чапарлы. Ведь всем здесь управляют они…
– Кто?
– Отец и сын Чапарлы. Сегодня у них праздник.
– И что это за праздник?
– В этот день отец Хамзы Чапарлы, Хуррям, впервые сел на лошадь и отправился на охоту. Говорят, что перед входом в здание вместо статуи буйвола теперь водрузят скульптуру лошади.
– Интересно, а тот пучок травы оставят на месте?
– Они заменяют старую траву на свежескошенную каждый день, – быстро ответила женщина. – К тому же траву едят и буйволы, и лошади… Эх, Джавад, будет ли там лежать трава или нет, что изменится в этом мире?
Внезапно раздался шум.
Дремавший было полицейский проворно вскочил на постамент буйвола и подобно поэтам, читающим свои стихи, стал жестикулировать руками и громко кричать:
– Люди, сегодня в Бузлаге проходит грандиозное мероприятие, и все руководители района находятся там, поэтому отец и сын Чапарлы не смогут вас сегодня принять. Но сегодня у нас еще и двойной праздник. Во-первых, в этот день отец Хамзы Чапарлы, Хуррям, впервые сел на лошадь и отправился на охоту. Во-вторых, в пещере, то есть в Бузлаге, проходит… хм.. Да, еще, сегодня вместо статуи буйвола здесь установят скульптуру лошади. Это исторический день, историческое событие. И мы будем помнить его всю свою сознательную жизнь.
Закончив свою пламенную речь, полицейский проворно спрыгнул на землю.
После некоторого молчания послышались редкие хлопки, затем число хлопающих постепенно стало увеличиваться, и вскоре от грома аплодисментов дрожали стены.
«Интересно, каким образом они доставят сюда лошадь?» – подумал Джавад Амирханлы.
– Говорят, в Бузлаге нашли клад. Ты слышал что-нибудь об этом, Джавад? – спросила его вдруг Алия.
Джавад Амирханлы молчал.
– Или ты не слышал о Бузлаге? Моя покойная свекровь говорила, что Бузлаг – это врата в рай, там даже в самые жаркие дни всегда есть лед. Клянусь Аллахом, эти Чапарлы превратят этот рай в ад. Куда ни ступает их нога, везде остаются одни колючки.
Слова старухи словно отрезвили его. Куда и для чего он пришел? Разве здесь найдется тот, кто выслушает и поможет ему?
Внимательно поглядев на него, Алия внезапно сменила тему разговора:
– Я знаю, что привело тебя сюда, в родные места.
– И что?
– Знаю, но не хочу говорить. Придет время, скажу.
– Странный ты человек, ей-Богу.
Она кокетливо рассмеялась:
– Ты так думаешь. Пусть будет так. Я знаю, что говорю. И еще я знаю твой характер, ведь мы учились вместе в течение нескольких лет.
– Хм. Столько лет прошло с тех пор.
– Время меняет только лица людей, но не их натуру…
«Она точно тронулась умом, – подумал Джавад. – Интересно, на что она намекает?»
Быстро попрощавшись с женщиной, он поспешил выйти. Ему вдруг стало тоскливо и грустно, и он решил возвратиться в деревню. По дороге он долго не мог поймать попутку. И только во второй половине дня перед ним, наконец, остановилась машина. Джавад Амирханлы сразу же узнал сидящего за рулем молодого человека, который утром привез его в районный центр.
– Аксакал, садитесь. Ну, как? Вы нашли того, кого искали?
Запинаясь, Джавад Амирханлы спросил:
– Кого?
Парень рассмеялся:
– Ну, того, кого искали…
Джавад Амиханлы ничего не ответил. Шофер удивленно покачал головой, и всю дорогу они ехали молча. Когда они доехали до деревни, во многих дворах громко залаяли собаки.
У дома его встретил Афраил и, даже не поздоровавшись, быстро выпалил:
– Слышал новость?
– Что за новость? – спросил с удивлением Джавад Амирханлы. – Что ни день, то новость.
– Пещеру разрушают.
– Какую пещеру?
– Как какую пещеру? Я говорю о Бузлаге, возле которого ты хотел построить дом. Разрушают наш Бузлаг, имеющий почти тысячелетнюю историю… Пока они закрыли лишь вход в пещеру, но затем собираются полностью ее разрушить.
Джавада Амирханлы словно ударила молния. С тревогой взглянув на Афраила, он слабым голосом спросил:
– Откуда ты знаешь?
– Как откуда? Все об этом знают. Туда пригнали почти всю тяжелую технику: бульдозеры, тракторы, землеройные машины. Наверное, вчера ты крепко спал и поэтому ничего не слышал. Говорят, в Бузлаг также прислали в качестве рабочей силы роту солдат из воинской части.
Не сдержавшись, Джавад Амирханлы нервно спросил:
– А это для чего?
Афраил хитро рассмеялся:
– Они говорят, что места эти они хотят сохранить для будущих поколений. Но это самая настоящая ложь…
У Джавада Амирханлы потемнело в глазах.
– Что же там ищут эти подлецы?
– Наверное, клад. Ты удивительный человек, Джавад. Что они там могут искать? Совесть и честь? Но они даже не имеют представления о таких понятиях… Они просто уничтожат все…
У Джавада Амирханлы начала гудеть голова. Внутри будто что-то оборвалось. Он сердито огляделся по сторонам, от злости кусая губы. Сейчас он напоминал разъяренного зверя, собирающегося растерзать первого встречного. Афраил пожалел о том, что принес плохую весть, и теперь всеми силами старался успокоить Джавада.
– Теперь наступило время таких, как они. Возьми себя в руки, Джавад. Что мы сможем сделать? Они хотят властвовать даже над Богом. Будь терпеливым, Джавад. Знаю, что ты хотел поселиться там. Но теперь Бузлаг в их руках. Не знаю, может, так будет лучше. На все воля Аллаха. Построишь для себя жилье в более подходящем месте и будешь там жить, как тебе хочется.
Джавад Амирханлы молчал. Афраил сменил тему разговора:
– Ты ознакомился с моим сочинением?
Немного призадумавшись, Джавад Амирханлы медленно ответил:
– Нет, но сегодня обязательно прочту.
…После ухода Афраила, взяв в руки старую, пожелтевшую от времени тетрадь, он перелистал ее, а затем принялся читать громко вслух:
Пещера
Говорят, высоко, на склоне горы
Есть мрачная, уединенная пещера.
И с давних пор
Люди боятся туда войти.
Но кто ты? Живая пещера.
Душа твоя мрачна, человек.
Попробуй освободиться от этого мрака.
Возможно, ты любишь этот мир,
Но он подобен страшному колодцу.
И ты в нем одинок,
Мир – это большая игра.
И ты не сможешь убежать от себя.
А если даже и сможешь,
Все равно вернешься назад.
Каждое мгновение тебя будет преследовать тьма,
И в конце концов она поглотит тебя.
Тьма, находящаяся внутри тебя,
Выглядывает из глаз твоих.
Так на кого же ты надеешься, о, человек?!
Огонь в твоем сердце теперь погас,
И в жизни твоей остались тоска и печаль.
Ты сам себя победил, человек,
И на твоем лице лежит тень.
В волшебную пещеру внутри тебя
Тянет страшный дракон.
Ты тоже примкнешь, как бродяга,
К мрачному, зловещему каравану истории.
Бежать от себя, – это бежать в никуда,
Так что не торопись уходить из этого мира,
Может, ты пока лишь входишь в него.
После долгих размышлений Джавад Амирханлы, по совету Афраила, решил вновь с утра пойти к Хамзе Чапарлы.
– Джавад, иди снова к этому дьяволу, – говорил ему Афраил. – Может, на этот раз возле него окажутся ангелы. Ему дали полную власть над всем нашим районом. Если хочешь чего-то добиться, нужно быть порасторопнее, мой друг. И не считай это для себя позором. Сейчас настало время ублюдков. Афраил говорит истину. Однако и Афраилу затыкают рот, как Бузлагу… Ты иди, я, может, приду следом. Иди к этому дьяволу прямо сейчас.
«Хорошо, я пойду к нему в последний раз. И если на этот раз я не получу положительного ответа… Что же тогда? Тогда убью его? Во всяком случае, хотя бы попытаюсь в последний раз…»
Однако на самом деле он хотел пойти к Хамзе не только для того, чтобы поговорить о деле, но и для того, чтобы увидеть Беяз. Кто же она такая, в конце концов?
– Теперь настали другие времена, Джавад, – продолжал говорить Афраил. – Твое бытие определяется не временем, в котором ты живёшь, оно определяется временем, которое живёт в тебе. Если ты взглянешь на мир не со стороны, а как бы изнутри, то поймешь, что живешь в ином времени. Чтобы понять это время, ты должен cначала понять самого себя. Я всегда говорю людям: «Не будьте примитивными, будьте простыми». И надеюсь, что когда-нибудь люди, особенно те, кто занимает высокие посты, станут не сложными, а твердыми. Усложненность – это поверхностность. У дураков и невежд можно многому научиться, хотя бы тому, чтобы быть непохожими на них. Говорят, что сейчас в мире властвуют деньги, и в этом есть доля правды. Я знаю немало людей, которые постоянно гонятся за деньгами. Что можно им сказать? Будете рабами денег, и они будут властвовать над вами. Будете хозяевами денег, и они навредят вам, как раб, всегда готовый навредить своему хозяину. Не будьте ни друзьями, ни врагами денег, станьте их знакомыми, ведь сейчас многих знакомых мы называем своими друзьями… Джавад, человек должен бороться и отстаивать свои права до конца.
…На этот раз, чтобы разрешить свои сомнения, он вновь отправился на прием к Хамзе Чапарлы. И снова его там встретила та самая девушка. Мельком взглянув на него, она молча прошла в кабинет хозяина. Ее не было довольно долго. Наконец она вернулась и села за свой стол.
– Пожалуйста, проходите, – сквозь зубы процедила она.
На этот раз Хамза Чапарлы встретил его холодно. Указав ему рукой на стул, он, перебирая бумаги на столе, прямо перешел к делу:
– Я вас слушаю.
– Я вновь пришел по этому вопросу.
– По какому вопросу?
– Насчет земли.
– Хм-м… Ну и где ты желаешь приобрести землю, Джавад?
– Ты же об этом знаешь, Хамза.
– Для чего тебе это нужно? Ведь у тебя есть перед домом участок земли.
– Мне нужна земля возле Бузлага.
– Эта земля принадлежат государству, и никто не имеет права продавать ее.
– Насколько я знаю, ты можешь дать мне такое разрешение.
Последняя фраза Хамзе, видимо, не понравилась. Он встал с кресла и начал нервно ходить по комнате. Затем остановился и, внимательно глядя в лицо Джавада Амирханлы, резко спросил:
– Кто тебе это сказал?
– Все говорят.
– Все? И кто это «все», например?
В комнате воцарилась тишина.
Внезапно Хамза Чапарлы рассмеялся, отвислые губы его задрожали.
– Это все фантазии Афраила. Я прав?
В этот момент в кабинет вошел Афраил и встал напротив Хамзы Чапарлы.
Хамза Чапарлы: Ты кто такой, чтобы входить в мой кабинет без разрешения?
Афраил: Что мне твое разрешение?
Разве утро наступает с чьего-либо разрешения?
Или земле требуется разрешение, чтобы пробудиться?
Что мне твое разрешение?
Мне все разрешено.
Хамза Чапарлы: Что тебе нужно?
Афраил: Хочу жить, если хочешь знать.
Хамза Чапарлы: Ну и живи. Кто тебе мешает?
Афраил: Ты и твой сынок.
Все вокруг присвоили себе: леса и поля, реки и луга.
Не даете народу свободно вздохнуть,
Стоите всем поперек горла.
Народу уже ничего не принадлежит,
Кроме небольшого клочка земли.
Кто, спрашиваешь, нам мешает? Такие, как ты.
Разгневанный Хамза, сев за свой стол, тут же нажал кнопку вызова. В дверях показалась секретарша.
Хамза Чапарлы: Агджа, ты зачем впустила этого человека?
Девушка не отвечала, виновато опустив голову. Джавад Амирханлы не сводил с нее глаз.
Джавад Амирханлы (про себя): «Да это же Беяз. Мои предположения меня не обманули».
Внезапно взгляды их (Джавада Амирханлы и Агджи) встретились. Девушка пыталась уклониться от его назойливого взгляда, и, опустив глаза, смущенно стала теребить своими нежными белыми пальцами концы черной шали.