Ведьмами не рождаются

У остановки стоял большой автобус и нетерпеливо заглатывал в себя пассажиров, довольно урча мотором. Зайдя внутрь, Варя села на свободное место и после того, как автобус отправился в путь, с интересом стала разглядывать местные окрестности. Она первый раз оказалась в Сибири и ей всё было любопытно. Пригород Красноярска был какой-то совершенно обычный: типичный среднерусский пейзаж, домики и сплошные поля. Варя даже немного огорчилась, ведь она ожидала увидеть здесь дремучие заросли. Ей при слове тайга сразу представляется необъятные лесные просторы, где легко можно заблудиться, и никто тебя не найдёт. Но тайги вокруг не было. Зато обнаружилась девочка с бантом, она сидела позади и, просунув голову между сиденьями, показывала Варе язык. Варя рассмеялась и тоже показала девочке свой язык.

– Так мы и познакомились с инопланетной девочкой, поприветствовав друг друга высунутыми языками, – весело подумала Варя и продолжила смотреть в окно, тем более, что автобус уже подъезжал к городу.

И город её приятно удивил. Она почему-то предполагала, что он непременно будет грязный и некрасивый. С абсолютным засильем серых бетонных коробок, так горячо любимых советскими архитекторами. Но Красноярск оказался чистым, опрятным и привлекательным. Здания радовали глаз архитектурой и яркими фасадами, многочисленные площади красовались друг перед другом фонтанами, а тихие скверы хвастались новыми скамейками, ухоженными дорожками и зелёными насаждениями. Варя так засмотрелась на городские виды, что чуть было не проехала нужную остановку. Выйдя на улицу, она оглянулась на автобус и заметила в окне девочку, та улыбалась во весь рот и махала ей рукой.

– Какая забавная девочка, – подумала Варя, – и тоже мне рукой в окне машет, прям как моя прабабушка.

Эта встреча с девочкой ненадолго вернула Варю обратно в детство, когда можно было ни о чём не беспокоиться и только радостно смотреть на мир.

А потом опять вернулась напряжённая взрослая жизнь. Были дела, скучные бумаги с неудобоваримым текстом и долгие споры. Но, наконец, все споры были завершены и все бумаги подписаны. Варя, вышла из душного офиса на свежий воздух и, гуляя по улице, задумалась. Зачем она сюда приехала? Если смотреть правде в глаза, то ехала сюда она не только по работе. Она надеялась найти свою прабабушку и полный мешок приключений. Обратный билет был куплен на завтрашний вечер. В гостинице забронирован номер. Но в гостиницу Варе не хотелось. Ехать в деревню было уже поздно. Но, несмотря на долгий перелёт и приближавшийся вечер, ей страшно хотелось новых ощущений и событий.

А город вокруг жил своей жизнью, люди куда-то спешили, потоки машин и автобусов везли в своих чревах сотни людей в разные стороны. У каждого была своя судьба и наверняка не все из них ехали в нужную сторону, постоянно петляя, разворачиваясь и меняя курс. Варя надеялась, что сейчас она шла по правильному пути, ведь впервые за много лет у неё было такое чувство, будто она сейчас взлетит от переполнявшей её радости.

Девушка шла по красивому бульвару, всем сердцем ощущая, как старая скучная реальность теряет над ней свою власть. Она опять вернулась в детское восприятие мира и увидела всё в розовом свете, в душе царили радость, спокойствие и надежда. Надежда на то, что каждый новый день подарит ей новые ощущения и эмоции. Ведь она так устала от скучной одинаковой жизни, где ничего не менялось, кроме возраста.

Весь вечер она гуляла по городу. Поужинала в красивом кафе возле фонтана, потом нашла гостиницу и обживалась в симпатичном номере с весёлыми розовыми занавесками. И Варю не покидало это ощущение эйфории, как будто весь мир был только для неё. С этим новым чувством она и заснула.

Сегодня Варя проснулась пораньше. Её переполняла энергия и решимость. Позавтракала тёплыми, нежными круассанами, окуная их на французский манер в горячий кофе, и отправилась в таинственную деревню Казинка на поиски прабабушки.

Старенький автобус, с уютным урчанием неторопливо увозил Варю из красивого города. Кругом раскинулись широкие степи с незначительными вкраплениями чахлых деревьев. Через полчаса автобус повернул с магистрали. Наконец-то, впереди показался лес. Вскоре деревья окружили дорогу с обеих сторон, нависая и запугивая дремучим нутром. Затем расступились в стороны и явили на свет небольшую деревню. Варя взглянула на неё и облегчённо выдохнула, – домов мало, это славно, разыскать будет легче.

Вместе с ней из автобуса вылезла немолодая, грузная тётенька в линялом сарафане с удручающими жёлтыми цветами. Она и в автобусе как-то подозрительно посматривала на Варю, а тут вообще остановилась и неприлично уставилась на девушку.

Варвара слегка растерялась, немного помялась, но всё же спросила женщину:

– А вы, случаем, не знаете Лукерью Филипповну?

Тётенька недобро прищурилась, упёрла руки в бока и грубовато спросила:

– А ты с какой целью интересуешься?

Варя оторопела.

– Я её правнучка.

Женщина широко раскрыла глаза и со злостью произнесла:

– Ишь ты, правнучка! А что же вы позабыли родню-то совсем? Никогда не заезжали. Уж как она разыскивала дочку свою, да всё без толку. Как в воду канула! А тут, как убили нашу Лукерью, так враз прикатила! За наследством небось приехала? – припечатала тетка.

– Как убили? Кто? Когда? За что? – ошалело мямлила Варя.

– Да вот, вчера только нашли её мёртвую… а может вы и убили, чтоб наследство прибрать, – подозрительно прошипела тётка, – ну-ка, пойдём к участковому, он, наверное, здесь ещё ходит, свидетелей опрашивает.

Тётка, не давая девушке опомнится, сцапала её за руку и напористо потащила по улице. Варя оторопела от изумления и, не сопротивляясь, семенила рядом, даже не пытаясь выдернуть руку из крепкого захвата. Потом женщина кого-то увидала и закричала:

– Слышь, Людка, я убийцу изловила! Где участковый?

Женщина по имени Людка, облокотилась на свой ветхий забор и, осмотрев подошедшую парочку, неспешно ответила:

– К Егорычу пошёл недавно, а это кто?

– Это убийца нашей Лукерьи, я её на остановке поймала, – входя в раж, заявила тётка, крепко стискивая Варину руку.

– Ну ты, прям, сыщик у нас, – скептически усмехнулась Люда, сомнительно косясь на испуганную Варю.

– Ладно, пошли уже! – рассерженно сказала тётка, не увидев содействия от Людмилы, и потащила Варю дальше.

Варвара, едва живая и ошалевшая от этих новостей, шлёпала за ней заплетающимися ногами. Мысли в голове носились, как угорелые тараканы в доме у алкоголика, и разбегались в разные стороны, стоило ей попытаться на них сосредоточиться.

– Давай иди, убийца, щас мы на тебя управу-то найдём, – радостно подбадривала её тётка. Но Варя от этих слов почему-то не подбадривалась, а наоборот погружалась в пучину смятения и страха.

Едва они зашли во двор какого-то дома, как навстречу им вышел молодой парень в полицейской форме.

– Что здесь происходит? – строго спросил он.

– Я убийцу Лукерьи поймала! – выставила девушку впереди себя тётка, – вот она, полюбуйтесь!

– Интересно, – усмехнулся полицейский и показал на дверь, из которой только что вышел, – ну, пройдёмте в дом, пообщаемся.

Женщина, словно трактор, потащила безропотную девушку к тёмному и не обещающему ничего хорошего дверному проёму. Варя даже попыталась сопротивляться, однако силы были не равны.

– Полегче, Полина Сергеевна! Что вы её как мешок с картошкой тащите, – одёрнул женщину участковый.

– Я за него всю работу делаю, а он меня ещё и ругает, – проворчала тётка, не сбавляя хода.

– Егорыч, можно мы у тебя пообщаемся? – крикнул полицейский в пространство дома.

Из комнаты вышел немолодой, лысоватый мужичок типичной деревенской наружности и кивнул, показав рукой на дверь:

– Вон в зале общайтесь.

Когда все расселись на стулья, сгрудившись вокруг стола, полицейский изучающе посмотрел на Варю и начал разговор.

– Меня зовут Иван Ефимович Рысаков, я участковый по этому району. Ну а теперь, Полина Сергеевна, рассказывайте, почему вы считаете убийцей эту девушку?

Тётка радостно просияла, что ей выпала такая возможность, и начала неторопливо, с выражением и мимикой, рассказывать как было дело.

– Я её в автобусе ещё приметила, больно уж у неё лицо подозрительное. Сидит, улыбается непонятно чему, сразу видно – что это неспроста.

Полицейский внимательно посмотрел на Варю, видимо, проверяя подозрительность лица, хмыкнул, но ничего не сказал.

А женщина видя, что её не перебивают, продолжила:

– Потом она стала у меня спрашивать про Лукерью, мол, не знаю ли я такую. А у самой глазки-то бегают, сразу видно, что гадость какую-то замышляет. Ну, а потом она заявила, что является правнучкой Лукерьи! Я и подумала: странно это, не было их почитай лет пятьдесят, а на следующий день после её смерти сразу объявилась, не иначе как за наследством приехала!

– Ваш ход мыслей мне понятен, Полина Сергеевна, – вежливо сказал участковый и потёр рукой подбородок, – это и правда выглядит странно. Разберёмся. Девушка, предъявите, пожалуйста, ваш паспорт.

Варя достала из сумки свой паспорт и передала полицейскому.

– Значит, вы, Варвара Васильевна Лукашина, утверждаете, что являетесь правнучкой Лукерьи Филипповны Лукашиной? – уточнил участковый, внимательно изучая документ.

Девушка покраснела и, с трудом придумывая на ходу правдоподобную историю, робко произнесла:

– Я не утверждаю. Мне мама так сказала. Я свою прабабушку не видела никогда, а меня вдруг отправили по работе в Красноярск, вот я и решила заехать и узнать, как она жила, я и не думала, что она ещё живая. Хотя надеялась, конечно.

Участковый изучающе смотрел на неё, и, от этого пронизывающего взгляда, у Вари аж руки задрожали.

– Он мне не верит, – испуганно подумала она, – чувствует, что я вру. Я ведь совсем врать не умею.

– Понятно… – протянул полицейский, постукивая пальцами по столу, – а почему раньше никто из родственников не приезжал прабабушку свою навестить, ведь столько лет прошло?

Варя, судорожно думая, что сказать дальше, теребила руками грязную засаленную скатерть.

– Мне мама о прабабушке только недавно рассказала, бабушка моя умерла давно, а мама не очень хотела приезжать, бабушка ведь ничего хорошего про Лукерью Филипповну не говорила. А мне вот захотелось приехать, случай представился. Оказывается, прабабушка все эти годы была жива, но не дождалась немного. Всего-то один день. Но я её не убивала! Зачем мне её убивать? – воскликнула в конце Варвара.

Участковый наконец прекратил буравить её глазами и удовлетворённо сказал.

– Ну что же, на первый взгляд, ваша история звучит немного путано, но убедительно. Хотя я буду вынужден проверить всю информацию про командировку и прочее, а вы пока поживите здесь, в доме своей прабабушки, под домашним арестом. Я выпишу вам предписание. До окончания проверки придется находится в этой деревне.

– Да как же так, мне на работу нужно выходить, отпуска-то мне не давали, а командировка завтра заканчивается, – испугалась Варя и, сделав большие глаза, просительно смотрела на полицейского.

Но участкового это не проняло: – К сожалению, вы, на данный момент, подозреваетесь в убийстве Лукерьи Филипповны, и отпустить я вас не имею права, а на работу позвоните и обрисуйте ситуацию. Потом предписание покажете, если подозрения с вас снимут и из-под ареста освободят, – протягивая ей бумагу, сказал участковый, – вот прочитайте ваши показания и напишите, с моих слов записано верно, мной подписано и распишитесь.

Варя попыталась прочитать, что там было написано, но буквы расплывались от выступивших слёз. Пришлось подписывать, не читая. Руки тоже слушались плохо и, вместо привычной подписи, получилась какая-то нелепая закорючка.

Участковый поднялся, одёрнул форму и начал раздавать указания.

– Итак, вас, Полина Сергеевна, я попрошу сопроводить Варвару Васильевну к дому Лукерьи Филипповны. А вас, Варвара Васильевна, прошу не покидать деревню до моего разрешения, иначе я объявлю вас в розыск. А мне уже нужно в город ехать. Паспорт ваш я пока оставлю у себя, для проверки.

– Я за ней прослежу, не переживайте, товарищ участковый, – угодливо сказала тётка, крепко ухватив девушку за руку, и потащила из дома. Варя еле успела схватить свою сумку и покорно поплелась за своим надзирателем. Шли они недолго, деревня и вправду была небольшая. Дом Лукерьи Филипповны оказался на самом краю деревни, сразу за ним начинался лес. Дом выглядел добротно и мощно, стены из толстых брёвен венчала новая металлическая крыша. А ещё он был ей смутно знаком.

– Как-то, совсем не похоже на избушку ведьмы, – подумала Варя и вдруг вспомнила, что видела этот дом в своём сне.

– И лес рядом, откуда я выскочила и домик очень похож, – подмечала девушка новые детали, – и пахло там так по-домашнему.

– Вот и пришли, – жизнерадостно произнесла женщина, – здесь теперь и будешь под арестом сидеть, до суда. Ну а потом уже в тюрьме посидишь, там уж не так комфортно будет, так что наслаждайся пока.

Варя чуть было не расплакалась от таких слов, но, оказавшись возле дома, где во сне было так хорошо и уютно, она немного воспрянула духом, и, обуявшая её покорность, стала отступать, сдавая свои позиции. – Не убивала я прабабушку, – решительно сказала Варя, – она меня звала в гости позавчера, во сне снилась.

– Ишь, ты выдумала, во сне ей она снилась. На суде потом расскажешь, пусть посмеются, – язвительно ответила тётка и, открыв дверь, потащила Варю в дом.

Зайдя следом, Варя сильно удивилась убранству дома. Во сне она не успела ничего разглядеть и ожидала увидеть домотканые половицы и связки летучих мышей, свисающих с потолка, но тут был сделан хороший дорогой ремонт, стояла новая стильная мебель, на стене красовался огромным экраном совсем нескромный телевизор. Мёртвого тела прабабушки или жутких кровавых пятен, слава богу, не было.

Тётка, видимо, заметила, что девушка неожиданно успокоилась и решила добавить перца:

– Что? Думаешь тебе теперь всё это богатство достанется? Убивцам не положено ничего, кроме камеры и железной кровати!

Но Варя уже немного очухалась от шока и ей поднадоело такое к себе отношение. Она решила дать отпор, а заодно попробовать сменить тему разговора.

– Да что вы заладили одно и то же, вам же потом стыдно будет, когда полиция во всём разберётся и я буду оправдана! Вы мне лучше расскажите, как мою прабабушку убили. И ещё скажите: она ведь не лежит здесь где-нибудь?

Тётка, опешив и слегка растеряв свою уверенность, ответила уже более вежливым тоном.

– Как убили, я не знаю, участковый об этом не распространялся, а тело увезли в морг, чего ему тут лежать-то.

– А, вы в курсе, чем моя прабабка занималась? – продолжала вести разговор Варя.

Тётка задумчиво посмотрела на Варвару и косноязычно спросила:

– А ты, что ли, сама умеешь чего?

Варя подумала, – ага, значит она знает, чем занималась бабушка, и можно не скрываться. А вслух сказала:

– Нет, не умею ничего такого, вот приехала, как про неё узнала, хотела научиться чему-нибудь, но, видимо, опоздала.

Она грустно помолчала, потом спросила:

– А враги у Лукерьи Филипповны в деревне были? Может не то снадобье кому-то дала?

Отношение тётки менялось на глазах, сумасшедший блеск в глазах исчезал, а тон голоса становился всё более спокойным.

– А мне то откуда знать, что она кому давала. Открытой вражды вроде не было, а так кто его знает, что человек за душой носит.

– Ну, может, пропало что-нибудь ценное? – осматриваясь вокруг, спросила Варвара.

– Да ты тоже у нас сыщик, как я погляжу, – усмехнулась тётка, – участковый проговорился, что деньги не взяли, а ежели из-за каких других ценных вещей убить могли, то мне оно неведомо, чего там у Лукерьи было. За столько лет много разного добра нажить можно. Но сейчас тут ничего ценного нет, полиция всё ценное описала и вывезла.

И добавила, опять входя в образ противной тётки:

– Так что можешь не рассчитывать чем-нибудь поживится.

Варя слегка смутилась, что её могли неправильно понять:

– Нет, я не в том смысле, что…

– Ладно уж, ты не думай, что я прям такая вредная, – опять меняя свой образ на более адекватный, сказала тётка, – просто привыкли мы к Лукерье и к снадобьям её от всяких болячек. Вот и расстроилась я сильно. А тут ты такая нарисовалась. Ну под горячую руку и попала. Я вот тут подумала, если ты и правда её внучка, то вдруг тоже сможешь научиться снадобья да отвары делать, как прабабка твоя. Кровь-то не водица. Да и гляжу – хорошая ты девка, я тебя и в хвост, и в гриву, а ты всё равно вежливая. Авось и останешься здесь жить, дело-то прибыльное. Глядишь, понравится.

– Была у меня такая мысль – научится, мне ведь это с детства интересно было, а потом институт, работа, городская суета…, детские желания позабылись. Ну, теперь то как учится без учителя? – вначале с радостью, а потом поникшим голосом сказала Варя.

– Так может записи какие остались, ты поищи, всё равно долго здесь куковать будешь, пока они там все проверят, – подбодрила Полина Сергеевна, – а я, пожалуй, пойду, дел ещё невпроворот, столько времени с тобой потеряла.

– До свидания, – негромко сказала ей в спину Варя и осталась одна. Придя в себя, первым делом она позвонила маме и рассказала о произошедших событиях. Та, конечно, расстроилась, разволновалась долго успокаивала дочку, убеждая, что всё будет хорошо и попросила звонить почаще. Посмотрев на часы, Варя удивилась, сколько уже прошло времени. Присев на удобный мягкий диван, она позволила себе немного расслабиться, потом опомнилась и позвонила директору, вкратце рассказав про убийство и домашний арест.

– Кошмар какой, – ответил директор после долгой паузы, – хорошо хоть документы успела подписать. Ладно, когда сможешь вылететь – звони, мы тебе новый билет закажем.

Варя, слегка повеселевшая, что с работой всё хорошо, откинулась на удобном диване и осмотрела гостиную. Взгляд зацепился за большой книжный стеллаж, заставленный разными книгами в несколько рядов. И Варя, вспомнив слова тётки, подумала, что обязательно их все посмотрит. Потом она решила осмотреть дом, нашла еще комнаты. Одна комната, видимо, была спальней с кроватью и платяным шкафом, внутри которого висела одежда, а на полках лежало разное бельё.

– Копаться в чужой одежде как-то неудобно, – решила Варя и закрыла дверцы. Больше в спальне ничего интересного не было. Затем вышла на кухню, где всё сверкало чистотой, дорогими фасадами и блестело хромом.

– Хорошо жила прабабушка, – отметила Варя, – видимо, действительно неплохо на снадобьях зарабатывала.

И тут же устыдилась своих мыслей.

Она вдруг ощутила чей-то внимательный взгляд, чувство это было необъяснимым, и это немного нервировало. Озираясь по сторонам, девушка подумала, что не видела в доме ни снадобий, ни трав, ни дохлых мышей – и это показалось странным.

– С другой стороны, не могли же все эти подозрительные ингредиенты на видном месте лежать, бабушка должна была их где-то прятать от посторонних глаз, и зелья варить где-то нужно, не на кухне же, – размышляла Варя.

Остаток вечера она потратила на поиски этого тайного места, но так ничего и не нашла. Устав, решила отложить поиски на завтра. Она сготовила себе лёгкий ужин из найденных на кухне продуктов, и, совершенно вымотанная, легла спать на диване в гостиной. После стольких приключений и переживаний, уснула девушка сразу как голова коснулась подушки.