Обреченный на скитания. Книга 8. Рудник ассанитиса

– У меня прыщ на заднице больше, чем твой живот! – порывисто отрезала орчанка. – А тебя в Старград отправим ну, если только очень захотим, чтоб вся имперская канцелярия разом со смеху сдохла. Сиди и не ной!

Слова Зулы слегка оживили почти впавшую в уныние компанию. Милёнка и Сенди совершенно одинаково прыснули в кулачки, да и остальные слегка улыбнулись.

– Да ну тебя! – отмахнулась Марианна, тоже почти улыбаясь сквозь слезы. – Всё бы тебе только шутки шутить!

– У меня есть предложение, – раздался ровный голос Илоны.

Все повернулись к ней. Иллюзия девушки дёрнулась было встать, но, видимо передумав, продолжила:

– Нам надо написать в императорскую канцелярию официальное письмо, где будет указано, что граф Андер не сможет приехать в Старград в силу действия препятствий непреодолимой силы.

– А ведь точно! – воскликнула Сенди. – Как же я сразу не вспомнила?! «Уложение о взаимоотношениях графств и Императорской власти…» Там есть пункт, согласно которому «…если официально признанный владетель земель ранен или сильно болен, или по иным причинам не может своевременно прибыть по личному требованию императора, то распоряжением главы императорской канцелярии создаётся специальная комиссия, которая и направляется в графство для выяснения обстоятельств дела», то есть, чтобы решить проблему на месте! А это значит, что у нас появится ещё немного времени! – девушка с победным видом оглядела присутствующих.

– Все верно, Сенди, – улыбнулась Илона, – ваше знание законов меня искренне восхищает!

– А пока соберут комиссию, пока она доберётся до графства, пройдёт дней пять… или шесть, – задумчиво заключил Умар. – Можно ещё дополнительно посодействовать, так сказать, замедлению процесса. Думаю, это будет нам стоить тысячи две золотых.

– Деньги – это правильно! – тут же согласился с ним Идар и уточнил: – Сенди, выдашь?

– Хорошо, – кивнула та в ответ и сделала пометку в своей папке.

– А знаете, господа, – подал голос Рампил, – в Старграде очень давно не было профилактических работ в портальной башне! Хи-хи-хи, – засмеялся глава гильдии, – пора этот пробел устранить.

– Только, пожалуйста, не в Светлояре! – тут же умоляюще вскинулся Умар. – Сами же знаете, какой у нас сейчас товарооборот идет с соседями!

– Ну-у, – неопределённо покачал ладошкой Рампил, – м-м-м… нет. В Светлояре всё нормально.

– От Светлояра до столицы конному почти неделя, а дилижансом и того больше будет, – протянул Хисий и на радостной ноте завершил первую часть собрания: – Этого будет достаточно, чтобы найти Алекса!

– А если нет? – на всякий случай уточнил мастер Юл.

– Вот тогда не знаю, – честно сознался Хисий и, в свою очередь, предложил: – будем ускорять внедрение безликих в соединения императорских войск…

Окраина Проклятого леса. Дракон Татс

Вскоре после того, как Татс и Генвас благополучно доставили Новую Жизнь в Долину Рождения, был срочно созван полный круг Совета Знающих. На этом Совете все действия, совершенные двумя драконами для защиты Новой Жизни, единогласно были признаны абсолютно своевременными, правомерными и, в целом, вполне адекватными возникшей угрозе. Однако, затем, в последующих выступлениях членов Совета, были подвергнуты резкой критике заверения Генваса О`Лака о том, что Алекс, граф Андер, является действующим Наместником. Но затем за Генваса вступились его отец с дядькой О`Грохом, а позже к ним присоединилась ещё и Сапра Вирт, заявившая, что Зеркало мира тоже подтверждает недавнее появление Наместника. После продолжительных дебатов, Совет, большинством голосов, всё-таки одобрил предложение Генваса О`Лака об организации в графстве Андер постоянного присутствия драконов, а старый Су-Ракал Адх был назначен его первым Смотрящим.

Су-Ракал этому, конечно, был безмерно рад, но теперь ему требовалось встретиться с хозяином графства и вынести своё окончательное решение о том, является ли Алекс Андер Наместником, или же это утверждение Генваса О`Лака не соответствует действительности.

После завершения Совета и Татс, и Генвас сразу же вернулись в графство. Но если Генвас О`Лак явно спешил к своей любимой, то Татсу, в принципе, было всё равно, куда лететь, лишь бы не оставаться в гнезде. Там было скучно, муторно и довольно голодно, а Татс по-прежнему ненавидел рыбу.

Зато в графстве ежедневно, то есть, буквально, каждый день!!! – ему привозили свежую тушу бычка. И Татс искренне наслаждался такой жизнью, пока, на исходе третьего дня, вдруг не понял, что даже для его мощного организма, еды всё-таки слишком много. Дома, в гнезде, он лакомился мясом, в лучшем случае, раз в месяц, а всё остальное время его рацион составляли противные, но крайне полезные морские обитатели.

А ещё Татс вдруг осознал, что жить в людских землях довольно интересно, а временами даже весело! Жители близлежащих деревень как-то слишком быстро успокоились и привыкли к огромным соседям. Когда же выяснилось, что и Татс, и старый Су–Ракал хорошо понимают всеобщий, то между драконами и людьми установились вполне дружелюбные отношения.

Уже через пару недель после прибытия, вездесущие деревенские мальчишки на спор залезали на спину Татсу, когда тот, по мнению проказников, очень крепко спал. А ведь Татс был хорошим воином, и даже во сне мог отлично контролировать окружающее его пространство!

Он всё видел и чувствовал, но дракону нравились эти сорванцы, которые перебарывали страх, граничащий с ужасом, карабкались на его спину, пыхтя и ругаясь совсем не детскими словами.

Татс уважал умение победить свой страх, поэтому уважал пацанов. По крайней мере тех, кто, подскуливая от ужаса, упорно лез вверх, цепляясь маленькими ладошками за чешую дракона.

Очень скоро «в гости к драконам» стала заглядывать и молодёжь постарше. Пусть не каждый день, но вечерами десять–двенадцать юношей и девушек с шумом появлялись на полянке, разводили огонь и веселились, прыгали через костер, пели песни, шутили и смеялись, излучая просто море вкусной и чистой энергии. И Татс Мари Ри, и Су-Ракал Адх со временем полюбили такие посиделки, наполнявшие саму их сущность радостью, теплом и прочими столь же возвышенными чувствами.

А потом среди людей вдруг возник слух, что если подержаться рукой за клык дракона и загадать при этом желание, то оно вскоре обязательно сбудется. Когда эту мысль озвучили Татсу, тот долго не мог понять, чего же от него всё-таки хотят, и жаждущим «исполнения желаний» пришлось обращаться напрямую к Генвасу. В итоге, тот всё-таки сумел убедить своего товарища, что ничего страшного, обидного или оскорбительного в подобной просьбе нет, и даже ухитрился извлечь из нового обычая выгоду лично для Татса – в уплату за разрешение подержаться за драконий клык, требовалось основательно задобрить самого дракона! И вот тогда на полянку стали прибывать потоком запечённые гуси, пироги с грибами, пироги с мясом и прочие домашние разносолы. Татс продолжал наслаждаться жизнью, но вот от пирогов с рыбой наотрез отказывался.

С умилением Татс Мари Ру сначала выслушивал просьбы юных девушек, чтобы «воо-от тот парень» обратил на них своё внимание, а потом невозмутимо внимал просьбам тех самых парней, чтобы «та девушка» не отвергла его. Принесенная ими еда шла приятным фоном для размышлений.

«Странные эти люди, – не раз удивлялся Татс, – почему бы им не поговорить напрямую? Разве обязательно для этого придумывать какое-то волшебство?»

В общем, Татс, как раз, предавался послеобеденной дрёме, после ежедневного бычка, когда в его безмятежный сон вторгся знакомый голос Изонды Чик Хар:

«Держу пари, ты либо спишь, либо ешь!»

«А что в этом плохого? – лениво поинтересовался Татс, хотя сон как рукой сняло. – Завидуешь?»

«Есть немного, – не стала лукавить Изонда, – второй день бездельем маюсь. У тебя это хотя бы службой называют!» – хихикнула драконица.

«Ну, так прилетай в гости, – в свою очередь предложил дракон, – эти люди такие забавные… Тебе обязательно понравится!»

«Может, попозже… – пообещала Изонда. – У Эмарисс опять проблемы, не могу её одну оставить. Там Генвас случайно в гнездо не собирается?»

«Какое там! Его теперь ничем отсюда не выгонишь – у него любовь! – хмыкнул Татс. – Никогда бы не подумал, что дракон может так смешно выглядеть! Он носится со своей Намин, почти как мы с Новой Жизнью».

«Ну, значит, девушка стоящая! – не поддержала его шутку Изонда. – У этих О`Лаков любовь, похоже, наследственное и сезонное явление!»

«Ха–ха–ха… – рассмеялся Татс, а потом, замолчав, уточнил: – Это ты про что?»

«Про Эмарисс, Мать её Природа… У неё тут тоже любовь внезапно приключилась. Только она сначала решила выкинуть эти чувства из своей души, а теперь удивляется, почему же вдруг стало так пусто!»

«Знаешь, Изонда, ты только не смейся…, – предупредил дракон. – Я вот тут за людьми наблюдаю, и что-то мне всё чаще и чаще кажется, что между ними и живородящими есть вполне заметное сходство».

«А я и не смеюсь, – успокоила того собеседница. – Может, ты и прав, Татс».

Такая её непривычная покладистость очень порадовала дракона. Ему откровенно нравилась Изонда, да и сама она, вроде бы, была не против их общения.

«Точно, точно… Вот, смотри! Намин, женщина Генваса, ребёнка носит…»

«Быстро же это у них!» – перебила Изонда.

«Ты не поняла. Ребенок не Генваса, а графа этого, на землях которого мы живём. Ну, его еще Наместником Генвас провозгласил. Поняла?»

«Ну, вроде бы…»

«Вот Генвас и говорит, что как Алекса найдут, будет биться с ним за право быть отцом ребенка Намин. Вот скажи – зачем?! Если Алекс и есть Наместник, то он пришибёт Генваса одним взглядом. И при этом Генвас бьёт себя в грудь, доказывая, что он и Алекс чуть ли не братья. Всё-таки странные они, живородящие», – продолжал рассуждать Татс.

«Как, говоришь-то, графа вашего звать? Алексом?» – переспросила Изонда.

«Да, вроде так. А что?»

«Имя-то редкое. Возлюбленного Эмарисс, кстати, тоже Алексом звали. Может, это один и тот же?»

«Да вряд ли, местного Алекса уже больше месяца по всему миру ищут и найти не могут. Не то к демонам уехал и там пропал, не то к оркам, точно не помню», – возразил Татс.

«Татс, попозже поболтаем. Мне тут срочно кое-что проверить нужно!» – неожиданно свернула разговор Изонда.

«Ну, ладно…», – только и успел сказать Татс до того, как связь с драконицей пропала.

Замок Алекса. Трапезная. Общее собрание

– Теперь нужно решить, как искать Алекса! – продолжил собрание Хисий. – ЗАК сейчас ведет постоянное наблюдение за местностью, откуда он пропал. Какие ещё будут предложения?

Судя по возникшей в трапезной заминке, особых идей у присутствующих не было.

– А какие могут быть предложения? – негромко проговорил Идар. –Будем искать! Не мог же он бесследно исчезнуть! Вот, по спирали от последней точки разойдёмся в три стороны, посмотрим, и снова ждать будем. А там, может, он сам весточку для нас передаст.

– Я, кажется, знаю, где искать Алекса, – неожиданно произнёс Генвас О`Лак. Недоумённые взгляды всех присутствующих скрестились на драконе, причём такой же озадаченный вид имела и сидящая рядом Намин.

– Мне только нужно пару минут, чтобы переговорить со своей сестрой, – сообщил дракон.

– Хорошо, подождём, – за всех согласился Идар.

– Эмарисс, милая, ответь мне на пару вопросов, – проговорил Генвас, и взгляд его застыл.

«Что случилось?» – усталый, скорее даже тусклый, женский голос одновременно возник в головах всех участников собрания. В трапезной раздались тихие возгласы, удивленные – со стороны очно присутствующих на собрании, и вопросительные – со стороны иллюзий Илоны, Умара и Рампила. Как оказалось, они не имели возможности слышать общую трансляцию и теперь с нетерпением ожидали окончания сеанса связи.

– Расскажи мне про Алекса! – потребовал дракон. – Где ты видела его в последний раз?

«Я не хочу о нём говорить! – отрезала Эмарисс. – Но откуда ты узнал? Изонда сказала?! А ведь она обещала мне молчать».

– Эмарисс, ты не поняла, я не прошу тебя! – жёстко перебил её Генвас и, сделав паузу, повторил ещё раз: – Расскажи мне про Алекса всё, что ты знаешь. Ты услышала меня?

«Мать Природа, да что же вы все пристали ко мне с этим Алексом?!»

– Эмарисс!!!

«Я больше не чувствую его. Нет, он не умер, это бы я сразу поняла. Мать Природа наказала его любовью ко мне. А я в этом не виновата! Я просто хотела спасти ему жизнь!»

Зула, Милёна и Марианна одновременно ойкнули, но Хисий быстро «придавил» их тяжёлым взглядом.

– Где ты его встретила? – задал вопрос Генвас.

«Он дрался с Калециосом. Алексу тогда здорово досталось, и я его потом лечила, – все-таки начала рассказывать Эмарисс. – А когда мы с Изондой улетали, он был вполне здоров, и я не знаю, куда он отправился дальше».

– Где это было? Где ты его оставила? – во второй раз спросил Генвас.

«Мы расстались недалеко от Льдистого озера, на реке. Там ещё рядом каскад порогов. Послушай, брат, а почему ты спрашиваешь меня про этого человека? Между нами ничего не было. Это его любовь, а не моя! К чему все эти вопросы?»

– Эмарисс, у меня перед Алексом долг жизни. А сейчас он пропал. Это достаточное основание для моих расспросов?

«Да. Чем я могу помочь?» – тут же переспросила Эмарисс.

– Раз ты его лечила, то у тебя должна остаться связь с ним. Если ты почувствуешь хотя бы его тень, хотя бы просто намёк на его стим, сразу же сообщи мне. Обещай мне!

«Обещаю», – с облегчением согласилась Эмарисс.

Генвас встряхнул головой, возвращаясь к реальности:

– Я знаю, где находится Льдистое озеро. Оттуда мы пройдём по реке до порогов, а там уже будем искать Алекса по следу.

– Господа, – заставил всех вздрогнуть раздавшийся ниоткуда голос ЗАКа, так похожий на голос самого хозяина замка, – позвольте мне максимально ускорить наши поиски? Я могу в режиме онлайн создать голограмму Огненных гор с видом из космоса, чтобы нам было удобнее ориентироваться, а Генвас уточнит на ней примерную локализацию нужного места.

Это предложение почему-то осталось без ответа, а кто-то вдруг нервно закашлялся.

– ЗАК… А это ты, прости, о чем? – на правах старшего, все-таки уточнил Хисий.

Прямо над поверхностью слегка разорённого в процессе совещания стола возникла голубоватая дымка, а потом на ней проступили очертания гор, так как их видят в полете драконы.

– На этой иллюзии представлен вид Огненных гор сверху. Генвас, если ты сможешь указать здесь точное расположение Льдистого озера, я смогу доставить туда мобильный портал, а затем переправить любую из групп поиска, – еще раз пояснил ЗАК свою мысль, но теперь уже на языке, вполне понятном местным аборигенам.

Гномьи горы. Рудник ассанитиса. Алекс

– Веста? – с трудом выдавил я, очень надеясь, что это выверты моего личного восприятия, а не объективная реальность. Очередное видение…

– Узнал! – всхлипнула девушка и добавила: – Дядя Сиплый, он узнал меня!

В ответ раздался рвотный кашель моего, внезапно подавившегося кашей, сокамерника. Девушка быстро вскочила на ноги и, зачерпнув воды из скособоченного деревянного ведра, подала видавший виды черпак, все ещё не отдышавшемуся Сиплому:

– Ну, вот, что ж вы торопитесь? Попейте, вам полегче будет!

– Кхе… кхе- кхе… ничо… ага… – с паузами продолжал откашливаться страдалец, принимая воду.

Принцесса, присев около корзины, достала и протянула ему прикрытую тряпицей миску:

– А это вам. Вижу, кашу вы уже нашли. А вот супчик я для Алекса возьму, хорошо?

– Бери-бери, дочка… кхе-кхе, ты не думай, я тут сам могу…

Веста опять опустилась на колени рядом со мной, открывая небольшой котелок с плотной крышкой:

– Нужно покушать, мой хороший, – ласково, как маленькому, приговаривала она. – Ты так давно не ел, проголодался ведь. А я тебя покормлю, – девушка быстро отвернулась, хлюпнула носом, стерла ладошкой слезу и слишком бодрым голосом продолжила: – А вот дядька Ус дал мне большую порцию супчика, говорит…

– Как ты тут оказалась?! – перебил я её. – Почему тут?

– Я не знаю, мой родной, я плохо помню, – тихо ответила девушка, кидая быстрый взгляд на нашего соседа, – пришли воины, арестовали, привезли сюда.

– Понятно, – хмыкнул я и повысил голос, – слышь, Сиплый? Вроде как, за тобой идут!

– Да? – засуетился узник и тоже прислушался. – И вправду как, идут… А можа, не за мной?

– За тобой, уж поверь, – криво улыбнулся я, так как мой слух меня еще ни разу не подводил.

– А вдруг ты прав?! А там ужин уже закончился! – он начал стремительно набивать рот, шумно запивая водой куски из миски.

– Дядя Сиплый, да не торопитесь же вы так. Опять ведь подавитесь, – пожалела того принцесса.

– Ничо-ничо, а то до утра голодным сидеть не хочу, – не слушал её Сиплый.

– Алекс, а ты сможешь сам покушать? – поинтересовалась девушка.

– Легко, – кивнул я, принимая котелок из рук принцессы.

Девушка дала мне ложку и опять повернулась к корзине. Достав оттуда маленький плотный свёрток, протянула его Сиплому в руки:

– Это сухари вам, немного… Возьмите.

– Храни тебя Единый, – тепло отозвался мужчина, принимая подарок, – эт мне очень кстати.

Я попробовал «супчик»… Ну да, конечно, приходилось едать баланду и получше, однако мой желудок сейчас однозначно настаивал на добавке.

– …а мы-то тут ничем не хуже, – стал слышен голос одного из приближающихся охранников, – да и платят тут совсем неплохо.

– Платят-то, конечно, платят, – согласился с ним другой голос. – Ежели бы не эта мразь по забоям, то и вовсе было бы отлично!

Ещё пока невидимые нам гномы весело рассмеялись.

Мы притихли. Сиплый, в своей набедренной повязке, судорожно пытался упрятать сухари, я методично работал ложкой, Веста же присела рядышком и, не отрываясь, смотрела на меня.

Оба охранника, с солидными дубинками, похожими на палки из бамбука, и фонарями в руках, остановились у входа в наш забой.

– А ты глянь, Нимгир-то очухался! – удивленно проговорил первый гном. – Ну, юродивая дает, мужика с того света, можно сказать, вернула!

– Мда-а… Во! А вот пускай теперь Мароец-то Кувалда проставляется! – радостно предложил другой.

– Точно, – поддержал его первый, – с него ж грозились вычесть за прибитого доходягу. Раз не вычли, точно, пусть проставляется! – и гномы опять расхохотались, явно довольные своим остроумием и дальнейшими перспективами.

– Ну что, Сиплый, осознал? – отсмеявшись, спросил тот, что справа.

– Могу ещё посидеть… – мой сокамерник сделал честные глаза. – Я даже как-то и привык…

– Нечева тут рассиживаться! – зло заорал левый. – У нас тут нахлебников не держат! Давай сюда ногу!

Гном достал из-за спины какой-то хитрый механизм, слегка похожий на огромные клещи, а Сиплый послушно выставил вперёд ногу с цепью. Не торопясь, гном приноровился своим инструментом к браслету и нажал на ручки. Звякнула упавшая цепь, а по полу звонко покатилась сорванная заклёпка.

– Всё, – точно охотник ружьё, охранник привычно закинул чудо-приспособление обратно на спину и толкнул Сиплого, – топай, давай! Чо расселся-то?!

Узник подскочил, что-то пробурчал нам с Вестой на прощание и заковылял к выходу. Охранник двинулся за ним.

Второй гном подошёл поближе, осветил меня своим фонарем и недоверчиво покачал головой:

– Надо же, выжил, – неопределённо хмыкнул он, и ушел вслед за своим напарником.

Вскоре его шаги смолкли.

Девушка сидела неподвижно, и только я продолжал методично работать ложкой.

– А папу убили, – раздался наконец тихий голос Весты. – Это было на праздник Равновесия. Почему ты не приехал в столицу?

– Занят был, – буркнул я.

– Перед самой смертью папа связался со мной по переговорнику и сказал, что нас предали, – продолжила девушка. Её голос звучал глухим, еле слышным шёпотом.

– Странно, а мне он ничего не сказал, – вставил я.

– Ты встречался с ним? – тут же поинтересовалась Веста.

– Мельком.

– Он как будто знал, что его убьют. Мы вместе ехали на праздник, в одной карете. Он предупредил, что мне нужно опасаться КИВа…

– КИВ-то что ему сделал? – я озадаченно перебил её. – Нормальный дед!

– Не знаю, – пожала плечами принцесса, – папа говорил, что дух дворца может повлиять на разум человека. И повлиять так, что ни один маг даже не узнает.

– Это правда, – подтвердил я, основательно подчищая корочкой хлеба остатки супа.

– Папа мне тогда крестик из ассанитиса подарил, – горько улыбнулась воспоминаниям девушка. – Сказал, что это очень редкий и очень дорогой минерал, и он убережёт меня от любого ментального воздействия. А вот сейчас вокруг этого ассанитиса сколько хочешь…

– Так вот в чём дело! – наконец понял я. – Это рудник ассанитиса! Блин! Ну, конечно же! А я-то думаю, почему тут всё такое серое!!!

– Да, магия тут не работает, – подтвердила Веста. – Совсем. Я уже испробовала всё, что знала, но мне даже светлячок не зажечь.

Помолчали ещё. Я не торопил девушку, понимая, что такое вспоминать очень тяжело.

– Почему ты не захотел со мной поговорить? – наконец задала она вопрос, которого я опасался с самого начала. – Просто поговорить.

– Потому что дураком был, – хмуро ответил я. – Думал, что я больше всех знаю, всё умею и вижу всех насквозь, да на десять шагов вперед. Ну, и вообще, считал себя непобедимым.

– А сейчас?

– Если бы не ты, сдох бы, как пещерная крыса! И все мои знания и умения тут не помогли бы, – признал я очевидное.

– А я думала, что найду тебя на празднике. Мы поменялись с Викари платьями. Викари – это моя подруга, ты её не знал… Она в тот день погибла, – девушка замолчала, потом вздохнула и продолжила:

– Ты обещал Илоне, что будешь в Старграде на празднике Равновесия, и я решила, что мне необходимо встретиться с тобой и как-то объяснить своё поведение… ну, тогда, на обеде во дворце. Я поступила низко, обидев тебя. Но я же не хотела этого! – горячо добавила принцесса и тут же обречённо всхлипнула: – Хотя, теперь уже всё равно.

– Веста! – я негромко позвал её.

Девушка посмотрела на меня, ну а я постарался улыбнуться и хоть как-то утешить ее.

– Ты ни в чём не виновата. А я был занят. Действительно занят. И это были очень важные, срочные дела. Когда про праздник Илоне обещал, уже знал, что вряд ли смогу исполнить, но что уж теперь! И так вот бывает.

– Да, я знаю, – кивнула Веста и, немного помолчав, продолжила: – Там, в Королевском лесу, Зверь вырвался на волю и убил папу и ещё многих. Многих других. А я на ярмарку пошла, около города. Мне там так хорошо было! А потом папа позвонил и сказал, что нас предали. И я побежала назад, но только было уже поздно, – девушка машинально вытирала слезы, которые катились по её щекам. – Столько мёртвых я никогда не видела. Куски тел тех, кто только что шутил и смеялся. Это очень страшно!

– Ну, смерть вообще крайне неприятна, – согласился я.

– А потом я нашла свой шатёр, вернее, что от него осталось… Он просто был разодран в лоскуты. И Викари лежала на ковре. Глаза открытые, а в них удивление. Как живая. Она была в моём костюме, а вот тут, – принцесса прижала ладонь к своей груди, – вот тут у неё торчал арбалетный болт. Как цветок… И кровь… Всё вокруг было красное от крови… А рядом с Викари, прямо в этой луже крови, сидела Ксин – взгляд застывший, стеклянный, а сама дрожит, мелко-мелко так. Всё время это перед глазами.

– А если бы не поменялись платьями, то с арбалетным болтом лежала бы ты? – до меня с трудом дошел смысл её рассказа.

– Да, – глухо согласилась принцесса. – Потом прибежали воины, что-то кричали, махали оружием. Нас посадили в карету без окон и привезли сюда, – закончила свой рассказ Веста.

– И кто же это сделал? – негромко задал я риторический вопрос и сразу же попытался его уточнить: – А кто сейчас руководит империей?

– Граф Борбок провозгласил себя императором, – ответила Веста.

– Понятно, – я тоже погрузился в свои невесёлые мысли. Вот как-то совсем я не ожидал, что и в империи всё может так резко измениться.

Принцесса взяла мою ладонь:

– Алекс… Я хочу тебе сказать то, что хотела сказать еще тогда, в день Равновесия.

– А может, не нужно? – предложил я, примерно уже понимая, о чем сейчас пойдет речь.

– Нужно. Когда я попала в это место, я жутко боялась… А потом просто устала бояться. Я теперь понимаю, насколько тебе было невыносимо страшно, когда ты попал в Дикий лес. Но ты не сдался, ты выживал, потому что были те, кому ты дорог и те, кто ждал тебя, несмотря ни на что, – от волнения у принцессы перехватило дыхание, она сглотнула и продолжила. – Тогда, в академии, ты не знал, что я принцесса и признался мне в любви перед всеми. Та песня до сих пор снится мне. Я не поверила, что такое со мной произошло! Что такое вообще бывает. Здесь никого нет, но я хочу ответить тебе…