Китайский конфликт

Пролог

В помещении штаба русского экспедиционного корпуса воцарилась напряженная тишина. Пять офицеров от старшего лейтенанта до подполковника напряженно смотрели то на занимающие почти всю поверхность стола карты, то друг на друга, но никто не решался действовать первым. Слишком высоки были риски, и слишком многое стояло на кону.

– Грхм-кхм… – Прочистив пересохшее вдруг горло обладатель самого высокого ранга оглядел собравшихся и остался, в целом, доволен увиденным. Несмотря на идущую полную ходом войну, пусть даже стыдливо именую дипломатами всего лишь конфликтом, собравшиеся здесь и сейчас представители разных родов войск могли бы украсить собою любой парад. На выглаженных мундирах с нанесенными в полагающихся местах знаками принадлежности к тем или иным благородным родам не имелось ни пятнышка, выражение мужественных лиц демонстрировало полную уверенность в себе и своих силах, наградные ордена, рукояти оружия или личные артефакты блестели в свече свечей словно звездочки. Огорчало дослужившегося до высокого чина магистра магии земли только одно, а именно имеющийся на руках расклад. – Вскрываемся, господа? Пара семерок.

– Два ведьмака. – С широкой усмешкой раскрыл свои карты лейтенант воздушного флота. Видимо он до сего момента полагал, что ему достались самые худшие карты за этим столом и был рад даже почетному второму месту с конца.

– А у меня целых три… Но всего лишь пятерки. – С тяжким вздохом признал артиллерист, подкручивая вросший в левую сторону голову раструб искусственного уха. К сожалению, несмотря ни на какую защитную магию, работающие с крупнокалиберными и дальнобойными орудиями люди рано или поздно глохли. А зачастую также слепли и теряли обоняние. Вырастить новую барабанную перепонку шутя сумел бы любой нормальный целитель, да и с глазами он бы возился лишь немного дольше… Но не тогда, когда нежную человеческую плоть калечили не банальные звуковые колебания или едкие пары, а эманации разрушительной и злой магии, вырывавшиеся из не совсем идеально изолированных снарядов.

– Хе-хе… – Усмехнулся облаченный в простую белую мантию волхв, безуспешно пытаясь спрятать в своей длинной бороде торжествующий оскал. – А у меня – аж целых четыре магистра!

– Тьфу ты, блин! А я то думал, с раскладом подфартило… – Не сдержал своего разочарования последний участник партии в покер, носящий характерный для кавалеристов мундир и, не потрудившись даже показать соперникам свои карты, швырнул их в груду отбоя. Впрочем, его чувства собравшиеся здесь и сейчас за карточным столом прекрасно понимали. Служителю древних славянских богов действительно выпала одна из сильнейших возможных комбинаций, перебить которую могли бы лишь архимагистры или архимаги.

– Что-нибудь новенького в последние дни случилось? – Поинтересовался между делом волхв, сгребая выигрыш в свой крман. – Я последнюю неделю было слегка занят, помогая архимагистру с подготовкой к жертвоприношениям.

– Все по-прежнему, крупных сражений нет, и не предвидится. – Пожал плечами подполковник, распечатывая новую колоду, еще спрятанную внутри фабричной упаковки. Все присутствующие были магами, впрочем неодаренные вообще редко могли занять офицерскую должность, а потому могли даже без применения активных заклятий отследить уже использованные карты по аурным следам. – Войска по цитаделям да крупным городам сидят, а носятся туда-сюда и режутся друг с другом лишь малые отряды.

– Да, позиционная четырехсторонняя война дело такое. – Понимающе покивал его собеседник, поправляя заметно оттопырившийся карман. Из предыдущих шести партий он выиграл три, что невольно заставляло задуматься, а не провел ли служитель древних богов незадолго до начала игры какой-нибудь ритуал, призванный повысить его удачу. – Кто первый по крупному облажается, на того все остальные и навалятся, чтобы конкурента на части разорвать и только потом между собой начать разбираться.

– Эм, а вы уже участвовали в подобном? – Осторожно поинтересовался авиатор. – Когда это было, а то я чего-то не упомню?

– Так еще во Вторую Мировую, когда мне только-только двадцать исполнилось. – Охотно пояснил волхв, оказавший ветераном даже не прошлого, а позапрошлого глобального конфликта. Впрочем, удивляться этому не стоило, маги живут долго. В основном, пока их не убьют, что сделать не так то и просто. А некоторые, самые сильные и талантливые, вообще могли не тревожиться о таких мелочах как ход времени или простреленное пулей сердце. – Году примерно на седьмом, когда австрияки напролом к Москве ломились, англичане у нас Кавказ почти отобрать сумели, а Крым опять османы себе обратно отжали.

– Да, определенное сходство с нынешней ситауацией, несомненно, имеет место. – Согласился геомант, начиная раздавать карты. – Впрочем, сейчас дела обстоят намного лучше, чем тогда. Все же мы не у себя дома, а в Китае.

– В империи Золотого Дракона. – Педантично поправил его артиллерист. – Местные через одного обижаются, когда мы их страну неправильно называем, пусть даже на своем языке.

– Не суть важно. Главное, что от родных краев война на сей раз идет далеко, и это не наши города периодически горят, попадают под бомбардировку с воздуха или становятся целью для стратегических заклятий. – Отмахнулся от него представитель воздушного флота. – И мы тут даже не как захватчики, а как представители пришедшей на помощь союзной державы…Ну, по крайней мере, так считают в Пекине и северной части Китая.

– А мнение остальных нас и не интересует, раз центр продался японцам и англичанам, а запад ударился в самодержавный национализм и призывает вырезать всех иностранцев без разбора, хотя с тамошним претендентом на императорский трон мы вообще-то особо не ссорились. – Пожал плечами волхв. – Жалко, что занявшая юг Китая нежить с ними как-то вяловато цапается…Ну да я не удивлен. Ворон ворону глаз не выклюет, особенно если один из этих воронов пусть и дохлый, но весьма активно шевелится.

– Ой, господа, хватит уже. Мне разговоры на подобные темы еще месяц назад осточертеть успели. – Поморщился кавалерист. – Лучше послушайте, что я скажу. Какой-то выскочка из выслужившихся ведьмаков прямо у нас под боком, где-то на окраине Нанкина, больницу для бедных открыл! Лечит китайцев даже не за медь, а за работу! Причем и нелюдям на порог не указывает.

– Странный малый. – Потер подбородок геомант, закончивший раздавать карты. – Хотя, может, он просто контуженный? Одного моего знакомого после близкого взрыва снаряда почему-то на театр потянуло…И ладно бы он просто актрис там высматривал, так ведь нет, действительно полюбил смотреть на представления.

– Кажется, я знаю, о ком идет речь. Это Олег Коробейников, слышал о нем и его клинике для бедных. – Неуверенно протянул волхв, внимательно изучая доставшийся ему расклад. – Довольно талантливый юноша, помимо прочих дисциплин освоивший некромантию. И его дважды ловили на призыве высших демонов.

– А, ну тогда понятно. Китайских бедняков даже их собственные власти не считают. Десятком меньше или даже сотней… – Протянул лейтенант воздушного флота. – Кто заметит то? Хм, ну так что, продолжаем игру?

Глава 1

О том как герой отбивается, ругается и несет убытки из-за чужих разборок

– Пошли вон! Уроды! Уберите от меня свои грязные лапы! – Олег отбивался от наседающей на него толпы как мог, а мог он плохо, поскольку из всех конечностей боевой маг третьего ранга в данный момент пользовался только ногами. Увы, щедро отвешиваемые им пинки на рвущихся к его телу китайцев оказывали меньший эффект, чем выговоры на коррумпированного политика, чей семейный бюджет был вполне сравним с таковым у какого-нибудь не слишком богатого государства. Идущие первыми еще пытались притормозить и увернуться от машущих в их сторону тяжелых армейских ботинок, но напирающие на них задние ряды угрозы не видели, а потому и не останавливались. И магию сейчас чародей тоже в ход пустить не мог, его личные резервы еще со вчерашнего дня показывали дно, а ни одного артефакта с собой в данный момент как назло не оказалось. Ну не ожидал он, что на него накинутся по дороге из раздевалки в операционную неведомо как просочившиеся внутрь больницы жители Нанкина. – Анна! Доброслава! Ко мне! На помощь! Ну, хоть кто-нибудь!!!

Однако воззвания Олега о помощи так и остались не услышанными. Рвущиеся к телу волшебника обитатели Нанкина захлестнули его, как морской прилив, окружили со всех сторон, повисли гирями на ногах, вцепились в полы одежды. Те, кому места у чародея не хватило, тянулись через плечи и головы своих товарищей, чтобы хотя бы дотронуться до русского боевого мага.

– В очередь, сукины дети, в очередь! – Отчаянным голосом взвыл Олег, вынужденно пуская окровавленные руки в ход и отталкивая от своего лица чью-то слюнявую физиономию, тем самым безнадежно переводя надетые на свои ладони стерильные перчатки в категорию если и не мусора, так вещей требующих длительной и вдумчивой стирки с последующим кипячением. Да и обляпанными ими белый халат ждала та же судьба, прежде чем в него снова можно будет облачаться во время операций. Набросившиеся на чародея китайцы принадлежали к наиболее бедным слоям населения Нанкина, а потому практически поголовно щеголяли на своих физиономиях и лохмотьях грязью, о происхождении которой даже думать лишний раз не хотелось. И – Не знаю, каких бредней вы обо мне наслушались, но каждый вылеченный чирей придется отрабатывать! Халявы не будет! Сначала вы запишитесь на лечение, потом дождетесь свой очереди, мой секретарь назначат вам отработку, и только после это попадете ко мне прием!

Кричал Олег вроде бы на официальном для жителей Империи Золотого Дракона диалекте китайском языке…Во всяком случае, в обрушившейся на него лавине причитаний, воззваний, просьб, предложений о вечном служении, заверений в собственной преданности, молитв и пожеланий всего самого лучшего, уже изученные слова боевой маг различал в большом количестве. Однако отцепляться от целителя, устроившего единственную на сегодняшний день в Нанкине больницу для бедных, люди все равно не спешили. Видимо считали его святым, который и мухи не обидит. И очень зря! Едва не погребенный под волной немытых и галдящих тел Олег был уже очень близок к тому, чтобы потратить остатки своей магии на круговую волну огненных искр, способных оставить после себя на память очень болезненные и долгозаживающие ожоги. Вот только применять боевые заклинания ему так и не пришлось. Но вряд ли его несостоявшиеся жертвы сочли бы обрушившуюся на их головы альтернативу более предпочтительной, ведь переломы заживают намного дольше.

Из дальнего конца коридора, где была расположена душевая, появилось замотанное в желтое полотенце как в римскую тогу тело. Причем ширины оно было такой, что перегораживало собою практически весь проход. Отбрасывая зловещие блики мокрой лысиной, весящий никак не меньше полутора центнеров толстяк стал набирать разгон, непостижимым образом умудряясь действовать не только довольно быстро, но и абсолютно бесшумно. Впрочем, поскольку он был магом, причем специализирующимся помимо всего прочего именно на незаметности до самого последнего момента магом-егерем, удивляться этому не приходилось. Словно паровоз обладатель выдающегося вперед на полметра пуза и многочисленных жировых складок врезался в толпу и мгновенно сшиб на землю не меньше десятка человек. Основную массу уложило тараном, но трех или четырех приласкало более напоминающим небольшой арбуз пудовым кулаком. Пухлые руки грозно сопящего толстяка замелькали в воздухе так быстро, что человеческий глаз почти не успевал за ними уследить, а помещение наполнилось звуками очень похожими на те, которые бывают, если на кухне отбивать мясо. Только намного громче. Застонать или вскрикнуть попавшие под удар китайцы, как правило, не успевали.

Избиваемая с тылу и довольно быстро сокращающаяся в размерах толпа заволновалась как кипящее масло, в которое щедро плеснули водой. Бедняки Нанкина не очень-то отличались от бедняков любой другой части света, нарушение законов и драки для них были столь же привычным явлением, как непогода. Найти среди них тех, кто ходил бы без ножей или более серьезного оружия в городе, который за время гражданской войны уже несколько раз переходил из рук в руки, оказалось бы очень затруднительно. И, видя как тела их товарищей разлетаются от замотанного в полотенце толстяка в разные стороны, либо же ложатся ему под ноги, самые буйные и агрессивные из них немедленно пустили его в ход. Сверкнула сталь лезвий, метнувшиеся к своему противнику с разных сторон китайцы нанесли кто режущий, а кто колющий удары…И смогли добиться того, чтобы тот отшатнулся назад, судорожно прижимая руки к пытающейся сползти с него яркой тряпке. Жировые складки защищали своего обладателя немногим хуже кольчуги, из оставшихся на месте соприкосновения стали и плоти едва заметных глазу ранок выступило так мало крови, что её могло бы не хватить, чтобы насытить одного единственного топора.

– Олег, ты чего сам стоишь то как истукан? – Недовольно осведомился толстяк, придерживая разрезанное полотенце, норовящее окончательно развалиться на куски и оставить его в чем мать родила. Кто-то из жаждущих исцеления оборванец, как оказалось, скрывал в своей одежде небольшой однозарядный кремниевый пистолет. К счастью, запрятал он его так далеко в штаны, что пока извлекал наружу, своей возней привлек внимание Олега. Мысленно выругавшись чародей сконцентрировал все свое внимание на оружии, которое уже пытались направить в сторону его лысого друга, а после выдернул то из рук владельца при помощи телекинеза. К сожалению, конструкция этого явно самодельного устройства не предусматривала предохранителя, да и вообще оказалась довольно ненадежной и сработала даже от не слишком-то сильного толчка. С громким грохотом и большущим облаком дыма, выдающим использование низкокачественного самодельного пороха, зависший в воздухе пистолет плюнул свинцовой пулей в потолок. Вот только из-за низкой скорости полета кусочек металла не застрял в окрашенных досках, а отрикошетил от них прямо в середину груди пришедшего на выручку боевому магу толстяка. Оценить лысого парня теперь сумел бы любой желающий, так как сплющившийся металлический кусочек застрял в грудных мышцах цели, не сумев углубиться в плоть глубже, чем на пару миллиметров. – Ай, блин, больно! Ну, все, ханурики! Теперь я действительно зол!

– Стефан, стой! – Попытался остановить своего друга Олег, видя, как узкие глаза сибирского татарина с примесью польской крови наливаются кровью, а в руках материализуются энергетические проекции двух коротких кривых клинков. Егеря, вообще-то, считались специалистами по незаметному перемещению и метким выстрелам зачарованными пулями с безопасной дистанции, но парочке трюков на случай внезапной сшибки с неприятелем посреди узкой лесной тропинки их тоже учили. – Я же потом задолбаюсь их лечить! Ты знаешь, как тяжело пришивать на место отрубленные руки и ноги, особенно если не знаешь, где чья?!

– Закопать будет проще и быстрее! Или вообще по деревьям перед входом развесить, другим уродам в назидание! – В толстяке явно взыграла кровь его дальних предков, среди которых между прочим и сам Чингисхан затесался. Впрочем, какое-то влияние слова Олега все же оказали, поскольку энергетические проекции клинков исчезли, и снова месить своих противников толстяк принялся голыми руками. Попытки сопротивления оборванцев даже не принимались им во внимание, тем более что драться в тесном строю тоже надо уметь. Толкающиеся и мешающие друг другу люди становились легкой добычей, а некоторые из них пытаясь зацепить Стефана наносили удары по своим собственным товарищам. Особенно больших успехов достиг в этом какой-то детина с нунчаками, уже в третий раз пытающийся закрутить в воздухе своим оружием эффектную петлю, но с неизменным успехом вышибающий от трех до пяти зубов у тех, кто оказался на пути полета окованной железом дубинки. – Третий раз уже такое безобразие! Если охрана у входа не найдет для меня какие-нибудь ну очень убедительные оправдания, то я их урою так же как и этих ушлепков!

– Возможно, пора для настолько радикальных мер действительно настала. – С печальным вздохом был вынужден согласиться Олег, а потом пнул между ног того из оборванцев, кто как-то слишком уж плотно на него наседал, заодно руками прохлопывая возможное местонахождение карманов. За свой кошелек чародей не беспокоился, поскольку тот лежал аж на другом этаже, но усилия воришки не остались без награды. При помощи заклятия из арсенала целителей волшебник мог усилить свои мускулы в несколько раз, а потому теперь вызвавший его раздражение китаец сможет очень много сэкономить на ставших ему ненужными женщинах как минимум ближайшие полгода. – Тем более те кадры, которые недостаточно дисциплинированы и разумны, чтобы простую очередь на лечение высидеть, нам все равно не нужны.

Нанося удар открытой ладонью в солнечной сплетение следующему оборванцу, Олег мысленно констатировал, что за последнюю пару лет определенно изменился не в лучшую сторону. Он даже стал куда лучше понимать мысли, моральные критерии и образ действий обитателей этого мира, для которых словосочетание «ценность человеческой жизни» было чем-то из области работорговли. Увы, вернуться обратно к интернету, презумпции невиновности и политике ядерного сдерживания глобальных конфликтов не представлялось возможным. Во-первых, родное тело под управлением заключившего сделку с демоном юного чернокнижника могло либо натворить каких-нибудь безобразий, либо вообще коньки отбросить, а во-вторых, у него в данном измерении как-то сами собой появились беременная жена, верные друзья и небольшой капитал. Ну а еще магия, но вроде бы способность творить заклинания была завязана на энергетическую оболочку самого Олега, а следовательно при обратном обмене душами имела все шансы сохраниться.

Конец разборкам с прорвавшимся внутрь больницы оборванцами положили две закованные в металл женские фигуры, появившиеся из ведущей на лестницу двери и вломившиеся в ряды китайцев как грузовики в толпу демонстрантов. Вернее, закована в металл была только одна из фигур, та которая поменьше, сгорбленная и на бегу принимала промежуточное обличье между человеком и волком, всеми оборотнями называемое боевой формой. Облегающий её словно вторая кожа древний артефактный доспех был предназначен именно для представителей данной расы, а потому нисколько не стеснял движений. А вот вторая дама, вынужденная пригибаться чтобы не расшибить своей башкой потолок и старающаяся двигаться предельно аккуратно, дабы никого по полу случайно не размазать и не нагружать уборщиков крайне трудоемкой работой, целиком состояла из разнообразных сплавов, ибо являлась автоматроном. Человекообразные механизмы, которым возможность думать и действовать придавал отпечаток чьей-то души, по большей части могли считаться полуразумными…Однако отдельные их представители все-таки перешагивали через некую незримую черту, обретая личность, пусть и изрядно отличающуюся от того, кто послужил «донором». В России таким существам церковь даже продавала справки, уравнивающие своих обладателей с прочими подданными императора, а вот в других странах отношение было, как правило, более предвзятым.

– Судя по тому, как долго я не мог до вас доораться, у нас что-то случилось. – Уверенно констатировал Олег, разглядывая груду стонущих тел у своих ног.

– Это еще мягко сказано. У нас мрак, кошмар и ужас. – Рыкнула Доброслава, постепенно меняя форму с закованного в темно-синюю облегающую броню чудовища на закованную в точно такие же доспехи девушку весьма соблазнительных очертаний. И довольно свободного поведения. До тех пор, пока у изгнанной кащенитки не появились меняющие размер вместе с нею латы, она предпочитала ходить голой или почти голой, чтобы одежда не мешала трансформации.

– Ох. – Олег понял, что нормального ответа от своей любовницы сейчас не добьется. Крайне гибкий метаболизм оборотней делал их крайне живучими и выносливыми созданиями, но он же придавал перевертышам некую излишнюю вспыльчивость и импульсивность. Проще говоря, на них ни с того ни с сего с точки зрения человека могла найти агрессивность. Или, что случалось намного реже, какое-нибудь другое эмоциональное состояние, на время превращающая живую машину смерти в воющего на луну меланхолика или бегающего за бабочками с высунутым языком восторженного щенка. Нельзя сказать, что представители данной расы в подобном состоянии полностью теряли адекватность…Однако общаться с ними в такие моменты становилось сущим мучением. – Комиссар, лучше вы докладывайте.

– Сегодня с утра один из представителей семейства Полозьевых и по совместительству наш штатный повар решил покинуть отряд, поскольку накануне переообщался с каким-то буддийским монахом и решил переосмыслить свою жизнь. Но его родня решила спасать парня, а потому напоила до полусмерти и потащила в бордель, чтобы вышибить из башки всю эту дурь. – Процедила одетая в мундир ныне несуществующей страны автоматрон своим отдающим металлом голосом, выразительно кривя серебряную маску лица. Сделанная несколько десятилетий назад, в ту пору, когда Россия этого измерения была республикой и славилась на весь мир своим народовластием и революционным учением научно-магического атеизма, она крайне неодобрительно относилась к проявлениям любой религии. Сильнее бывший командир абордажной группы ненавидела разве только представителей аристократии, предавших свою присягу, устроивших монархическую ревоюцию и получивших за свои труды от новоиспеченного императора земли, деньги и титулы. – Обед сегодня на весь отряд приходится готовить мне. А Доброслава помогает, поскольку иначе в срок не успеть.

– Ну, это даже неплохо, обязательно возьму сегодня двойную порцию. Если честно сказать, я еще не встречал никого, кто готовил бы вкуснее чем ты, Анна. – Расплылся в довольной улыбке Стефан, а после с размаху наступил ногой на кисть правой руки того оборванца, который пытался его пристрелить. Хрустнули кости. Теперь данной конечностью травмированный китаец вряд ли смог бы поднять нечто менее габаритное, чем кирпич. Да и то только после того, как переломы срастутся. – Становится понятно, откуда этот мусор здесь взялся. Либо подкупили привратников, либо вообще вырубили, чтобы под ногами не мешались. А вторая линия обороны по техническим причинам на кухню оказалась передислоцирована.

– Аргх! Доброслава! Скажи пациенту, что операция на его позвоночнике переносится как минимум на час! – Зарычал Олег не хуже оборотня, а потом направился к лестнице, ведущей на нижние этажи. Хирургический халат и перчатки он, подумав, решил не снимать. Существовала отнюдь не маленькая вероятность, что эти предметы обихода сегодня все-таки придется отстирывать от крови. – Пойду проверю, что там с этими идиотами. Лечить их надо или выгонять к чертовой бабушке.

– Спорим, что второе? – Азартно предложил Стефан, вновь скрываясь в душе. – На щелбан?

– Ищи идиота. – Фыркнул Олег, отнюдь не собирающийся страдать ни за что. – Учитывая статистику прошлых случаев, вероятность удачного для нас исхода всего около тридцати процентов.

– Так может, прикроем благотворительность? – Прокричал ему в спину вновь высунувшийся наружу Стефан, успевший намылить себе голову. – Итак одни расходы от неё, за этот месяц уже целых шестьсот пятьдесят рублей убытка.

– Ну уж нет! – Возмутился подобному предложению боевой маг третьего ранга. – Того, что может дать нам моя клиника, нигде больше в Нанкине мы не возьмем! Да и в Росси без чего-то подобного тоже, если на то пошло…

Планы лечить людей за деньги Олег вынашивал довольно давно. Практически с самого выступления русского экспедиционного корпуса, если уж на то пошло. Все же основной целью участия боевого мага третьего ранга было даже не разбогатеть, а выйти из официальной цепочки командования, возглавив собственный вольный отряд. Теперь активировать расположенную на шее и способную оторвать голову клеймо-татуировку армейского контрактника могли лишь очень немногие люди, относящиеся к высшему командованию. Однако и против денег чародей ничего не имел, только добывать их собирался несколько альтернативными способами, при которых и совесть спит спокойно, и риска для жизни нет. Изначальным поводом для выступления в поход была объявлена месть архимагистра Саввы обидевшему его японскому клану? Да, нехорошо поступили самураи, напав на пограничный пост, украв дочь одного из сильнейших чародеев России и принеся её в жертву. Вот только наемники, которых древний волхв созвал под свои знамена откуда только можно, отправились воевать отнюдь не из чувства солидарности. И Олег исключением не являлся. Просто интересовали его не трофеи и не плата за головы кровников архимагистра. Впрочем, для многих других обещанная безутешным отцом щедрая награда, скорее всего, тоже являлась лишь приятным побочным бонусом. Иначе бы вряд ли в состав русского экспедиционного корпуса вошли некоторые армейские подразделения и числящаяся сильнейшей геоманткой планеты Хозяйка Медной Горы. Сдвинуть их с места могли только политические причины. Например, вольготно чувствующие себя на территории Китая интервенты из Японии, Англии и Южной Америки. Получить вместо могущественной нейтральной державы у восточных границ марионтеку недружественного России режима Москва не желала. А ошеломляющих масштабов рассадник нежити – тем более.