Последний связной

Глава 15. День второй

Утром за ним заехал Владимир, что бы отвезти к зданию бизнес центра, огромному, как гора. Майкл поднялся в лифте на нужный этаж, и девушка офис-менеджер проводила его в кабинет Ричарда Хиса.

Ричард бросился навстречу, и они обнялись: – Привет дружище, куда ты делся там в Вашингтоне?

– Потом расскажу.

– А у нас столько всего случилось! Мы тебя в тот день искали – была общая тревога. Всех служащих собрали и предложили лететь в Россию; разрешено было даже взять с собой близких родственников из Вашингтона.

В общем, в течение дня, всех кого нашли, посадили в автобусы и в аэропорт, а на следующий день мы уже были в Москве. По прилете сообщили, что ожидается падение метеора и огромное цунами.

– Все были в панике?

– Никто еще не понял, масштабов бедствия. Для многих это выглядит как приключение.

– Ричард, а как же мое задание, ведь я должен передать русским … – начал напоминать Майкл, но Хиз испуганно оглянулся на входную дверь и прижал палец к губам.

– Через десять минут совещание, пойдем пока, поговорим в коридоре, – сказал он шепотом.

Они вышли в коридор, и Ричард начал разговор, но говорил он тихо и замолкал совсем, когда в коридоре появлялись люди.

– Раз ты так говоришь о встрече с русскими, значит, к тебе еще не обращались: возможно, обойдутся без тебя, ведь контакты с могут быть задублированы, – сказал он полушепотом.

– В любом случае не волнуйся – если будет нужно, раздастся звонок в твоем телефоне, и приятный голос скажет: Алло Майкл! Говорит диспетчер, сделай кое-что для нас. Или же к тебе подойдет незнакомый человек, назовет пароль и попросит пройти с ним.

Майк, поверь, если бы я знал больше, то тебе сказал бы. Но я тоже не знаю многого, да и лишнего знать не хочу.

– Ричард, а правительство не знает о наших планах? – спросил Майкл.

– Скорее делает вид, что не знает.

– И никто не арестован?

– А зачем? Те люди, которых мы хотим эвакуировать, тоже пригодятся президенту, в качестве верноподданных граждан. А пока, между нами молчаливое соглашение: правительства не трогает нас, а мы не агитируем против него, с ним не соперничаем. Есть такой принцип: не буди спящую собаку, и она тебя не укусит.

– Значит, для нас никакой опасности нет?

– В группе риска, я думаю, те, кто уж совсем лезет на рожон, и действуют через голову правительства с зарубежьем. Или слишком много знают.

– Такие, как я, – подумал Майкл и спросил: – А мы с тобой?

– У тебя на руках, наверное, свежие карты с данными о катастрофе, если наши спецслужбы узнают об этом, они попытаются пресечь утечку.

С другой стороны, спецслужбы большинства стран, крупных монополии, да и просто богатые миро сего, отдали бы любые деньги, что бы узнать о судьбе своих богатств. Так что, надеюсь, про тебя никто не узнает.

А что бы, случайная фраза нас с тобой не похоронила, не будем больше болтать в коридоре, ведь даже у стен могут быть уши.

– За мной следят, какие-то люди, – признался Майкл, вспомнив двоих из отеля, которые торчали возле его номера.

– Они делают это открыто? – переспросил Ричард.

– Да, стоят всегда в нескольких ярдах. И в отеле и на улице.

– Это русская ФСБ. Они охраняют тебя, а заодно следят.

– Они мне надоели! – признался Майкл.

– Можно заявить русским протест, и они снимут охрану. Но я тебе делать этого не советую. Пока они рядом, тебя никто не тронет.

– Ричард, а могу я тебя спросить: улетать с Земли обязательно?

– Решай сам: на тебя забронировано три места, а космодромы в полной готовности: они есть и в Америке и России – с русскими у нас соглашение по обмену. Если до 10 сентября ты решишься лететь, сообщи диспетчеру и тобой займется служба эвакуации.

– А как решил ты? – спросил Майкл.

– Майкл, у меня сестренка маленькая, и ее в космос не потащишь, поэтому я рискну остаться. К тому же, по последним данным, главный удар придется на Атлантику, а Москва, от побережья океана далеко и волны цунами здесь не так страшны. Если в России и грохнется несколько камней, то в Москве полно бомбоубежищ: тут, глубоко под землей, лежит целый город, построенный еще СССР на случай ядерной войны.

– Ричард, я решил вызвать в Россию свою мать. Мы тоже останемся в Москве, – сообщил Майкл.

– Отлично. Пусть только прилетает быстрее: если будет задержка с регулярными рейсами, то мы через Тони устроим ей место в самолете вне расписания.

– Ричард, а могу я узнать еще: этот номер в отеле, он мой надолго? – спросил Майкл.

– Живи в свое удовольствие, пока про него не вспомнят: я специально тебя там поселил. А сейчас подключайся к работе: через десять минут в конференц-зале будет встреча с русскими. Хотим получить у них отчет по Вьюкосу.

– Что, покупаем компанию? – поинтересовался Майкл.

– Покупаем пакет акций, что бы у нас стало 25%. Но и до этого далеко – русское правительство, должно одобрить сделку; а пока мы, как акционеры, требуем полный отчет по активам компании.

– Ричард, да разве нам сейчас до торговли? – переспросил Майкл.

Хис задумался, но ненадолго: – Майк, в таком положении каждая страна выплывает, как может. Я и сам не знаю, что будет со мной через пару дней, но хочу, что бы Америка сохранила, свою мощь. И деньги тут не в счет, ведь они могут обесцениться, а энергоносители будут в цене всегда. Возможно, и выживут лишь страны, владеющие газом и нефтью. А пока, если других вопросов у тебя нет – пойдем, я представлю тебя начальнику русского отдела.

Они зашли в конференц-зал, и Ричард подвел Майкла к невысокому, лысоватому, чисто выбритому, служаке лет 50, в синем старомодном, сшитом идеально по фигуре костюме:

– Познакомься, это Майер Хидинг, твой прямой начальник.

Майер Хидинг был, похоже, из тех классных специалистов, которые отлично знали свою предметную область, но в себе так уверены не были.

Это было заметно по лицу, которое краснело у него от волнения, каждый раз, когда Майер обращался к очередному собеседнику.

– Майкл, мне очень приятно, – начал трясти руку Кондора порозовевший Хидинг. – Хочу подтвердить свою лояльность Высшему совету Избранных и президенту Америки.

Потом, улучив момент, зашептал Майклу почти на ухо: – Майк! Если, что не так – обращайся сразу ко мне. Вместе мы можем контролировать все русское направление.

– Хорошо, Мистер Хиддинг, будем сотрудничать, – согласился Майкл.

– Мистер Сноу говорил тебе, что нас всех ожидает, ведь тебе, как Избранному, должны были сообщить? – спросил Хиддинг.

– Что именно сообщить? – переспросил Майкл, изображая из себя идиота.

А Хиддинг посмотрел недоверчиво: – Если не знаешь, то скоро скажут.

Ты решил, где будешь жить?

– Возьму кредит и куплю дом.

– Не затягивай – ты должен сделать все за три дня. А сейчас скажи: есть ли у тебя ко мне личные просьбы?

– Мистер Хидинг, можно закрепить за мной водителя Владимира? – попросил Майкл.

– Майкл, машин не хватает, – поморщился Майер, – личные водители есть только у топ менеджеров, а остальные просто берут свободную машину. Ну, да ладно, тебе, как Избранному, так и быть, я даю персональную – бери и пользуйся.

Он помолчал немного и спросил совершенно не в тему: – Майкл, ты пробовал местную кухню?

– Она вкусная, но ее слишком много, – признался Майкл.

– Вот–вот, – Майер неожиданно икнул, покраснел и посоветовал печально: – У русских за вечер может быть дюжина перемен блюд, они заставляют, есть, а говорят, что это хлебосольство. Майк, это шантаж, ты должен держаться!

А Майкл, вспомнил водителя, который пичкал его вчера воблой, шашлыками, пончиками, борщом и все это без всякого разбора, огромными порциями и вперемешку с алкоголем. Если все русские такие обжоры, то должны быть толстыми. Наверное, и он станет толстым, пожив в России. Хотя Володя, толстым все же не был.

– Ну вот, они опять идут! – зашептал Майер, а в двери конференц-зала вошли русские, активные и веселые, а среди них красивая девушка, лет двадцати пяти, но и она толстой не была, а выглядела напротив очень изящно.

– Чья-то секретарша, – подумал Майкл. – И где это начальники, берут таких красивых женщин.

– Внимание, меня зовут Наталья Воронцова. Я пресс секретарь, Вьюкоса, – сказала русская на хорошем английском, дождавшись, когда стихнут голоса, и все обратят на нее внимание: – У меня есть сообщение: в пятницу в бизнес центре состоятся торжества, по поводу юбилея компании. Мы приглашаем на вечер всех сотрудников министерства энергетики США. Сейчас я раздам пригласительные билеты и подарки от нашей фирмы – мобильные телефоны.

Она двинулась, не спеша, будто Золушка на балу, среди потерянных, лишенных счастья иметь собственную королеву мужчин, раздавая по пути, пластиковые пакеты с подарками из нарядной цветочной корзинки:

– Клин Иствуд, это Вам от компании Вьюкос.

– Майер Хидинг! Это Вам!

– Смотри, первый раз вижу, это что – серебряный гравированный корпус? Тут картинки со сценами русской охоты, – удивленно зашептал на ухо Майку Хидинг.

– Мистер Кондор? – подошла Воронцова теперь к Майку, глядя ему в глаза.

– Что она спрашивает? – мелькнуло у Майкла в голове: он остолбенело, смотрел на пресс секретаря.

– Мистер, как вы себя чувствуете? – спросила Воронцова.

– Вы Майкл Кондор? – повторила она строго, так строго она ни с кем еще не говорила.

– Да! – ответил он. – А вы та самая Воронцова?

Он сказал так, что бы задержать ее взгляд – зеленые глаза, пушистые ресницы.

– Это вам, – сказала она, передавая ему пакет, и он тут же уронил свой подарок, а когда наклонился за ним, оказался лицо к лицу с Воронцовой – вместе они поднимали упавший пакет. Ее мягкие волосы, коснулись щеки Майкла и словно обожгли огнем ему лицо, а красивые губы притягивали как магнит.

Майкл слышал, что человеку достаточно семи секунд, для того, что бы понять, нравится ли ему субъект противоположенного пола. В этот раз ему понадобился один миг – Воронцова, ему точно понравилась.

– Мистер, прекратите отнимать у меня пакет, – сказала она.

– Это же мой подарок! – возразил Майкл.

– Ну и берите его тогда, – разрешила она. – Там, в памяти мобильного, номера всех служб нашей компании и всех ключевых менеджеров

– А телефона пресс службы там нет? – спросил Майкл.

– Конечно же, есть, – ответила Воронцова, а щечки у нее покраснели, наверное, из–за вынужденного поклона.

– Насчет этих телефонов она сказала только мне, – подумал вдруг Майкл.

– Хорошо звучит, – сказал Хидинг, проигрывая мелодию звонка на телефоне.

– Да, голос у нее мелодичный, – подтвердил Майкл, пряча свой телефон.

– Мистер Кондор, мы приглашаем Вас в пятницу на торжества,

– напомнила Воронцова. – Не опаздывайте!

Она говорила так, будто приглашение касалось только его.

А в зал, тем временем, вошли русские и американские боссы: Тони Сноу, несколько русских из правления Вьюкоса и Минпромэнерго, а с ними охранник с дипломатом, пристегнутым стальной цепочкой к его руке.

– Минуту внимания. Надеюсь что, все, кого нет в списках, покинули помещение: сейчас прервется телефонная связь, – объявил председатель собрания.

Он нажал кнопку на пульте и в зале зажегся искусственный свет, а в окнах помещения опустились металлические шторы, издаивающие едва слышное потрескивание – это пламенный разряд гасил радиоволны, исключая прослушивание переговоров извне.

Охранник открыл дипломат и достал из него, как бесценный алмаз, кристалл памяти, который тут же вставил в считывающее устройство.

– Здесь у нас база данных по активам Вьюкоса, – сказал русский босс.

– Копия базы будет передана американской стороне. А сейчас, я вкратце, перечислю основные месторождения, где ведется разработка.

Он перечислил месторождения, их дебит, количество буровых скважин, пропускную способность трубопроводов во Владивосток и Шанхай.

Все это Майкл читал уже в отчетах и графиках несколько дней назад, когда знакомился с информацией.

– Каковы запасы месторождения Штокмановское-2, его стоимость?

– Запасы – двести триллионов кубических метров, стоимость сегодня не обсуждается.

– У кого-нибудь есть вопросы?

– Какова котировка акций Вьюкоса на Московской бирже была вчера в момент закрытия торгов? – спросил кто-то из Американцев.

– Вчера акции компании на торги не выставлялись.

– Какой пакет акций компания может предложить на продажу?

Слово взял русский чиновник: – Господа, мы выходим за тему сегодняшней встречи. Если вопросов больше нет – предлагаю разойтись.

Русские ушли, а к микрофону, вышел руководитель службы безопасности Американской стороны:

– Леди и джентльмены! Прошу сдать телефоны, подаренные вам, для проверки их на предмет обнаружения подслушивающих устройств. Они будут вам возвращены через несколько дней.

Сотрудник службы безопасности с корзинкой обошел весь зал, собирая урожай мобильных телефонов, и вышел из зала, оставив на руках открытки–приглашения.

– Смысла нет в такой проверке, – сказал Майкл Хидингу. – Если даже поймают все вирусы, то программу мобильника легко поменять снова через сеть, во время его работы: тогда он опять будет прослушиваться.

– Потому нам и предписано – не разговаривать на служебные темы вне американской зоны бизнес центра, тем более, по сотовым телефонам, – напомнил Хидинг.

А в президиум быстро прошел Тони Сноу:

– Внимание! Всем менеджерам срочная работа – вы должны сверить данные русских, с тем, что лежит в наших базах. Каждый проверяет ту часть, за которую отвечает. Хидинг и Кондор проверяют итоги и догладывают мне.

Все принялись за работу, менеджеры сверили свои отчеты, и покинули конференц-зал, теперь в помещении остались Кондор, Хидинг и Тони.

– Ну что, общий отчет готов? – спросил Тони.

– Активы у русских только увеличились, – доложил Хиддинг.

– Великолепно! – потирал Тони руки, всем видом напоминая охотничью собаку, принявшую стойку. – У нас есть еще три дня на покупку русских активов. Есть правда осложнения: русские не хотят больше продавать свои ресурсы за банкноты.

– За что же, тогда? – спросил Кондор.

– За золото. Ну, ничего, завтра мы возьмем их за задницу: в Мурманск прибыл корабль с золотыми слитками прямиком из Форт-Нокс.

– Сэр. Я думал, что деньги никогда не покидают своих хранилищ, в банках, а просто меняют хозяев, – рискнул спросить Майкл.

– Тут особый случай – русские непременно хотят получить за нефть и газ золотом в своем порту. Теперь 2 тысячи тонн золота станут русскими, но мы взамен получим акции и концессию на разработку месторождения газа.

– Сколько же золота еще надо на русские контракты? У нас столько есть? – не сдержался Майкл.

– Столько нет, поэтому нужно напрячься. Теперь наша главная сделка компания Вьюкос. Покупаем ее акции, сколько сможем. Слушайте меня оба – мне нужна вся информация про русских: кто из них блокирует сделку, каковы решения правления компании и позиция русских чиновников. Здесь помогут протоколы совещаний правления или хотя бы устная информация о позиции каждого члена правления.

– Как же получить такую информацию?

– За деньги, конечно же. Тут может помочь и знакомство с топ менеджером, и контакт с его секретаршей. Дарите подарки, обещайте работу в нашем Министерстве, а как дойдет дело до денег, называйте мне любую сумму, и вы ее получите. Теперь ваша главная цель контакты с русскими

– Мистер Сноу, а как же рабочий график в отделе? – спросил Майкл.

– Собирайтесь на конкретные деловые встречи. Если нет работы – не дергайте людей. А это Вам на представительские расходы.

Тони Сноу выдал обоим толстые конверты с деньгами и вышел.

– Ну и что мы будем теперь делать с приказом Сноу? – спросил Майкл у Хидинга.

– Давай, пока, выполнять распоряжение – я встречусь с русскими, которых знаю, а ты знакомься с их секретаршами, раз ты молодой и интересный. Кстати, как тебе начальница их пресс службы, госпожа Воронцова?

– Почему он спросил, наверное, что-то заметил? – подумал Майкл, но Хидинг смотрел на него бесхитростными глазами.

– А где у русских офис? – спросил Майкл.

– Их главный офис на несколько этажей выше. Работают они до шести вечера, кстати, – посмотрел Хидинг на часы, – в это время у русских обед и можно пообщаться с ними в неформальной обстановке.

– Спасибо за информацию, я пошел, – сказал Майкл.

– Иди, иди! И оторвись сегодня за нас стариков.

– Нужно накормить Владимира, к тому же он будет переводить, – решил Майкл, понимая, что это скорее повод, чтобы не идти в чужую фирму одному и позвонил шоферу: – Владимир, ты знаешь, где офис Вьюкоса?

– Да, на сто восьмидесятом этаже.

– Тогда, поднимайся быстро на сто восьмидесятый.

– Есть шеф! – сказал Владимир.

– Прекрасно, теперь и я для кого-то стал шефом, – отметил Майкл, поднимаясь на два этажа выше. Через пару минут в лифте приехал Владимир, и они вдвоем вошли ресторан к русским.

– Мне нужно найти девушку в ресторане. Ее зовут Наталья Воронцова, – объяснил Майкл водителю.

– Сейчас сделаем. Какая она? – спросил Владимир.

– Красивая. Ее фамилия Воронцова.

– Тут много красивых, – заметил Владимир. В зале действительно было много красивых девушек.

– Очень красивая! – уточнил Майкл.

– Ну, если очень красивая, то с ней должна быть некрасивая подружка, – заметил Владимир, осматривая зал, потом спросил у кого их русских про Воронцову. Ему показали на столик в другом конце зала – там сидела Наталья за столиком вместе с другой девушкой. Та действительно была некрасивой – рыжая, веснушчатая, нескладная, похожая больше на ребенка.

Майкл приблизился к девушкам и сказал: – Здравствуйте.

Это было, одно из немногих слов, которые он знал по-русски.

– Нау. Do you speak Russian? – переспросила Воронцова.

– Знаю несколько слов, – признался Майкл,

– Давайте говорить по-английски, – предложила Наталья.

– А можно подсесть за ваш столик? – попросился Майкл.

– У вас ко мне дело или вы хотите попробовать русскую кухню? – спросила она.

– Мы зашли пообедать, – сказал Майкл, показывая на голодного Владимира.

– Обед здесь дают бесплатно для сотрудников компании и наших гостей, так что, если вас спросят – скажите, что вы мои гости. А чтобы не ждать, официанта, можете взять себе еду сами: тут шведский стол.

Они с Владимиром взяли себе поесть, и Майкл подсел к Воронцовой, а Владимир скромно приютился за соседним столом, где ему с трудом хватило места для тарелок и чашек.

– Вас ведь, кажется, зовут Майкл Кондор? – спросила Наталья, и он кивнул головой.

– А вас Воронцова? – спросил он в свою очередь.

– Да, Наталья Воронцова, а это Марина, – показала Наталья на свою рыжую соседку.

– Приятного аппетита! – сказала Марина.

Майкл съел несколько кусочков обеда и больше не стал, что бы выглядеть вечно жующим и пьющим.

– Я слышала, что вы будете завтра назначены заместителем начальника русского отдела вашего министерства, – сообщила Наталья.

– Разве? – удивился Майкл. – Впервые об этом слышу.

– Вы кажется из Нью-Йорка? Как вам нравится Москва?

– Я видел только центр. Красная площадь мне нравится! Наталья, а что вы русские делаете в свободное время?

– Я например, сегодня иду домой.

– Леди, а не могли бы вы показать мне Москву?

– Мистер Кондор, если Вам нужен экскурсовод и переводчица, я могу позвонить в отдел переводчиков, и Вам выделят человека.

– Наталью, с вами прогуляться было бы не только познавательно, но и интересно. А вечером, мы могли бы посидеть в ресторане!

– Мне надоели рестораны. Предпочитаю, посидеть дома одна, что-нибудь почитать.

– А если мы встретимся завтра? – спросил Майкл.

– Не могу обещать – вообще-то я занятая женщина.

– Мне хотелось бы надеяться!

– До свидания, мистер Кондор, – сказала Воронцова сухо.

Они с подружкой встали и направились к выходу, переговариваясь по-русски. Судя по взглядам ее подружки, разговор шел о нем.

– Володя, ты не слышал, о чем говорили девушки? – спросил Майкл.

– Да, слышал. Вот та рыжая сказала, что ты интересный парень. А та красивая, ответила, что ты слишком рафинированный. И, наверное, любишь ходить с мамой под ручку… Шеф, не теряйте время на офисных дам – мороки много. У меня есть пара девчонок на примете.

Итак, разговор с Натальей ни к чему не привел, и если бы Майклу было 17, он бы отчаялся. Однако, будучи умудренным мужчиной, он уже знал, что, новое знакомство не начинается так быстро. Нужно было, время, что бы оценить друг друга. Жаль, что этого времени почти не осталось. Жалко было и сегодняшнего вечера, который пропадал зря.

– Володя, ты сегодня не спешишь домой? – попросил он Владимира.

– Как скажите шеф.

– Подожди меня до шести вечера в комнате отдыха, а вечером мы посмотрим Москву.

Глава 16. Прогулка по Москве

Майкл вернулся в свой офис, где Майер объявил ему о назначении на должность заместителя начальника отдела. В конференц-зале срочно собрали короткое собрание и Майкла представили сотрудникам. Людей было неожиданно много – весь зал был забит до отказа.

Майкл немного рассказал о себе, Хидинг сделал несколько коротких сообщений и всех распустили по рабочим местам.

Прежде чем идти в свой новый кабинет, Майкл начал знакомиться с сотрудниками, с кем, конечно, успел, обратив внимание, на подчеркнутое почтение к своей персоне, которое появилось вдруг. Потом он навел контакты с системным администратором, осмотрел серверный центр, обошел этаж и узнал, где расположены ресторан, бар и спам центр.

А еще, постоял в курилке и, подслушав разговоры, узнал: коллег волнуют, в основном, две проблемы. Первая – поручения Хидинга, который требовал срочно завершить русские контракты, вторая – обустройство людей в России.

Затем Майкл вернулся на рабочее место. В кабинет к нему заглянул Майер, и спросил: – Майкл, ты еще на работе? Всех дел не переделаешь, иди домой, на сегодня мы закончили!

– До свидания, Майер! – попрощался Кондор. Затем он вызвал водителя в свой кабинет. Владимир зашел в комнату, когда Майкл начал собирать бумаги на столе, перед тем, как покинуть офис. Вновь зазвонил телефон, и Майкл снял трубку.

– Мистер Кондор? – говорил незнакомый голос.

– Да! – ответил Майкл.

– С тобой говорит Ален Манн, менеджер агентства 'Бастион свободы’. Ты обещал встретиться сегодня со мной по поводу приобретения недвижимости.