Трагичное предание на Хэллоуин

Он верил, что так и должно быть. Он – сын владельцев замка, а значит должен привыкать к их частому отсутствию. Но даже находясь среди этих четырех стен, он верил в другой исход.

– Почему я должен постоянно сидеть в своей комнате? Я хочу выйти, как вы! – верещал Монбери.

– Ты – сын самого графа, Монбери! Тебе не подобает так себя вести. Ты должен быть послушным и хорошо учиться.

С самого детства, хоть и привидение, но Монбери был вынужден учиться. Сначала у матери, а став постарше – у учителей-привидений. Такой была его основная обязанность, дабы не испортить репутацию своей семьи.

Наступил вечер. Как и обещала, мать Монбери оповестила сына о начале праздника. Натянув на себя накидку, Монбери спустился вместе с той к гостям.

И вновь его глазам предстали традиции, ритуальные движения и подготовленная заранее речь. Слушая каждый призрачный год подобное, Монбери одолевало желание уснуть прямо за праздничным столом.

Призакрыв один глаз, он оперся одной рукой о стул, а вторую положил для вида на стол.

“Все равно я в накидке. Никто ничего не заметит”, – подумал он и поддался одолевающему его сну. Но проспал он недолго. К счастью Монбери, он проснулся как раз в тот момент, когда гости решили отправиться встретить снег.

Легко пошатываясь, он выглянул из-за стола и вместе с остальными направился к выходу.

В нос ударил ледяной воздух. Монбери поднял глаза и увидел окружающую его синеву.

Из-за тёмно-синего неба, тень падала на выпавший снег, приятно отражая его прохладу, а укутавшиеся в снег деревья передавали атмосферу наступившей зимы.

Пройдя чуть вперед, Монбери застыл у железных ворот замка. Внешне пустые и серые, но сейчас покрытые толстым слоем сверкающего снега. Изобразив на них нечто похожее на себя, он обернулся в надежде увидеть рядом кого-то из родителей, но они, включая гостей, толпились вокруг главного входа в замок.

И вот снова это окутавшее его одиночество. Снова его никто не замечает, прямо как этого нарисованного привидения на воротах.

Еще раз оглянувшись на родителей, Монбери обидчиво поджал губы. Пусть его и накажут, но он не мог больше терпеть их безразличия. Если ему повезет, сегодняшнюю ночь он проведёт в компании человека в призрачном лесу. Уж лучше так, чем оставаться здесь и ждать когда о нем снова вспомнят.

Монбери осторожно отодвинул засов и выглянул за ворота, за которыми расстилался путь в сторону призрачного леса. Он не мог больше сдерживать любопытство, постоянно предполагая то одно, то другое. Даже если погибнет, пусть так. Но он не успокоится, пока снова не встретится с Эдди.

“Человек-друг” – 4 глава

Монбери остановился у кромки леса. Его взору тотчас бросилась часть еще непокрытых снегом деревьев и уже заледеневшая тропа. Лишь одно напрягало и расстраивало привидение – отсутствие каких-то либо человеческих следов.

Значило ли это то, что сейчас он пришел сюда зря? Вполне вероятно, если учесть, что граница миров, пусть и в смену года, почти не менялась. И все же, Монбери хотелось верить, что нет.

Пролетев чуть вперед, он вновь не увидел следов. “Вероятно, снег замел все следы”, – думал он. Увидев привидение раз, человек-враг вряд ли бы так просто отказался от него. Тем более, что если бы не зов родителей, Монбери, скорее всего бы остался.

Что-то тянуло его к человеку. Может это был простой интерес? А может и почти человеческое желание избавиться от ненавистного одиночества, путем принятия предложения Эдди о дружбе. Конечно, если оно еще было в силе.

Поблуждав немного над местом, где они с Эдди впервые встретились, Монбери устало опустился на корягу. Вокруг снова было мертвенно тихо. Монбери даже решил, будто он никогда не видел человека. Будто все, что здесь случилось, было не больше, чем игрой его глупого воображения.

Его мысли прервал уже знакомый голос. Голос, который, казалось был выдуман вместе с той потерей в лесу пару месяцев назад. Обернувшись, Монбери увидел ту же зеленую фетровую шляпу и задорную улыбку. Сомнений не было. Это был Эдди.

– Юху! – радостно восклицал он. – Я снова встретился с самим привидением!

Монбери не мог поверить в случившееся. Это и правда была не игра. Он и вправду нарушил запрет, причём уже дважды, и встретился с человеком-врагом. Это было настоящее безумие. Безумие, которое, по какой-то причине, ему нравилось.

– Ну, расскажи же мне, Монэри, – начал Эдди, – почему тебя не было столько времени? Знаешь сколько раз я приходил сюда чтобы увидеться с тобой?

Эдди обиженно скривил губы, всем видом показывая свою обиду. Скрестив руки на груди, мальчик устремил взгляд в прорези для глаз, ожидая ответа. Но Монбери молчал, находясь в раздумиях.

– Я Монбери, – только и ответило привидение, отводя взгляд от человека.

Что он мог сказать? Разве мог он посвещать человека в дела привидений? В особенности того, кому всецело не доверял?

– Хорошо, Монбери, – вновь скривил губы Эдди. – Ответь же: почему тебя так долго не было?

– Могу я не отвечать на этот вопрос? – с надеждой спросил Монбери Эдди, но застал его серьезность в лице. – Хорошо, но здесь нет ничего интересного.

Эдди выжидающе присел на корягу рядом с Монбери.

– Первое и основное – мы не можем видеться каждый день, – начал он.

– Почему?

– Потому что для встречи привидения и человека, находящихся по разные стороны баррикад, нужны определённые условия времени. Лишь в дни, когда граница между этими двумя мирами стирается, появляется возможность встретиться. Вот почему, я так долго не приходил, – наконец объяснил Монбери.

Он готов был умереть. Но хуже того, что своими неосторожными словами он подверг опасности весь потусторонний мир. Теперь, зная эти особенные дни, люди могли бы использовать их в собственных целях чтобы наконец-то избавиться от докучавших их привидений.

Монбери осенило. Что, если Эдди, оказался тогда здесь не случайно? Мог ли он быть тайным шпионом охотников на привидений? Если так, то после рассказанного, Эдди потребует немедленно сказать ему о местонахождении его семьи, а затем возьмется за других привидений!