Приключения домовенка Тимы и его друзей. Фантастическая сказка

Глава 5. Проделки маленького хулигана

На следующий день, раним утром, Тима осторожно пробрался в комнату Андрея. Первые лучи солнца золотистыми искорками рассыпались по белому махровому покрывалу, под которым сладко спал мальчик. Тима на цыпочках подошёл к постели. Склонив голову, он наблюдал за мальчиком. Руки, лежащие поверх покрывала, слегка подёргивались. Тонкие длинные пальцы музыканта отбивали такт. Улыбаясь во сне, мальчик, причмокивая пухлыми губами, повернулся на другой бок и, не замечая склонившегося над ним Тимофея, продолжал своё путешествие в царстве сладких сновидений.

Тима вздохнул и отошёл к окну. Наблюдая за прыгающими по асфальту воробьями, он о чём-то размышлял. Наконец, мордочку его осветила озорная улыбка. Он нагнулся, опёрся на передние лапы, приподнял задние и приготовился к забегу на короткую дистанцию. Резко оттолкнулся от паркета, подбежал к кровати, запрыгнул на постель и принялся скакать на ней, как на батуте. С каждым прыжком Тима поднимался всё выше и выше, насвистывая мелодию из польки, которую накануне разучивал маленький скрипач. Андрей натянул одеяло на голову, повернулся на другой бок и продолжил спать, игнорируя все попытки приятеля его разбудить. Тима не успокоился: спрыгнул на пол, наклонился над головой Андрюши, спрятанной под простыней, и во всю мощь своих лёгких закричал:

– Андрюша, подъём!

Андрей вскочил с кровати и спросонья бросился в сторону шкафа. Увидев своё отражение в зеркале, а рядом довольную мордашку Тимофея, он не на шутку рассердился. Схватил хулигана за ухо и приподнял. Тима вырвался, отбежал в дальний угол комнаты, отвернулся от Андрея и притворился, что ему действительно больно. Мальчик, нахмурившись, стоял в ночной пижаме посреди комнаты и строго смотрел на хныкающего приятеля.

– Ой-ой-ой. Больно, – повизгивал Тима, изредка бросая косые взгляды через плечо на Андрея. Мальчик, насупившись, молчал. Тима понял, обмануть приятеля не удастся. Он повернулся к мальчику и обиженно пролепетал:

– За что? Я только хотел тебя разбудить. Я не специально, – потирая пострадавшее ухо, оправдывался Тима, – Просто я боюсь, что мы опоздаем на дачу, – он принялся водить лапкой по паркету, и слёзы-горошинки покатились из его огромных глаз самым настоящим водопадом.

Мальчик подошёл к Тимоше, присел рядом и принялся тихонько дуть на ухо.

– Давай мириться, я не хотел сделать больно, – поглаживая домовёнка по голове и прижимая к груди, прошептал мальчик. – Просто в следующий раз думай и не кричи над ухом, – продолжил он гладить малыша.

– Ладно, – пробурчал Тима. – На друзей не обижаются. Сам виноват, – улыбнулся сквозь тающие слезинки маленький хулиган.

– Давай ещё поспим, – Андрюша свернулся калачиком на кровати.

– Некогда нам спать. Собираться надо, – стягивая покрывало с мальчика, поскуливал Тимофей. – Ещё подарки приготовить, ты обещал, – продолжал он причитать.

– Прячь меня в футляр для скрипки, пока Мария не проснулась.

– Успокойся, – Андрей присел на краешек кровати и опустил босые ноги на прикроватный коврик. – Мы всё успеем сделать.

– Спрячь меня пока в футляр, – продолжал ныть Тима. – Мне там будет спокойнее.

– Хочешь, полезай, а я ещё посплю, – зевнул Андрей.

Он вытащил скрипку из футляра и положил её на верхнюю полку шкафа, предусмотрительно забросав вещами. Пока мальчик прятал инструмент, Тима устроился в новом домике и довольно засопел. Мальчик закрыл футляр на защёлку и только после этого забрался в постель, досматривать утренние сны.

Проснулся Андрей от звонкого пения птиц за окном. Мария, громко шаркая по паркету, не спеша собирала вещи в соседней комнате. Мальчик на цыпочках подошёл к футляру, осторожно приоткрыл его и ласково улыбнулся. Тима сладко спал, свернувшись калачиком. Стараясь не шуметь, Андрюша закрыл футляр и начал одеваться.

В 9.30 утра Мария постучала в комнату и пригласила его завтракать. Андрей быстро съел оладьи и, не допив чай, поспешил в детскую. Он переживал: как там Тима, не душно ли ему в футляре? Домовёнок проснулся и лежал со счастливой улыбкой, терпеливо ожидая столь долгожданной поездки за город. Не успели они обменяться парой фраз, как раздалось шарканье шагов, и Мария, распахнув дверь, громко крикнула:

– Пора ехать, не забудь скрипку! Спускайся к машине!

Андрюша накинул на плечи лёгкую оранжевую ветровку с капюшоном и, щурясь от яркого весеннего солнышка, направился к выходу, предварительно захватив футляр с лежащим в нём Тимофеем. Чёрная «Нива» стояла у подъезда. Мальчик открыл заднюю дверь автомобиля, уселся на сиденье среди узлов и коробок, собранных Марией, аккуратно положил «скрипку» на колени и вспомнил, что оставил дома пакет с подарками. Андрей вскочил, бросил футляр на коробки и помчался к подъезду, пока Мария не заперла входную дверь. Он проскользнул на кухню, схватил пакет и побежал обратно.

Спустя несколько минут автомобиль нёсся прочь из города по прямой, как стрела, дороге. Не успел Андрей приоткрыть футляр, неосторожно брошенный на сиденье, как проворная, маленькая лапа схватила его за нос.

– Ой! – воскликнул мальчик.

– Что ты сказал? – Слегка прищурив глаза, Мария внимательно посмотрела в зеркало обзора на мальчика.

– Дорога хорошая, – поморщился от боли Андрей.

Как только Мария отвернулась от зеркала, Андрей показал Тиме кулак. Домовёнок распахнул футляр и выпрыгнул на заднее сиденье.

– Ты что делаешь? – зашептал мальчик.

– Еду.

Тимофей отряхнулся и забрался к Андрею на колени.

– Полезай на место.

Мальчик попытался схватить извивающегося как змея домовёнка, наклонился вперёд и больно ударился головой о спинку сиденья.

– Сам полезай, – огрызнулся Тима, отчаянно сопротивляясь.

– Тебя увидят, – зашептал мальчик и наконец схватил приятеля за шиворот.

– Что там у тебя? – Поинтересовалась Мария, вытягивая шею и заглядывая в зеркальце бокового обзора.

– Ничего, ничего, всё в порядке, – прижимая Тимошу к сидению, пробормотал мальчик.

– Может, остановиться? Ты себя нормально чувствуешь? – Мария продолжала вглядываться в зеркальное отражение.

– Всё хорошо, – выдохнул Андрей, схватил футляр и, нервно облизывая пересохшие от волнения губы, положил его на Тимофея.

Домовёнку не понравилось так сидеть. Он недовольно фыркнул и больно ущипнул мальчика. Андрюша с трудом сдержался, чтобы не закричать. Он отодвинул футляр в сторону и принялся глазами показывать Тиме, чтобы вёл себя прилично, но Тимоша совсем распоясался. Он нагло встал на задние лапы, передними опёрся о дверь машины и, прижавшись носом к стеклу, замер в немом удивлении, восхищённо провожая взглядом проносящиеся мимо поля и леса, аккуратную берёзовую рощу, раскинувшуюся на берегу маленького озера. Кое-где в перелесках виднелись разноцветные россыпи полевых цветов. Ярко-зелёное убранство леса, синее небо с проплывающими пушистыми облаками: всё это напомнило Тимоше о его прежней жизни в лесу.

«Как здорово, что я еду домой», – размышлял домовёнок.

Андрей наклонился к уху Тимофея и взволнованно прошептал:

– Спрячься. Если тебя увидит тётя, попадёт нам обоим.

Домовёнок с завидным упорством продолжал стоять на заднем сиденье. Он не реагировал ни на какие доводы приятеля. Неожиданно машина резко затормозила. Тима не удержался и упал на руки Андрея. Не поворачивая головы, Мария обратилась к мальчику:

– Подожди меня у машины. Пока ты подышишь воздухом и разомнёшься, я схожу в магазин, нужно кое- что купить.

Она вышла из автомобиля и, грузно ступая, направилась к небольшому деревянному магазинчику, расположенному у обочины. Её ноги плотно облегали сиреневые капри, которые она специально надела в дорогу. Серая мешкообразная вязаная кофта, вытянутая на локтях, свисала до колен. Мария остановилась. Мельком взглянув на машину, она уверенно продолжила своё шествие.

Тима, почувствовав приближение дома, забыл обо всех мерах предосторожности. Он открыл дверцу машины и выпрыгнул на улицу.

Андрюша выскочил вслед за маленьким непоседой. Хорошо, что в этот яркий солнечный день больше не нашлось желающих делать покупки в придорожном магазинчике. Одна за другой машины с рёвом проносились мимо, спеша поскорее покинуть пределы городского кольца. Андрей с трудом догнал Тимофея, который выбежал на площадь перед магазином, остановился и принялся с любопытством осматривать окрестности. Мальчик схватил упирающегося Тимофея за лапу и направился к машине.

– Если ты будешь продолжать хулиганить, – разозлился он, – я оставлю тебя в Кукуево. И ты ещё долго будешь искать свою маму.

Тима прислонился спиной к колесу и, медленно растягивая слова, прошептал:

– Ой, у меня голова кружится.

Раскачиваясь из стороны в сторону, он обнял Андрюшу за ногу.

– Тебя укачало?

Мальчик присел перед домовёнком и нежно прижал обманщика к груди. В его голосе звучало искреннее сочувствие.

– Можно я немного лапки разомну? – плаксиво протянул Тима, отталкивая мальчика.

– Можно, – улыбнулся Андрей, – только осторожней. Спрячься за моей спиной и подыши свежим воздухом.

– Хорошо, – пролепетал Тима, усаживаясь на ступеньку машины.

Ощущая тёплое дыхание домовёнка за своим плечом, Андрей наблюдал за входной дверью в магазин. Тимофей привстал на носочки и, выглянув из-за спины ничего не подозревающего Андрея, принялся корчить рожицы. Дверь магазина распахнулась, и появилась Мария. Домовёнок с перекошенной мордочкой замер. Он растерялся и не сразу сообразил, что нужно спрятаться. Ощутив лёгкие толчки в живот – это Андрей подталкивал его в салон автомобиля – Тима наконец догадался, что нужно поскорее забраться внутрь. Он с проворностью обезьяны вскарабкался на сиденье и с ловкостью мышонка прошмыгнул в дальний угол, чтобы укрыться за коробками. Тётушка спокойно подошла к перепуганному мальчику, поставила пакет с покупками на асфальт и, склонившись над сидящим у колеса машины Андреем, прикоснулась короткими и пухлыми, как сосиски, пальцами к его плечу.

– Может, ты сядешь вперёд?

– Не х-хочу, – Андрей от волнения начал заикаться. «Неужели она заметила Тиму? Если не увидела, тогда почему подошла так близко?» – Все эти вопросы, подобно вспышке света, проскочили в голове мальчика. Он пытался сосредоточиться, но у него ничего не получалось. Вспоминая концерты, когда в течение нескольких секунд нужно было успокоиться и выйти на сцену, мальчик наконец сумел собраться. Он поднял огромные голубые глаза на Марию.

– Всё в порядке. Не переживайте. Я просто решил немного подышать свежим воздухом.

– Хорошо, – она открыла багажник, положила в него сумки. – Хочешь, пройдём в берёзовую рощу?

Андрей неуверенно отошёл от машины. Затем резко повернулся, захлопнул дверцу автомобиля, схватил Марию за руку и потащил к магазину.

– Что с тобой, куда ты меня тащишь? – удивилась тётушка.

– Я очень хочу пить, – не задумываясь, воскликнул Андрей.

– Тогда пойдём к машине, там есть чай в термосе и минеральная вода.

– К машине? – выдохнул мальчик.

– Да что с тобой происходит? Уж не заболел ли ты?

Она положила руку на лоб мальчика, пытаясь определить, есть ли у него температура.

– Ничего, всё в порядке. Просто немного устал, – отнимая ото лба руку Марии, поморщился Андрей.

– Тогда поехали, на даче ты сможешь отдохнуть, – Мария направилась к машине, цепко держа Андрея за руку и ворча: – Ох уж эти гастроли, говорила твоим родителям, рано тебе ездить с ними по городам и странам. Нет же, он уже вырос. Куда там вырос! Ребёнку необходим нормальный сон и питание. Ничего, я быстро тебя восстановлю.

Она открыла заднюю дверцу автомобиля, поправила коробки, осмотрела сиденье и, не заметив ничего подозрительного, села за руль. Машина тронулась, а мальчик принялся осторожно ощупывать сумки с вещами. Маленького друга нигде не было. Тогда он в отчаянии прошептал:

– Тима…

На полу, рядом со спинкой водительского сиденья послышалось сопение. Тёплый платок зашевелился, из-под него появилась перепачканная шоколадом мордашка. Мальчик обрадованно улыбнулся и предложил шалунишке забраться в пустой скрипичный футляр. В этот раз домовёнок не сопротивлялся: он проворно забрался внутрь и, растянувшись на дне, засопел. Слегка прикрыв футляр, Андрей наблюдал, как Тима, положив лапу под щёку, перевернулся на правый бок и, слегка подпрыгивая на небольших ухабах, задремал. Однообразный пейзаж за окном да равномерное покачивание на заднем сиденье автомобиля сделали своё дело: мальчик уснул вместе с другом.

Глава 6. Встреча на чердаке

Андрея разбудил громкий лай собаки. Он приоткрыл глаза и увидел, как сторож, дед Матвей, с трудом оттаскивал от машины огромную кавказскую овчарку. Старик посадил её на цепь, подошёл к большим деревянным воротам и принялся возиться с массивным амбарным замком. Наконец ворота с глухим скрипом распахнулись, – и машина, мягко шурша шинами по гравию, подъехала к парадному крыльцу огромного загородного дома. Мария не спеша выбралась из «Нивы» и, с трудом отрывая отёкшие ноги от земли, подошла к каменным ступенькам, ведущим к резной дубовой двери. Позади со связкой ключей в мозолистых руках, шёл сторож. Его всклокоченная борода и длинные, до плеч, взлохмаченные седые волосы говорили о том, что сторожа застали врасплох – гостей он сегодня не ждал.

Вид у Матвея был заспанный. Одет он был в старый, местами полинявший зелёный махровый халат, под которым виднелись синие джинсы. На босых ногах красовались коричневые сандалии со стоптанным задником. Протирая глаза, Матвей, несмотря на внушительные рост и вес, легко ступал. Подошёл к входной двери и, выбрав из громадной связки довольно увесистый ключ, открыл её и жестом предложил войти в дом. Его лицо густой паутиной покрывала сеть мелких морщинок, над зелёными глазами свисали лохматые седые брови. Он улыбнулся уголками мудрых добрых глаз.

– Проходите, гости дорогие, – раскатистый громоподобный голос эхом отозвался в пустом доме.

Андрей следом за тётушкой вошёл в дом, крепко прижимая «скрипку» к груди, поднялся на второй этаж, прошёл в детскую. Поставил футляр на пол, выпустил домовёнка и побежал помогать Марии, руководившей разгрузкой машины. Тима выбрался наружу, поправил на себе расшитую рубашечку и с интересом приступил к осмотру незнакомого помещения. В углу комнаты стоял огромный чёрный рояль. С нескрываемым любопытством на хитрой мордашке домовёнок направился к инструменту, приоткрыл крышку, внимательно посмотрел на него и осторожно, поджав ушки, прикоснулся к холодной белой клавише. Рояль издал простуженный хриплый звук. Тимофей недовольно хмыкнул, закрыл крышку и побежал в противоположную сторону, к деревянной кровати. Залез на неё и принялся скакать на пружинящем матрасе. Вдоволь наигравшись, спрыгнул на дощатый пол, подошёл к окну, осторожно отодвинул в сторону цветастую ситцевую занавеску и воскликнул: «Оф!»

На клумбе за окном росли небольшие кусты, подстриженные в форме животных. За клумбой хозяйственный Матвей разбил небольшой огород. На грядках зеленели растения, укрытые плёнкой. Чуть дальше, сразу за аккуратными рядами клубники, росли: алыча, яблони, сливы, груши. Фруктовый сад раскинулся практически до самой речки. Сразу за ней начинался густой лес. От созерцания пейзажа за окном Тимошу отвлёк Андрей. – Тебе здесь нравится?

Тимофей вздрогнул, повернулся к мальчику и, с трудом подбирая слова, пробормотал: – Так себе, у меня дома лучше. – А где находится твой дом? – Кажется, вон там, за лесом. Я пока не могу сориентироваться, – растерялся Тима. – Ничего страшного, – успокоил его мальчик. – Мы обязательно найдём твоих родителей. – Правда? – обрадовался домовёнок. – Андрюша! – раздался зычный голос Марии. Послышался скрип деревянных ступенек. Дверь с грохотом распахнулась, и сторож Матвей внёс в комнату вещи мальчика.

– Ты, это, – обратился он к Андрею, – спускайся вниз, погреешься у камина. Тут ещё не скоро тепло будет. Дом за зиму отсырел.

Он поставил сумки в комнате. – Конец мая нынче дождливый и холодный. Так что спускайся.

Постукивая сандалиями о деревянный пол, Матвей медленно вышел из комнаты и направился в гостиную. Мальчик оглянулся, Тимофея нигде не было видно.

– Тима, – тихо позвал его Андрей. – Ты где? – Здесь я, здесь. Занавеска у окна зашевелилась, из-за неё появился взлохмаченный домовёнок.

– Оставайся в комнате, я скоро вернусь. – Только не задерживайся, – заволновался Тима. – А ты не теряйся и не хулигань, – шутливо пригрозив Тимоше пальцем, мальчик аккуратно закрыл за собой дверь и направился к лестнице.

Тима, как хороший домовёнок, который к тому же любил вкусно покушать, залез на табурет и, весело болтая лапками, ждал возвращения приятеля. Он усидел на одном месте ровно пять минут. Желание познакомиться с домом оказалось сильнее любви к бутербродам. Тима осторожно спустился на пол и на цыпочках, стараясь не скрипеть, подошёл к двери, открыл её и осмотрелся.

Слева был длинный коридор. Лестница с резными перилами вела на первый этаж. Тима решил исследовать другую часть дома. Ежеминутно оглядываясь по сторонам, он пошёл по гулкому сумрачному коридору. Сердце Тимоши учащённо билось, но он смело шагал вперёд, лишь изредка останавливался и прислушивался к звукам, доносившимся с первого этажа. Неожиданно перед самым носом Тимофея из вязкой темноты появилось очертание прямой лестницы без перил. Её ступеньки вели наверх. Там, под самым потолком, виднелась маленькая дверца, обитая кованым железом.

Тима осторожно наступил на первую ступеньку, долго переминался с лапки на лапку, наконец, решительно стал подниматься. Лестница под ним предательски заскрипела, но это его не остановило. Он добрался до самого верха и схватился двумя лапками за блестящую ручку, однако тяжёлая дверь не поддавалась. Упёрся в неё плечом, и та нехотя, со скрипом, распахнулась. Тима шагнул вперёд и очутился на старом чердаке. – Ух, ты! – не удержался от восклицания малыш. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь грязное, покрытое пылью, маленькое овальное окно, освещая мрачный чердак. Рядом с дверью на полу лежал развалившийся деревянный ящик, вокруг которого в беспорядке лежали покрытые многовековой пылью книги. Недалеко стоял изысканный резной шкаф, доверху набитый старинными фолиантами в кожаных переплётах. То тут, то там с потолка до пола свисала паутина. В углу над резной детской колыбелью висели пучки сухих трав. В центре чердака валялся железный котёл. Пол был усыпан пожелтевшими от времени газетами. Рядом с окном «красовалась» груда ветхого тряпья. Тима смело направился к книжному шкафу. Но вдруг домовёнок воскликнул «Ой, больно!» и запрыгал на одной лапе. Наступить на неё он не мог. Любое прикосновение вызывало сильную боль. Тима сел на пыльный пол и принялся осматривать лапу. Из розовой пятки, покрытой белым пушком, торчала колючка. Он наморщил носик, слегка прищурил глазки, прицелился и, уверенно схватив занозу, резко выдернул её из лапы. Боль отступила. Тима с интересом осмотрел струганные балки, на которых сидел. Рядом он увидел небольшую засохшую ветку, всю в колючках. «Откуда здесь акация? – удивился домовёнок. – Только у неё такие грозные колючки. Я видел её в книжке у Дормендонта. Странное место». Он встал, слегка прихрамывая, подошёл к шкафу и с нескрываемым любопытством уставился на корешки книг на полках.

«Как стать волшебником», – прочитал он на чёрном кожаном переплёте, покрытом плесенью и пылью, истёршуюся золотую надпись. «Вот это, да!» – воскликнул Тима и, протянув лапку, к заинтересовавшей его книжке, испуганно замер. За его спиной раздался шорох крыльев. Огромная тёмная тень промчалась по чердаку. Тима испуганно оглянулся и удивлённо пробормотал: «Летучая мышь. Глория учила, что делать при появлении летучей мыши? Не помню… Наверное, мы с Гордеем прогуляли тот урок. Как там поживает мой друг?» – промелькнули сумбурные воспоминания в его взлохмаченной голове. – У него всё хорошо, – прошелестело в ответ.

Тима выронил из лап книгу, которую успел взять с полки, испуганно оглянулся и прошептал: – Ты кто?

Постукивая зубами от страха – он никак не мог унять охватившую его дрожь, домовёнок осторожно привстал на цыпочки, посмотрел в тёмный угол чердака, откуда донёсся голос, и бросился к выходу. – Тима, Тима, – раздалось ему вслед. Он не оглянулся, подскочил к двери, кубарем скатился по ступенькам и, прихрамывая, помчался в детскую. Подбежал к футляру, проворно забрался в него и захлопнул за собой крышку. Лёжа внутри и вдыхая запах канифоли, он настороженно прислушивался к звукам, доносящимся снаружи. «Где же Андрей? Когда он придёт?» – волновался Тимофей, переворачиваясь с боку на бок в своём укрытии.

– Тима, ты где? – позвал кто-то. Тима обрадовался, набрал воздуха в лёгкие, чтобы закричать, но в последнюю минуту засомневался. «А если это не Андрюша, а тот неизвестный с чердака? Он знает моё имя и мог прибежать за мной в комнату». В комнате перетряхивали постель, открывали дверцы шкафа, раздвигали занавески. Тима был умным малышом, поэтому не спешил выбираться из своего укрытия.

– Не хочешь выходить – не надо. Я сам съем твой бутерброд. «Думаю, тот с чердака не стал бы мне предлагать покушать, – соображал Тимофей. – А может он пытается меня выманить?» – Вот ты где!

Скрипичный футляр легко оторвался от пола, раскрылся и Тима полетел вниз. Зажмурившись от страха, он неподвижно лежал на кровати. Поджав лапки и прижав к голове маленькие ушки, Тима упорно не открывал глаза, опасаясь увидеть нечто ужасное. Вжавшись в матрас, он не шевелился, старался дышать как можно тише, чтобы тот, с чердака, подумал, что перед ним игрушечный домовёнок. Тима не пошевелился даже тогда, когда его дёрнули за чубчик и подули в ушко. И хоть голос незнакомца был очень похож на голос мальчика, Тима продолжал жмуриться. Кто-то с силой потянул за его лапки и приподнял над кроватью. Он не сопротивлялся.

– Тима, ты не заболел?

Тимоша почувствовал знакомый запах. Уж очень он напоминал лесной аромат маек и рубашек Андрея из шкафа в городской квартире. Домовёнок осмелел, и приоткрыл один глаз. Сквозь подёргивающиеся ресницы просматривался силуэт склонившегося над ним мальчика. Тимофей облегчённо вздохнул, потянулся и сонным голосом пролепетал: – Я просто немного задремал…

Он присел на постели, прикрыл лапкой рот, притворился, что зевает, внимательно осмотрел комнату и, старательно потирая глазки, ещё раз потянулся. – Тима, не пугай меня так больше. Пойдём перекусим.

Мальчик помог ему спуститься с высокой кровати и направился к небольшому журнальному столику, расположенному у стены рядом с входной дверью. На столике, помимо чая и бутербродов, лежало несколько пирожков, увидев которые, Тима проворно заковылял к столу.

– Почему ты хромаешь? – Андрей внимательно посмотрел в глаза Тимофею. – Заноза попала, – запихивая себе целый бутерброд в рот, промычал тот. – Не спеши же ты, никто у тебя эти бутерброды не отберёт. Сколько можно объяснять, что бутерброды целиком в рот не засовывают. Их следует откусывать небольшими кусочками. – Тоже мне учитель нашёлся, я тебе не подопытный кролик, а ты не злая Машка. Как ел, так и буду есть, – проглатывая очередной бутерброд целиком, заметил Тима. – Как хочешь, – вздохнул Андрюша, убирая на антресоли футляр от скрипки. – А когда мы пойдём гулять?

– Завтра. – Как это завтра? – Тима хлопнул лапой по столу, – ты же обещал мне помочь найти мой дом! – закричал он. – Успокойся, уже поздно. Сегодня мы отдохнём. Дорога была дальняя, все устали. А завтра рано утром пойдём к дому лесника. Я узнаю у деда Матвея, где он живёт. – «А завтра», – передразнил Андрея домовёнок, – завтра тебе нужно будет заниматься музыкой! Мария узнает, что ты не взял скрипку, и не отпустит тебя гулять! Не хочешь идти на улицу, я пойду сам, – Тима демонстративно встал и направился к двери. – Иди, если хочешь. Только на кухне сейчас все обедают. Мечтаешь встретиться с Марией? Шагай. Я тебя провожать не буду. Тимофей нахмурил лоб и задумался. Его не прельщала перспектива прогулки по чужому лесу в одиночестве. Самостоятельная вылазка на чердак показала, что здесь его может подстерегать много неизвестного. Хвастаться перед Андреем своей храбростью – это одно, а отправляться в лес без друзей – совсем другое.

– Ладно, – неохотно согласился Тимофей. – Ты лучше здесь ориентируешься. Это твоя территория, – важно заметил он. – Давай сначала осмотрим дом, а потом немного погуляем или наоборот. Как ты решишь?

Андрей не обратил внимания на вопросительную интонацию, прозвучавшую в голосе Тимы, и радостно воскликнул: – Хорошо! Я только переоденусь. Мальчик направился к массивному, во всю стену, дубовому шкафу. Открыл дверцу и принялся искать любимую футболку. На полках, расположенных через равные промежутки, вперемежку лежали коробки и разноцветные пакеты. Андрей внимательно осмотрел их содержимое. Наконец на полке под антресолью нашёл жёлтую майку и синие джинсы. Брюки, белоснежная рубашка и чёрная бархатная бабочка легли на полку, а джинсы и майка оказались на мальчике. Из интеллигентного и воспитанного подростка он сразу превратился в дачного сорванца. – Поторапливайся, что ты возишься, – подгонял Андрюшу Тима, поглядывая в окно. Андрей посмотрел на себя в зеркало, расположенное на внутренней дверце шкафа. – И что ты там рассматриваешь? – ехидно сморщился Тима. – Одеваешься так долго, как на концерт. Ты ещё майку погладь. – Не вредничай, уже идём.