Я (не) в порядке

Кухонные шкафы заставлены грязной посудой из-за недавней готовки, а на плите – само блюдо. Судя по запаху – это рассольник с солёными огурцами.

За квадратным столом с тонкими ножками у стены сидит отец. Перед его носом жена убирает уже пустую тарелку и тряпкой счищает крошки хлеба. Он, как хозяин дома, ждёт своего напитка, а пока прожигает взглядом дочь в проёме.

– Почему так поздно? – спрашивает с раздражением.

– Была у Софи Павловны, – отвечает Ника, разглядывая неровности на полу.

– Ты ничего ей не сказала?

Понимая, на что намекает отец, она машет головой в стороны.

– Нет.

Мать между тем ставит на стол кружку с крепко заваренным чёрным чаем. Муж с теплотой в голосе благодарит её, затем грубо добавляет:

– Почему все считают, что бить своего ребёнка нельзя? Без ремня они ничего не понимают, а стоит наказать один раз – и он уже никогда не повторит ошибку.

– Ты прав, дорогой, – вторит ему жена и ставит на стол тарелку с печеньем, – окружающие этого не понимают.

Затем она садится напротив него с кружкой чая для себя. Всё это время её взгляд не поднимается, будто на кухне никого, кроме неё и мужа.

Отхлебнув горячего напитка, Тиран протягивает руку к дочери.

– Дневник доставай.

Ника расстёгивает рюкзак на весу, находит дневник и отдает отцу. Тот выдергивает его из рук и листает.

– Почему нет оценок? Двойку прячешь? – кидает сердитый взгляд в её сторону.

– Были вводные уроки, – пальцы впиваются в ручку портфеля.

Ещё немного полистав страницы, отец возвращает дневник.

– Телефон давай. Посмотрим, что ты сегодня делала.

Получив его, отец рыскает в нём недолго и вскоре отдаёт обратно.

– Опять музыку слушала, вместо того чтобы учиться. Смотри мне! Если из-за тебя у нас появятся проблемы или ты будешь что-то скрывать – из дома больше не выйдешь. Переведём тебя на домашнее обучение. Поняла?

Дочь кивает, продолжая смотреть в пол невидящим взглядом.

– Я не слышу!

От крика отца пульс бешено подскакивает.

– Поняла, – громко отвечает девочка с трясущейся нижней губой, понимая свою ошибку.

Мужчина тяжело вздыхает.

– Ты понимаешь, что сама виновата в том, что я повысил голос? – говорит устало. – В следующий раз говори громко, чтобы я слышал. А теперь брысь отсюда и иди делать уроки! Потом посуду помоешь за матерью.

Второй раз повторять не нужно. Ника прошмыгивает в коридор и прячется в своей спальне. Хорошо, что у отца сегодня хорошее настроение, иначе кивок вместо ответа привёл бы к плохим последствиям…

Девочка ставит портфель у стола и оглядывает свою комнатку. Помещение на самом деле очень маленькое и узкое. В нём с трудом помещается кровать, которая стоит прямо под окном с левой стороны. Напротив располагается старый шкаф со сломанной ручкой, а рядом небольшой письменный стол с лампой и учебниками.

Всё, что украшает это место – наспех наклеенные старые обои, серая накидка на одноместной кровати и кучка книг, стоящих на столе в ряд.

Игрушки, рисунки или прочие девчачьи радости родителями не приветствуются. Потому тут так пусто и темно, не считая маленького окошка с короткими шторами болотного оттенка.

Ника проходит к кровати, опускается на неё и находит в полу темную щель. Как под гипнозом, всё время она смотрит туда, не думая ни о чём. Только когда хлопает дверь, девочка вздрагивает и встаёт, чтобы выполнить все задания.

Так проходит день, и вечером ей приходится ложиться спать, уже зная, что её ждёт во сне.

***

Стоя у расписания, Ника в который раз перечитывает записку, которую только что нашла в кармане, и не понимает, откуда она там взялась.

На смятой бумажке в клетку жирной ручкой выведено: «Тебе теперь не спрятатца. Пора отвечать за то, что ты зделала».

Каждая буква очень кривая и еле читаемая. Либо кто-то сделал это специально, либо писавший не отличается особой аккуратностью и грамотностью.

В любом случае, кому и что она могла сделать, за что получила такую угрозу (иначе её не назвать)? Девочка ни с кем не ругалась и не ссорилась за всё время в школе. Разве что с Лизой. Но бывшая подруга на такое не способна. Или..?

Нет. Ника не верит, что это она.

Тогда кто? Может, ошиблись?

Внезапно Потёмкина чувствует на себе чей-то пристальный взгляд. Оторвавшись от записки, она поднимает голову и оглядывается. Мимо ходят ученики и учителя, занятые своими делами. Кто-то говорит, кто-то куда-то спешит. И никто из них не смотрит на Нику.

Тогда почему по спине пробегает холодок? Ощущение, как во сне.

Списав всё на паранойю, девочка сминает записку и кладёт её в карман, чтобы потом выкинуть. Затем она смотрит на расписание и находит следующий урок: литература в 13 кабинете.

Ещё раз оглядевшись по сторонам, она направляется в сторону нужного кабинета.

По дороге Нику продолжает преследовать чувство слежки. Как будто чей-то взгляд пытается прожечь её. Ей уже начинает казаться, что во всём виноваты тени, скользящие за прохожими. Появились из сна. Вот она пройдёт мимо них, а они оживут и помчатся вслед за ней.

Чтобы избавиться от навязчивого страха, Потёмкина пытается вспомнить где и при каких обстоятельствах записку могли подкинуть в её карман. Утром послания ещё не было. Могло ли это быть случайным совпадением?

Единственное, что приходит на память, – это стычка у лестницы, что была пять минут назад. Мальчишка из шестого класса бежал вверх по ступеням и упал, зацепив какую-то ученицу за юбку. Пока девочка кричала на него и поправляла юбку, у лестницы собралась толпа. Некоторые смеялись, другие ворчали и толкались.

Скорее всего, кто-то из них и подкинул. И в такой неразберихе могли перепутать карманы. Значит, это адресовано не ей.

Тогда кому?

Вспоминая лица, кто вообще стоял рядом с ней, Потёмкина входит в кабинет. Когда она по-привычкн смотрит на своё место, то видит новенького, сидящего и глядящего в свой телефон.

Интересно, получится ли у неё привыкнуть к соседу, чтобы не пугаться каждый раз при виде его?

Ника опускает взгляд к полу и идёт к парте. Когда она подходит, то замечает в боковом зрении, как Сафронов выключает телефон и поворачивает голову в её сторону.

Всё время, пока девочка готовится к уроку, он продолжает на неё глазеть и не отворачивается. Это начинает злить Потёмкину. Она не любит, когда за ней наблюдают.

Не в силах больше это выносить, Ника садится на стул и хмуро смотрит на парня.

– Чего смотришь?

Артём морщит лоб от задумчивости, игнорирует её вопрос и задаёт свой:

– Ты всегда такая?

Девочка опешивает от такого.

– Какая? – спрашивает, хлопая ресницами.

Парень осторожно отвечает:

– Закрытая и нервная.

От такого заявления у Ники перехватывает дыхание. Она не знает, как ответить, но быстро берёт себя в руки, чтобы не выглядеть растерянной, и после этого грубо спрашивает:

– Какая тебе, вообще, разница?

На это он пожимает плечами, но глаз не отводит, вглядываясь в её голубизну.

– Ради интереса, наверное, – отвечает Сафронов, – все твои одноклассники веселятся и шуточки шутят, а ты как изгой. Сидишь себе тихо и читаешь учебники, как будто это занимательные сказки, а не формулы по физике. Ещё и злишься, стоит тебе хоть слово сказать.

Последняя фраза звучит чуть слышно и с долей обиды.

– Даже сейчас, – продолжает он, вскинув бровь. – Смотришь так, будто хочешь мне врезать учебником по голове.

Взгляд Артёма с опаской скользит на руки девочки: они с силой впились в углы книги и даже смяли пару страниц.

Поняв, что она снова поддаётся злости, Ника резко опускает книгу.

Нет. Она не хочет принимать ничего от своего отца. Это тёмное чувство тем более.

Чтобы успокоиться, девочка прячет руки под партой, сжимает их, выдыхает через рот и, как можно спокойнее, говорит Артёму, взглянув в его глаза:

– Пожалуйста, ради интереса, не приставай ко мне и не смотри в мою сторону. И ты, кажется, говорил, что не будешь разговаривать со мной.

Они выдерживают небольшую паузу, глядя друг другу в глаза, после чего новенький сдаётся и бормочет под нос:

– Справедливо.

Звенит звонок.

Ника поднимается с места и облегчённо выдыхает. Она надеется, что Артём сдержит слово и перестанет допекать её глупыми вопросами, чтобы хотя бы в школе был покой.

Одноклассники то давно привыкли к ней, как к «тихоне», и поэтому не пристают. Вот и новенькому стоит делать тоже самое во благо всем.

В кабинет входит учитель.

– Здравствуйте! Садитесь.

Говорить-то Сафронов с Потёмкиной перестаёт, но вот смотреть в её сторону – нет.

В течении всех уроков Ника замечает его пристальный и заинтересованный взгляд. Он будто бы так и норовит получить по голове учебником. Например, на уроке физкультуры, когда девочка садится на замену.

О ней благополучно все забывают и играют сами с собой, как это обычно происходит. Потому что все знают, команда в которой будет играть Потёмкина, непременно проиграет, если не посадить её на лавочку.

И всё шло хорошо, пока команда Ники не стала перемещаться по часовой стрелке всякий раз, когда право падачи переходило к ним. Тут то Артём и заметил, что Потёмкина сидит на лавочке и не вступает в игру.

К счастью, у него не хватило духу, чтобы показать «невидимку» и тем самым вернуть её в игру.

Игнорировать его тоже тяжело. Артём хороший игрок и за ним интересно наблюдать. То, как шустро он бегает по полю и мастерски отбивает мяч, ни остаётся не замеченным даже физруком.

Только заканчивается урок, как учитель подходит к новенькому и предлагает вступить в школьную команду, чтобы ездить на соревнования.

Ника в этот момент проходит мимо них и слышит, как Сафронов отвечает:

– Спасибо, но я не хочу.

Её удивляет отказ парня. Почему, играя так хорошо, он не хочет ездить на соревнования и получать награды?

Следующий раз, когда между Артёмом и книгой остаётся один шаг, приходится на длинную перемену.

В это время ученики обычно уходят в столовую, и в кабинете становится пусто, но сегодня, как на зло, Сафронов возвращается раньше всех. Они с Никой остаются вдвоём на целых десять минут.

Парень ничего не говорит и сидит с телефоном, но этого достаточно, чтобы воздух в кабинете заискрился. Большего заряда добавляют его редкие, но меткие взгляды.

Кончики пальцев покалывают, руки тянутся к учебнику, а щеки полыхают каждый раз, когда он просто вздыхает.

Потёмкина бы ушла в библиотеку, только страх за собственную безопасность превыше нетерпения. Всё-таки она не до конца уверена в том, что записка появилась случайно, а значит, нужно как-то себя обезопасить.

Поэтому приходится прибавить громкости и укрыться в учебнике, чтобы не замечать ничего вокруг.

Так, капля за каплей, к концу учебного дня Ника уже не может терпеть ни Артёма, ни собственные вопросы о странном послании, и уж тем более одноклассников, которые частенько крутятся у её парты из-за нахального соседа.

Поэтому, когда последний урок заканчивается, она быстро собирает вещи и, торопясь, выходит из кабинета.

Так стремительно девочка вылетает из школы, что оказывается на улице первой. Она останавливается, чтобы посмотреть вдаль. В воздухе чувствуется сырость, и птицы по серому небу летают низко. Это означает, что скоро пойдёт дождь. Лучше поспешить, иначе девочка промокнет, ведь зонт она не брала с собой сегодня.

Ветер проносится по ближайшим деревьям и колышет пожелтевшие листья, срывая некоторые из них и играя с ними, пока им не надоест. Дверь позади открывается. Ника делает уверенный шаг вперёд, чтобы сбежать по лестнице, и вдруг кто-то хватает её под руки.

Не понимая, что происходит, девочка быстро перебирает ногами, пока тёмные фигуры тащат её за школу, в слепую зону, которую не видно из окон школы.

Раньше стены здесь были исписаны плохими словами и фразами, обращёнными к конкретным школьникам или учителям. Но с появлением Владислава Давыдовича всё закрасили в белый цвет. Тут же растут кусты с барбарисом, а чуть поодаль молодые берёзки.

Нику с силой толкают к стене. Учебники, находящиеся в рюкзаке, больно бьют по спине.

Дыхание перехватывает.

Когда у девочки получается выровнять дыхание, она наконец-то видит лица своих «похитителей».

Справа и слева от неё стоят две девчонки из девятого класса. Они похожи друг на друга, как близнецы. У обеих одинаково выкрашенные в чёрный цвет редкие распущенные волосы, губы очерчены тёмной помадой, глаза с длинными и корявыми стрелками, а одежда оставляет желать лучшего: рваные чёрные джинсы, какие-то вытянутые старые футболки и лёгкие куртки.

Потёмкина сразу понимает, что они здесь только пешки. Самая главная стоит впереди. Та, кого многие боятся, а другие не хотят связываться.

Королёва – блондинка из параллельного класса с шикарными локонами, в клетчатых обтягивающих штанах тёмного оттенка с цепочкой на боку, в чёрной футболке, подвязанной под топ и в тяжёлых ботильонах.

Она же – одноклассница Лизы Весенней.

Вот от кого записка.

И подкинула её одна из «близнецов». Они были тогда у лестницы в толпе.

Но что им надо?

Королёва скрещивает руки на груди, перебирает пальцами с длинными ногтями и хищно прищуривает взгляд.

– Ну что, Потёмкина? – говорит она, слегка запрокинув голову. – Ста лет не прошло, как ты передо мной. Я ведь говорила тебе, что в день, когда ты потеряешь всех, встретишь меня. Что? Уже успела забыть?

Сначала Ника не понимает, о чём та говорит. Они никогда не пересекались и не конфликтовали. Потёмкина вообще старалась держаться от неё как можно дальше. Подруга… Бывшая подруга постоянно предупреждала её, на что способна «стерва» – такое прозвище ей дали в школе.

И тут память подкидывает девочке далёкое воспоминание, произошедшее тёплым октябрём в шестом классе…

С последнего урока звенит звонок. В проёме кабинета показывается Весенняя в школьном сарафане и с портфелем на спине. Её светло-русые волосы, собранные в высокий хвост, разлохмачены и смешно сверкают в солнечных лучах.

– Ника! Ты всё ещё копаешься?! Давай быстрее!

Лиза вбегает в уже пустой кабинет и помогает своей подруге собрать вещи, пока та дописывает домашнее задание в дневник.

– Мы зря теряем время! – бурчит она. – Вечно ты медлишь. Торопись! Нас ждут выходные у меня дома. Я столько фильмов нашла! Будем смотреть их до самой ночи. Быстрей же!

Вдвоём у девочек быстро получается собрать учебники. И вот Весенняя хватает подружку за локоть и утягивает из кабинета.

Когда они заворачивают за угол на всей скорости, Ника оборачивается, услышав своё имя, и в этот самый момент врезается в кого-то. Они обе падают на пол.

– АЙ! – громкий крик проносится по всей школе.

Потёмкина открывает глаза и садится. Потирая спину, она видит впереди девочку со светлыми распущенными волосами в брюках и блузке.

Лиза подскакивает к своей подруге и помогает ей встать, а незнакомой девочке говорит:

– Королёва, зачем так кричать? Не так это и больно.

– А вот и больно! – протестует Королёва.

Она встаёт с пола самостоятельно, после чего отряхивает одежду и смотрит по сторонам. В паре шагах от неё лежит телефон с наклейкой кролика на заднем корпусе.

– Ты как? – спрашивает Лиза у Ники.

Та кивает и бормочет, что всё хорошо, но её перебивает гневный крик:

– Потёмкина! Я тебя сейчас прибью!

Громко крича, Королёва набрасывается на Нику. Лиза еле успевает вступиться за подругу, крикнув своей однокласснице в ответ:

– С дуба рухнула такое говорить?! Подумаешь, на экране трещина. У тебя родители богатые – новый купят. А Нику мне кто покупать будет? Усмирись!

Королёва поджимает губы и едва сдерживает крупные слёзы. На её телефоне небольшая трещина в верхнем углу.

– Вы ничего не понимаете, – гневно смотрит она на испуганную Нику. – Родители подарили мне его на Новый год и сказали, что если с ним что-то случится, они не будут покупать новый. Это всё ты виновата, Потёмкина!

– Ничего она не виновата! – на защиту снова вступает Весенняя, заслонив подругу собой и выставив руки в стороны, – нужно было чехол надеть. Тогда ничего бы не произошло! И не смей угрожать моей лучшей подруге, иначе будешь иметь дело со мной! Всё! Пошли, Ника!

Лиза хватает подругу за руку и ведёт прочь. А когда Ника проходит мимо Королёвой, слышит в свой адрес:

– Когда ты останешься одна, я тебе отомщу.

– По глазам вижу, что вспомнила, – насмешливо проговаривает блондинка, – я из-за тебя весь год ходила со сломанным телефоном. Мало того, что надо мной смеялись, так ещё и родители отругали, перестав платить за интернет. Всё это время я терпеливо ждала часа расплаты, и, наконец-то, он наступил.

Потёмкина раскрывает глаза от удивления. Насколько же сильной должна быть обида и злость, чтобы нести их всё это время?

Правильно ей однажды сказал дедушка: «Желание мести походит на колючий и ядовитый сорняк. Он разрастается прямо в сердце, блокирует всё светлое своим ядом и приносит постоянную боль из-за острых шипов. Чтобы не чувствовать её, люди мстят. И совсем не понимают, что это не избавит их от проблемы».

Стерва опускает руки, сжимает их в кулаки и делает уверенный шаг к Нике. По её глазам всё видно.

Школа была единственным безопасным местом для Ники. Теперь здесь опасно так же, как и дома. Больше ей негде спрятаться. В животе что-то сжимается и к горлу подступает тошнота от осознания этого факта.

Королёва встаёт к ней почти вплотную и хищно улыбается.

– Тебя. Никто. Не. Спасёт, – говорит слащавым голосом, а рядом громко смеются «близнецы», предвкушая интересное шоу.

Ника понимает, что пора бежать, потому что Королёва может пойти на что угодно. Но тело девочки парализует так, что невозможно пошевелиться. Даже поднять руки, чтобы защититься. Одно только сердце продолжает стучать в груди, отдавая в шею и виски жалобным стуком.

Всё из-за отца. Его голос, как наяву, шепчет: «Терпи и не двигайся, иначе получишь ещё больше».

Девочке остаётся только гадать, куда ударит Королёва. Отец отдаёт предпочтение неочевидным местам: бёдрам или спине. Но стерва определённо захочет заявить о себе и показать всем, на что она способна, чтобы не терять статус. Значит, перевес идёт в сторону лица.

Глаза стервы опасно сверкают, когда она медленно поднимает кулак.

Потёмкина прикрывает веки и задерживает дыхание, мысленно отсчитывая время, когда это закончится.

Всё происходит быстро и не так, как должно было быть.

Вместо удара и радостных смешков сначала слышатся громкие шаги, затем испуганные вздохи девятиклассниц и, наконец, грубое высказывание Королёвой:

– Какого чёрта?!

Ника медленно открывает глаза и вздрагивает. Её окатывает лавина жара вперемешку со стыдом и удивлением.

Она спрашивает саму себя: «Что он здесь делает?» – и смотрит на Сафронова.