- -
- 100%
- +
– Ну, ладно, давай свою морковку, – страдальчески согласился он. – Только, чур, с сахаром!
бАх уселся за стол, и принялся было уплетать еду.
– А! А ты лапы свои видел? – негодованию мамы не было предела. – Ты уроки делал или в земле под столом возился? Марш умываться!
– Ну, ма…
– Прыг-скок отсюда! – бАх молча скаканул со стола, потому, что знал, что спорить было бесполезно. При этом он немного задел тумбочку, но не обратил на это никакого внимания. Тумбочка покачалась, но выстояла.
– Не ребенок, а наказание какое-то! – причитала мама.
– Между прочим, ваши гены, мама, – донеслось из ванной.
– Знаешь что, гены, ты сейчас себе такую карму зарабатываешь, что тебе могут такие детки-конфетки достаться, что я не знаю, как ты их от свиней отличать сможешь. Подобное притягивает подобное!
– Опять Вы, мама, лекцию читать, – бАх по второй попытке пристраивался за большим обеденным столом. – Как лапы теперь? И вот Вам вопросик, мама: какое же у нас подобие по отношению к чистоте? Почему же у такой чистоплотной парочки, такой сынуля свинья?
– В семье не без свиньи! – парировала мама. – Вон все твои братья и сестры как чистоту любят.
– И только я один учу тебя не делать из всего этого проблему!
– Ну-ка, прыгнул быстро в школу!
Мать лучше не доводить. бАх это прекрасно знал, поэтому быстро стыбрил кексик из буфета и с криком: «Покедова, бабанька» сиганул на улицу, откуда уже через секунду донесся треск и такое знакомое:
– Ах! Блин!
«Коленка» – подумала мама.
«Непруха» – подумал бАх.
Но через минуту он уже забыл об этом и вприпрыжку несся по тропинке. Конечно, ведь он медленно передвигаться категорически не мог.
Снежинки падали тихи
Где-то вдалеке раздался удар грома, намекая на неприятности. «Наверно бог такой же перец, как и я. Коленкой долбанулся!» – подумал бАх, и на душе у него потеплело. «А, поди, и, правда, не могут же тучи так греметь» – убеждал невидимого собеседника бАх, отчего ему стало совсем весело. Громыхнуло вторично, да и еще раскатисто так! «Ну, точно, этот перец явно долбанулся теперь башкой и матерится там». бАх представил себе это все и залился смехом, представляя, как он видит всю эту картину с верхушки дерева.
Все было бы хорошо, если бы рядом как раз не разлапился здоровенный дуб. Честно сказать, бАх никогда на деревья-то и не лазил. И эта мысль, так неожиданно его посетившая, заполонила его голову так же плотно, как и морковка, оккупировавшая желудок.
– Ах! Блин! – предчувствуя неизбежный недобрый финал, юный экстремальщик запрыгнул на нижнюю ветку. В голове его почему-то вертелась мамина фраза: «подобное притягивает подобное».
Может быть кто-то другой, например, его брат или сестра, смогли бы залезть и повыше, но бАх просвистел на землю уже с третьей ветки, окончательно перепутывая понятия «хорошо» и «плохо» – ведь непонятно хорошо ли было, если бы он залез все-таки повыше?
– Ах! Блин! – только и смог сказать он.
– Ух! Елки! – раздалось где-то подозрительно близко.
Чего-чего, а этого бАх никак не мог ожидать. Пока он еще ничего не мог видеть, поскольку он уткнулся во что-то явно шерстяное и теплое, но взять и так вот просто поднять голову он не мог. Судя по тембру услышанного голоса, то, что произошло, могло быть сюжетом только самого страшного сна. Была – не была! бАх резко поднял голову, повторно ударившись опять о то же.
– Ух! Елки!
бАх открыл глаза и заорал, что было мочи:
– А-а-а-а-а! Волк!
– Елки! Ты шо, заяц, так орешь? Ты мне уже за несколько секунд, честно говоря, надоел. И по башке дал, и в челюсть двинул, а теперь на барабанные перепонки давишь! Откуда ты только на мою башку свалился? – Волк вел себя на удивление спокойно. Он был вполне приличного вида, вполне бы сошел за местного, и только украинский акцент выдавал в нем приезжего. Ну и правильно, ведь каждый заяц знает, что в нашем лесу волков не бывает.
бАх немного успокоился. Весь адреналин, переработавшийся в эликсир ужаса, незаметно рассосался, видимо впитался, и колотун бАха так и не прошиб.
– бАх, – представился заяц. Видимо все-таки шарики-ролики немного перетрясло в голове. Но на место все вставало с трудом.
– Ты шо, и вправду залетный какой заяц? Родную речь не понимаешь? Я понял, шо ты бах! Шишку буду носить, тебя вспоминать. Бах он тут такой на меня.
– Моя твою понимать. Ой! – бАх поболтал головой, словно взбивал коктейль. Через некоторое время он решил, что дальше продолжать не стоит, и отважился повторить попытку:
– Все я понимаю, это меня так зовут.
– Да ты шо! Правда? Елки!
– Сущая правда, – сказал заяц, удивившись такому словосочетанию. Как будто он произнес что-то нехорошее.
– бУх.
– Нет, не бУх, а бАх!
– Да, нет, бУх!
– бАх – поправил опять заяц.
– Я – бУх! – сказал волк.
«Так теперь волка клинить начало» – подумал было заяц, но волк видимо уже подумал о том, что заяц как раз об этом подумал.
– Меня зовут бУх!
– Что? Не может быть! Что за имя такое?
– Значит, бАх может быть, а бУх не может? Я, может, бухгалтером полжизни оттарабанил! Поэтому и бУх, как доктор – док. – Волка ситуация явно забавляла, чего нельзя было сказать о его собеседнике. Может быть, заяц представил, как внутри волка начинает просыпаться охотничий инстинкт, и внутренний голос начинает шептать нежные слова о зайчатинке в горшочке, а может быть он жалел о том, что его не зацепила в свое время реклама по радио о парализаторе ЁК-1000, но он предпочел в перепалку не вступать.
– Ёлки! Ты мне всю книгу помял. – БУх явно от этого был не в восторге. Он потянулся к книге и принялся бережно лапами разглаживать страницы. «Тоже мне, библиофил!» – подумал бАх и застрял на полумысли, прочитав вслух название книги на корешке:
– «Ведическое кулинарное искусство». Волк, ты…
– Невежливо обращаться «волк», тем более к старшим.
– Прости, больше не буду. Так что, бУх, ты на травке сидишь?
– Да нет, тут земля. – бУх приподнял хвост.
– Да я не про то.
– А шо? В смысле курить?
– В смысле питания, конечно. Ты – вегетарианец?
– Да, понимаешь, здоровый образ жизни веду.
– Может, окажется, что ты еще и танцевать любишь?
– Шо? А нет, я жизнь спокойную стараюсь вести. Только сложно это, особенно когда падают на тебя всякие.– Волк хитро посмотрел на зайца и засмеялся. – А шо у тебя за имя такое странное?
– Да, тут такая штука, я ударяюсь часто обо все подряд, падаю там и все такое.
– Заметил, —ответил бУх, и, предвосхищая ответный вопрос, продолжил, – аналогичная фигня, практически. Только чаще на меня кто-то падает, а не я. Но от этого, поверь, не легче.
– Понимаю, – вздохнул заяц, – непруха.
– Непруха, – повторил волк. И в секундной тишине отчетливо расслышалось громкое шлепанье чего-то по волчьей голове.
– О, кажись, дождь до нас добрался. Да и капля такая крупная. Ливанет. Я уж подумал, что обойдется – сказал бАх.
– Не угадал, – вздохнул волк.
– Не ливанет?
– Нет, это не капля… – ответил грустный волк и посмотрел вслед улетающей довольной сороке. – Это непруха! Ух! Елки!
А на дорогах бездорожья
Дождь все собирался, набирался сил, и, как это иногда бывает, когда долго собираешься чихнуть, а потом вдруг чихать не хочется, взял и передумал литься. В общем, это было его законное право. Каждый сам себе хозяин. А если кто варежку уже и раскатал на то, что сейчас ему кто-то грядочки польет, так и завсегда закатать недолго. Дождь, вероятно, вспомнил об одном очень важном деле, которое он забыл где-то сделать. А может, была у него и другая причина. Наши друзья даже и не стали утруждать себя разгадыванием этой загадки. Да и мы не будем. Что мы, глупее их, что ли?
– А что ты, бУх, тут вообще делаешь? Ты ж явно не местный. А если заячий патруль остановит? У тебя регистрация есть?
– Нет пока. С этим пока хлопот не было, слава шаманам, но ты прав, нужно торопиться.
– Куда же? – бАх никак не мог скрыть своего любопытства.
– Куда, куда! Лечиться! – Волк еще раз вздохнул. – От непрухи.
– Да ты что! бУх! Возьми и меня! Мне тоже надо! Мы ж с тобой как братья по несчастью!
– Ну… а дома тебя не хватятся?
– Не-а. Я им позвоню сейчас. У меня и телефон как раз с собой. – бАх очень обрадовался и пару раз припрыгнул на месте. Может быть, он припрыгнул бы и третий раз, да только после второго он ударился головой о ветку. Но зато его осенило:
– А лучше КЗС отправлю. Напишу, что отправился на стажировку от школы на пару недель.
– КЗС? – Волк явно никогда не слыхал такого.
– Короткое Заячье Сообщение.
– А! КВС! Так бы и сказал, бАх! Ну, ладно, шо тут думать долго – башка заболит. Пойдем вместе.
– Отлично! А куда мы идем?
– К великому магистру Ибн Будуру. Мне сказали, шо он самый узкий специалист самого широкого профиля.
бАх немного поморщил свой носик:
– А ты уверен, что он случайно не высокий специалист по низким вопросам?
– Все бывает, бАх!
– А кто он по национальности? Судя по фамилии, южанин?
– Нет – обезьянин. Из Индии. Макак или кто-то там еще. Не разберешь – все они на один длинный хвост.
И так незаметно за разговорами, они отмеряли своими лапами километры пути к таинственному обладателю имени Ибн Будур. бАх совсем не волновался, что пропустил школу, да и родителям было не до него – вот представьте, что вы в своей семье семнадцатый ребенок. Будет ли у ваших родителей до вас много дела? Особенно, когда оба родителя как раз собирались отправиться в командировку на далекий Волчий остров докторскую диссертацию писать.
Солнце тем временем испустило дух за лесом, и управление делами взял на себя месяц. бУх и бАх остановились на привал – передохнуть. Костер решили не разжигать – чтобы не привлекать лишнего внимания. Да и тепло совсем было. Друзья перекусили каким-то странными кушаньями бУха, которые были окрещены бАхом «этакой сладенькой фигней». Да и прилегли, довольные. Чем довольные? Всем: и друг другом, сложившейся ситуацией, да и всем вокруг тоже. Бывает же, что нападет хорошее настроение, да так прицепится, что рот все время до ушей, закрываться не собирается, и лежишь себе идиот идиотом! И хорошо!
– А книги ты читаешь? – придумывал все новые темы для разговора бАх.
– Постоянно, моя прелесть! – подмигнул бУх.
– А! бУх! Ты ее читал! Мою любимую книгу!
– А как же! – довольный своей эрудицией, выпендривался волк. – Кто не читал такого автора как Джоан Роэл Роулинг Толкиен! Забыл только название – сложное больно.
– Ха-ха-ха! Ну, ты дал! – бАх смеялся до слез. – Все ты перепутал. А название не сложное: «Властелин колец».
– А, точно! Молодец, что напомнил! А я помню только, шо кто-то в ласте. А кто забыл.
– Дурацкая шутка! – сконфузился заяц. – Мне не смешно. Не мне смешно.
– А вообще наши ученые доказали, что Толкиен был на самом деле волком. – С гордостью доложил волк.
– Вот уж нет, бУх! Он был зайцем, это доказано неопровержимо. Хотя бы хоббитов вспомни, заячьи лапки, норы, все такое. А это, – бАх принял весьма грозный вид, взял палку и низким басов прорычал очень даже грозно, – Я – не Гэндальф Белый! Я – Гэндальф Серый! Это же всем понятно – линька у зверя началась.
– Волки, бАх, тоже линяют. – бУх своим ответом явно ввел в недоумение бАха, а вот вывести и не потрудился. – Но давай не будем спорить. В мире всегда найдется место двум правдам.
– Да, и это тоже правда! А фильмы ты какие смотришь? – попытался сменить тему разговора заяц.
– Люблю ужастики, про оборотней там всяких. Как волки вдруг среди белого дня превращаются в людей. Страх, да и только!
– А! Боюсь! – закричал бАх и театрально сиганул в кусты, откуда через полсекунды донеслось раскатистое «Блин!»
– Нога? – догадался волк.
– Ага! – донеслось из кустов. Затем заяц, прыгая на одной ноге, а другую, держа в лапах и дуя на нее, допрыгал до своего места рядом с волком и случайно пяткой угодил прямо на волчью лапу.
– А! Елки! – заскулил волк, – больной мозоль!
Заяц сразу забыл про свою больную лапу, выпустил ее из передних лап и сказал:
– Прости, бУх!
– Ты, елки! Прыг-скок отсюда! И поосторожнее! – сразу было видно, что волку пришлось нелегко. Таким сердитым он еще не был. Но уже через полтора мгновения он уже сбросил жар, – да ничего, ты тут не причем. Это все непруха.
Следующие несколько минут, наверное, впервые за все время после знакомства, они просидели молча. Но терпелка у зайца все-таки лопнула, и он продолжил допрос:
– Скажи-ка, братец, а ты с каких мест будешь?
– Я родом с Припупеньска.
– ???
– Не слыхал? Вас в школе явно учат другой версии истории, дорогой бАх! – немного обиженным голосом проговорил бУх. – Вот у нас каждый волчонок знает этот великий город.
– Мы историю еще не проходили, – интонацией заправского адвоката парировал бАх.
– Около него проходили знаменитые бои, в которых, кстати, множество вашего брата полегло.
– А кто бился то?
– Генерал Каспийский – вожак целой стаи серых волков, владелец земель у Азовского моря и генерал Азовский – управитель волков Каспийского моря. Спорили за Черное море. А после длительных боев около села Пеньска разбили новый город в честь ПРИнятия Перемирия У ПЕНЬСКа. Так и назвали – Припупеньск.
– Выходит, что ты – припупеньский волк?
бУх молча кивнул с таким видом, что было не понятно, то ли он действительно так серьезно относится к этому названию, то ли не подал виду, но обиделся.
– Эх! – крякнул грустным кряком заяц, переводя стрелки, – мясца бы дряпнуть!
– Не буди во мне зверя! – ответил волк и клацнул зубами. – Шутка. Гы-гы.
бАх неловко запнулся, и застыл в таком состоянии, какое бывает, когда недоикнул. Он решил никогда больше не провоцировать своего новоиспеченного друга на такие шутки. Ведь это уже совсем не шуточки! И вообще ему впервые за все время стало страшно. Вдруг этот волк – маньяк какой-то? Строит из себя добренького вегетарианца такого, а сам какой-нибудь извращенец, больной самым страшным извращением.
Друзья устроили небольшой привал, во время которого можно было немного перевести дух.
Как только бАх закрыл глаза, так перед ними предстала сцена страшного суда, в котором волка спрашивали сурово:
– Пошто ты, гадина, невинную тварь лесную охмурил?
– Да на то он и тварь, чтобы охмурять!
– Пургу гонишь!
– Да вы шо, граждане начальники! Это моя жратва! Я так просто себе аппетит нагуливал, одного ж зайца я к тому моменту, съел, сытый был, а энтого таскать не хотелось. Пущай, думаю, сам придет, а как голод-то прочую, так я его дык! И опаньки!
– А ну если только дык и опаньки, то ладно!
Дальше перед глазами бедного зайца шерсть волка встала дыбом, потом еще сильнее, а потом и отвалилась. Волк стал корчиться и превращаться в человека, при этом он жутко смеялся и приговаривал «опаньки!» В руках у него откуда-то взялось ружье – чего в бреду-то не привидится – и волк-человек-охотник, большой до зайцев охотник, начал стрелять. Пиф-паф! Ой-ёй-ёй! Мимо!
Мне не нужна твоя жизнь,
Мне не нужна твоя смерть.
Охотники рядом.
И если будут стрелять,
Ты отвернись.
Чтобы не встретиться взглядом.
Черт бы побрал это устройство, называемое мозги, которые в самый решающий момент занимаются бог знает чем, например, спокойно прокручивают последний хит известной заячьей группы «Лапу скрутило!» или какой другой.
Но теперь Охотник и заяц стояли на абсолютно пустой крыше высотного здания. И деваться было совершенно некуда.
– Опаньки! Ну, шо ты против нас, припупеньских? – Папановским голосом сказал довольный охотник, вскинул громадный винчестер, который бывает только у совсем нехороших бандитов в боевиках, прицелился и выстрелил. Пиф-паф! Заяц видел, как медленно летят к нему пули. Он так изогнулся назад в коленях, что стал параллелен крыше, но не падал! «Может это я так свой хвост, наконец, накачал?» – подумал заяц, но эта версия не выдержала проверки. Ведь умудрялся уворачиваться от пуль, которые медленно пролетали мимо, оставляя этакие круги в атмосфере! «Железный хвост тут ни при чем! Я – избранный!» – осенило зайца. Он выпрямился и, вытянув лапу вперед, остановил оставшиеся пули, которые со звоном упали к его лапам. Охотник излил весь свой ужас через единственное привычное ему место слива и со смелостью парашютиста депортировался с крыши через край, сделав двойное сальто назад с поворотом на 360 градусов. «Ну, экстремал хренов, погоди!» – подумал заяц и легко сиганул следом. Но тут вспомнил, что всякий раз, когда его ноги жили отдельно от мозгов, это плохо заканчивалось. Предчувствие его не обмануло: в этот раз пострадала голова.
– А! Блин! – бАх открыл глаза от боли в области лба. Он понял, что этот весь бред был просто очередной шуткой старого зайца Морфеича, который сейчас наверняка покатывался со смеху.
– Дурной сон? – спокойно спросил волк, помешивая палочкой в походном котелке, который миролюбиво дымился в двух прыжках то бАха. – Это к пятнице.
– Ты не представляешь, мой дорогой друг, как я рад тебя снова видеть! – На глазах бАха проступили слезы умиления. – А в котелочке, наверное, что-нибудь экзотическое? Филе-о-фиш под маринадом из стручковых?
– Проще! Парная репа.
– Тьфу, гадость какая! Хоть сладкая?
– Так, выходим через десять минут, марш умываться в ручей и на зарядку! – скомандовал бУх.
– Есть, товарищ капитан! – Заяц в два прыжка очутился в ручье, обдав при этом волка с ног до головы холодной водой, и оба заорали от холода.
– Ах! Блин!
– Ух! Елки!
День обещал быть веселым.
Будур вдруг встретили они
Тропинка резко пошла вверх, заманивая за собой двух путников. Лес давно уж как поредел, как редеют волосы на лысине к старости, все чаще попадались вокруг огромные валуны. И, наконец, перед друзьями престала во всей своей непосредственной близости гора. Тропинка боязливо засеменила в сторону, а волк потянул зайца прямо, тыча в карту, и указывая на черную проплешину в горе. Вскоре проплешина явила нашим искателям приключений на свои головы невероятно правильную шестигранную форму.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.