Клыки вселенной

Мольхе вежливо напомнил, что чисто военный прогноз следовало бы дополнить анализом агентурных данных. Рыцари плаща и кинжала, не слишком уютно сидевшие среди старших по званию офицеров флота и армии, мигом оживились, радостно поддержав бывшего – и, похоже, будущего – начальника. Оказалось, что каждая спецслужба давно и скрупулезно собирала сплетни, распускаемые коллегами из других цивилизаций. Когда все обрывки были сведены в систему, получилась забавная картинка.

Пефитары предупреждали, что Кристаллиды-1 уничтожают «мозговые центры» потенциальных противников, потому что боятся нападения со стороны Кендако или Земли.

Атланты проговорились, что Кендако и Восьмая Республика готовят агрессию против Галактического Союза. Дождавшись, когда мелкота потреплет войска людей, в игру вступят Кристаллиды-1 и Звездная Атлантида.

По мнению умиравшего лендавана, Айсберги с Атлантами готовят совместный удар по соседям, причем создали систему станций-ретрансляторов для поддержания бесперебойной связи.

Арестованные на Инфлянте заговорщики дали первые показания, из которых следовало, что сепаратистов поддерживали Атланты и Тонхойра.

Республиканцы уверяли, будто люди и Кендако создают супероружие, напоминающее средство, уничтожившее «Неотразимый удар».

Разведка Кендако деликатно предупреждала: мол, Лендаван и Кристаллиды-1 создали сверхмощное оружие, при помощи которого намерены взять реванш за трепку, которую им устроил Галактический Союз.

Лендаваны и динбулы уверяли, что новое оружие создали Тонхойра, причем раса экстрасенсов намерена разгромить соседей, предварительно спровоцировав конфликт между блоками Галсоюз – Лендаван и Кендако – Республика.

Кое-что из сказанного Кумран слышал прежде, но в целом подборка производила совсем другое впечатление: все запуталось окончательно. Слишком уж откровенно выпирали противоречия.

По этому поводу полковник Паризи заметил, что напрашиваются три версии. Либо кто-то целеустремленно распространяет идиотские слухи, чтобы заморочить голову соседям, либо каждая цивилизация искренне подозревает соседей в недобрых умыслах, либо все пытаются обмануть всех остальных.

– Возможно, мы усложняем, – сказал полковник. – Многие цивилизации занимаются провокаторством, чтобы отвести удар от себя и подставить нелюбимого соседа. Возможно, здесь нет единой головоломной интриги, а просто наложилось много глупостей, создающих логическую путаницу. – Подумав, он закончил:

– Путаницу и впечатление, будто против нас ведет игру гениальный интриган.

Сделав запись в блокноте, Танталов сообщил, что намерен посетить столицы соседних держав и выяснить обстановку на месте. Затем маршал деловито продолжил:

– Теперь по поводу второго вопроса. Беда в том, что мы не всегда понимаем Айсбергов. У нас и у них разные побудительные мотивы. Мы – хищники и потому слишком рациональны. Мы убиваем лишь по необходимости – например, чтобы защититься или когда хотим жрать. Вот и войны мы начинаем лишь по веским причинам: чтобы предотвратить угрозу или захватить что-то нужное. А вот Кристаллиды – совсем другие. Для начала войны им достаточно ненависти, а это несложно, ведь они ненавидят всех.

– Думаешь, войну готовят Айсберги? – спросил Мольхе.

– В это нетрудно поверить, – сказал маршал. – Возможно, они на самом деле заключили союз с Атлантами.

Эта мысль вызвала недолгую дискуссию, и все участники совещания согласились, что такое вполне возможно. Особенно если вероятный противник действительно создал суперпушку. Замминистра Глобез заговорил, развивая тему:

– Мы поверили в существование сверхоружия после того, как наткнулись на корабль Кендако «Неотразимый удар». О линейном крейсере вы узнали, осмотрев разбитый фрегат мохнатых, который без каких-либо видимых причин и без малейших шансов на удачу завязал бой. Простите, шеф, но это была элементарная подставка. Они пожертвовали пешкой, чтобы вся Галактика поверила, будто у кого-то появилось оружие невиданной мощности.

Покачав головой, Круль проворчал:

– Высокая миссия… Признаюсь, я даже завидую экипажу того фрегата.

– Подождите, – перебил его адмирал Тасманский. – Девица-клон уверяет, будто гибель линейного крейсера – фальсификация. Генерал Мольхе намекает на то же. И как, объясните мне, это сделали? Факт налицо: огромный боевой корабль уничтожен неизвестным оружием!

Кумран запальчиво сказал с места:

– Я сразу понял, как это можно сделать. Только тогда я не думал, что так и было… С небольшого расстояния корабль обработали пучком антипротонов – отсек за отсеком – просверлили дыру от носовой части до движка.

– Вот именно! – подхватил Мольхе. – Я не знал, как именно подстроена убедительная картина, однако не сомневался, что технические проблемы решаемы. Короче говоря, Кендако сфабриковали правдоподобное повреждение корабля, потом раскидали по отсекам трупы – наверняка взяли уголовников из камеры смертников. Для убедительности добавили несколько старших офицеров, от которых правительство решило – по тем или иным соображениям избавиться. И – готово! Все поверили и боязливо оглядываются в поисках сверхпушки.

– Правдоподобно звучит, но я не верю, – заявил Тасманский. – Не с руки кошкам уничтожать собственный линейный крейсер. У них всего-то было три корабля такого класса. Без «Неотразимого удара» флот Кендако потерял четверть огневой мощи. А новые линкоры они введут в строй года через два, не раньше.

Круль поддержал адмирала:

– У меня тоже возникли сомнения, только по другому поводу. Не верю, хоть режьте, в подвиг фрегата. Кто из вас замечал за Кендако самопожертвование? Хитрость, коварство, даже ум – да, это у них есть! Самопожертвование – никогда! Не нашли бы они полсотни фанатиков, способных броситься на рейдер, заведомо зная, что полягут в неравном бою.

– Тем не менее бросились, – напомнил, помрачнев, Танталов. – На борту были именно Кендако. Как же это объяснить?

После молчания снова заговорил Мольхе:

– Гипноз. Сейчас у Кендако дружба с Тонхойра, которые никогда не были верными союзниками – кого угодно предадут. Какой-нибудь телепат мог перед вылетом обработать кошачий экипаж.

– Действительно ли фрегат принадлежал Кендако? – вмешался Тасманский. – Возможно, какая-то раса – например, те же Атланты или Айсберги – приобрела такой корабль и посадила на него мохнатых клонов. Экипаж был загипнотизирован Тонхойра или кем-то еще с согласия или нет властей Кендако.

Когда объявили перерыв, слегка обалдевший от затяжного мозгового штурма Кумран отправился в буфет. Облюбовав столик в дальнем от входа уголке, он слегка подкрепился, а между делом проглядел почту. Писем с Мельканты, к его разочарованию, не было. Зато имелось послание от Полиархинта.

Синтет продолжал хвастаться: мол, живу на самом отшибе, вдали от всех известных цивилизаций. Раса Гигант-12 была, по его словам, весьма могущественна и даже заключила союз с обитателями звездных корон, которые еще сильнее, так что никакая война теперь не страшна.

Затем синт вернулся к обстановке в покинутой им части Галактики. Он полагал, что за цепочкой подозрительных событий мог стоять Танталов, имевший на то серьезный интерес. В случае войны правительство объявит мобилизацию, маршал будет призван из резерва и должен возглавить крупную группировку. Очевидно, Стальной Хосе получит формирующуюся в тылу армию второй очереди. Несколько недель он будет командовать расположенными на внутренних планетах дивизиями – прекрасный сгусток силы, чтобы захватить Землю и провозгласить себя диктатором, пожизненным императором или живым богом.

Гипотеза выглядела правдоподобно. Когда народ потянулся в зал продолжать совещание, Кумран показал экс-президенту письмо Полиархинта. К его удивлению, маршал не возмутился, но лишь скривил презрительную гримасу, после чего попросил секунду внимания и зачитал всем «разоблачающий» его текст.

Генералы, адмиралы и полковники выслушали мнение синтета с выразительной брезгливостью на лицах. Круль насмешливо заметил: дескать, этот тип всегда был слабоват умишком.

– Полная глупость, – сердито сказал Танталов. – Во-первых, не в моих силах провернуть столь сложную многоходовую интригу. Ну как я мог организовать уничтожение крейсера Кендако? Во-вторых, мне вовсе не нужно возвращаться к власти путем переворота – я должен победить на выборах. В-третьих, что мне толку от резервных дивизий, укомплектованных призванным из запаса сбродом? Понадобится не меньше месяца, чтобы эти горесолдаты, набранные с разных планет, превратились в боеспособную силу… – Маршал опять с отвращением скривился и мотнул головой. – К тому же никто не сказал, что среди этого воинства наберется хоть горстка моих сторонников! Легче поверить, что за провокацией стоит некто желающий меня унизить. Мне дадут десять корпусов или дивизий паршивых солдат, эскадру давно устаревших кораблей и, не позволив довести армию до кондиции, бросят в бой на самом невыигрышном направлении.

Представив, как это будет выглядеть, Кумран даже пожалел отставного диктатора.

– Пожалуй, вам крепко достанется, – признал эльдор. – Очень велики шансы, что вы облажаетесь.

– Вот именно! – Танталов нервно хлопнул кулаком по столу. – Если даже армия не будет разгромлена, то понесет серьезные потери, а пресса завопит: мол, старикашка ни на что не годен. После этого на моей политической карьере можно будет поставить крест – еще на четверть века. – Он вздохнул и задумался. – Хотя кое-какие перспективы тут просматриваются… Вот если бы в эти дивизии призвали не случайных резервистов, а моих ветеранов…

Просияв, генерал Автандилов заверил:

– Шеф, ничего невозможного! Если начнется мобилизация, бывшие солдаты и офицеры гвардейских частей тоже получат повестки. Надо лишь проследить, чтобы их послали в те соединения, которые окажутся под вашим командованием.

– Круто, – пробормотал Круль. – За сорок лет твоего правления только через штурмовые полки прошло не меньше полумиллиона отчаянных головорезов. А сколько миллионов служило в гвардии… Считай, каждый второй верен тебе по сей день!

– С такой армией не составит труда взять Землю, – понимающе поддакнул Кумран.

Укоризненно поглядев на торговца – эльдора, Танталов мягко произнес:

– Наоборот, глупышка! С такой армией я могу одержать победу над любым внешним врагом и снова стану любимцем электората… – Голос маршала вдруг упал, и Танталов буркнул:

– Вернее, мог бы. Но только для победы мало пехоты. Нужен еще мощный флот, которого у меня не будет.

– Почему же не будет? – обиделся адмирал Тасманский. – Флот помнит Стального Хосе и всегда поддержит. Наскребем кораблики, шеф, не беспокойтесь.

«Они называют его „шефом“! – мысленно охнул Кум-ран. Даже те, кто видит Танталова впервые…» Похоже, генералитет истосковался в ожидании вождя, и даже отдаленная перспектива возвращения живой легенды вселяет воодушевление в их сердца. Завтра в приемной Стального Хосе выстроится бесконечная вереница военачальников, чиновников, политиков и коммерсантов, спешащих засвидетельствовать беспредельную преданность вкупе с готовностью верно служить на благо Великой Семьи человечества. И называть его станут уже не «шефом», но – как в прежние времена – «великим». Что же будет потом – прошлое повторится в виде фарса либо начнется с чистого листа новейшая история Галактики?

Как говорила Багира? За ним стоит лишь горстка стариков… Как же! Чуть ли не все чиновники ждут не дождутся возвращения легенды. Наверняка многие побаиваются его свирепых порядков, но лучше жить под властью великого диктатора, чем бесславно погибнуть в пучине хаоса…

– Могу себе представить эти кораблики! – презрительно фыркнул маршал, но тут же, сверкая глазами, осведомился:

– На что я могу рассчитывать?

Автандилов заглянул в интернет-архив, долго просматривал списки, потом сказал уныло:

– Ну, разумеется, будут транспорты для переброски войск и снабжения – мобилизованные грузовые и пассажирские корабли ведущих гражданских компаний. Кроме того, в распоряжение резервных армий предоставляются боевые корабли оружейных фирм…

– Вроде сторожевика «Марафонец» нашей «Интарко», – вырвалось у Кумрана.

– Вроде того. – Автандилов поморщился. – В общем, разнотипное дерьмо. Конечно, вы сможете выбить кое-что из кораблей резерва второй очереди, но в основном получите сторожевики старых проектов.

Замахав руками, Танталов презрительно процедил:

– Зачем мне конвойная мелочь?

– Чтобы сопровождать транспортные караваны, – объяснил адмирал Тасманский.

– Для этого у меня будет вся «Волчья стая» – десять вооруженных грузовиков, которым не нужны корветы прикрытия.

Круль веско проговорил:

– Маршалы не занимаются перевозкой тылового снабжения. Только стремительные удары в полную силу! Во всяком случае, маршал Танталов поступал именно так.

– Вот именно, – сказал Стальной Хосе. – Поэтому давайте посмотрим, нет ли в отстойниках боевых кораблей, которые можно быстро привести в приличное состояние.

– Сам же говорил про «Волчью стаю», – недовольно проворчал Круль. – Шесть дальних разведчиков и фрегатов с надежными экипажами.

Танталов раздраженно заявил, что флотилия легких сил хороша для активной разведки и пиратских диверсий, однако на войне ему понадобятся как минимум крейсера. Они с Тасманским и Автандиловым перетряхнули всю базу данных. Через час набралось несколько сравнительно пригодных для серьезных сражений кораблей старших классов.

Лет двадцать-тридцать назад был выведен в резерв и поставлен на консервацию линкор первой половины века «Фельдмаршал князь Кутузов», а также тяжелые крейсера «Робер Сюркуф», «Герхард Шарнхорст» и «Август Гнейзенау». Двигатели на этих «старичках» были умеренно пристойного качества, так что можно было рассчитывать на неплохие ходовые данные. Кроме того, конструкция кораблей позволяла быстро установить современные генераторы гравитационных жгутов.

– Еще в резерве второй очереди есть неплохие легкие крейсера типа «Витязь» и ударные торпедоносцы дальнего радиуса, – сообщил Автандилов.

Адмирал Тасманский, подмигнув, добавил, что недавно сошли со стапелей и проходят испытания построенные по самому последнему проекту крейсера «Черный принц», «Коршун», «Козырной туз», «Рюрик» и «Звездный тигр». Эти новейшие корабли, сказал адмирал, безусловно, будут распределены в действующие эскадры.

– Разумнее использовать их одной дивизией, – задумчиво проговорил Танталов. – Пять однотипных крейсеров – огромная сила.

– Не дадут пять новеньких крейсеров в резервную армию, – заверил его адмирал. – Скорее уж они вольются в 1-й флот, который со вчерашнего дня подчинен гросс-адмиралу Шенбруку. Но как только 1-й получит эту дивизию, можно будет забрать у Шенбрука парочку крейсеров… – Посмотрев по спискам, Тасманский добавил:

– Полагаю, под ваше командование передадут «Призрак» и «Красный луч». Может быть, еще «Корсар», но за него придется драться.

– И то неплохо. – Танталов кивнул. – Вы поглядите по спискам, вдруг еще один линкор найдем.

Речь шла о старых громадинах, которые очень нравились маршалу, но все девять были в очень плохом состоянии. Ремонт протянулся бы не меньше года – быстрее новый корабль построить.

– Два линкора – уже полноценная эскадра, – сказал Круль. – Еще мы насчитали пяток тяжелых крейсеров, столько же легких… В общем, можно жить.

Оговорка о двух линкорах осталась незамеченной. Словно все участники совещания молчаливо согласились, что в распоряжении Танталова уже имеется линкор, к которому должен присоединиться «Кутузов». Внезапно до Кумрана дошло: «Ретвизан»! Ну конечно, музейный супердредноут вполне пригоден к боевым действиям и может хоть завтра двинуться в сражение.

А маршал уже подводил итоги:

– Наша ближайшая задача – прояснить темные моменты. Первое – был ли фрегат Кендако? Второе – откуда и куда шел «Неотразимый удар» и где он мог напороться на выстрел? Третье – кому выгодно натравить остальных на Восьмую Республику или на Кендако?

– Всем, кроме Жуса-Науге и самих Кендако, – машинально ответил Кумран. – Получается, что эти государства вне подозрений?

– Вне подозрений, зато под ударом, – усмехнулся Танталов.

После совещания Танталов приказал Крулю подготовить «Янычара» к дипломатической миссии. Затем подошел к Тасмане кому и благожелательно произнес:

– Ваш флот стоит вокруг Квиринала?

– Так точно, шеф! 2-й флот нацелен на Звездную Атлантиду.

– Опасный противник, – продолжил Танталов. – От них можно ждать любой пакости. Будьте начеку – Атланты способны ударить внезапно.

Тасманский засмеялся и сказал, подмигнув:

– Я знаю, с кем имею дело. Если замечу, что Атланты подозрительно суетятся, – сам нанесу внезапный удар. Как предписывает «Хэллоуин-спурт» – ваша директива шестидесятого года.

Маршал переспросил с веселым удивлением:

– Приказ от первого ноября еще действует?

– Об этом приказе мало кто знает, поэтому забыли отменить!

К их смеху присоединились остальные.

Кумран вдруг понял, что ошибался в этом человеке. Если владельцы «Интарко» судили о Танталове на основе воспоминаний четвертьвековой давности, то он знал лишь пилота «Волчьей стаи». А теперь перед ним был совсем другой Танталов – помолодевший, получивший новый опыт, переживший разочарования, но не сломленный. В политику возвращался совсем другой Стальной Хосе…

В коридоре он процитировал запомнившуюся реплику политолога про солдат, оружие и деньги, после чего добавил:

– Теперь у вас есть все, что нужно диктатору.

– Ну, допустим, оружие и солдаты будут, – хохотнул экс-президент. – А денег-то нет.

– Вот насчет денег беспокоиться и не нужно…

Маршал посмотрел на него с недоумением. Стальной Хосе не знал о формировании фонда «Танталов – наш президент».