Звёздный лабиринт – 2

– Предупредительный у нас робот, – процедил сквозь зубы Николай.

Не комментируя это совершенно справедливое наблюдение, подполковник отправил Мансурова и Кулебякина в головной дозор, а остальным приказал двигаться вдоль стен ущелья к восточному тупику. Именно там находилась пещера, где укрывалась банда Черноголового. Командиром второй колонны Сергей, к удивлению бойцов, назначил Аркадия. Пусть физик не имел большого боевого опыта, но лучше остальных понимал, как следует действовать при внезапной встрече с инопланетянами.

Очки, закрепленные под козырьками их новых шлемов, обеспечивали обзор даже в полной темноте, поэтому Сергей отчетливо видел, как Сайд и Саня без шума сняли и скрутили выставленного в караул басмача. Еще несколько десятков шагов – и впереди показалась пещера.

– Если появится Черная Башка – бейте главным калибром, – приказал подполковник. – В остальных случаях действуйте по обстановке… Курбонбердыев, за мной. Будем допрашивать пленного.

Оказавшись в окружении многочисленного подразделения, связанный часовой был смертельно напуган. Приставив пистолет к его виску, Сергей вытащил кляп, и Абдулло задал вопрос по-таджикски. Боевик что-то ответил, полковник снова о чем-то спросил. После оживленной дискуссии Курбонбердыев объяснил командиру полка ситуацию:

– Он говорит, что в прошлом бою командир их банды был тяжело ранен и приказал, чтобы его отнесли в дальний конец ущелья. Примерно через час Саре-Сиях вернулся в пещеру совершенно здоровым и полным сил. Сразу после этого он оставил здесь шестерых, а остальных повел к горам, окружающим озеро Каракуль. Басмач уверяет, будто не знает, что именно ищет там их главарь.

– Зато я знаю. – Сергей прищурился. – Значит, в пещере остались пятеро?

– Если верить этому…

Бесшумно подкравшись к пещере, они швырнули из-за угла светошумовые гранаты. Потом зашли внутрь и повязали оглушенных басмачей. Осмотрев этот внушительный объем пустоты, выдолбленный природой в каменном монолите, Сергей пришел к выводу, что фурбен устроился здесь капитально. В разных концах пещеры были аккуратно уложены коробки провианта, боеприпасов и медикаментов, имелся также портативный японский генератор, обеспечивавший электричеством обогреватели и видеомагнитофон-моноблок.

– Они тут не скучали, – хмыкнул Николай. – Фильмы-боевики крутили, порнуху…

– Это все ерунда… – Подполковник задумался. – Такие упакованные базы не бросают. Мне кажется, Саре-Сиях сюда еще вернется.

– Выставим засаду? – мгновенно отреагировал Демьяненко.

– Боюсь, мы там сильно натоптали… – Сергей выглянул наружу. – Кажется, снег повалил сильнее. Значит, никаких следов скоро не будет.

Он быстро распределил обязанности. Николай с Аркадием убежали к авиетке, чтобы отогнать машину с глаз подальше. Демьяненко с Кулебякиным убрали труп часового и скрытно расположились на возвышенности, откуда можно было контролировать ведущие к пещере тропинки. Покончив с оргвопросами, Сергей обратил внимание на Курбонбердыева, который явно имел, что сообщить.

– У меня две новости: хорошая и радостная, – сказал полковник. – Вот это – хорошая…

Он показал найденный в. пещере спутниковый радиотелефон. Теперь они могли вызвать подмогу, не прибегая к услугам троклемской техники.

– А какая радостная? – спросила Диана. Удивленно покосившись на нее – с чего это, мол, неизвестная девица тут распоряжается? – Абдулло проговорил торжественно:

– Я узнал одного из пленных. Это – Сабир Арипов, он объявлен в розыск правоохранительными службами Таджикистана и России.

– Террорист?

– Угадал, подполковник… Арипов известен как член банды Мулло Юсуп-Джона, которая год назад расстреляла автобус с семьями российских пограничников. Мы считали, что Сабир ушел в Афганистан, а он вот где оказался…

– Допрашивал?

– Пока нет. Хотел вместе с тобой.

Пленный оказался неразговорчивым, пришлось немного постараться, чтобы вытянуть из него чистосердечные признания. Он поведал, что Саре-Сиях ушел накануне со всеми приборами, обещав вернуться до рассвета.

– Он не далеко уходил, – говорил боевик. – Много еды не брали. Тут всего десять километров.

– Понятно, – сказал Сергей. – Алексей! Вы с Пасари берете бластер – и бегом к нашему дозору. Держи со мной связь через шлем. Пропустишь мимо себя возвращающуюся банду и, когда завяжется бой, выстрелишь фурбену в спину.

– А если там будет несколько фурбенов? – поинтересовалась прагматичная троклемидка, – Они могли прислать отряд на усиление.

– Тогда вы будете убивать их по очереди. Супруги убежали в снегопад, а

Сергей и Абдулло продолжили допрос. Арипов уже не пытался отпираться и рассказывал обо всем без утайки. Он подтвердил, что на протяжении прошлого и позапрошлого годов участвовал в нескольких терактах. Кроме него к Саре-Сияху переметнулись, привлеченные высокими гонорарами, еще два боевика из банды

Юсуп-Джона, но оба погибли позавчера, когда их базу атаковал узбекский вертолет.

Арипов поименно перечислил многих членов банды Юсуп-Джона. По его словам, террористы до сих пор скрывались в кишлаке, расположенном неподалеку от Душанбе.

Абдулло едва успевал записывать его показания.

– Ты знаешь, кто из русских военных был связан с вашей бандой? – спросил полковник. – Я имею точные сведения, что убийц наводил высокопоставленный офицер из штаба миротворческих сил. Как его зовут?

– Был такой, – подтвердил Сабир. – Как зовут, не знаю, но я охранял около подъезда, когда Мулло Юсуп-Джон ходил получать задание. Он живет на новый шестиэтажная дом на улица Малика Санджара в Душанбе. Первый блок. Этаж не знаю.

– Когда это было?

– Май месяц.

– Кто он по должности или по званию? – нажимал Курбонбердыев. – Только не ври, что не знаешь!

– Правда не знаю… Мулло говорил, что он – полковник или подполковник. В штаб миротворцев служит.

Больше ничего существенного выжать из пленного басмача не удалось, но и этого оказалось вполне достаточно, чтобы Абдулло выглядел совершенно счастливым.

– Если бы ты знал, Сергей, как долго я охотился за бандой Юсупа! – говорил полковник, и его лицо буквально сияло. – Теперь от нас требуется любой ценой добраться живыми до министерства и достать этого подонка… Сергей, ты чем-то озабочен?

Мрачный Каростин отвел взгляд и буркнул:

– Ничего особенного. Просто подумал, что не так просто найти предателя.

Ведь мы знаем только название улицы.

– Выше голову. – Абдулло и не думал терять оптимизма. – На улице Малика

Санджара всего один шестиэтажный дом. Остальное – дело техники.

– Тогда конечно… – Подполковник вздохнул. – Порадуй меня и скажи, что номер этого дома – сорок семь.

– Не помню, – растерялся Курбонбердыев. – А в чем дело?

Сергей покачал головой. Таджикский офицер не мог знать того, что сообщил

Посвященным кибернетический Супермозг Лабиринта. Именно по этому адресу в

Душанбе проживал резидент иерусалимского ЦЭШа, установивший в своей квартире детектор Леемана – Поланта.

В наушниках его каски прошелестел голос Алексея:

– Серега, я их вижу. Черная Башка и с ним полтора десятка басмачей. Они пройдут мимо нас через четверть часа.

«Значит, около пещеры через полчаса появятся», – прикинул подполковник и сказал в микрофон:

– Не стреляй, если они тебя не обнаружат. Ударишь с тыла, когда откроем огонь мы.

– Я помню.

– Сколько фурбенов в банде?

– Один.

– Отлично. Конец связи.

Они выбежали на снег и залегли в полусотне метров от пещеры. Вскоре в приборах ночного видения проступили тени большого отряда. Еще несколько минут – и в троклемских приборах отчетливо прорисовалась черная мантия фурбена, который шагал в середине короткой колонны.

– Атилла, видишь его? – шепнул Сергей.

– Держу в перекрестье.

– Стреляй, когда сочтешь нужным. – Отодвинув микрофон, командир полка повысил голос: – Пулеметчики начинают после выстрела снайпера. Остальные косят банду очередями и гранатами… Атилла, давай.

Барханов, как обычно, не промахнулся – от удара тяжелой пули у инопланетянина дернулась голова. Фурбен рухнул навзничь, но тут же перевернулся на живот и попытался встать на карачки. Подобная живучесть спрутоящера была им уже знакома, однако земляне надеялись, что В-94 способна пробить бронированный футляр.

Снайпер аккуратно всадил в пришельца еще одну пулю. Затрещали очереди, послышались хлопки подствольников. Ночную темноту расцветили пунктиры трассеров и пламя разрывов. Пули и гранаты легко находили добычу в плотной колонне. Прежде чем басмачи успели лечь, спецназовцы перестреляли почти половину банды.

Привычно совместив перекрестье оптического прицела с очередной фигурой,

Сергей мягко потянул пальцем спусковой крючок. «Абакан» не промахнулся, а бандит повалился, раскинув руки. Вокруг подполковника беспрерывно потрескивали автоматы, даже глушители не могли полностью погасить звук столь интенсивного огня. Диана стреляла редко, но ее «Тигр» бил без промаха.

Отряд Саре-Сияха таял на глазах. Два басмача пытались убежать, однако добрались только до поворота. С вершины утеса заработали автоматы сидевших в засаде спецназовцев – и оба боевика растянулись на дне ущелья.

И вдруг Сергей заметил, что фурбен, присев на колено, поднимает громоздкий предмет – наверняка он собирался пустить в ход свой дезинтегратор, испускавший широкий зеленоватый луч, разрушающий любые формы вещества. Подполковник даже не успел скомандовать, чтобы Атилла и Сайд добили пришельца из своих крупнокалиберных стволов, – В-94 и НСВ уже выпустили огромные пули, которые прочертили огненный след, раскалившись в защитном поле. Остатки заостренных цилиндров ударили в черную мантию, и пришелец пошатнулся, выронив оружие. В тот же момент укрывшийся на скальном выступе огневой расчет семьи Бужинских разрядил модернизированный бластер. В темноте мелькнул тусклый фиолетовый луч, поразивший фурбена в спину, и Черный Капюшон бессильно ткнулся в сугроб.

Вскоре утих огонь остатков разгромленных басмачей. Оставив непрофессионалов-попутчиков на месте, спецназовцы приблизились к месту, где полегла банда. Из людей в живых не осталось никого – пули со смещающимся центром тяжести наносили только смертельные ранения. А вот сам Саре-Сиях еще шевелился.

Разодранная пулями черная мантия сильно обгорела и висела клочьями, открыв взглядам футляр, копировавший человеческую фигуру. В дрожащем эллипсе света, созданном лучами переносных фонарей, земляне видели, как суставчатые конечности-манипуляторы футляра судорожно дергаются, словно сидящее внутри существо безуспешно пытается восстановить контроль над движениями. Из микрофона, замаскированного во рту закругленной головы, раздавались отрывистые визгливые звуки. Троклемские шлемы Посвященных трансформировали голос фурбена в подобие связной речи – пришелец бредил, звал на помощь, просил дать ему какое-то мощное лекарство.

Кажется, раненый считал, что окружен сопланетниками, у подполковника сразу возникла идея воспользоваться полуобморочным состоянием врага. Закрыв губы микрофоном каски, Сергей настроил электронный переводчик на режим общения с жителями Фурбенты и заговорил:

– Это мы, твои друзья. Что здесь случилось? – фурбен сделал усилие, приподняв верхнюю часть тела, но, не сумев удержаться, бессильно упал на засыпанные снегом камни. Микрофон прошипел:

– Меня подстерегли аборигены… Как и моего предшественника позавчера…

Напали внезапно, я поздно включил защитное поле… С каждым днем они все сильнее, их надо уничтожить, загнать обратно в каменный век… Где звездолет, когда начнете бомбардировку?

– Не беспокойся, подготовка идет строго по графику, – поддержал командира

Барханов. – Ты нашел приемопередатчик?

– Не совсем… Лишь определил квадрат, где может находиться установка… Я нанес это место на виртуальный планшет… Код записи…

Компьютерный толмач шлема не сумел перевести на русский язык последние слова раненого инопланетянина. «Надеюсь, Координатор разберется в его файлах и кодах», – подумал Сергей. Между тем Атилла продолжал допрос умирающего:

– Почему ты так настаиваешь на бомбардировке этой полудикой планеты?

– Туземцы демонстрируют слишком быстрый прогресс… Мы не можем ждать прибытия специальной военной экспедиции. За это время они даже без помощи гонтов овладеют… – Внезапным рывком он все-таки сел, опираясь на грунт трехпалой лапой, похожей на манипулятор промышленного робота. – Вы – не фурбены!

Со стоном повернувшись на бок, пришелец сделал неуловимое движение, и футляр развалился на четыре продольные полосы неправильной формы. Избавившись от механического одеяния, раненый фурбен стремительно выпрямился, его длинные скользкие шупальца оплели торс Сергея. Подполковник был не в состоянии даже шевельнуть зажатыми руками, однако нижняя часть тела оставалась свободной. Он изо всех сил ударил обеими ногами и упал назад, увлекая за собой тяжелую тушу фурбена. Когда каблуки погрузились в податливое тело, покрытое толстой, по-змеиному чешуйчатой шкурой, объятия спрутоящера несколько ослабли. Командир

«Финиста» задыхался, но отчаянным рывком сумел освободить руки с автоматом.

Привстав на колени, он ударил «Абаканом», выставив острый угол магазина. Фурбен завизжал, но сдавил кольца щупалец с такой яростью, что Сергей едва расслышал одиночный выстрел, после которого свирепый пришелец рухнул, повалив своей массой и человека.

Друзья размотали двухметровые конечности астронавта, и подполковник с трудом сел, жадно вдыхая разреженный ледяной воздух. Грудь и спина болели, словно после погружения без скафандра на предельную глубину.

– Силен, сволочь, – пробормотала Диана. – Ребра целы?

– Гад, – согласился Сергей, поднимаясь на ноги. – Вы не обо мне беспокойтесь, со мной-то все в порядке… Как наш пленник?

– Вроде бы я ему всю верхушку черепа снес, – виноватым голосом сообщил

Курбонбердыев. – Если, конечно, это у него голова… Подполковник! Кажется, вам придется объясниться.

– Обязательно, вот только отряд соберем, – буркнул Каростин. – Дианочка, солнышко, вызывай наших.

Он деловито произносил распоряжения, а сам тем временем пытался придумать правдоподобную легенду происходящего. Хочешь не хочешь, а придется рассказать часть правды. Небольшую часть, тщательно отредактированную, но – придется…

Авиетка, подобрав возвращавшийся из засады квартет, приземлилась рядом с командиром. В воздушную машину загрузили труп фурбена и два мешка с его оборудованием. После этого Сергей, построив подразделение, сказал:

– Товарищи офицеры и прапорщики! Как вы уже, наверное, догадались, на

Земле действует несколько экспедиций, прибывших с разных планет… – Переждав удивленные возгласы, он продолжил: – Некоторых пришельцев можно назвать друзьями, другие – наши лютые враги. Надеюсь, вы догадались, что врагами следует считать скорпионов в черных плащах вроде того существа, которого только что пристрелил полковник Курбонбердыев. Заоровяки с ненормальным лицом, похожие на старого приятеля Гастона Машена, – не враги, но и не слишком надежные союзники.

Вот так-то… Полагаю излишним подчеркивать, что сведения о присутствии космических гостей являются строго секретными и не подлежат разглашению. Сейчас мои друзья увезут трофеи на базу наших внеземных союзников, а мы временно забудем об этом деле и займемся более важными задачами.

Он поцеловал Диану, и авиетка взлетела, мгновенно скрывшись за облаками. В ущелье остались только бойцы «Финиста» и трупы басмачей. Вздохнув, Сергей кивнул

Курбонбердыеву. Достав трофейную «Моторолу», Абдулло переговорил со своим министерством, после чего сообщил, что их появление в эфире вызвало в Душанбе фурор – группу Каростина уже считали погибшей и собирались завтра, когда утихнет буран, прочесать Шах-Киик силами «Финиста» и полка президентской гвардии.

Спустя час приземлились вертолеты. Прибывшие подразделения спецназа и опергруппа таджикских чекистов остались в пещере, чтобы разобраться с трофеями, а Каростин со своим отрядом погрузился в Ми-8, который должен был вернуться в столицу республики. Незадолго до полуночи они уже обнимались с сослуживцами из

«Финиста». Поручив Карабанову проинформировать ФУОПИ об их благополучном возвращении, подполковник приказал всем отдыхать. Завтра, сказал он, придется поработать на йодную катушку.

Утром, сразу после завтрака, в выделенную «Финисту» шикарную казарму (в советские времена здесь был пионерский лагерь) приехал Курбонбердыев. Командир полка разговаривал по телефону с Москвой, и Абдулло услышал конец беседы:

– …сводный батальон улетит во второй половине дня, а я с небольшим подразделением задержусь на день-другой… Это, Владислав Арнольдович, по делу технологического института… Да хочу наведаться в это милое учебное заведение… И с Королем заодно пообщаемся… Нет-нет, помощь понадобится только организационная – предупреди друзей в Тегеране, Багдаде и Дамаске… Ну, бывай.

Положив трубку, он повернул голову к таджикскому разведчику. Тот был снова затянут в полевую форму с кобурой на портупее.

– Значит, решил пойти с нами…

– Меня интересует, через сколько дней вернемся, – сказал Абдулло. -

Послезавтра у моего сына последний экзамен. В университет поступает.

– Если вернемся, то сегодня вечером, а если не вернемся то, по официальной версии, нас никогда не существовал – объяснил Сергей. – Но сначала надо будет разобраться с улицей Малика Санджара. Кстати, кто он такой?

Малик Санджар оказался предводителем народного восстания во времена монголо-татарского нашествия. Оказалось также, что за ночь сотрудники

Министерства безопасности собрали кое-какие сведения о шестиэтажке на улице названной именем средневекового повстанца. Дом действительно имел сорок седьмой номер. В этом здании жили семьи нескольких российских офицеров, однако лишь трое из них поселились в Душанбе еще до терактов, о которых говорил басмач из банды

Саре-Сияха.

– Это полковник погранвойск Чарушев, подполковник-связист Варыпаев и капитан Демченко из штаба двести первой дивизии, – сообщил Курбонбердыев. – Я установил наблюдение за этой троицей. Пока они из дома не выходили. Что будем делать – проведем обыск во всех трех квартирах?

Сергей отрицательно качнул головой. Он был твердо убежден, что случайность в этом деле исключена: пособник террористов и владелец детектора должен быть одним и тем же лицом. А детектор может работать лишь в единственном случае – если его подсоединить к компьютерной сети.

– Узнай, у кого из них есть компьютер, включенный в Интернет, – сказал подполковник. – И еще, пожалуй, надо связаться с военной контрразведкой.

Наверняка эти ребята тоже расследовали убийства наших офицеров.

– Разумеется, они этим занимались, – подтвердил Курбонбердыев. -

Следствие контролировал майор Панфилов. Производит впечатление порядочного человека. Кажется, недавно у него начались неприятности.

– Коли начались неприятности, – значит, точно честный офицер. Договорись с ним о встрече. Приедем, как только узнаем, кто из жильцов подключен к сети.

Имя интернетовского абонента они узнали около девяти, а в начале десятого уже разговаривали с сотрудником управления контрразведки, которое обслуживало все войсковые части Российской Федерации, дислоцированные на территории

Таджикистана. Поздоровавшись с майором, Сергей сразу перешел к делу:

– Что вы можете сказать о подполковнике Варыпаеве?

– Подонок, – лаконично ответил Панфилов.

– Если можно, поконкретнее. У нас есть подозрение, что он связан с бандой

Юсуп-Джона.

– У меня было не подозрение, а три тома неопровержимых улик! – взорвался контрразведчик. – Мы доказали, что он причастен к террору, торговле оружием, транспортировке наркотиков и вдобавок является совладельцем фирмы, которая организованно поставляет женщин в публичные Дома стран Ближнего и Среднего

Востока.

– Почему же он еще на свободе?

Бессильно разведя руками, майор рассказал, как месяца полтора назад отослал с курьером все материалы в Главное Управление. Спустя три недели из Москвы ответили, что Досье не получали. Потом в Панфилова стреляли ночью на улице два автоматчика. Одного из них контрразведчик уложил на месте, второй ушел, оставляя кровавый след. На следующее утро его нашли на соседней улице, добитого ножом в сердце. Как оказалось, в ту же ночь кто-то пытался проникнуть в квартиру и служебный кабинет Панфилова.

– Думаю, они ищут копии компроматов на Варыпаева, – сказал майор.

Решительно встав, Сергей скомандовал:

– Поехали.

– У вас есть ордер на арест? – забеспокоился Панфилов.

– Не будьте ребенком, майор. – Каростин снисходительно похлопал его по плечу. – Мы возьмем его с поличным, а потом я лично передам ваши материалы кому следует.

– Когда-то я тоже думал, что достаточно взять с поличным, – вздохнул контрразведчик.

– Не думать надо, а врагов ловить! – отрезал подполковник.

Возле дома номер сорок семь дежурили выставленные Курбонбердыевым наряды

Министерства безопасности. Человек в штатском доложил полковнику, что Варыпаев из квартиры пока не выходил.

– Суббота, – понимающе сказал Панфилов. – Отдыхает, сволочь.

На площадке третьего этажа Абдулло – приложил ухо к двери интересовавшей их квартиры и, прислушавшись, шепнул: «Тихо. Спит, наверное». Один из таджикских оперативников поковырял в замке отмычкой, и дверь бесшумно отворилась. Варыпаева нашли в постели с пьяной до полного бесчувствия девицей лет шестнадцати. Когда обоих прислонили лицом к стене, девчонка сползла на пол, свернулась калачиком и снова отключилась.

– Если хоть одна курва пикнет – придушу этими вот руками, – пригрозил

Кулебякин.

Руки у прапорщика были столь внушительных габаритов, что арестованный связист предпочел помалкивать. Офицеры из ведомств Курбонбердыева и Панфилова разошлись по комнатам и занялись обыском: деловито осматривали одежду, перетряхивали книги, разбирали бумаги, простукивали пол и стены. Время уходило, а ничего путного найти не удавалось. Осмелевший Варыпаев потребовал прекратить это безобразие и вызвать сюда командующего миротворческими силами.

Вместо ответа Сергей поманил пальцем арестованного. Тот сделал неуверенный шаг, и тотчас же у него за спиной вырос верзила Кулебякин. Молча ухватив связиста за шиворот, Саня уткнул ему между лопаток ствол автомата и потащил в направлении, куда звал командир, то есть в кабинет.

– Твой компьютер? – ласково спросил Каростин. – А это что такое?

Он тронул указательным пальцем коробочку, пристыкованную к задней панели

«Пентиума». Варыпаев явно занервничал, но постарался ответить спокойно:

– Модем. Это такое устройство для связи…

– Скажите пожалуйста. – Сергей сделал удивленное лицо. – Именно такие штучки я видел не так давно на таможне. Мафия получила их от своих зарубежных хозяев, не так ли? – Он выдернул детектор из гнезда. – У нас есть подозрение, что с помощью подобного устройства ты кодировал секретные донесения шпионского характера, которые затем отсылал через Интернет в ЦРУ. Полковник Курбонбердыев, можете арестовать его за шпионаж.

Варыпаев закричал: дескать, это произвол и рецидив тридцать седьмого года и что никогда он не был шпионом. Однако выдавать детектор за модем больше не пытался. Между тем Атилла включил компьютер и методично перебирал текстовые файлы. Некоторые хранившиеся на винчестере документы, оказавшиеся закодированными, выводили на монитор бессмысленный набор символов псевдографики.

Мрачно ухмыляясь. Барханов поочередно запускал дискеты, найденные в квартире

Варыпаева. Восьмая дискета сработала, зашифрованный текст стал читаемым. Этот файл содержал список дилеров, через которых за рубеж поставлялись шлюхи из СНГ.

Здесь же аккуратной колонкой выстроились суммы, полученные хозяином квартиры.

– Ну, было дело, занимался живым товаром, – признался арестованный. – Не я один… В конце концов, эти девки сами туда рвались, заработать хотели – сами знаете, какая сейчас жизнь. И нечего мне шпионаж шить.

– В каком файле хранятся подробности терактов, которыми ты руководил, сволочь?! – рявкнул Каростин.

Тяжело вздохнув, Варыпаев рухнул на диван, закрыл лицо руками. Потом пробормотал:

– Вам не позволят расследовать это дело.

– Надеешься, что тебя прикроет Король? – Сергей ехидно усмехнулся. – Зря на это рассчитываешь.

– Король – пешка, продался чужой разведке, – слабым голосом прошептал арестованный. – Меня не прикроют, а просто уберут. И тебя тоже. Эти люди никогда не оставляют свидетелей.

Замурлыкал сотовый телефон, висевший на поясе Курбонбердыева. После короткого разговора со своими подчиненными полковник сказал, удовлетворенно потирая руки:

– Мои сотрудники арестовали Мулло Юсуп-Джона и часть его банды. Остальные боевики окружены батальоном, которым командует мой брат. – Разведчик со зловещей гримасой похлопал Варыпаева по плечу. – Думаю, к вечеру будут готовы показания против этого мерзавца.