- -
- 100%
- +
Мне ничего не снилось. Просто все было черным-черно. Я забылся и отдохнул все время сна. Пролежал в тишине и темноте.
Меня разбудили. Я даже не сразу понял, что меня будят, лежал еще в полудреме какое-то время, пока не расслышал:
– Вставайте, Байконур!
Эта фраза одним махом развеяла мои надежды на то, что все произошедшие со мной приключения мне всего лишь снились. «Байконур, – сказал я про себя. – Все детство я мечтал побывать в космосе». Я открыл глаза. За окном было темно, вдалеке блестели огни. Шея моя затекла на пару с плечом. Я потер глаза руками, окинул взглядом салон – двое мужчин стояли в проходе и смотрели на меня, остальные, видимо, уже покинули самолет. Я привстал и, неуклюже перевалившись, выбрался со своего места. Меня легко подхватили за локоть и помогли найти баланс. Покачиваясь, я вышел на трап. Буквально в двадцати метрах стоял небольшой автобус. Все люди, принимавшие участие в перелете, уже сидели там и смотрели на нашу процессию через окна. Я взглянул на небо. Небо было темным и низким, я глубоко вздохнул, спустился на землю и направился к автобусу. Скучающий водитель взглянул на меня, зевнул и тронулся еще до того, как я нашел себе какое-нибудь место. Потеряв равновесие, я плюхнулся рядом с высоким, коротко стриженым парнем в старомодных очках, тот не отвлекся от своего окна.
Машина ехала по ухабистой дороге где-то с полчаса в полной темноте, освещая себе путь только лишь светом собственных фар. Я не оставлял надежды подремать все это время, но всякий раз, когда, кажется, проваливался в сон, автобус подбрасывало, я бился головой о поручень и просыпался.
Вскоре мы остановились у длинного здания, напоминающего своим видом построенный еще в советские времена пансионат. Несколько человек вышли из машины, пригласили выйти и меня. Я спустился. Двери захлопнулись за спиной, и автобус удалился, унося с собой людей, которые летели сегодня с нами. Как выяснилось, нас встречали.
– Здравствуйте, Максим Александрович, – протянул мне руку широкоплечий сильный мужчина, на вид лет пятидесяти, в белой рубахе, застегнутой не на все пуговицы. – Меня зовут Петр Евгеньевич. Сегодня вы ляжете спать, а завтра встанете с утра пораньше и потратите весь день на подготовку к полету.
Я ни кивал, ни отвечал ничего, просто шел рядом и слушал. Петр Евгеньевич улыбался и оживленно продолжал.
– Завтра у вас тяжелый день! Очень тяжелый! Все соки из вас выжмем, так сказать! Сколько теоретической информации придется запомнить, тестов массу пройти. Одним словом, присесть не удастся. Так что выспитесь сегодня хорошенько, отдохните. И с утра начнем, так сказать.
Сопровождавшие меня представители ФСБ отстали, а потом и вовсе исчезли куда-то. Мужчина провел меня по коридорам на второй этаж и открыл дверь в маленькую комнату, в которой стояла застеленная кровать, тумба, платяной шкаф и письменный стол.
– Вы, кстати, не голодный? – спросил Петр Евгеньевич. – Вас-то в самолете должны были кормить, но если вы еще хотите, так это, конечно, возможно, я договорюсь, вам Надя сварганит чего на скорую руку. Чай, может быть?
Я мотнул головой.
– Ну, ладно. Если что понадобится, вы говорите, не стесняйтесь. Вам сейчас все можно!
– Можно жене позвонить? – выдавил я из себя фразу без надежды на успех.
– Нет, вот только позвонить нельзя пока, – смутился он.
Я прошел глубже в комнату, сел на кровать и начал стаскивать с себя одежду.
– С комарами мы здесь справляемся, так сказать, космическими методами, – с легкой улыбкой, спокойно сказал Петр Евгеньевич.
Я посмотрел в его сторону. Он оживился моим вниманием:
– А вот вентилятор! Он просто будет сдувать с вас комаров. Ни один к вам и на метр не подлетит, вот увидите!
Он повернулся к невнятной конструкции, стоящей у изголовья кровати, и, ковыряясь в ней, продолжил:
– Вентиляторы у нас тихие очень, механик наш сделал – Левша! – многозначительно приостановился он, включая механизм. – Ну, не буду мешать. Мы еще завтра с вами наговоримся. Надоем еще! – Он необыкновенно по-доброму, даже несколько печально улыбнулся и, поклонившись, скрылся за дверью.
Я остался один. Мое сердце ныло, всхлипывая и прерывисто вздыхая. Я разделся до белья, откинул одеяло, лег и тут же уснул.
2
Меня разбудили, тронув за плечо. Я дрогнул и открыл глаза. Передо мной стояла женщина чуть старше меня, одетая в какой-то домашний халат, и аккуратно складывала мои вещи, которые я накануне разбросал по всему столу и тумбе.
– Уже девять! Пора просыпаться!
Я перевернулся на спину.
– Умывайтесь, вас завтрак ждет, – она прошла к выходу и по дороге открыла дверь в ванную комнату, которой я не приметил вчера вечером.
Я встал на слабых от сна ногах и отдернул штору. За окном раскинулся невнятный пейзаж, доставшийся этому месту от Советского Союза и неизменный с тех пор. Небольшой участок под зданием был заасфальтирован, за ним тянулись деревья в один рядок, невысокие, негустые. Затем располагались еще несколько зданий, вдвое ниже нашего. А дальше не то поле, не то пустырь, увенчанный на самом горизонте высокими постройками, напоминающими большой завод.
По асфальтированной дорожке сновало множество людей, то и дело проезжали машины и небольшие автобусы. Солнце, почти не пробивающееся из-за туч, освещало все кругом тусклым, грязным желтым светом. Я взглянул на небо и тяжело вздохнул.
Затем повернулся и направился в ванную комнату. Там меня ожидали мягкое полотенце, кусочек мыла, зубная щетка с пастой, шампунь в маленькой бутылочке и даже одноразовая бритва. Я забрался в душ и смыл с себя усталость и сон. От вчерашнего страха и потерянности не осталось и следа. Мне нужно быть самым сильным человеком на Земле. Только так и никак иначе! Если не я, то, может быть, уже и никто. С малого детства я чувствовал, что судьба уготовила мне нечто особенное. Вот это особенное пришло, и я обязан быть сильным. На самом деле я просто выключил сердце.
Проведя в душе минут двадцать и окончательно придя в себя, я вернулся обратно в комнату, надел на себя брюки и рубаху, пиджак оставил.
Покинув апартаменты, я с удивлением обнаружил, что в трех шагах от моей двери сидит представитель Службы безопасности, который немедленно оторвался от газеты и встал, вытянулся в струнку. Я кивнул головой в знак приветствия, на что он, не проронив ни слова, указал рукой и всем телом, куда мне следовать. Я пошел по коридору, он увязался за мной. Не прошли мы и двадцати шагов, как из какой-то боковой двери нам навстречу вышла та же самая женщина, которую я видел полчаса назад.
– А я вас будить иду, – улыбаясь во все зубы, сказала она, – думала, вы все еще спите, а вы – вон какой молодец!
Она обходилась со мной словно с ребенком в детском саду! И мне это нравилось – я заряжался спокойствием и силой. Мы шли рядом. В Надиных глазах я видел нестерпимое желание поболтать, но она не находила подходящей темы, только лишь иногда задавала несложные вопросы: не мучили ли меня ночью комары да не замерз ли я, пока спал. Я кивал или мотал головой, не вдаваясь в подробности. Кажется, ее вполне удовлетворяли такие короткие ответы.
Мы пришли на кухню. Всего два столика. Все очень чистенько и уютно. Я сел за ближайший ко мне стол, а сопровождавший меня молодой человек – за другой, не сводя с меня глаз. В душе я улыбнулся.
Кормили здесь вкусно. Так, как кормит хорошая хозяйка. Очень вкусно! Не знаю, всегда ли здесь так кормят или только по поводу концов света… Я осекся… Вчерашняя невыносимая печаль вновь показала свои зубы. Утренняя прыть испарилась. Я провалился в уныние.
Когда мне подали чай «со вкусом бергамота», в кухне показался Петр Евгеньевич, принеся с собой оживление:
– Доброе утро, Максим Александрович! Как спали? – и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Спится у нас здесь замечательно! Воздух чистый, если не считать продуктов переработки ракетного топлива. – Он рассмеялся и через мгновение уже обращался к снующей туда-сюда Наде: – Ну что же вы, Надюша, дали бы Максиму Александровичу еще булочку со сливками!
Я хотел попротестовать, замычав забитым ртом, но меня никто не слушал, Петр Евгеньевич уже обращался ко мне:
– Я когда помоложе был, ох уж любил эти булочки. У нас пекутся, в городке. Как вам?
Он встал, в очередной раз не дождавшись ответа, и, обращаясь к Наде, подскочившей с целым блюдцем булочек, увел ее с собой. Я был уже сыт. Сделав еще пару глотков, я перехватил голодный взгляд представителя ФСБ – то ли он мой телохранитель, то ли конвоир, до сих пор понять не могу. Я поднял блюдце и предложил ему. Он бойко привстал и скромно взялся за лежащую на самом верху булочку.
– Да все блюдце забирайте! Я больше не буду, – сказал я свои первые слова за утро.
Он немного посомневался, затем, коротко кивнув, оставил блюдце и ушел за свой столик с единственной булочкой в руке.
– Ну что же, идемте, – вернулся Петр Евгеньевич.
Я сделал последний глоток и встал из-за стола.
Мы вышли на улицу. Тепло на улице и свежо. Воздух, и правда, очень чистый. Невдалеке завелась машина, и мы направились к ней. Расселись по местам: Петр Евгеньевич – впереди, мы с моим телохранителем-конвоиром – сзади.
– Сейчас вы увидитесь с остальной группой. Некоторые прилетели только сегодня, всю ночь в самолете провели. Другие уж второй день здесь. Португальца вот ждем с минуты на минуту – прямо в зал приедет.
Я плохо слышал, что он толковал с переднего сиденья, но участливо кивал всякий раз, когда он поворачивался и смотрел на меня. Вокруг нас было поле, то там, то тут закрытое от разбитой неширокой дороги деревьями. Мы мчались к показавшемуся на горизонте городку. Изредка нам навстречу проезжали другие машины. Водитель всякий раз отрывал руку от руля и приветствовал встречных.
Въехав в городок, мы попетляли по широким улочкам и остановились у одного из типовых невысоких домов. Петр Евгеньевич все что-то рассказывал. Мы поднялись по каменным ступеням и оказались в просторном холле, наполненном людьми, занятыми какими-то делами. То и дело здороваясь с кем-то за руку, Петр Евгеньевич провел нас к широким старомодным дверям, распахнутым настежь. Мы завернули в широкий зал, кишащий народом. У стен располагались какие-то наглядные пособия, механизмы, приспособления, мониторы. В глубине стояла трибуна из красного дерева, а посередине громадный стол.
– Вот, португальца ведут, – сказал какой-то молодой человек, глядя через мое плечо.
Я хотел было обернуться, но Петр Евгеньевич подхватил меня за руку и увлек за собой к столу. Я сел на указанный мне стул, и тут все затихло, гомон прекратился. Все остановилось. Территория вокруг стола расчистилась, и я заметил, что рядом сидят еще пять человек. Только что пришел и сел прямо напротив меня высоченный здоровый португалец. Темный, загорелый, огромная грудная клетка, длинные волосы, мужественное сильное лицо. Он был одет в майку салатного цвета. На груди красовался крест. Он выглядел уверенным и сильным. Глядя на него, я немного подвыпрямил спину и сел выше.
Слева от португальца сидела необыкновенной красоты девушка с темными волосами и большими серыми глазами, которым, казалось, было интересно буквально все. Она крутила головой и оглядывала своих соседей. Она была безудержно притягательна! Мое сердце заколотилось опять.
Прямо рядом со мной, с моей стороны стола, располагалась девушка-мулатка, даже негритянка скорее, конечно, тоже невероятной красоты. А следом сидели две очаровательнейшие красавицы с Востока, державшие друг друга за руки, мне тогда казалось, что они подруги, подругами были еще до всех этих приключений, но позже выяснилось, что они просто быстрее остальных нашли общий язык.
Я оглядывал моих соседей, то же делали и они. Несколько раз я поймал взгляд девушки напротив и натолкнулся на мощный напористый взгляд португальца, пропитанного уверенностью. За его плечом на корточках сидел такой же загорелый парень, так же легко одетый, но худощавый, коротко стриженый и со средней величины золотыми кольцами в обоих ушах. Он также оглядывал тех, кто сидел за столом. Я поднял глаза на людей, что стояли у стен, те тоже в полном молчании стояли и завороженно наблюдали за мной и моими соседями. Перед всеми этими людьми сидели шесть представителей из модели человечества будущего. Адамы и Евы, от которых в самом благоприятном для цивилизации случае возгорится новый род. Мы были совершенны каждый по себе, но чрезвычайно не идеальны в масштабах всего будущего человечества. Двадцать четыре из шести миллиардов – слишком скудная выборка, чтобы сохранить все нравственное и физическое достояние нынешнего мира людей. Я чувствовал себя насмешкой над всем социумом планеты. Модель нового времени. Адам. В моем сердце не было чувств. В сердце я был манекеном. Пластиковым спасителем разумных динозавров от вымирания. Моя миссия – свята! Все молчало. Ощущение громоздкости царило в воздухе. Шесть человек из отряда по спасению вируса в масштабах небесных тел. Смысл начал пропадать.
– Доброе утро, господа, – услышали мы обращение и повернули головы в сторону трибуны.
Молодой человек с золотыми кольцами в ушах немедля перевел на ухо португальцу эту фразу. То же сделали и незамеченные мной сначала переводчики на восточные языки, которые находились за моими соседками справа, и на французский – девушка с папкой для бумаг, для темнокожей леди.
На трибуне стоял пожилой мужчина, весь седой, с мужественным лицом и твердым голосом:
– Разрешите для начала представиться: меня зовут Евгений Анатольевич Берф, я старший руководитель полетов Космической программы Российской Федерации. – Он откашлялся. – На ваши плечи выпала тяжелейшая ноша из всех, что выпадали на долю жителей Земли за всю ее огромную историю. Катаклизмов такого масштаба человеческий мир еще не переживал, но давайте оставаться оптимистами – предложенная попытка защитить наш род от вымирания вполне осуществима силами землян. Вы, – герои нового времени. И герои не коммерческих успехов, не спортивных интересов или даже не интересов свободы, вы – герои человека! Герои жителя Земли! За вашими спинами – вся жизнь!
Он приостановился. Было видно, что он хочет выйти из-за трибуны, подойти к нам, обнять всех одним движением и расплакаться. Но он говорил официальным языком. Пускай так. Расплачется каждый по отдельности. Вообще не важно, что он сейчас говорит. Просто ему хотелось говорить, а всем людям в переполненном здании хотелось слушать. Всем людям хотелось играть в обычную заурядную жизнь на планете Земля, полную глупостей и несовершенства. И все играли, плача в глубине души. Евгений Анатольевич продолжил:
– Давайте познакомимся: мы – с вами, вы – друг с другом. Начнем с Максима Николаева, – он указал рукой в мою сторону, я привстал. – Он приехал к нам из Петербурга. Он – врач-хирург. Не одного человека спас за свою молодую жизнь, надеемся, это чувство – спасение людей – поможет ему в ближайшем будущем.
Я кивнул. Все захлопали вокруг. Я сел обратно.
– Далее: Софи Бижу. Прилетела к нам из Лиона. Она – спортсменка. Легкоатлетка. Бег с препятствиями. Несмотря на хрупкую внешность, необыкновенно волевая, сильная женщина. Ее хобби – полеты на легких гражданских планерах. Сама их пилотирует.
Все захлопали в ее сторону, она тоже раскланялась и вернулась на свое кресло.
– Теперь: Аки Фуждивара, Токио, Саппоро, Япония. Аки в детстве занималась сноубордом. Мастер конькобежного спорта. Последний год вела популярные передачи на телевидении, также пишет книги и стихи, сценарии к фильмам, журналистка.
Окружающие нас люди поддержали аплодисментами и ее. Та, мелко кланяясь, всех благодарила и помахала ручкой.
– Рядом с ней, познакомьтесь, пожалуйста: Сунэ Сон, Сеул, Корея.
Девушка буквально на несколько сантиметров оторвалась от кресла, скромно поклонилась и села обратно, легонько улыбаясь.
– По профессии наша гостья – лингвист. Но всю жизнь занимается спортивными танцами. Мисс Сеул 2001 года! Давайте теперь про Леночку скажем: Елена Румилева – также танцовщица, спортсменка, что уже нам с вами должно быть привычно. Приехала к нам из солнечного Сочи, модель. Легкая атлетика и пляжный волейбол. Ну и закончим мужчиной – только что прибыл к нам из Португалии. Луиш Мендеш! Город Лиссабон.
Португалец приложил руку к сердцу и поклонился несколько раз, не вставая с места.
– Господин Мендеш, я знаю, серфингом в молодости занимался, а сейчас? – он обратил вопросительный взор в сторону Луиша.
Молодой человек в серьгах дотараторил ему перевод и, выслушав ответ, с заметным трудом и броским акцентом сказал:
– Здания!
Евгений Анатольевич удивленно переспросил, жестом головы.
– Он строитель, – сказал переводчик.
– Строитель, все верно! – подхватил Евгений Анатольевич. – Строитель! Ну что ж, вот такая у нас славная команда. Разрешите теперь представить вам пилота, который сопроводит вас на станцию МКС и доставит обратно…
Он приостановился, негромко перебросился парой слов с подошедшим к нему лысым грузным мужчиной с густыми бровями и поправился:
– Нет, пилот еще не подъехал. Ждем с минуты на минуту. Его задержали на утренней подготовке. Познакомимся с ним позже.
Я лег щекой на стол, обхватил голову руками и начал слушать стол. Тот молчал. Сквозь гомон, то ли поднявшийся в реакцию на мои действия, то ли я просто не замечал его раньше, я не услышал от стола ни звука: ни биения сердца, ни дыхания, ни того, что он бурчал себе под нос. Ничего. Я оторвал ухо от деревянной полированной поверхности и вернулся в вертикальное положение, облокотился на спинку кресла.
Мне было комфортно на Земле.
– Наша группа вылетает завтра в двенадцать часов дня по московскому времени. Китайская – вылетит на два часа раньше из спутникового центра в Джиукуане. На китайской орбитальной станции со звучным названием «Ветер Свободы» до этого момента еще будет находиться персонал, который туда отправлен, для завершения всех работ, связанных с выводом объекта на орбиту.
«Интересно, – подумал я, – когда это персонал был отправлен, если, по информации из Москвы, станцию выводят на орбиту сегодня. То ли кто-то из них знает не все, то ли мне нужно меньше об этом думать».
– В четырнадцать ноль-ноль по Москве ракета с группой на борту, облетев Землю целиком и еще четверть, состыкуется с международной орбитальной станцией. Было бы у нас больше времени, мы бы подождали более удобного случая для старта, но не беда, вылетим как есть. Ровно в шестнадцать ноль-ноль, если все пройдет нормально, назначен старт первой из двух групп, вылетающих из США с космодрома Мыса Канавэрал, которая направится к «Свободе». И ровно через десять часов после вылета первой вылетает вторая группа из США – раньше просто не успеют подготовить старт. Американские группы состоят преимущественно из граждан Соединенных Штатов, один человек из Канады и один из Бразилии. Также добавлю, что в китайской группе полетит наша украинка Гладышева.
Вместе с экспедицией, на борт будет направлен багаж, состоящий из максимального числа самых необходимых для ожидаемых условий вещей. Весь метеоритный дождь пройдет за восемь дней. На станции МКС будет достаточно провианта и воздуха, чтобы продержаться семи человекам в течение двадцати одного – двадцати трех дней. За это время обстановка на Земле полностью нормализуется, хотя мы рассчитываем, что группа вернется на планету через десять – двенадцать дней, если не случится каких-либо форс-мажорных обстоятельств. Багаж состоит из трех компонентов: предметы жизнеобеспечения, предметы аккомодации и информационной части. В группу предметов жизнеобеспечения включены продукты питания, предметы личной гигиены, а также технические элементы, необходимые для организации жизни в пространстве орбитальной станции. Блок предметов аккомодации состоит из инструментов, оборудования и одежды, необходимых для организации жизни на Земле после возвращения: костюмы, защищающие от морозов и жары, горючее, столярные инструменты, оружие и прочее. Информационный блок состоит из специальных носителей информации, отвечающих трем критериям: надежность сохранения, легкость и маленький объем с точки зрения геометрических размеров и высокая емкость. На носители будет записан максимум информации об окружающем нас сейчас мире. Все основные достижения цивилизации: музыка, история, живопись, скульптура. Также на борт вам будет выдан миниатюрный компьютер, работающий от солнечных батарей. Специальная разработка фирмы «Тошиба». Он позволит вам пользоваться закодированными и сохраненными в особом виде данными после возвращения на Землю. Из личных вещей вам позволят взять лишь четыре мегабайта персональной информации. Если не будет особых пожеланий, то мы запишем на это место фотографии ваших родных и близких, голоса, может быть, короткие видеоролики.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.