Методика расследования преступлений. Общие положения

Предисловие

В условиях количественного и качественного изменения состояния преступности в современной России возросла социальная роль криминалистической науки, которая находится на переднем крае борьбы с данным негативным социальным явлением. Несмотря на то что криминалистика в целом и отдельные ее разделы (общая теория, криминалистическая техника, тактика и методика) достигли в своем развитии достаточно высокого уровня, данная отрасль юридического знания нуждается в дальнейшем прорыве, чтобы достойно ответить на вызов, сделанный преступным миром российскому государству и органам, ведущим борьбу с преступностью. Сложившаяся ситуация требует консолидации сил отечественных ученых-криминалистов в целях скорейшего разрешения существующих дискуссионных теоретических вопросов, относящихся к отдельным разделам криминалистики и особенно к ее заключительному разделу – криминалистической методике. К решению этой задачи важно подключить и молодые силы в лице адъюнктов, аспирантов, докторантов и соискателей.

Существование в криминалистической методике на протяжении многих лет дискуссионных проблемных вопросов сдерживает разработку новых, более высокого уровня типовых методик расследования преступлений, в которых нуждаются как студенты, слушатели и преподаватели юридических вузов и факультетов, так и органы, ведущие расследование преступлений.

Так, в криминалистической методике длительное время ведется и все еще не завершена дискуссия по вопросам о криминалистической характеристике преступления, ее структуре и значении. В неудовлетворительном состоянии находится решение задачи по разработке исследовательской программы изучения и обобщения практики раскрытия и расследования отдельных видов преступлений. На протяжении десятков лет остается проблемным вопрос о структуре частных криминалистических методик. Нет ясности при определении таких фундаментальных научных категорий, как предмет доказывания и предмет расследования[1].

Нет сомнения в том, что без дальнейшего совершенствования системы научных положений криминалистической методики не представляется возможным создать более эффективные типовые методики расследования. Признание приоритета разработки теоретических основ криминалистической методики по отношению к ее продукции – научно-практическим рекомендациям по организации и осуществлению раскрытия, расследования и предотвращения преступлений конкретных видов и категорий – обусловливает необходимость синтеза накопленных научных фактов данного раздела криминалистики в рамках понятия более высокой степени абстракции. Такой абстракцией является понятие общего метода расследования преступлений, способное интегрировать известные криминалистической методике научные положения в единое целое. Выход на стадию синтезированного решения проблем криминалистической методики, стремление к разработке целостной теоретической модели на основе философского всеобщего метода познания действительности создают теоретические предпосылки для выявления и устранения недостатков в функционирующей системе методико-криминалистических знаний.

Первое указание на факт существования общего пути познания истины при расследовании преступлений принадлежит отечественному ученому-криминалисту Б. М. Шаверу. Учет особенностей методик расследования отдельных категорий уголовных дел и методик расследования единичных преступлений возможен, по его мнению, при следовании правилу: «Идти от метода совершения преступления к методу его раскрытия»[2].

В дальнейшем стали упоминать это правило и другие авторы (Г. Г. Зуйков, Н. А. Сенчик, А. Н. Колесниченко), хотя, как и Б. М. Шавер, они не называли его общим методом расследования. Р. С. Белкин – создатель общей теории криминалистики, – признавая факт существования и необходимость разработки понятия общего (универсального) метода расследования, сформулировал его определение и обозначил структуру[3]. Решение Р. С. Белкина, направленное на утверждение существования общего метода расследования, не зависящего от категории преступлений и играющего роль некоего руководящего начала при разработке и применении частных криминалистических методик[4], было воспринято его учеником, автором этих строк, который предпринял попытку разработать концепцию данного метода и заложить фундамент нового частного криминалистического учения. В 1995 г. по данной проблеме им была защищена докторская диссертация[5]. С тех пор прошло более 10 лет. К сожалению, идея общего метода расследования не нашла заметного отклика в криминалистической науке. А, между тем, многие концептуальные вопросы, имеющие непосредственное отношение к учению об указанном методе, до настоящего времени остаются неразрешенными.

В 2002 г. вышла в свет моя монография «Криминалистическая методика: история и современность», в которой рассматриваются основные положения учения об общем методе расследования[6].

Настоящая работа посвящена изложению общих положений заключительного раздела криминалистики, в том числе положений, объединяемых понятием общего метода расследования преступлений, а также разрешению проблем, по которым в криминалистической методике длительное время нет единства взглядов ученых-криминалистов. В ней рассматривается в теоретическом плане ретроспективный криминалистический анализ преступлений и деятельности по их раскрытию и расследованию. На базе этих видов криминалистического анализа определяются основания, по которым следует собирать и обобщать эмпирические данные в целях создания соответствующих криминалистических характеристик. По сути, идет речь об исследовательских программах – методах исследования обоих видов практики.

В работе исследуется проблема криминалистической характеристики преступления, излагается авторская позиция о ее роли и месте в типовой криминалистической методике, обосновываются источники информационного обеспечения общего метода расследования преступлений.

Автор не претендует на бесспорную истинность выдвигаемых им положений и надеется на то, что эта публикация не останется без должного внимания научной общественности и послужит толчком для дальнейшей исследовательской работы в области криминалистической методики.

1. Возникновение и развитие криминалистической методики как самостоятельного раздела отечественной криминалистики

Первые методико-криминалистические рекомендации использовались в рамках существовавшего российского судопроизводства в начале первой половины XIX столетия. Это были рекомендации, разработанные на основе эмпирических знаний и житейского опыта, о последовательности и содержании действий следователя при расследовании различных видов преступлений[7].

С развитием теории судебных доказательств и проведения в 1864 г. реформы всей системы судопроизводства наметилась устойчивая тенденция к росту методических рекомендаций как в количественном, так и в качественном отношении. Преобразование существовавшей системы доказательств способствовало расширению круга допустимых вещественных доказательств («немых свидетелей»), разработке и применению при расследовании преступлений средств и методов их собирания и исследования, а также формулированию отдельных методико-криминалистических рекомендаций[8].

Дальнейший шаг вперед в решении задачи по созданию научных методов расследования был сделан российскими учеными в начале XX в., когда наука в ответ на количественные и качественные изменения преступности решала задачу по вооружению полицейских и судебных чиновников адекватным арсеналом криминалистических рекомендаций. В этот период создаются первые объективные предпосылки для выделения знаний криминалистического характера из уголовно-процессуальной науки в самостоятельную научную область.

Зародившаяся новая область научных знаний первоначально называлась «уголовной техникой», хотя она уже в 90-х гг. XIX в. именовалась западноевропейскими учеными криминалистической наукой[9].

В первое десятилетие XX в. заметное место в процессе формирования методико-криминалистических рекомендаций в России заняли работы Е. Ф. Буринского, определившего принцип зависимости содержания средств, приемов и методов расследования преступлений от достижений иных наук и обосновавшего необходимость изучения и обобщения способов совершения преступлений для последующей разработки мер противодействия преступной деятельности. Практическое руководство С. Н. Трегубова знакомило читателя с широким кругом криминалистических средств, приемов и рекомендаций по расследованию некоторых видов преступлений[10].

Работа Б. Л. Бразоля содержала рекомендации по действиям следователя при расследовании железнодорожного крушения[11].

Помимо этих работ в первое десятилетие XX в. вышли в свет справочные издания, в которых затрагивались методические указания по расследованию отдельных категорий преступлений[12].

Несмотря на возросший уровень криминалистических работ указанного времени, в целом багаж дореволюционной российской криминалистики был явно недостаточен, для того чтобы можно было говорить о ней как о самостоятельной науке. Тем более не было достаточных оснований для выделения в рамках «уголовной техники» отдельного раздела – методики расследования конкретных видов преступлений. Предстояла гигантская работа по формированию теоретических основ криминалистики, обоснованию их содержания и места в системе научного знания и разработке на их базе научно-практических рекомендаций технического, тактического и методического характера.

Данные проблемы криминалистики особо нуждались в своем решении в годы Первой мировой войны и в послереволюционное время, когда преступность в России достигла поистине своего апогея. Однако происходившие в России социально-политические и экономические события во второе десятилетие XX в. и в последующие годы существенно замедлили процесс становления криминалистической науки. Нужды практики борьбы с преступностью удовлетворялись в основном за счет издания переводной криминалистической литературы западноевропейских стран. Среди работ такого рода были труды А. Гельвига «Современная криминалистика (методы расследования преступлений)» (1925), Г. Шнекерта «Тайна преступника и пути к ее раскрытию» (1925), Э. Аннушата «Искусство раскрытия преступлений и законы логики» (1927).

К первым послереволюционным российским методическим работам относятся «Инструкция органам милиции о порядке производства дознаний» (1924), серия подготовленных М. С. Строговичем методических писем, в которых обобщался опыт расследования должностных и хозяйственных преступлений в области капитального строительства (1932), публикации статей в журналах, содержащих краткую информацию о методике расследования по конкретным уголовным делам. В 1924–1929 гг. вышли в свет многоплановые работы по криминалистике, затрагивающие проблемы методики расследования отдельных видов преступлений. И. Н. Якимов в «Практическом руководстве к расследованию преступлений» пытается решить проблему общего метода расследования по косвенным уликам[13], различает в системе сформировавшейся к тому времени уголовной тактики Особенную часть – научный метод расследования преступлений[14]. В. И. Громов впервые выделяет методические рекомендации в системе криминалистики в самостоятельный раздел науки, который он называет «Методикой расследования преступлений»[15]. По его мнению, сделанные на основе опытов прошлого обобщающие практические выводы о методах работы, содержащие систематизированные практические указания по наиболее рациональному ведению расследования, могут облегчить работу следователя по уголовному делу[16].

Плодотворными по творческой активности для первых отечественных ученых-криминалистов в области методики расследования оказались и 30-е гг. В 1931 г. выходит работа «Техника расследования отдельных видов преступлений»[17], в 1932 г. – книга «Новые формы и методы расследования должностных и хозяйственных преступлений»[18], в 1934 г. – «Расследование хищений и злоупотреблений в торговом аппарате»[19], в 1937 г. – «Следственная практика в примерах»[20].

Обоснование факта существования методики расследования преступлений привело к тому, что в первом вузовском учебнике, изданном в 1936 г., методика расследования рассматривается как один из трех самостоятельных разделов криминалистики наряду с уголовной техникой и уголовной тактикой[21].

В книге второй указанного учебника изложены конкретные частные методики по расследованию некоторых видов преступлений, определена последовательность работы следователя при составлении плана расследования. В структурном плане частные методики объединяло только изложение первоначальных следственных действий. При этом прослеживалась ошибочная рекомендация выдвигать следственные версии и составлять план расследования лишь после проведения первоначальных следственных действий[22].

Во втором отечественном учебнике по криминалистике сохранилась трехчленная система криминалистической науки[23]. Заключительный раздел криминалистики представлен в качестве Особенной части техники и тактики расследования преступлений и рассмотрен во второй книге этого учебника[24].

В первой главе изложены взгляды Б. М. Шавера о предмете, методе и задачах методики расследования отдельных видов преступлений. Глава содержала ряд ценных положений, выраженных им в научных статьях[25], сыгравших важную роль в развитии криминалистической методики. В то же время автор этой главы необоснованно подверг критике идею криминалистического учета преступлений по способу их совершения, полагая, что «советский криминалист меньше всего должен рассчитывать на повторение стандартных способов совершения преступлений» в связи с тенденцией исчезновения в советском обществе профессиональной преступности. Он решительно выступил против формирования криминалистических логических понятий, считая, что «только общие законы диалектической логики, применяемые во всех областях науки, могут и должны применяться и при расследовании преступлений». Вместе с тем, противореча самому себе, он призывал руководствоваться при расследовании преступлений принципом «от метода совершения преступления – к методу его раскрытия», указывая, таким образом, на общий путь познания истины в процессе доказывания, который в криминалистически интерпретированном виде основывается на всеобщем методе познания действительности – одном из основных элементов диалектической логики.

В указанной главе обосновывается необходимость указывать при разработке частных методик расследования формы и методы сочетания следственных и оперативно-розыскных действий.

В последующих главах излагаются отдельные частные методики расследования преступлений, которые содержат различную структуру. Не одинакова структура глав Особенной части и другого учебника по криминалистике[26]. В одних случаях изложение методик начинается с предмета доказывания, в других – с первоначальных следственных действий. Однако в конкретных частных методиках стали заметны попытки рассмотрения вопросов применения технических и тактических приемов с учетом тех особенностей, которые характерны для расследования конкретных видов преступлений.

В послевоенные годы в содержании заключительного раздела криминалистики авторы стали выделять группу положений, общих для расследования отдельных видов преступлений. Этому способствовало создание всесоюзных криминалистических исследовательских центров и самостоятельных вузовских кафедр криминалистки, развертывание научных исследований во всех областях криминалистической науки и конкретные попытки формулирования некоторых теоретических концепций и понятий, которые впоследствии будут положены в обоснование частных теорий, составляющих содержание общих положений криминалистической методики.

Будущие общие положения методики берут начало в главе первой книги второй первого послевоенного учебника по криминалистике, написанной Б. М. Шавером[27]. Она называлась «Основные положения методики расследования отдельных видов преступлений». В ней сформулированы понятие заключительного раздела криминалистики, его система и задачи, определена структура частных методик расследования.

На этом этапе развития общие положения частных методик привлекали недостаточное внимание ученых-криминалистов.

Видимо, процесс пополнения общих положений частных методик сдерживался существующими в то время представлениями о предмете криминалистической науки только как о средствах, приемах и методах расследования и предупреждения преступлений[28]. Бурное развитие общих положений методики связано с изменением в 60-х гг. понятия предмета криминалистики. Введенная Р. С. Белкиным и поддержанная большинством ученых-криминалистов двухчленная структура предмета науки – изучаемые закономерности преступной деятельности и деятельности по собиранию, исследованию, оценке и использованию доказательств и основанные на их познании специальные средства, приемы и методы раскрытия, расследования и предотвращения преступлений – способствовала интенсивному формированию общих положений криминалистической методики[29].

К ним отнесены правовые основы методики, общие принципы организации расследования[30], данные о способе совершения преступления, имеющие особое значение для криминалистических методик[31], организационные мероприятия по раскрытию, расследованию и предотвращению преступлений[32], криминалистическая характеристика и классификация преступлений[33], представления о периодизации этапов процесса расследования[34]. В дальнейшем в общие положения методики включены принципы, характеризующие процесс расследования или отражающие характерные черты частных методик[35], принципы формирования частных методик[36]. С включением в предмет криминалистики указания на изучаемые ею закономерности возникновения доказательственной информации о преступлении и преступнике и т. д. ученые-криминалисты стали раскрывать частные проявления общих закономерностей предмета этой науки применительно к специфике технических средств и тактических приемов, имеющих место в раскрытии конкретных видов преступлений[37]. В содержание криминалистической методики включили общие положения, отражающие сущность, характер, направленность и формы проявления закономерностей собирания, исследования, оценки и использования доказательств, и относящиеся к этому разделу науки криминалистические теории, опирающиеся на эти закономерности[38].

Таким образом, общие положения методики по качественному состоянию сложились в 60–80 гг. в систему научных знаний, которая существенно приблизила ее теоретические представления к практической деятельности по раскрытию, расследованию и предупреждению преступлений. Важнейшие работы А. Н. Колесниченко, Р. С. Белкина, В. А. Образцова, А. В. Дулова, Н. П. Яблокова, Н. А. Селиванова, И. А. Возгрина, И. М. Лузгина, Г. Г. Зуйкова, В. Н. Абрамина, И. Ф. Герасимова и других ученых-криминалистов в этом процессе сыграли заметную роль.

Но это не означает, что существующая теоретическая система частных методик лишена каких бы то ни было недостатков и все предлагаемые авторами положения достаточно освоены, прошли проверку практикой и необходимую корректировку. Некоторые из них обозначены лишь в общих чертах.

На современном этапе развития криминалистической методики совершенствование системы научных положений осуществляется через обобщение и философское объяснение накапливаемого эмпирического материала, познание научных фактов, относящихся к сферам совершения и сокрытия преступлений и их раскрытия, расследования и предупреждения. Важную роль в этом процессе принадлежит новому формирующемуся частному криминалистическому учению – учению об общем методе расследования преступлений, которое способно интегрировать уже накопленные знания, углубить их, превратить в целостную картину[39].

2. Основные понятия методики расследования отдельных видов преступлений

К основным понятиям заключительного раздела криминалистики относится в первую очередь понятие этого раздела криминалистической науки. В литературе есть значительный ряд определений этого понятия, из которых одни отличаются друг от друга чисто редакционно, другие – элементами своего содержания. Для последних характерны определения, сформулированные Н. А. Селивановым и Р. С. Белкиным. По Н. А. Селиванову, «методика расследования – это обусловленная предметом доказывания система взаимосвязанных и взаимообусловленных следственных действий, осуществляемых в наилучшей последовательности, в целях установления всех необходимых обстоятельств дела и доказывания, на основе планирования и следственных версий, с учетом типичных способов совершения преступлений данного вида, следственных ситуаций и характерных для их расследования особенностей применения тактических приемов и научно-технических средств»[40]. Определение Р. С. Белкина отличается от предыдущего тем, что в нем имеется указание на систему научных положений, на основе которых разрабатываются частные криминалистические методики. Под методикой расследования как разделом криминалистики он понимает «систему научных положений и разрабатываемых на их основе рекомендаций по организации и осуществлению расследования и предотвращения отдельных видов преступлений»[41]. Близким к содержанию этого понятия является определение И. А. Возгрина, раскрывающего сущность научных положений указанием на закономерности организации и осуществления раскрытия, расследования и предотвращения преступлений, на базе которых разрабатываются рекомендации практике[42].

На основе определения понятия криминалистической методики можно представить частную методику расследования как «типизированную систему методических (научно-практических) рекомендаций по организации и осуществлению расследования и предотвращения отдельного вида преступлений»[43].

Совокупность частных методик расследования и общие положения как основание формирования и адаптации этих методик к особенностям расследования единичных преступлений образуют систему криминалистической методики как раздела криминалистической науки.

При расследовании единичных преступлений одного и того же вида применяются индивидуальные методики, сформированные на основе соответствующей частной методики и с учетом особенностей и условий их расследования.

Индивидуальную методику расследования можно определить как систему следственных и иных действий, осуществляемых по конкретному уголовному делу на основе частной криминалистической методики с учетом обстоятельств и условий расследования единичного преступления в целях решения задач уголовного судопроизводства.

Представление о содержании и структуре частных методик расследования зависит от общего представления о системе научных положений криминалистической методики как раздела науки и о принципах их разработки и построения, входящих в эту систему в качестве самостоятельных элементов.

3. Принципы формирования и основания систематизации частных методик расследования

К принципам разработки и построения частных методик расследования преступлений относятся только те положения, в которых имеются указания на зависимость их содержания и структуры от источников формирования. По этой причине не все изложенные в криминалистической литературе положения можно отнести к данным принципам. Например, нет оснований считать принципами разработки частных методик предъявляемые к ним общие требования законности, самостоятельности, целостности, научности, конкретности. Нельзя отнести к принципам разработки методик расследования и упоминаемые в литературе требования оперативности расследования, привлечения общественности к участию в раскрытии преступлений, оптимального набора и последовательности следственных действий.

Не может быть рассмотрена в качестве принципа разработки частных методик и одна какая-то причина их зависимости от конкретного источника при наличии других причин. Не является, например, принципом разработки методик расследования их обусловленность предметом доказывания, так как данная связь отражает только часть общей связи методики расследования с уголовно-процессуальным правом. Дробление общей связи на составные части и предложение принять единичные зависимости (при наличии общего источника формирования частных методик) в качестве самостоятельных принципов означают принижение роли принципа как средства объяснения научного факта.

Исчерпывающий перечень источников криминалистических частно-методических рекомендаций составляют право, практика и наука. Положения, отражающие общую зависимость частных методик от этих источников, образуют закрытую систему принципов их разработки, каждый из которых имеет свою совокупность обусловленностей, составляющих их содержание. Содержательная сторона данных принципов и выступает в роли руководящего начала при разработке частных методик.

Упомянутые принципы объединяют в своих рамках следующие подсистемы частных зависимостей (схема 1).