По Берлину. В поисках следов исчезнувших цивилизаций

Реконструированный Nikolaiviertel – это подарок городу в честь его 750-летия в 1987 г. Но здесь сохранились руины францисканского монастыря как печальное напоминание о Второй мировой войне, во время которой он был разрушен. Монастырь – образец ранней готики, почти сверстник Берлина, он был построен орденом францисканцев, к которому благоволили асканские князья, в 1249 г. прямо у городской стены нарождающегося поселения. Внутренние его помещения считаются красивейшими среди сакральных интерьеров Берлина.

Менее пострадала в 1944 – 1945 гг. и была восстановлена Николайкирхе, старейшая кирха Берлина. Она строилась с 1230 по 1460 г. на фундаменте позднероманской базилики, следы которой можно видеть и сегодня, и была первой среди крестообразных построек соборов. В 1876 – 1878 гг. кирха была подвергнута перестройке, в основном коснувшейся купольной части. По замыслу архитектора Германна Бланкенштайна, вершину храма стали украшать два острых шпиля.

Среди прочего в Николайфиртель можно увидеть самый красивый угол Берлина – дворец банкира Файтеля Эфраима с филигранными позолоченными балконами и портиком в тосканском стиле, построенный углом и выходящий на набережную одного из рукавов Шпрее, там же, на набережной, – дворец бывшего премьер-министра Отто фон Шверина, с барочными интерьерами, остатки берлинской городской стены, сохранившиеся с 1319 г., – между Литтенштрассе и Вайзенштрассе (эти две маленькие улочки отходят от францисканского монастыря), и несколько зданий позднего Средневековья на Вайзенштрассе 14 – 16. Там же, недалеко, на Шпандауерштрассе, 1, сохранилась капелла Святого Духа, Heiliggeist-Kapelle, построенная в 1390 г. для госпиталя. В 1825 г. он был разобран, и здание капеллы теперь служит просто католической церковью (илл. 6).

Илл. 6. Николайфиртель

Среди воссозданной атмосферы древности и исторического шарма особое место занимает неотъемлемая часть берлинской жизни – ее незатейливая кухня. Сегодня нелегко найти в Берлине ресторан, который ориентировался бы на старинные прусские рецепты, в моде интернациональная, чаще – греческая, итальянская кухня, но здесь, в Николайфиртель, – реклама на каждом шагу обещает самый короткий путь к «сердцу Берлина» – через ваш желудок. И не случайно рекламные и афишные тумбы исторического пятачка воспроизводят графику Генриха Цилле.

Имя этого художника, фотографа, карикатуриста, прозванного Генрихом-Кисточкой (Pinselheinrich) за то, что оставил огромное количество зарисовок жизни простых берлинцев 20 – 30-х годов. ХХ в., цикл фотографий «Дети улицы», серии политических карикатур, – напрямую связано с Берлином, хотя родился он в маленьком городке Радебурге, неподалеку от Дрездена. Его живописные работы известны в Германии и любимы. Они полны острой критики социального устройства, жалящего сарказма и горькой иронии.

Как ни странно, сам Генрих Цилле был человеком далеким от мира, совершенно не разбирающимся в финансовых вопросах, в особенности если это касалось его самого. Как-то он рассказывал с огромным удивлением своему другу, что «один сумасшедший купил его 2 рисунка за 37 марок». Художник воспринял это просто за чудо, за рождественский подарок и боялся, что купивший опомнится и вернется за своими деньгами. Он был совершенно не деловым человеком и не умел заключать сделки. Когда какой-то режиссер предложил ему снять совместно фильм на тему «людей улицы», только вмешательство друга по-детски наивного Цилле помешало ему заключить контракт на сумму в три раза меньшую обычной.

Генриху Цилле принадлежит своеобразная поваренная книга «Det kleene Zille-Kochbuch», где на берлинском диалекте описанные старинные рецепты блюд из Берлина и Бранденбурга сопровождаются гротескными жанровыми сценками кисти самого художника. Книгу можно приобрести в расположенном здесь же, в Николайфиртель, маленьком музее Цилле («Zille-Museum»), а блюда попробовать в одном из ресторанов квартала. Из закусок здесь вам могут предложить «Linsensuppe» (чечевичный суп), «Berliner Einhtopf» (берлинский густой суп), «Gurkensuppe» (суп из огурцов), «Kartoffelsalat mit Speck» (картофельный салат со шкварками). Из рыбных блюд к берлинской кухне относится «Hecht in Meerettichsauce» (щука под хреном), «Hering in Sahnesauce» (сельдь в сметанном соусе), «Aal mit Gurkensalat» (угорь с салатом из огурцов), из мясных блюд – «Eisbein» (свиные ножки), «Klopse» (фрикадельки), «Buletten» (котлеты), «Leber mit Äpfeln und Zwiebeln» (печень с яблоками и луком), «Bratwurst» (жареная колбаса), «Falscher Hase» («фальшивый заяц»), «Hirschbraten» (жареный олень), из овощных – «Kartoffelpuffer mit Apfelmus» (картофельные оладьи с яблочным мусом), «Spargel» (спаржа), «Teltower Rübchen» (тельтоверская репа), «Pellkartoffeln mit Quark und Leinöl» (печеный картофель с творогом и льняным маслом), а из десертов – «Apfelkuchen» (яблочный пирог), «Berliner Pfankuchen» (берлинские блинчики), «Arme Ritter» («Бедный рыцарь» – гренки), «Rote Grütze» (ягодно-фруктовый десерт) и многое другое.

Но – повернемся спиной к телебашне на Александрплатц (368 м высоты, построена в 1969 – 1971 гг.), пересечем Шпандауерштрассе, оставим с левой стороны Мариенкирхе, Красный ратхауз, весь Николайфиртель и по широкой улице Карла Либкнехта отправимся отсюда в сторону главных улиц Берлина – Унтер ден Линден (Unter den Linden – что означает «Среди лип») и Фридрихштрассе (Friedrichstrasse).

Теперь с правой стороны мы увидим одно из главных архитектурных украшений Берлина – Берлинский собор (Berliner Dom). На своем веку он выдержал многое. Его внешний вид менялся кардинально несколько раз. Собор стоит на месте доминиканского монастыря, построенного в 1297 г. В 1536 г. к нему было пристроено здание капеллы. В 1747 г. первоначальное строение было разобрано и, по замыслу Фридриха Великого, полностью перестроено. Начал этот грандиозный проект в 1747 – 1750 гг. архитектор Георг Венцеслаус фон Кнобельсдорф, а закончил его уже в 1822 г. Карл Фридрих IIIинкель. Но и это еще не конец. В 1893 г. и это здание было разобрано и снова перестроено, теперь архитектором Юлиусом Карлом Рашдорфом. Возведенное из песчаника и гранита, здание собора в формах итальянского барокко напоминает о своих прототипах – соборе св. Петра в Риме и соборе св. Павла в Лондоне.

Главный портал украшен мозаикой из жизни Христа (автор – Артур Кампф), фигурами четырех евангелистов (скульптор – Иоганн Гетц). Над внешней галереей парят 8 музицирующих ангелов (скульптор – Вальтер Шотт), а во внутреннее пространство собора ведут три бронзовые двери, также представляющие сцены из жизни Христа (автор – Отто Лессинг). Внутри собора пространство разделено на три части. В главной части, украшенной мозаиками Антона фон Вернера, рельефами из жизни апостолов, фигурами реформаторов, расположены скамьи для прихожан – на 2 000 мест. В алтарной части – гордость собора – орган со 113-ю регистрами. В южной части – место для крещения и отпевания, а вот в северной, памятной части, находятся 90 саркофагов династии Гогенцоллернов.

С правой же стороны находятся Лустгартен, Старый музей, Национальная галерея и весь Музейный остров, о чем поговорим позже. А пока прямо перед нами – Замковый мост (Schlossbrücke), детище Карла Фридриха IIIинкеля, соединяющий Лустгартен и Унтер ден Линден. Построен он в 1822 – 1824 гг., на месте старого деревянного моста, прозванного Собачьим, поскольку по нему отправлялись прусские короли в свои загородные резиденции на охоту. Три арки Замкового моста украшены морскими коньками и тритонами, а на 8-ми гранитных постаментах в честь победы в Освободительной войне 1813 – 1815 гг. против Наполеона установлены мраморные группы богинь и воинов: Минерва, стоящая рядом с уходящим на войну воином; Афина, защищающая юношу; Ирис, увлекающая павшего воина на Олимп; Ника, водружающая венок на победителя, и т. д.

Рядом с мостом находится площадь имени знаменитого архитектора, так много сделавшего для Берлина, – Карла Фридриха Шинкеля. Вместе с меняющейся политикой XX в. менялись и места памятников деятелям культуры и науки, стоявших здесь, – самому Шинкелю, его другу Петеру Кристиану Вильгельму Бойту, основателю Музея искусств, и Альбрехту Таэру, профессору Академии сельского хозяйства, введшему новые научные подходы в области аграрной политики. Только в 1999 г. памятники снова вернулись на площадь (илл. 7).

Илл. 7. Берлинский кафедральный собор и Замковый мост

Вот мы и на Унтер ден Линден (Unter den Linden). На сегодняшний взгляд, не очень широкая (всего 60 м) и не очень длинная (всего 1 390 м) улица ведет от Замкового моста к Бранденбургским воротам. По обеим сторонам ее – кофейни, банки, отели, посольства, театры… Это известнейшая улица в Европе, привлекавшая к себе во все времена политиков, ученых, музыкантов, художников, бесчисленное количество раз набрасывавших ее перспективы, поэтов, посвящавших ей стихи. Здесь бурлила культурная жизнь. Среди всевозможных знаменитостей, фланировавших здесь, бывших завсегдатаями кафе и ресторанчиков, можно было встретить Гете, Вебера, Мендельсона-Бартольди, Лессинга, Карла Маркса и Фридриха Энгельса, братьев Гумбольдтов, Гейне, Фихте, Гауптмана, Генриха Манна, Макса Либермана…

Улица была заложена в 1647 г., она соединяла замок Гогенцоллернов – Berliner Stadtschloss – с Тиргартеном, местом королевской охоты. В шесть рядов по ней были высажены липы и ореховые деревья. В XIX в., из-за возросшего движения, было предпринято расширение улицы. Многие строения и деревья на Унтер ден Линден пали его жертвой. В это же время три новых улицы Берлина стали играть главенствующую роль: Лейпцигерштрассе завоевала репутацию «торговой улицы» («Kaufstrasse»), Курфюрстендамм («Кудамм») – богатой буржуазной улицы, Фридрихштрассе – «улицы пьянчужек» («Saufstrasse»). Так что для Унтер ден Линден осталась роль «прогулочной» улицы («Laufstrasse»).

Если прогуляться по ней взглядом в сторону Бранденбургских ворот, то справа находятся Zeughaus, Новая Стража (Neue Wache), университет им. Гумбольдта. Слева же – комендатура, дворец кронпринцев, соединенный с дворцом принцесс, Хедвигскирхе, Оперный театр, библиотека, которую за схожесть с мебелью в стиле барокко насмешники-берлинцы называют «комодом», дворец прусских принцев (Altes Palais). Все эти здания относятся к комплексу резиденции Фридриха II, так называемому Forum Fridericianum.

Zeughaus – старейшее сооружение на Унтер ден Линден. Курфюрст Фридрих III (с 1701 г. – король Пруссии Фридрих I) пожелал иметь недалеко от своей резиденции отдельное здание арсенала. Здание было построено Антоном Шлютером в стиле севернонемецкого барокко в 1695 – 1698 гг. и богато декорировано. На верхней балюстраде находится 12 скульптурных групп, представляющих аллегории – Геометрии, Архитектуры, Инженерии, даже Пожарного и Военного искусства, и т. д. А окна украшены не только растительным орнаментом и шлемами, но и 22-мя масками умирающих воинов, выполненными также Антоном Шлютером. Они производят такое устрашающее впечатление, что, вероятно, именно вследствие его воздействия с 1952 г. в этом здании находится Музей немецкой истории (илл. 8).

Илл. 8. Унтер ден Линден. Цойгхауз

Новая Стража (Neue Wache). В прошлом – здание королевской стражи, сейчас является своеобразным памятником, служит напоминанием о жертвах войны и насилия. Построено в 1817 – 1818 гг. Карлом Ф. Шинкелем. В 1906 г. здание послужило местом курьезного случая, ставшего поводом для одноактной пьесы Эрнста и Шольца «Капитан из Кепеника», одноименного романа Вальтера Шеффера, трагикомедии «Капитан из Кепеника, немецкая сказка» Цукмайера, и даже фильма с этим же названием (режиссер Г. Рюманн). Произошло же следующее. Вышедшему из тюрьмы сапожнику Вильгельму Фойгту нечего было терять, и он предпринял дерзкую шутку в духе Хлестакова у Гоголя. 16 октября 1906 г. переодетый в униформу капитана Вильгельм Фойгт конфисковал в здании Новой Стражи городскую казну. А бургомистр и некоторые бывшие при этом аристократы, привыкшие не рассуждать перед «мундиром», ничего предосудительного в том не нашли. Естественно, эта «невинная» шутка для сапожника не прошла бесследно, он, в конце концов, снова был заключен под стражу, но память о нем сохранилась. Исторический анекдот о прусской тупой бюрократической машине, о слепом подчинении мундиру стал легендой. А памятник «маленькому человеку» из Кепеника продолжает стоять в Берлине как напоминание.