Спецкор Снегурочка

– От любви одни неприятности, – пробормотала Света. И даже хорошо, что в новогоднюю ночь ей не надо никого удивлять, строгать салаты и готовить праздничный стол. Все-таки в положении свободной женщины и известной журналистки есть свои плюсы. Однако, тридцать первое декабря близится к вечеру, пора бы уже решить, где встречать Новый год!

Света принялась перебирать пригласительные билеты. Спецкору еженедельника «Сплетница» в новогоднюю ночь будут рады на многих вечеринках. Осталось только выбрать, куда пойти – на закрытую тусовку в модный клуб, или на каток, где соберутся звезды – участники модного ледового телешоу, или на карнавал, где будут все известные артисты.

«Поеду на бал в ледовом дворце, хоть на коньках покатаюсь!» – решила она, и тут в дверь позвонили. Громко и настойчиво. Так звонят в дверь соседи, которых заливают, торговцы всякой ерунды… и Деды Морозы!

Распахнув дверь, Света изумленно застыла при виде Деда Мороза в красном бархатном кафтане. Искусственная белая борода вьется блестящими завитушками, рука в красной варежке крепко сжимает увитый серебристым узором посох, в другой руке – мешок с подарками.

– С Новым годом, дедушка! – приветливо улыбнулась Света. Пускай, ряженый ошибся дверью, все равно было приятным сюрпризом увидеть Деда Мороза у себя на пороге в самый канун Нового года.

– С Новым годом, Светлячок, – сказал Дед Мороз глубоким, хорошо поставленным голосом ее бывшего парня и шагнул через порог.

В прихожей сразу стало тесно. Света отступила на шаг, скрестила руки на груди, настороженно спросила:

– Чего тебе, Федя?

– Зови меня Дед Мороз! – игриво усмехнулся он. Год назад с этой фразы началось их знакомство. Света сразу ее узнала, но не подала виду. Больше она в этот омут ни ногой.

– У тебя что, заказ в моем доме? Неужели остались еще агентства, из которых тебя не выгнали? – холодно поинтересовалась Света и слегка потянула носом. Ее маневр не укрылся от Федора. Он быстро наклонился к ней и дыхнул в лицо мятной жвачкой, а искусственная борода мягко скользнула по ее щеке.

– Да не пил я, не пил. А вот от чая не отказался бы. – Федор стянул бороду, а за ней и шапку.

Даже в гриме Деда Мороза – с красным кончиком носа и красными щеками – Федор был красив той особенной мужской красотой, которая когда-то сразила Свету наповал. Но сейчас ее сердце не дрогнуло. Она отстраненно отметила, что бывший еще короче подстриг каштановые кудри, наверное, чтобы не выбивались из-под шапки Деда Мороза. Новая стрижка подчеркивала мужественные скулы и узкий подбородок, которые когда-то она так любила очерчивать пальцем, касаясь первых иголочек пробивавшейся щетины. Но теперь все в прошлом, и если Федор на что-то надеется, то напрасно.

– Так что, напоишь, Светлячок? – Федор расстегнул кафтан, и под ним оказался пуховик, добавлявший объема его подтянутой фигуре.

– А ты не растаешь, дедушка? – хмуро протянула Света. Вовсе ей не улыбалось гонять чаи с этим раздолбаем.

– Как же можно растаять от тепла домашнего, от ласки женской? – обаятельно улыбнулся Федор.

Год назад Света мгновенно подпала под его мужской магнетизм и впустила сначала к себе в машину, а потом и в душу. Федор наследил и там, и там. Когда Света поняла, что ее новый парень – алкоголик, ростки влюбленности уже проросли в сердце болезненными шипами. Она пыталась его исправить, умоляла, уговаривала, ругалась, плакала. Водила к знакомому наркологу и экстрасенсу. Но, когда Федор в очередном подпитии помял ее конфетку-машину, Света забрала у него ключи и от машины, и от своей квартиры. Вычеркнуть Федора из сердца оказалось сложнее, но она справилась. И вот явился, как снег на голову!

– Ну же, Светлячок, оттай! – Карие глаза искрились смехом. – У меня для тебя подарок.

– Не нужны мне твои подарки, – отрезала она.

Но Федор уже сбросил валенки, снял кафтан и пуховик, оставшись в одной футболке и джинсах, а затем легко отодвинул Свету и протопал в кухню.

Наглости и самоуверенности ему было не занимать. Когда-то этим он ее и покорил, сейчас же поведение Федора вызывало жгучее раздражение.

– Ну, Федор! – прошипела Света и влетела следом за ним в кухню, намереваясь сию же секунду выставить незваного гостя за порог.

Федор уже по-хозяйски расселся за столом, перебирал приглашения.

– Круто! Уже решила куда пойдешь?

– Решила. – Света бросила взгляд на часы: половина восьмого. – И мне уже пора собираться. Так что ты очень некстати! – Она сердито сверкнула глазами.

– Светлячок, ты пока даже не представляешь, как я кстати, – вкрадчиво заметил Федор. – Угостишь меня чаем? – Он умоляюще покосился на чайник. – Я замерз, как мамонт.

– Федя, зачем ты пришел? – Не поддалась его чарам Света.

– Я хочу предложить тебе побыть моей Снегурочкой.

– Это исключено, – отрезала Света и ехидно спросила: – Это и есть твой подарок? Ты хочешь подарить мне себя? Спасибо, не на…

– Ну что ты, Светлячок, какой же из меня подарок? – Он грустно усмехнулся, по-хозяйски включил чайник и достал из шкафа две чашки – любимую Светину, привезенную из Праги, и ту, из которой обычно пил сам, с Дедом Морозом. Света сама подарила ему эту чашку, а когда Федор ушел, так и не смогла ее выбросить. – Я совсем не подарок.

Света выжидающе смотрела на него.

– Мой подарок тебе – это писатель Туманов.

– Что? – Света жадно подалась вперед.

Алекс Туманов был самым загадочным из современных писателей. Он не появлялся на презентациях, давал редкие интервью только по электронной почте. Никто никогда его не видел, и мечтой Светы было взять у него очное интервью. Однако на все ее просьбы, отправленные на электронный ящик Туманова, приходил неизменно вежливый ответ: писатель Туманов с журналистами встречаться не намерен.

– Я выследил его, завернул в ковер и запер в багажнике своей тачки, – с заговорщическим видом поведал Федор.

– Ха-ха-ха, – ледяным тоном сказала Света, давно привыкшая к его дурацким шуточкам. – С каких это пор ты обзавелся тачкой?

– На такой мелочи прокололся, – огорчился Федор. – Ты меня раскрыла, тачки у меня нет, я же Дед Мороз, а не Шумахер. И примчался я к тебе, моя красавица, на санях, запряженных тройкой белых коней. – Он отвернулся к столу, щедро плеснул заварки в кружки, налил кипятка и достал с полки сахарницу. – Пустая, – он с досадой заглянул на дно. – Что ж ты, хозяйка, не подготовилась? Дорогой гость приезжает издалека, а у тебя в доме даже сахара нету.

– Федор! – прошипела Света, теряя терпение.

– Ладно, обойдусь без сахара. И тебе тоже придется. – Он сунул кружку Свете. – Надеюсь, твой чай подсластит новость о том, что твой Туманов вызвал Деда Мороза и Снегурочку к своим дочкам.

– К дочкам? – так и подпрыгнула Света, облив Федора чаем. – У него есть дочки?

– А-а-а! – заорал Федор нечеловеческим голосом, как будто получил ожог первой степени.

– Что, я тебя обожгла? – перепугалась Света.

– Ты меня убила! – провыл Федор и, как подкошенный, рухнул на колени. – Я таю, таю, таю…

– Дурак! – Света чуть не треснула его по лбу от досады. Опять купилась на его шуточки, как девчонка!

Федор раскатисто расхохотался, поднялся с колен, отряхнул футболку.

– Федор, – нетерпеливо спросила Света, – у Туманова есть дочери?

– Хорошо, что ты пьешь зеленый чай. Пятна почти незаметно, – деловито сказал Федор, затем взял свою кружку, сделал большой глоток и скривился. – Хотя вкус дрянной!

– Федор! – прорычала Света.

– А впрочем, сойдет, – Федор сделал еще один неторопливый глоток, испытывая Светины нервы.

– Я тебя сейчас убью, – пригрозила Света. – И меня оправдают, потому что ты изверг!

– Нельзя убивать Деда Мороза, особенно в Новый год, – серьезно сказал Федор. – Примета плохая.

Видимо, что-то такое промелькнуло в Светином лице, потому что Федор торопливо добавил, отвечая на ее вопрос:

– Есть. Саша и Маша.

– А что еще? – В Лисичкиной проснулся журналистский азарт. – Жена у него есть? Они живут вместе?

– Вот сама и увидишь, если захочешь.

– Я смогу его увидеть? – загорелась Света. – Как?

– Что-то ты сегодня плохо соображаешь, Светлячок, – пожурил ее Федор. – Писатель вызвал Деда Мороза и Снегурочку. Дед Мороз – это я. А ты можешь стать моей Снегурочкой, если захочешь.

– Я согласна! – торопливо воскликнула Света и едва сдержала порыв, чтобы броситься к Федору на шею и его расцеловать. Она увидит писателя Туманова! Она первой из всех журналистов напишет, как таинственный автор встречает Новый год. Вот это будет эксклюзив! – Федь, – спохватилась она, – а это точно Туманов? А вдруг это не он?

– В таком случае я откручу Михе голову, – с добродушной улыбкой Терминатора пообещал Федор.

– Какому Михе?

– Это мой друг, тоже Дед Мороз. Это Миха со своей Снегуркой должен быть к Туманову ехать. Туманов его заказал за благо… – Федор осекся, и на его челе отразилась напряженная работа мысли знатока из передачи «Что? Где? Когда?».

– За какое благо? – поторопила заинтригованная Света.

– Да не за благо, – отмер Федор и выговорил по складам, – а за-благо-временно! То бишь еще в начале декабря.

– Какой предусмотрительный! – хмыкнула Света.

– Правильный мужик! – вступился Федор. – А то некоторые дотянут до последнего, а 31 декабря их жареный петух в попу клюнет, и они начинают телефоны агентства обрывать. Вынь им да положь Деда Мороза прямо щас, за любые деньги! А где его тогда уже возьмешь? У нас, Дед Морозов, – важно произнес Федор, – все по минутам расписано, особенно в канун Нового года!

– Короче, Дед Мороз, – перебила Света.

– А что короче? Твой Туманов Миху заказал и ждет его сегодня ровно в десять вечера. А у Михи до него еще семь заказов сегодня было. Два он отработал – и рухнул!

– Инфаркт? – ахнула Света.

– Да ты что каркаешь? – прикрикнул на нее Федор. – Он молодой еще, ровесник мой. На льду он рухнул. У подъезда не чищено было. Вот он, когда выходил, и навернулся. Со Снегуркой своей.

– Как, оба? – посочувствовала Света.

– У него теперь нога в гипсе, у нее – рука. Из травмопункта мне звонили. – Федор задумался и хохотнул. – Представляешь, Дед Мороз и Снегурочка в травмопункте? Наверно на ю-тюбе уже ролики появились.

– Федя, так что с Тумановым?

– Миха меня попросил заказ отработать, чтобы клиента не подводить. И еще попросил, чтобы я у писаки этого автограф для его Снегурки взял. Уж она так убивалась, что писателя не увидит.

– Так это точно он?

– Миха говорит, что он. У него соседка по даче у Туманова домработницей служит. Она писателю и посоветовала к Михе обратиться. Так ты со мной?

– С тобой! Только, – спохватилась она, – у меня нету костюма Снегурочки!

– Я же сказал, Светлячок, что у меня для тебя подарок. – Федор поднял с пола мешок и выудил оттуда голубой наряд, белокурый парик с косичками, шапочку и варежки.

– Вот спасибо, Дед Мороз! – просияла Света, хватая обновки.

– А поцеловать? – Федор подставил намазанную гримом щеку.

Света чмокнула губами воздух, изображая поцелуй, и убежала в комнату.

Закрыв дверь, она придирчиво изучила шубку Снегурочки. «Шубка» – это так, одно название. Скорее нарядный халатик на подкладке. На улице от холода не спасет, но и сильно утепляться не стоит, все-таки Света рассчитывала, что водить хороводы во дворе загородного дома писателя долго не придется. Должен же он пустить их в дом! А там наверняка тепло, камин с потрескивающими дровами… Кажется, у нее впервые за долгое время будет уютный, домашний Новый год. Света мечтательно улыбнулась и вытащила из шкафа скромное темно-синее платье из тонкой шерсти. Под шубкой его все равно никто не увидит, ни к чему наряжаться. К тому же в декольте очень удобно спрятать крошечную камеру, которая снимает фото и видео. Сколько компромата на звезд она уже на нее наснимала! Но сегодня ее ждет особенный эксклюзив. Писатель Туманов и его дочки, писатель Туманов в кругу семьи, а если повезет – писатель Туманов лицом в салате оливье! И все это накопает она, спецкор «Сплетницы» Светлана Лисичкина!

Света переоделась в платье и быстренько наваяла макияж Снегурочки: самый светлый тональный крем, голубые перламутровые тени, синяя тушь, розовая помада. Румяна после коротких раздумий бросила в сумочку – не хотелось ехать по Москве, накрашенной, как Марфушечка-душечка. Спросит у Федора – если скажет, что надо, она нарумянится в машине у дома писателя.

Голубая шубка Снегурочки пришлась ровно в пору. Света застегнула серебристые пуговички со стразами, огладила белоснежную меховую опушку и подошла к зеркалу. Конечно, Снегурочек-брюнеток с короткой стрижкой не бывает. Света приладила белокурые косички, спрятала модную косую челку, надела голубую шапочку, отороченную мехом. А завершили образ белые сапожки, которые она купила в начале сезона, но еще ни разу не надела. Спецкор Снегурочка к заданию готова!

Завидев за рулем Снегурочку, а на сиденье рядом с ней Деда Мороза, автомобилисты весело сигналили и уступали дорогу.

– Хорошо быть Снегурочкой, – оценила Света. – Я, пожалуй, костюм не верну. Теперь всегда в нем буду кататься.

Пока стояли на светофоре, приоткрылось окошко соседней машины. Водитель замахал руками, привлекая внимание Федора.

– Дед Мороз, скажи пару слов сынишке, поздравь с праздником, а я запишу, – попросил он, наставив на Федора смартфон.

Федор с задачей блестяще справился, за что получил бутылку водки. Благодарный водитель сунул ее в окошко, и тут же умчался вперед на зеленый свет. Сзади забибикали – уже сердито.

– Ты за чем водку взял? – зашипела Света, трогаясь с места.

– Я машинально, – оправдывался Федор. – Светлячок, да не горячись ты так, я не буду ее пить!

– Знаю я, как ты не будешь!

– Честное дедморозское! – клялся Федор. – Притормози здесь.

– Здесь? Зачем?

– Притормози – увидишь!

Света остановилась у обочины. Федор вышел из машины и быстро зашагал к бродяге, который сидел на автобусной остановке. Тот оторопел, увидев перед собой Деда Мороза.

– С Новым годом! – Федор сунул ему бутылку и уже развернулся, чтобы уйти, но затем помедлил и строго добавил: – Вот эту бутылку выпьешь – и все, больше ни капли. Обещаешь?

– Обещаю, – обалдело протянул бездомный.

– Гляди мне, – Федор погрозил ему рукавицей. – Узнаю, что обещание нарушишь – заморожу.

– И ты думаешь, этот пьянчуга перевоспитается? – насмешливо спросила Света, когда он вернулся в машину.

– Всегда надо верить в хорошее, – серьезно ответил Федор. – Люди меняются.

И Свете показалось, что он имел в виду себя. Только она в исправление алкоголиков не верила, поэтому промолчала и погромче включила радио, где шел концерт по заявкам и дозвонившиеся в студию слушатели радостно поздравляли своих близких с наступающим Новым годом.

– Новый год к нам мчится, скоро все случится, – зазвучала в салоне популярная песенка, а потом зазвонил Светин телефон.

– Настя! – обрадовалась она звонку подруги. – С наступающим!

– И тебя с наступающим, Светка! – Голос подруги звучал счастливо и весело. – Не буду тебе желать новых статей, новых сенсаций и новых путешествий – все это у тебя и так случится. А пожелаю тебе понять, что работа – не главное в жизни, и встретить свою любовь. Быть может, уже в эту новогоднюю ночь! Ведь я на собственном примере убедилась, что она волшебная![1]

– Спасибо, дорогая, – тепло улыбнулась Света. – Но не всем так везет, как тебе.

– И тебе повезет! – обнадежила Настя. – Главное – загадай в полночь правильное желание.

– Обязательно, – пообещала Света, которая еще даже не задумывалась, чего бы ей такого пожелать под бой курантов в свой тридцатый Новый год. – А тебе желаю семейного счастья и родить в новом году здорового малыша. Ты сходила на узи? – вспомнила она. – Кто у вас будет – мальчик или девочка?

– Мальчики, – счастливо поделилась Настя.

– Как, близнецы? Поздравляю!

– И я тоже поздравляю! – встрял Федор, который, по иронии судьбы, познакомился с Настей еще раньше, чем со Светой. – Передавай от меня привет!

– Федор с тобой? – удивилась Настя. – Вы что, опять вместе?

– Нет, у нас просто общее дело, я тебе потом объясню. Андрею привет!

Разговор с подругой зарядил хорошим настроением. В самом деле, если Настя в новогоднюю ночь встретила любовь всей своей жизни, может, и Свете повезет? Может, ее судьба – это писатель Туманов? Света сверилась с навигатором и повернула на МКАД.

Стоило выехать из города, как началась настоящая зимняя сказка. Торжественно застыли одетые в снежную фату елки и украшенные ледяными бусами березки, высились у обочин пышные шапки-сугробы, дремали поля, укрытые пуховой шалью и убаюканные лунным светом, да тянулись вдоль дорог золотые ожерелья фонарей. Федора пробило на поэтическое настроение, и он принялся декламировать Пушкина и Есенина.

– Представляешь, Светлячок, сколько эти леса и поля на своем веку зим повидали? – задумчиво заметил Федор. – Может, помнят, как Пушкин на своей тройке тут проезжал.

Откуда ни возьмись вдруг налетела метель – мглистая да порывистая, точь-в-точь, как в пушкинской повести. Света съехала на обочину, сверилась с навигатором. Они были уже близко от поселка Лесная даль, и в запасе оставалось полчаса. Уж лучше переждать эту снежную свистопляску, чем соваться в самый ее эпицентр.

– Давай я тебе пока инструктаж дам, – встрепенулся Федор. – Ты Снегурочку когда-нибудь играла? Может, в детском саду или в школе?

– Федя, Снегурочка – это самая красивая в саду и в школе девочка с белыми косичками и голубыми глазами. – Света бросила взгляд в машинное зеркало и поправила голубую шапочку. – Я что, на нее похожа?

– Ты красивая, – подольстился Федор, – даже без голубых глаз. И вообще, я кареглазых больше люблю, я и сам кареглазый.

– Ближе к делу, Федя, – холодно перебила Света. – Начинай свой инструктаж.

– Да ничего сложного нет, Светлячок. Ты главное помалкивай, поддакивай и улыбайся – больше от тебя ничего не требуется.

– Будь красивой и молчи, – хмыкнула Света.

– Вот-вот! А выступать буду я. Сперва зайдем – поздороваемся, познакомимся. Я девочек расспрошу, как они себя вели в этом году…

– Лучше я, – вмешалась Света. – Оставь вопросы специалисту.

– А, ну да, – ухмыльнулся Федор, – плох стал дедушка, запамятовал, что тебе компромат на папашу собрать нужно.

– Дальше по сценарию что? – нетерпеливо перебила Света.

– Дальше я расспрошу девочек, что они ждут от нового года. Потом попрошу стишок рассказать, подарки подарим, хоровод поводим – и свободны. На все про все – пятнадцать минут.

– Как пятнадцать минут? – опешила Света. – Да что я за это время успею узнать?

– Ты же профессионал, вот и постарайся. Больше нас там никто держать не станет, – отрубил Федор и отвернулся к окну, за которым не стихала метель. Ревнует он ее что ли к этому писателю? Только этого Свете не хватало!

– Это что же, нас перед самым Новым годом из дома выставят? – нахмурилась Света. – И где мы будем его встречать, в чистом поле?

– А ты когда-нибудь встречала Новый год в чистом поле с Дедом Морозом? – Федор игриво вздернул бровь. – Должно быть, это весьма романтично!

– Особенно в такую метель! – охладила его пыл Света. Нетушки, она сделает все возможное, чтобы задержаться в доме писателя подольше.

– Смотри, – вдруг завопил Федор и ткнул в стекло, – тройка, настоящая, с санями!

– Ага, и правит ею Морозко, – хмыкнула Света, уверенная в том, что Федор ее снова разыгрывает. Да так и замерла: в самом деле, среди снежной круговерти как будто образовался просвет, и в этом просвете из леса на дорогу выехала тройка белоснежный коней, везущая сани, в которых сидел Дед Мороз в синем кафтане.

У Светы похолодело в груди. Только глюков ей не хватало! Да еще накануне важного интервью.

– Живут же конкуренты, – завистливо выдохнул Федор, когда тройка остановилась в сотне метров от них, будто давая полюбоваться собой.

– Конкуренты? – недоуменно моргнула Света.

– К новым русским едет, – объяснил Федор. – Только они могут себе позволить заказать детям Деда Мороза на тройке с санями. Его услуги, знаешь, сколько стоят?

– Так он артист, как и ты? – У Светы сразу отлегло от сердца.

– Как я, да только в сто раз круче, – взгрустнул Федор. – Ему ж надо тройку лошадей нанять или купить, непременно белоснежных, потом научиться с ними обращаться. Да еще сани заказать – это тоже удовольствие не из дешевых. Я узнавал, мне такую экипировку даже в кредит не потянуть, – с видом глубочайшей несправедливости посетовал он. – Я уж не говорю о том, что костюм этот перец тоже не в карнавальном магазине купил, а в каком-нибудь ателье пошил по своим меркам. И борода у него не искусственная, как у меня, а, поди, из настоящей бараньей шерсти.

– Не знала, что и среди Дедов Морозов бывают звезды, – заметила Света.

Конкурент Федора тем временем повертел головой по сторонам, словно решая, куда ехать.

– Вишь, заблудился, голубчик! – позлорадствовал Федор.

Но тут Дед Мороз развернул тройку и уверенно помчался вперед по дороге.

– Эге-гей, залетные! – донесся до Светы его раскатистый голос.

– Какой натуральный Дед Мороз, – не сдержала восхищения она. – Если бы ко мне такой в детстве приехал, я бы ни секундочки в нем не усомнилась.

Федор обиженно засопел, словно Света уязвила его профессиональное самолюбие, похвалив конкурента. А Света нажала на газ и устремилась следом за санями. Метель стала тише, а артист на тройке, похоже, направлялся в тот же поселок, что и они.

Вскоре сани повернули, вдалеке замелькали огни. Автомобильные фары на миг выхватили из темноты указатель с названием поселка Лесная даль.

– Прибыли, – радостно заметил Федор и нацепил шапку и бороду.

Света сверилась с часами – они как раз вовремя, а когда снова взглянула на дорогу, сани исчезли из виду.

Совсем скоро путь преградил шлагбаум. Молодой охранник в колпаке Санта-Клауса бдительно высунулся из будки, но увидев в машине Снегурочку с Дедом Морозом, расплылся в улыбке.

– А вас уже ждут! Ровно к десяти, как у меня и записано. Проезжайте до конца улицы, самый последний дом справа.

– Спасибо, внучек, – вживаясь в роль, добродушно пробасил Федор. – С Новым годом тебя!

– С Новым годом! – поддакнула Света. – А Дед Мороз на санях уже проехал?

– На санях? – удивился охранник.

– Такие, знаешь, синие, все расписные с узорами, запряженные тройкой белых лошадей, – подсказал Федор.

Охранник по-молодецки хохотнул и махнул рукой.

– Проезжайте, шутники! Вы сами-то чего на колесах, а не на санях? Может, вы не настоящие?

– Мы настоящие, – с достоинством изрек Федор. – Это вот он – самозванец. Сани наши угнал! Так что ежели будет проезжать – задержите.

– Всенепременно задержим! – весело пообещал охранник им вслед.

– Странно, куда Дед Мороз делся? – удивилась Света, въезжая в поселок.

– Надеюсь, что заблудился и теперь наматывает круги по лесу, – со злорадством ответил Федор.

– Злой ты, дедушка!

– Это я только к конкурентам, а к детишкам я добрый. Сейчас сама увидишь!

Метель совсем стихла, только пуховые снежинки торжественно и плавно парили в воздухе. Крыши, припорошенные снегом, придавали домикам сказочный вид. Горели окна, за каждым из которых разворачивалась отдельная новогодняя история: где-то за большим столом собиралась дружная семья, где-то счастливые влюбленные впервые готовились отметить праздник вместе, а где-то, в шумной компании, только-только предстоит встретиться двум половинкам, которых соединит эта удивительная ночь.

Федор приоткрыл окошко, и в салон ворвался дразнящий аромат шашлыка. Веселые студенты, столпившиеся у мангала, помахали им из-за низкого забора.

– С Новым годом, молодежь! – от души гаркнул Федор, высунувшись в окошко.

– Ура! – хором грянула компания. – Дед Мороз, давай к нам! И Снегурочку бери!

– Может, позже! – добродушно махнул рукавицей Федор. – Сначала детишек надо поздравить.

– Будем ждать! – захихикали девчонки, с интересом поглядывая на «дедушку».

– А ты переживала, что Новый год будем встречать в чистом поле, – довольно заметил Федор, когда веселая компания осталась позади. – А вон, кажется, и писательский дом показался. – Он указал на кирпичные хоромы в конце улицы и засуетился. – Вот еще что, Светлячок, имей в виду. Это детишки из простых семей в Деда Мороза верят охотней, встречают с восторгом. Для них мы как будто прямиком из сказки пришли. А дети богачей – зажравшиеся типчики, в чудеса давно не верят и знают, что все покупается за деньги. Они и к Деду Морозу и Снегурочке относятся как к прислуге: давайте развлекайте нас, дарите подарки и проваливайте. Так что будь готова, что писательские дочки окажутся не ангелами.