Синтетические отношения Брусники Ивановны, или Как спасти мамонта

Глава 1. Проблема мамонта

В стороне от бурлящей улицы Жуковского, которая уж лет сто считалась улицей автомоек, среди вечнозеленых сосен в арктическом куполе-заповеднике с нехитрым названием «Ледник-7» стоял самый настоящий мамонт и медленно водил хоботом по искусственному снегу, вырисовывая круги. Бурая шерсть, клочьями свисавшая с толстых боков, мерцала под светом голограмм, имитирующих полярное сияние. Мамонта клонировали из мамонтенка, которого нашли в вечной мерзлоте сто лет назад. Технически клона звали Даша-19, но в быту цифру, конечно, убрали, сократив имя до Даши.

Вблизи Даши не было ни души, что, по мнению Ники, было не очень хорошо: мамонты — животные стадные. Вдали неторопливо ходили голограммы шерстистых носорогов и самые настоящие северные олени. В искусственном небе летали голографические птицы эпохи плиоцена. Снег весело клевал невесть откуда взявшийся воробей. Звонкое чириканье крошечной птицы под мерцающими голограммами вымерших птиц лишь подчеркивало нелепость одиночества гиганта. Воробья для общества мамонтихе было явно недостаточно.

— Даша! Даша! — кутаясь в розовую куртку, Ника помахала ей рукой из-за толстой металлической ограды. — Как дела, Даша?

С Дашей Ника была знакома уже три года — с тех пор, как мамонтиха попала в зоопарк. Глянув на свою смотрительницу, Даша качнула косматой головой и продолжила рисовать.

— Уже три дня отказывается от еды, — озабоченно произнес кипер с устаревшим именем Иннокентий, не отрывая взгляда от экрана коммуникатора со своими пометками. — И стала агрессивнее. Вчера разнесла робота-уборщика, представляешь? Пришлось закладывать в смету нового. Оленей гоняла.

— М-м, — задумчиво промычала Ника, слушая отчет. На кипера она не смотрела, потому что, наклонив голову, наблюдала за Дашей. Закончив рисунок, мамонтиха обильно помочилась и неспешно поволочилась вдоль вольера.

Вольер был просторным, километра два. К нему у Ники, как у зоопсихолога, вопросов не было. Конечно, в идеале выделить Даше для пеших прогулок километров пять, но зоопарк не резиновый: сколько смогли выделить площади для вымершего животного, столько выделили. Иннокентий, тем временем, вещал о распорядке дня:

— Все как обычно.

Отчет был подробным. Беспокойство Ники кипер разделял: мамонт — показатель класса зоопарка, а зоопарк в Новосибирске — один из лучших в стране. Вымершее и оживленное животное — объект необходимый, крайне привлекательный в маркетинговом плане. Какие уж там слоны Все идут «на мамонта». Отвлеченно подумав, что нечто то же происходило с людьми тысячи лет назад, Ника продолжала слушать.

— Вольер с охлаждающими системами, поддерживает температуру от минус двадцати до плюс пяти. Климат-контроль пашет как часы.

Искусственный снег жалобно похрустывал под многотонной тушей: покачиваясь, Даша неторопливо шагала вдоль барьера к скале.

— А Даша красивая! — крикнула ей Ника, отмечая, что движется мамонт довольно вяло.

— Снегогенераторы в порядке, бдим, — бубнил кипер. — Регулярные снегопады обеспечиваем. Иногда делаем бураны. Солнечные ванны обеспечиваем.

— А что с едой? — спросила Ника. На самом деле она спросила, чтобы спросить, уже зная, что все в порядке. Иннокентий не подвел:

— Ветви ивы, берёзы, лиственницы, кора, до двухсот килограммов в сутки, — гордо отрапортовал он. — Замороженные ягода и корневища как лакомство. Уже и развлекаем ее, прячем еду в снегу, чтобы нашла. Разумеется, добавляем пробиотики для адаптации к современным растениям. Режим посещений дозирован, посетителей она не видит, с ней работают только сотрудники.

— Вижу

Ника уставилась на длинные тропы, по которым проходят посетители. Стены были прозрачными только для людей. Для Даши они выглядели как непроходимые скалы. Этику содержания животных зоопарк соблюдал строго, обеспечивая своим жителям минимум взаимодействий с гостями.

— В восемнадцать ноль-ноль проекция заката, похолодание.

Зачитав последнюю строчку, Иннокентий, наконец, оторвался от дисплея и расстроенно пожал плечами.

— Ничего не понимаю, Брусника Ивановна! Что ей еще надо? Все ж как обычно!

Ника пожала плечами.

— Надеюсь, просто недомогание

Она действительно надеялась, что поведение Даши следствие маленькой проблемы, а не большой. О том, что по большому счету надо Даше, знала и Ника, и кипер — все. Мамонты — животные стадные, а Даша — так получилось — росла без сородичей. Второй и третий клон не выжили, слоны не приняли маленького мамонтенка, и его выращивали люди. Следующие клоны мамонтов выращивали уже после Даши, в совершенно других условиях. Теперь они свободно бродили по Арктике: ученые надеялись, что крупные животные поспособствуют лучшему сохранению вечной мерзлоты. Даша, выросшая среди людей, вписаться в стадо своих сородичей уже не могла. На обычных слонов, с которыми ее пытались познакомить, Даша реагировала агрессивно, а те сторонились высокой крупной дамы с длинной шерстью. Ей пытались создать компанию, используя виртуальные голограммы, включали динамики с записью низкочастотных звуков. Какое-то время это работало, Даша откликалась, но теперь стала игнорировать и голограммы, и звуки, стала проявлять агрессию. Аномальное поведение — плохой признак, и за Дашей установили особое наблюдение. Курировать здоровье мамонтихи поручили Нике.

Рабочий день закончился, но Ника все же дождалась имитированного заката. Как и сказал куратор, небо засияло красным ровно в шесть вечера. Ника даже засмотрелась, глядя, как хрупко темнеет на ярком фоне силуэт одинокого мамонта. Исчезнувшее когда-то было вновь живо, но, как будто, снова собиралось умирать.

Допустить это Ника никак не могла.

Когда она вышла из зоопарка, в солнечном Новосибирске еще было светло — изменения климата превратили суровую Сибирь в южный край со стандартным +35 летом и нежным -5 зимой. Конкретно сегодня температура повысилась до 39 градусов тепла. Поймав своё отражение в зеркальной витрине, Ника одобрительно кивнула. Термокомбинезон сидел идеально, а розовые кончики светлых волос игриво вились. Рабочий день закончился — впереди ее ждало свидание с очередным кандидатом от «Подбора».

Глава 2. Эволюция

Брусникой ее придумала назвать настырная бабушка по матери, считавшая, что слово по звучанию и смыслу очень красиво, идеально соотносится со славянской культурой и, ко всему прочему, замечательно сокращается до Ники. А Ника — имя древнегреческой богини победы, общеупотребляемое женское имя на планете. Родители спорить не стали.

Чтобы добраться до «Эволюции», Ника решила сесть на один из прокатных велосипедов, что ровной стайкой стояли на стоянке у зоопарка. Выключила авторежим и неспешно закрутила педали, катясь по выделенной полосе. Ника не торопилась — ехать было недалеко. На самом деле ей хотелось продлить приятное чувство, которое вдруг настигло ее после выхода из «Ледника». Зима сменилась летом, а эпоха мамонтов — двадцать вторым веком за какую-то минуту, и Нику охватила восторженная, почти детская любовь к своему городу, времени, жизни, в которой все было безопасно, просто и комфортно.

Поглядывая по сторонам, она не торопилась. Охлаждающая термоткань комбинезона холодила кожу, жаркий летний ветер овевал щеки скошенной травой и цветами, возвращая в волшебные моменты бесшабашной студенческой юности, проведенной в походах по Алтаю. По пешеходным дорожкам мирно гуляли немногочисленные пешеходы, мимо проносились люди на монокатах, по отдельным полосам аккуратно плыли городские беспилотки.

До кафе Ника доехала за пятнадцать минут. Приехала рано. Сидеть одной за столиком не хотелось, и Ника выбрала побродить по нейромаркету. За свидание она не особенно волновалась. На самом деле Ника даже не видела кандидата, потому что в «Идеальном подборе» пары подбирал исключительно ИИ (прим. автора — искусственный интеллект), делая это по целому спектру данных, включающих личные предпочтения, медицинские показатели, хобби, и, разумеется, возраст. «Брусника Ивановна, у вас оптимальный возраст для создания семьи», — намекали регулярные сообщения от «Подбора». Ника пожимала плечами. Она никуда не торопилась.

Куда? Всемирная организация здравоохранения подняла границу молодого возраста до шестидесяти. Пенсионный возраст в этом десятилетии вообще восемьдесят. Время есть.

Отвлеченно думая о чем-то среднем между питанием Даши и ужином, Ника медленно шла между прозрачными стеллажами нейромаркета «Эволюция». Нейромаркет выглядел как многоуровневый улей, каждый отдел в котором был организован по принципу нейронной сети. Здесь не было привычных полок — вместо них в воздухе парили трёхмерные проекции товаров, а консультанты существовали в виде интерактивных голограмм. Ника забрела сюда, чтобы убить время, и особо не вчитывалась.

Даша, Даша Что же с ней? Три года образцового поведения и вот кризис

Ника рассеянно скользила взглядом по светящимся панелям с описанием новинок бытовой техники. Ненавязчиво играла приятная фоновая музыка.

На высоком столбике вылизывался котенок. По периметру призывно крутилась ярко-алая надпись:

Мурка! Хит продаж!

Потянувшись, Ника потрогала тактильный пробник. Бархатистый, теплый на ощупь. Мурка немедленно обратила на посетительницу кошачьи голубые глаза и активно заработала.

— Доброго вечера, Брусника Ивановна! — раздался бархатный мужской голос. — Рад видеть, что вы интересуетесь бытовыми помощниками. Кто вам нравится? Мурка сейчас со скидкой. Идеал домашнего животного без аллергии, царапин мебели и уборки лотка. Программируемые световые узоры, ультразвуковой полировщик-очиститель. Ну, и, конечно, встроенное мурчало. Разработчик гарантирует снижение стресса до десяти процентов.

ИИ ее, конечно, узнал и тотчас выдал предпочтительного продавца. Им был уже привычный Нике сдержанный взрослый мужчина, чем-то похожий на соседа по дому. По виду продавец предпочитал старые добрые традиционные ценности, а потому щеголял в старомодных очках и даже в пиджаке, несмотря на царящий снаружи зной. Над продавцом сияло такое же традиционное имя: Михаил. Именем Ника ни разу не пользовалась, предпочитая нейтральное «выкание».

— Не интересуюсь, — поморщилась Ника. — Просто смотрю.

— Давайте я покажу вам больше! — совершенно не огорчился Михаил. Он был стопроцентным ИИ и не умел огорчаться. — Видели Ангела-хранителя?

Он двинул рукой и мурку на постаменте сменило невесомое хрустальное существо — тонкое, андрогинное, почти прозрачное. Надпись «хит продаж» сменила не менее гордая «рекомендация министерства здравоохранения». От Ангела тут же пахнуло свежестью.

— Круглосуточный мониторинг здоровья, экстренная помощь, уколы, хирургия, обработка. Персональный фитнес-инструктор, диетолог и психотерапевт в одном лице. Ангел составит идеальный рацион, проследит за приемом витаминов и не даст вам пропустить утреннюю йогу.

Ника только покачала головой.

— Понимаю Вы еще так молоды, — продавец качнул головой. — А если биокомпаньоны?

Ника брезгливо морщила нос. В юности Ника лично имела дело с одним из первых синтетов и у нее осталось не очень приятное впечатление. Робот есть робот, что с него взять? Но в узкоспециализированных областях синтетические организмы и роботы использовались уже десятилетиями, эволюционируя от примитивных систем к сложным гибридам.

— С таким напряженным графиком, как у вас, биокомпаньон уже не роскошь, а необходимость, — блеснув вариацией старой поговорки, голограмма продавца глянула на Нику проницательно. — Что думаете об этом? Мне кажется, ваш типаж.

Полупрозрачные фигуры биосинтетов придвинулись ближе, проявившись в цвете. Мужчины, женщины При виде Ники женщины стали почти невидимыми, а мужчины, наоборот, проявились. Одна из фигур выделилась. Перед Никой появился широкоплечий молодой мужчина со светлой кожей и восточными чертами лица. Мужчина был одет в белую хрустящую форму. Надпись под ним гласила:

«Лучший друг».

«Хорошенький», — невольно подумала Ника. Вслух, конечно, не сказала и мысль развивать не стала.

Она подивилась тому, насколько же правдоподобно смотрятся новые синтеты. От людей их отличали разве что специальные световые рисунки на коже: по закону гуманоидные синтеты обязательно оснащались световыми идентификаторами. У «друга» затейливые рисунки светились на кистях рук ярко-розовым цветом. Розовый означал бытовое использование. У военных синтетов цвет идентификаторов был ярко-красный, у промышленных — синий, у городских служб — зеленый.

— Из лимитированной партии. Между прочим, имитирует личность человека на девяносто девять процентов. Новейшая модель «Компаньон 3000», — тем временем проговорил Михаил. — Что у вас на ужин?

Ответить, что планирует поужинать в кафе и вообще пользуется стандартной доставкой здоровой пищи, Ника не успела.

— Любой из биосинтетов знает двадцать тысяч кулинарных рецептов всех кухонь мира. Сам закажет продукты, сам приготовит, сам уберет, вам останется только наслаждаться вкусом настоящей домашней пищи. Согласитесь, это роскошь в наш век. И питание не отразится на фигуре: биосинтет будет вашим личным тренером сколько потребуется раз в неделю. А еще — это умелый массажист, владеющий всеми видами массажа, врач, следящий за вашим здоровьем и уровнем стресса, друг, помощник, сопровождающий, партнер.

— Ну, конечно, партнер — скривилась на «партнера» Ника. — И при чем готовка? Так и говорите — это усовершенствованные секс-куклы с дополнительными функциями. После заправит постель, приберет

Сторонницей искусственного секса Ника не была, предпочитая традиционные отношения с настоящими партнерами.

— Ни в коем случае, — открестился продавец. — Точнее, сексуальные возможности у этой модели тоже есть и немалые, но стоят отнюдь не на первом месте. Вы же знаете, я говорю только правду. Иное запрещено моими алгоритмами.

— Зачем тогда делать их столь человечными?

Ника не была сторонницей хуманизации, на дух не переносила антропоморфный дизайн. Эти застывшие глаза, губы, неловко имитирующие мимику, искусственные родинки на точных копиях человеческой кожи казались ей кощунственной пародией на природу и даже больше — новой формой рабства. А уж какой полет фантазии для извращенцев и садистов В юности Ника даже подписывала петицию «Пусть машины останутся в форме машин».

— Цели, Брусника Ивановна, сугубо практические, — Михаил заложил руки за спину и задумчиво посмотрел на биосинтета. — Пользователям нравятся именно красивые человекоподобные, к ним сильнее привязываются, больше доверяют. К Ангелу так не привязываются, невольно считая за бездушное устройство К тому же робот с человеческими пропорциями может использовать лестницы, дверные ручки и прочие инструменты, созданные для людей. Слышали изречение? Создавая роботов по своему образу, мы не возвышаем машины — мы ограничиваем их потенциал рамками собственной биологии.

Голографический продавец цитировал известного нейрофилософа. Ника хохотнула. Оглянувшись на нее, продавец сдержанно улыбнулся.

— Если вы беспокоитесь об этических аспектах, последние поправки в законе включили в себя права разумных машин, начиная с класса «А+». Покупатель подписывает пользовательское соглашение. В случае жестокого обращения или неправомерного использования, устройство немедленно сигнализирует в полицию.

— И что ждет нарушителя? — Ника с интересом слушала.

— Примерно то же, что и при жестоком обращении с животными: от штрафа до лишения свободы.

— О! — Ника приятно удивилась. — Хорошие поправки.

Продавец кивнул.

— Кстати, я вижу, что вы недавно закрыли кредит на квартиру. Примите искренние поздравления! У вас прекрасная кредитная история и производитель готов выдать вам бонус — семь дней тестирования бесплатно. Предложение действительно два дня. От себя — очень рекомендую попробовать. Отказаться вы можете в любой день из семи.

Ника глянула на часы и встрепенулась. Три минуты до свидания!

— До свидания! — сказала Ника, поспешно выходя наружу.

Мысли о биосинтетах тут же выветрились.

— Отправлю вам индивидуальное предложение по почте, — нисколько не удивившись, сказал продавец и вежливо попрощался.

Стремительно пробежав по движущейся ленте, Ника оказалась в кафе.

Глава 3. Веники?

Через полчаса ожидания стало понятно, что «оптимальный кандидат» на свидание не явился. Обидевшись и обозлившись, Ника настрочила в чат приложения крайне эмоциональное послание, гневно поставила претенденту негативку и с чувством выполненного долга укатила домой на свободной беспилотке.

Квартира у нее была недалеко от зоопарка, в одной из новых высоток рядом с Заельцовским парком и рекой. Просторная светлая студия на семьдесят квадратов с панорамным видом на город.

Дома царила традиционная тишина, только в районе кухни мирно жужжал робот-уборщик. В воздухе витал ненавязчивый аромат ели, идентичный натуральному — работал кондиционер со встроенным ионизатором и ароматизатором. Без кондиционера в Сибири уже лет семьдесят было не обойтись.

— Брусника Ивановна, добро пожаловать домой. К сожалению, я вижу неполадки — начал приятным мужским голосом Дом.

Ника с порога запустила мокасины в угол. Новых плохих новостей она не хотела слышать категорически.

— Позже. Включи музыку, — буркнула она, и, на ходу расстегивая комбинезон, ушла в душ смывать испорченное настроение.

Вроде бы удалось. Из душа Ника вышла голой. Прошлепав босыми ногами по полу, заглянула на кухню.

— А, з-зараза!

Босой ногой вступив в хрустящую черную крошку, Ника чертыхнулась, перевела взбешенный взгляд на уборщика и обнаружила, что мирное жужжание вовсе не такое умиротворяющее, каким послышалось поначалу. На белой панели уборщика светился предупреждающий значок — перегрев, а сам он бестолково тыкался по столешнице, разумеется, свалив на пол упаковку с модным парагвайским кофе. Еще и переехал его пару раз.

Ника несколько раз ткнула кнопку выключения, но уборщик выключаться не желал, продолжая шевелиться и жужжать.

— Дом! — крикнула Ника. — Что с уборщиком?

— Я хотел вам сказать, но вы прервали. Устройство И811-а «уборщик» неисправно. Код 803, ошибка. Выключить?

— Да!

— Принято, Брусника Ивановна, — спокойно ответил Дом.

Оставив на него разборку с уборщиком, Ника потянулась к кухонному шкафу. Есть хотелось до зубовного скрежета. Съеденная в зоопарке ягода давно была потрачена, а в кафе оказалось не до еды. Из еды в охлаждающем шкафу нашлась банка консервированной фасоли, сырые яйца и три стандартных замороженных контейнера с едой из доставки «Оптимальный недельный рацион». Ника питалась в этой службе доставки последние лет пять и точно знала, что в контейнерах либо индейка с салатом, либо рыба с рисом. Ни того ни другого Ника сейчас не хотела. От яиц бы не отказалась, но возиться с ними не желала. Смерив два ровных рядка яиц огорченным взглядом, Ника торжественно закрыла шкаф, забрала из морозильника упаковку замороженного манго и ушла на диван, так и не тронув ни одного контейнера.

— Новости: в нашем микрорайоне проводится голосование. Высаживать рябины или яблони? Ваш голос.

— Яблони, — не думая, отмахнулась Ника.

— Принято.

Проектор включился автоматически с момента, на котором остановился, но Ника быстро крикнула: «Стоп»! Смотреть мелодраму и есть мороженое ей показалось уж слишком мелодраматично, так что Ника ткнула любимого зооблогера. Улыбающееся женское лицо заняло половину комнаты.

— Привет, друзья! Сегодня мы говорим о существах, которые меняют правила игры в биологии. Нет, это не тираннозавры с лазерами из фантастики. Это — генетически модифицированные улитки! Да-да, те самые медлительные слизни. Теперь они умеют то, что заставит вас сказать: «Какого»

Ника слушала и раздраженно грызла манго. Домашних питомцев она не держала. По молодости заводила рыбок, попугаев, змей, кошек, даже ахатинов, но со временем отошла от живности дома — этого добра с избытком хватало на работе. На дом сил уже не оставалось, к тому же унаследованная от родителей ответственность, не позволяла мучить животное одиночеством. Поэтому дома Нику обычно встречали только робот-уборщик, да вездесущий Дом. Из биологически живых домашних питомцев на окне уже лет семь жил пышный неприхотливый хлорофитум.

Язык заледенел, а настроение — Ника чувствовала — все-таки никуда не смылось.

Манго не скрывало горький привкус отвержения, будто одним отказом Нику лично вычеркнули из списка годных к употреблению. Даже, если тебя отвергает тот, кого ты в жизни не видела, акт отвержения сам по себе болезненный. Как зоопсихолог Ника осознавала механизм: даже маленькое отвержение отсылает современного человека прямиком в древние времена, когда отвержение равнялось изгнанию из племени, а значит и смерти. Пространно думая о том, как побороть неуместные древние инстинкты, Ника машинально открыла сообщения. Неявившийся кандидат молчал, сообщение Ники висело непрочитанным. А рекламное предложение от Михаила уже светилось в почте.

Биосинтет Компаньон 3000: ваш универсальный помощник с настраиваемым интеллектом класса А+!

Одно устройство, которое заменяет все остальные!

Закажите Биосинтетика прямо сейчас и получите специальный подарочный набор для первых пользователей! Гарантия — пять лет.

Попробовать бесплатно?

Теперь предложение показалось даже соблазнительным. Дурная мысль снова заползла в дурную голову.

А что, может завести синтета? Он хотя бы не морозится Наверное.

Она пригляделась к характеристикам. Хохотнула на «изменяемых размерах», из любопытства перешла на сайт и присвистнула. Цены, конечно, удручали. Да биосинтетик стоил как квартира! На финансовое положение Ника не жаловалась, но Говорящая кукла по цене квартиры?!

Да уж, мечта каждой женщины — любовник с гарантией на пять лет!

Раздраженно смахнув предложение, Ника позвонила маме.

Видеовызов отобразился в углу экрана, автоматически понижая громкость звука зооблогера до нуля.

— Представляешь, Муся опять обделала угол, — вместо приветствия произнесла мама. На ее голове был живописно намотан яркий тюрбан в псевдовосточном стиле. За спиной мамы, на антикварной этажерке из темного дерева, теснились фарфоровые статуэтки пухлых кошек.

— Привет, мам, — монотонно кивнула Ника.

Несколько минут мама говорила о кошке, которую воспринимала ее как еще одного ребенка. Только что в зад не целовала. Ника скептично наблюдала, как мама отлавливает рыжую кошку, целует ее в усатую морду и активно стыдит.

— Она не умеет стыдиться, — повторила Ника в тысячный раз.

Она сама не знала, зачем набрала маму. Наверное, потому что так должно, просто, чтобы поддержать контакт.

— Как не умеет? Конечно, умеет! Знаешь, какие она глазки виноватые делает? Муся покажи сестренке глазки!

Ника завела глаза к потолку вместе с кошкой.

— А вот почему она угол метит, надо разобраться — задумчиво произнесла Ника, глядя как пушистая кошка красиво поводит длинными кисточками ушей. — Ей что-то не нравится. Или тревожит.

— Брусника Ивановна, в устройстве И811-а «уборщик» обнаружена критическая ошибка. Удалить? — спросил Дом.

— Удали — раздраженно отозвалась Ника.

— Что там у тебя? — спросила мама.

— Уборщик сломался.

Мама с укоризной покачала головой.

— В мое время уборщики не ломались! Китай — это же синоним качества был, помнишь? А, ты маленькая была А сейчас, что? Эти индийские ломаются через каждый год! Тьфу!

От «тьфу», попавшего на нее, кошка вздрогнула.

— Ошибка удалена, — заговорил Дом. — Попытки обновить И811-а закончились неудачей: устройство устарело, обновление больше не поддерживается. Устройство И811-а принудительно введено в спящий режим. Не рекомендовано к использованию.

— Отлично — процедила Ника.

— Рад, что вы довольны, — радостно откликнулся Дом и отключился.

Мама цокнула языком, гладя Мусю. Та покровительственно щурила глаза.

— Ничего страшного. Самой убирать квартиру — очень интересный экзистенциональный опыт, который переживали целые поколения женщин до нас. Возьми тряпочку, веник И этот — мама замешкалась, вспоминая слово. — СОВОК! В мое время уборщики ползали только по полу. Столы мы вытирали собственноручно. Тряпками! Вот этими руками! Твоему поколению такое и не снилось.

Мама продемонстрировала руки. Ника мысленно представила себя с совком, ползающей по полу. Картина казалась удручающе архаичной.

— Конечно, мне не снилось Сейчас другие времена, — Ника старалась говорить спокойно. — И откуда я должна взять веник? Из музея что ли?

— Из музея бани!

Когда мама отключилась, блогер снова обрел звук.