Дети ночи

5

– Как вы нас напугали! – с упрёком сказала Линда, подходя к промокшему насквозь шофёру.

Он сидел у камина с чашкой чая в руках и пытался немного обсохнуть.

– Я уже тысячу раз извинился!

Линда прекрасно понимала, что бедняге и так весьма неловко – он ведь совершенно случайно устроил такой переполох, но раздражение всё никак не отпускало, и она невольно вымещала его на мужчине. В конце концов, он довёл её подопечную до обморока.

Мегги пришла в себя, и сейчас ребята разместились подле неё, а девушка тихо вздыхала, лёжа на диване в гостиной.

– Почему вас так долго не было? – спросила мисс Ли. – Я решила, вы, вообще, о нас забыли и решили бросить здесь навсегда. И ведь даже позвонить невозможно…

– Дорога ужасная! – объяснил шофёр. – Вода в ручье поднялась, всё затопило. Этот чёртов дождь насыпь размыл! Автобус слетел в кювет. Я чудом шею не свернул. Боюсь, вам всё-таки придётся провести эту ночь в замке.

– Нет уж! – вспылила Линда. – Вы – здесь, автобус – здесь, так что потрудитесь отвезти нас в город!

– Это невозможно. Посмотрите за окно! Я же говорю – свалился с дороги! – мужчина тоже закипал. – Поймите, автобус застрял намертво, льёт дождь, темно! Даже если мы вытолкаем его на твёрдую землю… Что практически невозможно, если, конечно, среди вас нет фокусника вроде Копперфильда, который может поднять автобус одной рукой! Так вот, даже если мы вытащим автобус, всё равно где-нибудь либо окончательно завязнем, либо свалимся в какую-нибудь яму, из которой уже вряд ли выберемся. Вымокнем, вымажемся в этой вонючей болотной грязи, но, в конце концов, вам всем придётся вернуться сюда.

– И что же вы предлагаете? – взяв себя в руки, спросила Линда более спокойно.

– Я попробую добраться до города. Автостопом. Надеюсь, что отыщу в этой темнотище шоссе, а там попадётся хоть одна запоздалая машина с каким-нибудь чокнутым «добрым самаритянином», который не откажется взять «на борт» незнакомого бродягу. Вот я бы лично ни за что не взял! Особенно, парня с физиономией как у меня, да ещё такого мокрого и грязного, выползшего из неизвестно какой дыры, ведь кругом одни пустыри и болота. Знаете, мисс Ли, стыдно признаться, но я до смерти боюсь незнакомцев на обочинах дорог. Насмотрелся в своё время «Попутчика»…

– Вы отвлеклись, – напомнила Линда, теряя остатки терпения.

– Н-да… Ну, доберусь до города, ваших в гостинце предупрежу, чтобы не паниковали. А завтра, дай бог, дождь стихнет, и я приеду за вами. Возьму другой автобус вместо этой рухляди, с лучшей проходимостью, который в первой встречной канаве не пойдёт на дно, как «Титаник», и вызову эвакуатор для своего… Короче, придумаю что-нибудь. А вы пока оставайтесь здесь, наслаждайтесь древними красотами!

– Ну, хорошо, – согласилась Линда, хоть и не видела в этой ситуации ничего хорошего. – Раз другого выхода нет, давайте поступим так, как вы предлагаете.

Она обернулась:

– Слышали, ребята? Мы остаёмся здесь на ночь.

Вопреки её ожиданиям, раздались радостные крики:

– Вау! Крутяк! Да здравствует мисс Ли! Ура!

Шофёр попрощался и ушёл, растворившись в надвигавшемся на мир беспроглядном сумраке.

***

Джонни и Дженни, влюблённая парочка, сбежали куда-то наверх.

Девчонки проводили их глупенькими смешками.

Шейла посидела немного, а затем, улыбнувшись своей восхитительной улыбкой, сказала:

– Пожалуй, я тоже пройдусь… Пока мы здесь, надо воспользоваться выпавшим нам шансом и с лихвой насладиться красотами этой древности. Эрни, ты не составишь мне компанию, а то вдруг я встречу приведение, кто меня тогда защитит?

– Почему бы и нет, – парень улыбнулся. – Я, как истинный рыцарь, ни в чём не смею отказать юной прелестной леди. Прошу вас, моя графиня!

Эрни с галантным поклоном подал руку, и они стали медленно подниматься по лестнице.

– Подождите! – остановила их Мегги. – Я тоже с вами пойду…

Шейла обернулась и, оглядев её, сказала с наигранным сочувствием, более похожим на откровенную издёвку:

– О, нет, Мегги! Боюсь, ты ещё слишком слаба. Вдруг ты снова упадёшь в обморок, что нам тогда с тобой делать? Лучше отдохни! Вообще... время позднее. Мне кажется, тебе уже спать пора.

Мегги насупилась угрюмо, вернулась и, положив по-мальчишески остриженную голову на подушку, вскоре, и правда, уснула.

Тина сидела рядом с ней. Энни у камина, сосредоточенно глядя на мерцающие угли. Кевин опустился подле неё на пушистый толстый ковёр.

– Ты что-то загрустила? – сказал он. – Ты не рада, что мы остались?

– У меня странное предчувствие, – ответила девушка. – Необъяснимая тревога не даёт мне покоя с самого утра.

– Ну, перестань! Суеверия – это глупости, наследство, доставшееся нам от невежественных средневековых предков. В наше-то время науки, прогресса и глобальной компьютеризации верить в предчувствия…

– Нет, ошибаешься! – перебила его Энни. Добавила со вздохом: – Бабушка всегда меня учила верить только сердцу! К тому же то, что говорила Шейла…

– Ну, ты ведь не думаешь, что она, в самом деле, может наколдовать и призвать всех этих тварей?

– Нельзя говорить дурного! – настойчиво повторила Анна. – Нельзя! Иначе можно накликать беду.

– Шейла просто дурачилась. Она всегда такая – безбашенная. Иногда мне кажется, что она не в себе, – подала голос Тина.

Кевин негромко хмыкнул и согласно кивнул.

А потом снова повернулся к Энни:

– Может, горячего чая хочешь? Я принесу…

Разумеется, она не стала отказываться, но допить согревающий напиток не успела.

Пришла Элисон, позвала всех, чтобы показать им комнаты.

Покои с огромной кроватью достались трём подружкам: Тине, Шейле и Энни. Чуть дальше по коридору расположилась мисс Ли. Так как Мегги ещё не оправилась от обморока, несчастную девочку поселили вместе с Линдой. Далее разместились Эрни и Кевин. А Дженнифер и Джонни отвели в левое крыло, в ту единственную отреставрированную комнату, где было безопасно.

***

Тина сидела на краю кровати, не уступающей размером небольшому стадиону, скрестив ноги в позе лотоса, и расчёсывала волосы.

Энни взбивала подушки, удивляясь, что кровать такая большая и мягкая.

А Шейла стояла у окна, любуясь ночным пейзажем.

– Какая ночь! – восхищённо сказала она. – И дождь уже кончился… Ночь – время ведьм, вампиров и нечисти. Может, махнём на шабаш?

– Перестань! – одёрнула её Анна. – Хватит с нас на сегодня твоих дурацких шуточек. И, вообще, закрой окно! Холодно…

– Не закрою, – Шейла показала подруге язык. – Я хочу увидеть привидение. Стоит только подождать и всмотреться хорошенько…

Тина расчесалась и прыгнула в кровать:

– Шейла, иди спать! Хватит прикалываться!

– Подожди... – прошептала та в ответ, не отрывая взгляда от окна. – Я… я что-то вижу… О, боже! Смотрите!

Тина вскочила с постели и бросилась к окну. Энни тоже подхватилась и встала на кровати во весь рост, пытаясь разглядеть нечто неведомое поверх голов своих подружек.

– Где? Где? – нетерпеливо воскликнула Тина.

– Вон там, – зашептала Шейла, – в окне, напротив. Там, в левом крыле… Видишь?

– Да где? Где? Ничего не вижу! – с досадой ответила ей Тина тоже шёпотом.

Шейла вдруг согнулась пополам и дико захохотала.

– Опять! Опять! – смеялась она. – Опять купились! Да когда же вы поумнеете? Вас можно разводить до бесконечности!

Энни сердито швырнула в неё подушкой, Шейла запустила ею обратно в Анну. Тина только топнула от досады и вернулась обратно в постель, громко шлёпая босыми ногами по каменным плитам. Просмеявшись, Шейла тоже нырнула под одеяло, поёжилась от ночной сырости и вскоре заснула.

Погрузились в сон и все остальные.

Все спали и не видели, как в том самом окне, на которое в шутку указала Шейла, неожиданно появился тёмный силуэт. С минуту этот кто-то постоял у окна, а затем исчез в мрачном лабиринте замка.

***

6

Тина спала во сне.

Ей снилось, что она в древнем замке, снилось, как она пробудилась и села на кровати. Рядом безмятежно почивали её подруги. И Тина там, в сновидении, припомнила, что разбушевавшаяся непогода заставила их всех остаться в Шрекен Шлосс на ночь.

Она огляделась. Что-то изменилось вокруг… Что-то отличало мир сна от реальности.

Призрачное молочно-белое сияние разлилось по комнате, словно туман, пронизанный ярким лунным светом. Это загадочное свечение, окутавшее их спальню таинственным мягким коконом, меняло всё, чего касалось. Вещи преображались, становились загадочнее, волшебнее, и будто оживали.

В душе одновременно разгорались ужас и восторг.

Это был необычный сон, судьбоносный – она теперь осознала это совершенно явственно.

Внезапно почувствовав чей-то взгляд на себе, Тина резко обернулась.

На широком каменном подоконнике, закинув ногу на ногу, сидел человек.

Его силуэт в проёме окна отчётливо проступал на фоне чуть посеревшего сумрачного неба. Дождь немного стих, мрачные чернильные тучи поредели, и зловещий диск полной луны то проглядывал сквозь них, то вновь исчезал, как утопающий в бурных волнах.

Но этого переменчивого лунного света хватало в достатке, чтобы разглядеть ночного гостя.

Это был мужчина лет тридцати в старинном камзоле с позолоченными пуговицами, белой рубашке с пышным воротником-жабо и сапогах-ботфортах. Светлые длинные волосы собраны в хвост, и лишь тонкая прядь выбилась и свисала у виска, но эта лёгкая небрежность не делала его причёску неряшливой, напротив, добавляла привлекательности.

Он был очень красив, невероятно красив, нечеловечески красив!

Удивительное лицо, гипнотический взгляд. Так гармонично, правильно сложен.

Его окружала аура силы, властности, таинственности и какой-то кошачьей грации.

«Ну, прямо-таки, красавец-леопард нежится в солнечных лучах, растянувшись на ветвях после сытной трапезы!» – усмехнулась про себя Тина.

Такому самое место в девичьих снах. Она была очарована и смотрела на незнакомца взглядом кролика, загипнотизированного удавом.

Он поманил её пальцем. Белый шёлк его манжета сиял в призрачном лунном свете.

Тина тотчас поспешно вскочила, легонько прошлёпала босыми ногами по ледяным каменным плитам, почти не замечая этого могильного холода, и приблизилась к окну.

Теперь, когда в полумгле уже ничто не мешало ей разглядеть его лицо, он показался ещё прекраснее.

– Здравствуй, Тина! – сказал незнакомец.

О, что это был за голос! Мягкий, бархатный, вкрадчивый… Его голос завораживал, околдовывал, усыплял, опьянял.

– Ты узнаешь меня? – спросил он.

Тина отрицательно покачала головой. Ей казалось, что она уже видела его прежде, но где и когда – забыла.

– А я тебя узнал. Именно тебя я и ждал!

Она смутилась. Как и всякая девушка, Тина мечтала услышать подобные слова, пусть обычно и фыркала пренебрежительно, заявляя, что ей и без отношений живётся неплохо, но в тайне всё равно мечтала о настоящей большой любви. Вот только даже в самых смелых своих мечтах не представляла, что услышит заветные слова от такогомужчины. Он ждал её, именно её.

Мужчина спрыгнул с подоконника быстрым бесшумным движением и шагнул к ней.

Тина осмелилась посмотреть ему в лицо.

Их взгляды встретились, и ей показалось, что мир вздрогнул, и почва ушла из-под ног. Лунный свет отражался в его глазах, бездонных, удивительных глазах, сияющих изнутри. Тина была не в силах оторвать взгляд: магический внутренний свет в его зрачках притягивал как магнит.

– Хочешь пройтись по замку? – спросил он, глядя ей прямо в глаза, но казалось, смотрит прямо в душу.

– Да, – ответила Тина – в этот миг ей казалось, что она ничего другого и не желала.

Он взял её под руку и повёл к выходу. Двери открылись пред ними сами собой.

Тина уже сделала шаг в коридор, но вдруг остановилась, услыхав за спиной тихий стон. Она вздрогнула, словно отрезвев на мгновение, и обернулась.

Шейла и Энни, мирно посапывая, спали на большой кровати. Тина подумала, что стоило бы разбудить их и позвать с собой, или хотя бы предупредить, с кем и куда она уходит.

Словно прочитав её мысли, спутник Тины нежно взял её за подбородок, и, заглянув ей в глаза, сказал:

– Не стоит их беспокоить! Смотри, они так безмятежно и сладко дремлют, погруженные в свои полуночные грёзы! Зачем они нам? Пусть спят! Пока… Это наша ночь. Мне нужна сейчас ты, только ты. Идём?

– Да, – ответила Тина, мгновенно забыв и о подругах, и обо всех своих тревогах – она утонула в его глазах…

***

7

Когда они, держась за руки, спустились в гостиную, наполненную тем же таинственным светом, незнакомец усадил её за стол. Сам сел напротив, по-прежнему глядя прямо в глаза. Внезапно вспыхнули две свечи, что стояли на столе.

– Тебе нравится здесь, дорогая моя? – спросил он, и голос его снова казался Тине прекраснее самой красивой музыки.

– Да, – ответила она.

Пожалуй, это был самый чудесный сон из всех, которые когда-либо снились Тине. И самый невероятный мужчина. Восторг и трепет, желание и смятение, восхищение и тревога – всё смешалось у неё внутри. Тина не понимала, что с ней.

Ни один парень в реальной жизни ей так голову не кружил!

– Хочешь выпить? – спросил он.

– Да, – казалось, другие слова она позабыла.

Тина вдруг поняла, что в горле у неё пересохло, а руки дрожат от волнения. Она с благодарностью приняла бокал у неизвестно откуда взявшейся девушки.

– Это Натали, – сказал незнакомец, принимая второй бокал. – Она уже давно здесь, рядом со мной. Так, Натали?

Та ответила улыбкой, кивнула безмолвно и с поклоном быстро исчезла где-то в темноте других комнат.

Тина сделала глоток, не сводя зачарованных глаз со своего кавалера. Вино было тёмно-вишнёвым, с необычным послевкусием, но сейчас ей всё казалось прекрасным.

– Натали здесь тоже нравится, как и тебе. Здесь всем нравится. Это моё… Владение Вечной Тишины, – усмехнулся он и спросил, прожигая своим гипнотическим взглядом. – А ты хочешь остаться здесь, Тина? Остаться со мной? Навсегда…

– Да… – ответила она. – Да!

– Прекрасно,– он взял её руку. – Прекрасно, моя драгоценная! Я знал, что ты согласишься. Поэтому и выбрал тебя из всех других. Ты всегда хотела быть одной из нас, но так боялась сказать об этом вслух. Боялась, что твои подруги и друзья станут смеяться или корить тебе за это странное желание. Но больше не надо лгать, не надо скрывать свою сущность. Здесь нет места притворству. Со мной можно быть абсолютно честной. От меня не надо таить свои желания – я жажду исполнить все твои прихоти. Всё, что ты так мечтала получить, будет твоим! Надеюсь, что ты не забудешь о благодарности. Это всё, что мне нужно – твоя благодарность и любовь… Твоя вера!

Тина кивнула, как послушная марионетка.

В сердце её закралось что-то, относительно похожее на тревогу, но его магнетические глаза заставляли забыть всё: мысли, волнения, заботы, чувства – всё!

– Ты, кажется, обо мне всё знаешь, а я о тебе совсем ничего… – решилась заговорить она.

– Ничего, скоро узнаешь, – успокоил он, – всё узнаешь.

– Ну… хотя бы как тебя зовут? – спросила Тина.

– Эдгард, – ответил он.

Тина вздрогнула, услышав это имя, сама не зная почему. Она мучительно пыталась припомнить что-то важное, но колдовской взгляд Эдгарда завораживал, не давая сосредоточиться.

Она закрыла глаза ладонями, ища спасения от чарующего света его прекрасного взора…

Миг – и она вспомнила всё: тьму, портрет, надпись внизу: «Эдгард фон Шрекен Шлосс» и жуткую легенду, рассказанную Элисон.

Тина вскочила, опрокинув бокал. Вино разлилось по белой скатерти зловещей тёмной лужей.

Она была ошеломлена тем, что Эдгард обрёл над ней такую власть. Ведь она была готова для него на всё, усыплённая колдовским гипнозом сияющих глаз и завораживающего голоса.

«Надо уходить!» – решила она. И стала медленно отступать.

– Куда же ты, Тина? – улыбнулся Эдгард, поднимая бокал. – Ты уже пообещала остаться со мной. Дала слово. Поздно убегать. Мы ещё не закончили… Твоё здоровье!

Он залпом выпил содержимое фужера.

– Что это? – Тина задрожала, её зубы начали лязгать от ужаса. – Чем ты меня поил? Что это за дрянь? И кто ты такой, чёрт побери?

Он помолчал и спокойно ответил с улыбкой, не сулившей ничего хорошего:

– Ты сама знаешь это, Тина. Ты знала, кто я такой с самого начала, но всё равно пошла со мной. Потому что хотела этого, потому что ты такая же, как мы. То, что щебечет Шейла – пустая болтовня, хвастовство, но твоё желание истинно. Так как же я могу его не исполнить? Ты будешь одной из нас.

– Нет! – взвизгнула Тина и кинулась бежать.

Но у лестницы поджидала Натали. Она захохотала и обнажила длинные белые клыки.

Тина вскрикнула и бросилась обратно. Запнувшись в темноте, она упала на колени и больно сбила руку.

Тина замерла… Потом медленно подняла голову и посмотрела в окно.

Тёмные тучи плыли над ней. Их змеящиеся щупальца расползались по небу, окутывая всё зловещей тьмой. Звёзды мерцали таинственно и жутко, такие далёкие, горделиво-холодные, безразлично и презрительно взирали они с высоты на жалкий людской род.

Ветер гнул деревья. Их чёрные силуэты, похожие на обглоданные кости, скрипели и раскачивались, казалось, собираясь упасть прямо на замок.

Но страшнее всего была луна. Круглая, полная луна, рвущаяся из плотного кольца угрюмых туч. Её холодный магический свет струился прямо в окно. Чудилось, будто это огромный глаз, глядящий на Тину с высоты, глаз, от которого не скрыться, такой же чарующий, как взгляд Эдгарда.

Мёртвый свет.

Теперь Тина поняла, почему собаки часто воют, глядя на луну – на неё нельзя смотреть долго, она сводит с ума…

Тина подняла руку, сбитую при падении. Тонкая струйка крови, почти чёрная в этой тьме, переливалась, отражая лунный свет.

Она услышала, как Эдгард подошёл к ней и стал сзади. Дыхание перехватило.

– Бесполезно, – сказал он, и теперь в его голосе ей послышался ледяной холод. – От себя не уйдёшь, Тина. Смирись!

Тина ещё раз взглянула на свою окровавленную руку, подняла голову к холодной безразличной луне и поняла, что обречена.

И так же, как минуту назад ей хотелось сбежать отсюда без оглядки, так же нестерпимо ей захотелось сейчас, чтобы Эдгард прикоснулся к ней.

– Что я должна делать? – тихо и покорно спросила она.

– Ничего, – ответил Эдгард. – Просто закрой глаза! Верь мне! И скажи: «Да»!

– Да, – в очередной, и теперь уже последний раз сказала Тина.

Она закрыла глаза и почувствовала, как его пальцы нежно коснулись её плеч… От этого ледяного прикосновения по коже пробежали мурашки.

Лёгкий укол в шею, там, где артерия. Боли почти не было.