Тайны крови и амбиций

Глава 36 “Осколки воспоминаний“

Как? Как я могла поверить этому уроду!? Как могла жалеть о расставании с ним!? Как могла желать ему хорошего!? Как могла переживать о нём? Как!? Как...

Как он посмел поступить так со мной...

Слёзы пошли от переизбытка эмоций, от злости и обиды, от желания мести и ненависти. Холодно не было. Наоборот, я горела изнутри. Сжигала саму себя убийственным пламенем, только бы больше не ощущать эту боль.

Ничего не говоря, я потерлась об Девида, чтобы скрыть мокроту с глаз и, взяв его за руку, пошла в дом, даже не взглянув на Эмили с Мартином.

Достаточно.

Я быстро поднялась в свою комнату. Все, чего я сейчас хотела, это избавиться от хлама, а если точнее, от всего, что мне когда-либо дарил Мартин. Украшения. Цветы. Игрушки. Одежда. Я кидала дорогие и не очень подарки на пол. Стеклянные рамочки разбивались в дребезги. Цепочки разлетались в стороны. Сухие цветы, которые я так отчаянно пыталась спасти, рассыпались от одного моего прикосновения. Кажется, я совсем не контролировала свои действия. Мной двигал не разум, а ясная, разрушающая все вокруг ненависть.

В руку попала рамка с фотографией. На секунду я задержалась на ней взглядом и тут же вспомнила тот день. Начало наших отношений. Мы были такие счастливые. Я была счастливая.

Я крепко сжала рамку, смотря на мило улыбающегося парня. Он с самого начала играл со мной? Хоть капельку любил меня? Чувствовал ли что-то ко мне? Не выдержав, я со всей силы кинула рамку на пол. Стекло разлетелось на мелкие осколки. Я села на карточки и достала от туда фотографию, начиная издеваться над ней, как только можно. Бумага была толстой: когда-то я дорожила этой фотографией. Лишь выкинув помятое изображение, я заметила, как из ладоней течет кровь. В порыва гнева даже не заметила, как порезалась.

— Ненавижу... — Прошипела я со злостью и отчаянием.

В глубине души я все ещё надеялась, что это глупый сон, но подсознание понимало, что все происходящее — горькая реальность. Он предал меня. Он никогда меня не любил.

С волос на лицо капал холодный кофе. Он медленно скатывался с носа и останавливался на губах. Шоколадный раф. Сладкий и такой горький одновременно. Кожа ощущалась липкой и чувствительной. Золотистое платье пропиталось до ниток, противно липло к телу и больше не выглядело таким привлекательным. Сейчас оно напоминало грязный мешок. Пух ещё на улице спал с моих плеч. Когда? Я даже не заметила. Каблук на одной из туфель сломался. И как только я ни разу не упала? Неужели так сильно была поглощена ненавистью?

Я сидела по середине всего беспорядка, что сама и навела. По коже гуляли мурашки, собирая капли кофе. На руках щипала кровь. Но я не могла сдвинуться с места, чтобы взять перекись и вату.

— Ну? Стало легче?

Я вздрогнула. Девид стоял в дверях и я не знала, как долго он там стоит. Честно говоря я в принципе забыла, что в доме есть кто-то ещё, кроме родственников.

Он смотрел внимательно на меня, его не интересовал весь хлам, который был вокруг. Кажется, ему в принципе было безразлично все происходящее. Это было к лучшему. Мне нравилось его такое отношение, ведь если бы он начал жалеть меня... Я бы не выдержала.

— Не знаю, — призналась я.

Пробежавшись взглядом по беспорядку, я сделала глубокий вдох и медленно встала с колен.

— Да. — уже твёрже прозвучало из моих уст. — Надо успокоиться и выкинуть не нужный хлам.

Я вытащила мусорное ведро из-под стола и начала собирать мусор. После того как ведро снова оказалось под столом, я полезла за перекисью.

— Извини за этот цирк — вдруг сказала я, стоя к нему спиной, пытаясь отыскать вату. — Может быть, если бы не ты, я бы стала жестокой убийцей... Ты спас мою репутацию.

Выдохнув, я подняла голову и посмотрела в окно, вид которого так же выходил на задний двор. В мгновение я оказалась возле подоконника и задвинула шторы, запачкав их кровью.

Ваты так и не оказалось в тумбочке. От бессилия я рухнула на край кровати, продолжая держать закрытую баночку перекиси. С рук продолжала стекать кровь, перемешиваясь с липким кофе.

— Я лишь сейчас поняла, как же легко ненавидеть людей. В одну секунду о человеке может поменяться все впечатление... И в один момент его жизнь может просто оборваться. Это так... Легко...

Девид прошёл мимо кровати и остановился у закрытых штор. Вместо того чтобы их раздвинуть, он просто открыл окно. И только тогда я осознала, насколько было душно в комнате.

— Я прекрасно знаю что происходит с человеком, когда у него кипят эмоции... Особенно негативные.

Он обратил свой взор на меня, не отрывая глаз от алой дорожки, которая ручьем стекала вниз.

— Парой так легко совершить неисправимых вещей на эмоциях.

Он приблизился ко мне, медленно опустился на колено и аккуратно взял моё запястье. Его тёплые руки сжали мою холодную и кровавую ладонь.

— Но как сдержаться, когда так манит запах крови?

Надавив пальцем возле пореза он преподнёс мою ладонь к губам. Я подняла на него глаза, наблюдая, как он жадно наслаждается моей кровью. Я почувствовала слабое покалывание. Жар накрыл мое тело, но на лице не выступило ни одной эмоции. Действия Девида уже не казались такими странными. Может, я настолько сильно устала?

— Забери меня, — в моем голосе послышались нотки горечи, которую я так пыталась скрыть.

Мне не хотелось оставаться здесь, в кругу лживых людей с их призрением в улыбках и в глазах. С их смехом скрывающий зависть и лицемерие. Я не хотела больше видеть свою семью, по крайней мере сейчас. Никогда во мне не кипело столько ненависти, как в эту секунду. Были причины для ссор, для обид, но сейчас это была искренняя ярость, которая обрушится на каждого, кто попадет под горячую руку.

— Ты же поедешь к маме? — Спросила я и так зная ответ. — Можно мне с тобой? Я...

Я лучше буду с той, которая мне никем не является, чем с теми, кто обзывается моей семьёй.

Девил долго молчал, все продолжая сжимать мою ладонь. Кровь все таки остановилась, этот вампир высосал всю мою энергию. Он осмотрел меня с ног до головы. Кофе уже давно высохло. Кожа все также ощущалась липкой, волосы превратились в сладкие сосульки. Макияж, я была уверена, страшно потек.

— Она ужаснётся от твоего вида, — без отвращения в голосе усмехнулся Девид.

Сил было не так много, но я выдавила легкую улыбку.

— Я приведу себя в порядок, не переживай.

Чтобы Эшли Коффин вышла в таком виде хотя бы из комнаты. Спасибо. Я достаточно на сегодня опозорилась. Наконец, Девид отпустил мою руку и выпрямился. Я почувствовала разливающийся внутри разочарование и привычный холодок.

— Давай скорее, я уже устал от этого места.

Ох, как я его понимала... Встав, я резким движением откинула давящие каблуки и захватила с собой бордовое полотенце, направляясь в ванную. Думала, Девид сразу выйдет, как только я встану, но я продолжала чувствовать на себе его взгляд. Задержавшись у двери, я немного обернулась к нему:

— Можешь пока открыть свой подарок. Он под елкой в небольшой красной коробочке.

Я закрыла дверь. Передо мной висело зеркало, о котором я помнила и в которое долго не решалась посмотреть. Но все таки подняла глаза. Растрёпанная, уставшая и жалкая. Именно так я выглядела и ощущала себя изнутри.

Сняв платье, я выкинула его в корзину с грязным бельём, хоть и знала, что оно не отстирается. Залезла в ванну и включила теплый душ. Вода медленно возвращала мне энергию и силы к жизни. Все недавние фрагменты воспроизводились в моей памяти флешбеками. Как Мартин говорит те ужасные вещи, как Эмили обливает меня кофе, как я достаю пистолет... Но не решаюсь выстрелить. Пальцы не слушались, тряслись, то ли от холода, то ли от страха, то ли от переизбытка адреналина. Я хотела нажать на курок и одновременно боялась, что дрогнет рука. Мне хотелось избавиться от проблем в виде моей назойливой сестры и одновременно — я не была готова увидеть ее мёртвое тело. Это так сложно. Будто ангел и дьявол перетягивали мои плечи каждый на себя. И удивительно, что спас от тюремной участи меня именно дьявол.

Я вдруг поймала себя на мысль, что кое-что мне все-таки понравилось — это видеть страх в их глазах. Никогда Эмили не смотрела на меня так: смиренно и умоляюще. Интересно, Девид чувствует тоже самое, когда...

Вода становилась горячее, но я не замечала. Мне казалось, что все те места, где до меня когда-то докасался Мартин обжигались огнем. Почти все тело горело от желания смыть его отпечатки. Мне становилось тошно от воспоминаний, от его слов, прикосновений, подарков, обещаний. Я ненавидела ложь в людях. Ненавидела лицемерие и цинизм. Какой и являлась моя семья. Лицемерной. И Мартин, подстать им.

Я выключила душ, снова чувствуя гуляющий холод по ногам. Укутавшись в полотенце, я подцепила на ноги мягкие тапочки и вышла из ванной. На секунду мне почудилось, что Девид все ещё в комнате, но нет, в ней витали лишь мрак и тишина. Я не хотела заставлять Девида ждать, поэтому собиралась не привычно быстро. Схватила чуть ли не первый попавшийся костюм: больше платье надевать мне не хотелось. Я натянула черные брюки и бордовый кроп-топ. Высушила волосы, оставив их без завивки, заколола крабиком. Просто, но аккуратно. Ноги все ещё ныли от высоких каблуков, поэтому я откопала у себя удобную обувь на низком каблуке.

Какое то время рассматривала себя в зеркале, размышляя, ничего ли не забыла. Но вдруг начала ловить себя на мысли, что мне не сильно то хочется вешать на себя тонну одежды и макияжа, только чтобы красивой встретить новый год. Сейчас мне хотелось быть собой и от этой мысли стало как никогда спокойнее.

Я вышла из комнаты, будто вдыхая воздух новой грудью. Так сводно и уверенно на душе мне было. Я спустилась в зал и осмотрела гостей. Многие, уже не трезвые родственники болтали о непутевом на диване возле камина. Некоторые, в том числе и мой отец, все ещё сидели за столом. Дети тайком прокрадывались к подаркам и улыбнулась, заметив, что Девид все таки забрал свой подарок. Только где он сам?

Стукнула входная дверь и я повернулась на проход, ожидая увидеть мужчину, но тут же разочаровалась. В дом вошла Эмили. Невольно я заметила ее потухший взгляд. Она без настроения снимала верхнюю одежду, с каким то страхом, отчаянием и застрявшими слезами в глазах. Я бы порадовалась, но сдавливающие чувство в груди недавно покоя. Что-то случилось.

— Эмили, дорогая! А я тебя потеряла! — К девушке вышла дальняя родственница и по ее походке можно было понять, что она уже давно не трезвая.

— Я выходила подышать во двор, — тут же натянула улыбку Эмили.

Меня чуть не вывернуло от этого притворства.

— Не хочешь посидеть с нами? Там такое говорят... Про Нэллу, дочь моей знакомой, твоя ровесница. И представляешь!... Залетела она!

Я снова скривилась. Мне никогда не нравилось слушать глупые слухи и сплетни... Сплетничать... Мне сразу вспомнились слухи из института. Отвратительно. У Эмили на секунду выступило такое же выражение лица, что меня удивило. Но спохватившись, она быстро вернула улыбку и вдруг сказала:

— Мне немного не здоровится, я хочу поспать.

— Ох, конечно, дорогая! Но если что, мы тебя ждём!

Родственница улыбнулась и утанцевала на кухню. Эмили быстро прошмыгнула мимо меня. Заметила, но не обратила внимания.

— Походу, наш принц на черном коне уехал, бросив свою принцессу. Испугался.

Мои слова прозвучали слишком громко, чем мне хотелось. Эмили на секунду остановилась, сжимая перила лестницы, но взглянуть на меня так и не решилась. Лишь быстрее поднялась и юркнула в свою комнату.

Я не горела желанием разузнать, что именно между ними произошло. Хотелось выкинуть этих двоих из своей головы, а когда придёт время и из жизни.

Кто то снова вошел в дом. По рукам прошел холод. Я взглянула в ту сторону и улыбнулась. На этот раз это был Девид. На его шее красовалась серебряная цепочка с кулоном в виде кинжала. Купила на том самом рынке, пока Девид гулял где то в другой стороне. Мне показалось это красивым и символичным подарком. От радости, что он все таки надел его, по телу разлилось тепло.

— Я уже думала, ты уехал без меня, — я шагнула к нему и вдруг заметила, его выражение лица. Угрюмое и слегка задумчивое. Будто что то пошло не по плану и он пытался разобраться, что же теперь делать. — Все же ещё в силе? — Спросила я, чувствуя неприятное покалывание в боку. Если он скажет, что хочет уехать один, я пойму.

— Да, садись в машину.

Он метнул на меня туманный взгляд, а после снова вышел на улицу, направляясь к своему автомобилю. Я двинулась за ним, чувствуя на себе чей-то теплый взор. Обернувшись, заметила тётю. Та по доброму улыбалась, но я заподозрила в этой улыбке что-то более глубокое и мрачное. Я улыбнулась в ответ и села в машину. Если бы я знала, что тот вечер станет для нас последним, ни за что бы не уехала.

Глава 37 «Когда часы бьют двенадцать»

Девид вышел на улицу. По сравнению с громкой музыкой и многочисленными голосами, здесь источником шума был только ветер и хрустящий снег под ногами. Он нажал на ключ и запустил машину. Скоро выйдет Эшли и они поедут к его матери. На удивление у нее появился тот стержень, который она так сильно в себе скрывала. Девиду действительно пришелся по вкусу ее образ. Образ хищника перед всеми, кто когда то видел в ней жертву. Он провел рукой по недавно надетой на шею цепочке. И когда только она успела купить ему подарок? Откуда знала, что будет возможность отдать? Эта девчонка удивляла его все больше.

Спустя столько лет я снова вижу свою наилучшую работу. Прозвучал голос за его спиной с долей усмешки и гордости.

Девид обернулся, хоть уже и знал, кто это.

Я чувствовал ваш пристальный взгляд ещё за столом, неужели так сложно было улыбнуться, мисс Цепкин?

Женщина прыснула смехом, а после отпила немного алого вина из бокала.

Я была достаточно приветлива, думаю, ты и так это знаешь.

От холодного ветра ее защищала лишь длинная шуба и Девид отметил про себя, что Эшли очень похоже на свою тетю.

Догадываюсь, лишь ответил он, отводя взгляд на пробегающую в дом тень. Ему не приятно присутствие Клары и то, как она продолжает говорить с ним. Будто он не изменился. Будто все тот же жалкий пес на привязи. Но он молчал, имея все же уважение к этой женщине.

Ты знаешь, я не просто так пришла к тебе, Клара сделала шаг, а после задрала подбородок к чистому небу. Чем ярче сияет звезда, тем сильнее мы обращаем на нее внимание.

Интересно, на кого намек? Иронично спросил Девид. Он сам не понимал, откуда черпал терпение для этого насыщенного дня. Клара опустила голову. Схватив мужчину за подбородок, она заставила его посмотреть на себя. Девид никогда не видел в ней такого взгляда.

Я серьёзно, Девид, будь осторожен, женщина прожигала его глазами, пока не провела пальцем по челюсти и не убрала руку. И постарайся поменьше появляться возле семьи Коффин.

Она выдохнула, плечи расслабились и образ строгой женщины тут же спал.

Я переживаю и за тебя тоже.

Девид молчал. Внутри бушевали противоречивые чувства, но больше из них он чувствовал привкус горечи.

Побеспокойтесь лучше о себе, мисс Цепкин. Девид прошел мимо женщины, он хотел уйти в дом, но зачем то добавил: одну звезду я уже нашёл, и не позволю ей погаснуть.

Клара не ответила, не хотела, да и если бы хотела, Девид уже зашел в дом. Настроение было паршивое.

Я уже думала, что ты уехал без меня, послышался голос Эшли. Все же ещё в силе?

А надо было уехать. Девид знал, что надо было, но...

Да, садись в машину.

Безрассудно совершил ошибку.

***

Эту поездку мы провели в тишине. Девид был молчалив и я не стала навязываться. Мне было не известно, что случилось за то время, пока я приводила себя в порядок, но лезть с расспросами не решалась. Как бы сильно я не пыталась отвлечься, в голове застрял образ Эмили. Не тот, с ядовитой улыбкой, когда она смотрела на меня, как на мусор и медленно поливала холодным кофе. А тот, обеспокоенный, отчаянный и тревожный, когда она забежала в дом, даже не ответив на мою колкость. Внутри все скручивалось от плохого предчувствия. Но долго об этом поразмышлять мне не дали.

Мы заехали во двор. Девид припарковал машину и, даже не взглянув на меня, бросил на выходе:

Немного посидим и я отвезу тебя обратно.

Я не ответила. Вышла из машины и направилась вслед за ним. Я была здесь всего один раз, но воспоминания того дня вспышками мелькали в моей памяти. Приходилось закрывать глаза и насильно заставлять себя успокоиться. Я иду на праздник к матери Девида, что же может пойти не так?

Уже в лифте перед зеркалом я немного поправила прическу. Мне хотелось выглядеть ухоженной перед этой женщиной.

Красивая? Спросила я, повернувшись к Девиду.

Лучше, чем с кофе на волосах.

Он поправил украшения на моей шее. От этого легкого жеста по спине запрыгали мурашки.

Что со мной?

Он открыл дверь, и пропустил меня первую внутрь.

Мам, ещё не празднуешь? Крикнул Девид, включая свет в прихожей и стягивая пальто.

Из кухни не спеша вышла седая женщина. Неаккуратно сделанный пучок на голове давал понять о слабых пальцах. Нежно-голубой, уже испачканный в соусах фартук говорил, как усердно она готовила с утра до самой ночи. На лице немного посыпалась старая тушь и я вдруг подумала, что ей хочется, как раньше, быть красивой и молодой. Это показалось милым и одновременно я почувствовала тоскливость.

Это ты!... Вы?

Ее лицо заметно расцвело, когда она увидела Девида, а после засияло сильнее, когда заметила меня.

Здравствуйте, миссис Графская, улыбнулась я. С новым годом вас.

Просто Линда, шепнул мне на ухо Девид.

Эшли, дорогая, как я рада тебя видеть! Она резко повернулась к Девиду и тыкнула его в бок локтем. Помоги же ей, будь джентльменом, стоишь как истукан!

Женщина подмигнула мне и быстро ушла на кухню. После слов матери Девид и вправду помог мне снять верхнюю одежду. Даже подал руку, проводя до кухни, а я все не могла понять, что за странные чувства бушуют в груди.

Чай, кофе, или чего-нибудь покрепче? Линда явно давала понять, что одним шампанским она не обходится.

Я села на диван с ровной осанкой, положив ладони на колени, будто находилась не в гостях, а на важном собеседовании.

Я буду чай.

Мой взгляд упал на маленький круглый стол, который был напрочь завален вкусной едой. И даже с учётом того, что свободного места уже не было, Линда пыталась уместить ещё одну тарелку салата.

Вам... Я не успела договорить слово «помочь». Девид, который даже не садился, перехватил инициативу на себя:

Присядь, пожалуйста, я все сделаю. Он забрал у нее тарелку и начал освобождать место на столе.

Не стоит, сынок, я бы и так справилась.

Женщина похлопала его по щеке и от этого внутри меня что-то растаяло. Как мило было видеть Девида не в роли строгого преподавателя или жестокого убийцы, а в роли заботливого сына. Удивительно, как люди могут меняться рядом с кем-то. И все же Линда послушалась, садясь рядом со мной.

Как я рада, что этот новый год мы встретим такой дружной семьёй! Ее заразительная улыбка была такой искренней, что я не могла не ответить тем же. Ну? Когда внучата? Я же не могу долго ждать!

Мою улыбку как ветром сдуло. Я уже открыла рот, чтобы возразить, но Девид меня перебил:

Мама, мы просто знакомые...

Вот же упрямый, весь в отца! Тот тоже стоял на своём постоянно! Совсем без зла нахмурилась она.

Я тихо хихикнула и пододвинула к себе сумку, вспомнив про подарок. Достав маленький пакетик, я протянула его пожилой женщине.

Миссис... Линда! Это вам, мой личный подарок на новый год!

Подарок? Мне? Как мило, Эшли!Правда, не стоило!

Женщина аккуратно взяла пакетик и, даже не распаковав его, обняла меня. Так сильно и крепко, что на какое-то мгновение я разучилась дышать. Забыла как двигаться. Лишь после доли осознания, что именно происходит, я обняла ее в ответ. Не сильно, но так искренне.

Столько нежности из-за одного подарка, который она ещё даже не открыла. Странно, но так приятно.

Даже в детстве... Я ни разу не обнимала сестру или отца. Только мама. Первый и последний раз, когда она соизволила приехать и когда я узнала о ней то, чего не должна была узнавать. Сердце болезненно закололо и я вдруг отстранилась. На секунду я испугалась, что получилось слишком резко, но Линда продолжала миловидно улыбаться, и я выдохнула с облегчением.

Уже подарки дарите? Нетерпеливые дамы.

Не выпендривайся, Дейви. Лучше посмотри, какую красоту мне твоя знакомая подарила.