Я не дам тебе забыть себя

– Насколько тяжелые? Она будет жить? – обеспокоенно перебил Валера медсестру.

– Молодой человек, успокойтесь! Врачи делают все, чтобы спасти ее. Кем вы приходитесь пациентке?

– Я… Эммм… Уже жених, скоро свадьба. – неуверенно ответил Валера.

Он знал, что его не пустят к Ариадне, если он представится просто другом или парнем, поэтому и представился женихом, хотя о свадьбе они пока что лишь говорили. Точнее, девушка намекала ему о ней не раз, но Валерий не спешил это обсуждать, переводил тему, но лишь потому, что уже собирался делать ей предложение в скором времени и хотел сделать это неожиданно, интересно и также необычно.

– Будущий муж, значит? – переспросила девушка, приподняв бровь и явно замечая долю лжи в словах парня.

– Да, – снова подтвердил Валера, надеясь пройти. Его руки тряслись, губы дрожали, а дыхание перехватывало так, что он и сам мог потерять сознание в ближайшие минуты, если не получит положительного ответа.

– Ну, хорошо. Проходите, – она указала направление, – прямо и налево. Но вас туда не пустят. Можете только посидеть рядом.

– Спасибо! – быстро ответил парень и побежал к операционной так быстро, как мог, не услышав слова девушки, следовавшие за указаниями о том, как пройти к ней. Он молниеносно добежал до кабинета в надежде хотя бы глазком увидеть ее, но его намерения прервал мужской голос.

– Молодой человек, вы куда? Вам нельзя тут находиться.

– Мне в регистратуре сказали, что тут находится моя девушка. Что с ней?

– Вы можете присесть здесь, ближе нельзя, – произнес мужчина, указывая на стулья, стоящие на расстоянии 15 метров от кабинета с надписью "операционная". – Сейчас там находится пациентка в тяжелом состоянии, нужна тишина и сосредоточенность.

– Она будет жить? – спросил Валера, которого все еще немного трясло из-за волнения, а из-за резкого поднятия по лестнице еще и сердце колотилось как бешеное.

– Врачи борются за ее жизнь, но точных прогнозов никто дать не может. Девушка получила многочисленные ушибы, легкое сотрясение мозга, сейчас без сознания находится.

Валерий взял стул, на который указал ему врач, отнес его ближе к операционной и собирался сесть на него там. Собственные ноги парня не могли больше держать его, он был слишком истощен и измучен переживаниями.

– Молодой человек, отойдите оттуда. Я же вам сказал, что нельзя находиться так близко к кабинету, – суровый голос врача остановил его.

– Пожалуйста… Т-там находится моя Ариадна. Понимаете… Я… Я виноват в этом. Я оставил ее одну. Я-я… Я ушел… Я должен быть рядом хотя-бы с-сейчас, – говорил Валера с каждым словом все тише, ведь в горле вставал ком.

– Хорошо. Но отойдите хотя бы немного в сторону. Если вашу даму будут перевозить отсюда, то вы можете помешать врачам сделать это быстро, и ей же хуже может быть.

Валера посмотрел на мужчину и послушно подвинулся в сторону, подальше от прохода, но все еще был близко к кабинету, чтобы слышать крики врачей. По щекам медленно скатывались слезы, а биение его сердца было таким же громким, как и комментарии врачей внутри операционной.

– Ариадна, нет, пожалуйста, Ариадна… Не оставляй меня! – шепотом, смотря на операционную, приговаривал парень. – Нет, я не могу потерять тебя. Мы же должны быть счастливы вместе, это ведь точно судьба.

С момента прибытия в больницу прошло уже около 2 часов. Валера все еще находился рядом с операционной. Он не мог быть спокоен, пока его любимая находилась там на грани жизни и смерти, и то ходил из угла в угол, то сидел на стуле, нервно тряся ногой. Но с другой стороны, он не понимал, почему она там так долго, ведь врач сказал лишь об ушибах и сотрясении мозга. Так что же так долго они делали, может мужчина специально не договорил ему информацию, чтобы он меньше волновался? Спустя еще некоторое время двери операционной открылись, но Ариадны там не было. Вышел другой мужчина в белом халате, снимающий перчатки.

– Что с Ариадной?! Вы спасли ее? – немедленно крикнул Валера в сторону врача, вскакивая со стула и дыша так, будто он пробежал марафон.

– Полученные травмы очень серьезны. Мы делали все возможное, чтобы спасти ее, но, – Валера резко побледнел, подумав о самом страшном для него, – к сожалению, не обошлось без последствий. В ближайшее время ей нужен хороший уход, желательно передвижение на коляске, так как ушибов много, они достаточно серьезны и могут доставлять ей дискомфорт.

– Что? Так Ариадна жива? – заметно приободрился парень выдохнув. – Она будет жить, остальное не важно. Могу я к ней пройти? Она будет рада меня видеть.

– Сейчас вашей даме нужен отдых, ее нельзя тревожить хотя-бы ближайший день вообще. Да и даже если вы к ней потом зайдете, она не факт, что узнает вас… – после этих слов врача на лице Валеры можно было прочесть явное недопонимание, а точнее, полное непонимание того, о чем он начал говорить. – Она с большой вероятностью потеряла память из-за легкого сотрясения. Машина сбила ее с большой скоростью, от резкого удара, всего случившегося пошла такая реакция. Так что, скорее всего, она не помнит вас. Она ничего не помнит…

– Ч-что?.. – Валерий присел на стул от неожиданного известия. – Но… Но как такое возможно? Получается, она не помнит всего, что между нами было?

– Есть вероятность, что она может помнить часть воспоминаний, но это лишь 1% из ста. Скорее всего, она забыла все, и восстановить память будет сложно. Советую вам идти домой, ее нельзя тревожить сейчас. Приходите завтра, если, конечно, захотите.

– В смысле “если”?

– Вы же понимаете, что девушка ближайшее время проведет в коляске, больнице, а память неизвестно, получится ли восстановить? И она ведь совсем не знает, кто вы. Не думаю, что молодому парню вроде вас захочется тратить немалую часть своей жизни на уход и восстановление памяти другого человека.

– Я люблю ее, и не важно, что она не помнит меня. Важно то, что я помню ее, помню мои чувства к ней.

"Ты вина всего происходящего", – эти слова снова отдались эхом в его голове.

– Я оставил ее одну тогда, – прошептал Валера. – Сейчас из-за меня она забыла всех своих друзей, семью, все прекрасные моменты жизни, забыла, возможно, и себя тоже, и я не оставлю ее, – очень тихо шептал Валера себе под нос, все еще сидел на том же стуле, даже не слыша, что говорит ему мужчина.

Спустя еще минут 10 его все-таки уговорили покинуть больницу в связи с ее скорым закрытием, парень решил отправиться к своему другу, жившему неподалеку.

***

– Олег, открой. Это я – Валера, – совсем безэмоционально, напившись успокоительных, которые он только что купил в аптеке и там же выпил, говорил он, звоня в дверной звонок квартиры своего друга.

– Валерик, ты что тут делаешь? Почему ты не дома? – парень открыл дверь, удивившись, когда увидел нежданного гостя. Не успев договорить последние слова, он и не заметил, как Валера уже зашел в квартиру и снимал обувь.

– Я останусь у тебя? Ариадна в больнице рядом, и я не хочу уходить далеко.

– Конечно, – ответил Олег с удивлением в его голосе. – Что с ней случилось? Я слышал, что она попала в аварию. Я не смог пойти на встречу с вами, так как задержался в университете, но парни рассказали мне о случившемся. Она жива?

– Да, но, возможно, потеряла память. Она не вспомнит меня. И теперь какое-то время вообще ничего не вспомнит, а может, и никогда, а еще в коляске какое-то время кататься придется, – Валера не мог сдерживать эмоции внутри него, слезы снова наполнили его глаза, даже не смотря на сверхдозу принятых им успокоительных. – А ведь это из-за меня все. Кстати, – резко отвлекся он, – остальные так и не приехали в больницу, хотя говорили мне, что тоже будут там.

– Что? Неужели никак не вернуть память? Валера, не верь им! Сам знаешь этих врачей, они всегда говорят страшные диагнозы, обрекают людей на смерть, вечную инвалидность и все такое, когда на самом деле все не так плохо. Я уверен, есть шанс, что она поправится и все будет хорошо, – Олег положил руку на плечо друга.

– Хотелось бы в это верить. Я никогда не прощу себя за то, что случилось с ней, ведь это я виноват во всем. Я отправил ее одну к вам в парк сегодня. Если бы мы шли вместе, то ничего бы не случилось.

– Валерик, нет. Виноват тот, кто сбил, а ты хотел лучшего для нее. Я ведь знаю, как сильно ты любишь свою девочку. Все мы знаем и видим это.

– Но, Олег. Это печенье… Я виноват, – сказал Валера и достал из кармана предсказание, которое ему попалось.

– Печенье? Предсказание? – старший посмеялся. – Серьезно? Давно ли ты веришь в эту ерунду? Не помню, чтобы ты верил в подобное.

– Понимаешь… – Валера опустил взгляд. – Ариадна была самым дорогим, что у меня есть, самым близким человеком для меня за последние годы, и я собственноручно помешал нашему счастью. Сначала я не осознавал это, но эта записка открыла мне глаза на все. Думаю, что это знак.

– Ладно, Валера, не нужно на себя наговаривать. Никто не знал, что такое случится. Пошли спать. Утром пойдем в больницу вместе.

Олег решил закончить разговор, ведь совсем не хотел дальше слушать весь этот бред про печенье, повел друга в комнату, где расправил ему кровать, нашел одноразовый набор с зубной щеткой и пастой, которые обычно дают в отелях (именно оттуда он его и забрал со своей недавней поездки) полотенце и дал четкие указания, как пользоваться душем, ведь неполадки он так и не устранил спустя неделю поломки. Сам же он просто пошел в комнату, где обычно спал. На удивление, спал он в комнате, которую обычно считают гостиной, где был лишь диван, телевизор и небольшой шкаф с его одеждой, но для него это была спальня, так как вторая комната, где на кровати он уложил друга, была больше рабочей зоной, а кровать эту он недолюбливал, даже диван ему казался мягче и удобнее.

Олег давно занимается музыкой. Пишет песни, записывает альбомы, а Валера иногда помогает ему в этом: бит помогает подобрать, слова, названия к песням и просто слушает и критикует все. А записывает он свои песни хоть и не всегда, но зачастую, именно в той комнате. Специально для этих целей он самостоятельно оборудовал в одной из сторон комнаты мини-студию: обшил стены, выставил стол, как надо, поставил микрофон, создал красивый фон. Одна из стен была подвижной, чтобы во время, когда он не записывал песни, а писал тексты или занимался обработкой, он мог отодвинуть ее и иногда отвлекаться, смотря в окно, что находилось прямо над кроватью, наслаждаясь природой и заряжаясь энергией для продолжения своего дела.

Он был лишь на пару лет старше Валеры, но был более активен в новых хобби: гитара, баскетбол, фотошоп, программирование, история, мыловарение, маслоделие, экономика. И вот, наконец-то, он нашел отдушину, которой занимается уже года 2. Для него это достаточно много, ведь до того рекордом были полгода, а зачастую его хватало лишь на пару месяцев. Кажется, в этот раз он нашел себя, ведь музыка его людям нравилась, он быстро набрал популярность, и его даже приглашали на пару шоу. Он даже смог оставить работу, где трудился раньше, и полностью погрузиться в музыку. Девушки у него никогда не было, ведь у него не было на это времени: раньше он полностью был погружен в поиски себя, а теперь он полностью погружен в музыку.

***

– Олег, просыпайся, – Валера пытался разбудить друга, тряся его за плечо. Он не спал еще долгое время после того, как Олег оставил его и ушел к себе. После душа еще долго думал о своей любимой, этой ситуации, своей вине во всем и о том, кто же мог совершить это. Но несмотря на это, был полон энергии для такого важного дела.

– Мм… Что? – парень посмотрел на часы. – Ты с ума сошел? 7 утра!

Да, он не привык просыпаться так рано после увольнения с официального места работы. Теперь он мог просыпаться во сколько хотел и пользовался этим: лег в 4 ночи, проснулся в обед, потом просидел всю ночь, лег под утро, в 18 часов начал работу, в 8 утра лег. Примерно такое расписание теперь было у него.

– Больница скоро откроется для посещения. Мы как раз успеем дойти. Мне нужно быть с Ариадной. Ты обещал, что пойдешь со мной, – Валера готов был столкнуть друга с кровати, если тот не встанет.

– Да, я помню, но я не думал, что ты собираешься идти так рано.

– Вставай. Я пойду туда с тобой или без тебя. Не важно. Тебе 15 минут на сборы.

– Ах… Хорошо, встаю, – выдохнул Олег, откидывая одеяло. – Как же я могу отпустить тебя одного.

***

– Ариадна где?

– Что? – в недоумении спросила девушка за стойкой регистратуры.

– Вчера вечером к вам привезли девушку после аварии, оперировали вечером. Где она? Что с ней?

– Во-первых, здравствуйте. Во-вторых, подождите немного, – произнесла она и направила свой взгляд в компьютер. Сегодня она была менее вредной. – Ари… Ариадна?

– Да, да. Ариадна. Я жених ее. Я был тут вчера.

– Ее переместили в палату, но вы не можете посещать ее пока что, так как ей нужны тишина и покой.

– Пожалуйста. Мне нужно увидеть ее. Можно хотя-бы посмотреть?

– Хорошо. Вы можете посмотреть на нее через окно в палате, но не заходить туда. Второй этаж. Палата номер 27.

Ни сказав ни слова и совсем забыв про Олега, который был с ним, Валера быстро направился на второй этаж. Друг направился за ним.

– 24, 23… Ах, не в ту сторону, – поняв, что Валера пошел в неверном направлении, он развернулся и пошел обратно. – 24, 25…

– Эй, Валера, смотри куда идешь и знай меру своим силам, – крикнул Олег, когда парень оттолкнул его, ища палату девушки и не замечая никого и ничего, но Валера даже не услышал претензии друга.

– 26, 27. Вот она! – увидев нужный номер, парень подбежал к окну, через которое можно было увидеть больного в палате. – О мой Бог… – глубоко вздохнул парень.

Ариадна лежала на койке под капельницей без сознания. На ее лице, руке и, наверняка, других участках тела были многочисленные ушибы. Она лежала там такая беспомощная, такая невинная.

– Что я натворил… – произнес Валера, и развернувшись спиной к стене, съехал по ней вниз. – Я, я… Это все я виноват. Я недостоин ее.

– Валера, успокойся, ты не виноват, – пытался успокоить его Олег, но парень сидел, прикрыв лицо правой рукой.

– Ты не понимаешь. Это я оставил ее одну, я отправил ее одну к вам. Все из-за меня.

– Уважаемые, как вы сюда попали, как давно вы тут находитесь? – послышался голос явно злого врача, который вышел из соседнего кабинета, услышав шум.

– Извините, мы друзья девушки в палате. Нам сказали, что мы можем посмотреть на нее.

– Кто вам сказал такое? В этом месте разрешено находиться только врачам. Уходите отсюда немедленно.

Олег помог Валере подняться и попытался увести его.

– Пожалуйста, можно посмотреть на нее хотя бы еще немного.

– Нет. Вы вообще не должны тут находиться, – строго ответил врач и указал на выход со второго этажа. – И передайте тому, кто вас сюда пустил, что его ждет штраф.

– Пожалуйста, – начал снова Валера, но друг повел его к выходу.

– Валера, если мы не уйдем сейчас, то потом тебя вообще к ней не пустят. Пошли вниз.

Осознавая ситуацию, он послушно пошел вниз, бросив последний взгляд на палату Ариадны.

– Девушка, нас оттуда выпроводили и сказали, что мы не должны быть там, – произнес Олег, как только они спустились на первый этаж.

– Кто вас заметил? Извините. Ваш друг выглядел таким разбитым, что я не могла отказать вам, – ответила она, посмотрев сначала на Олега, затем на Валерия.

– Какой-то мужчина-врач. И он просил передать, что вас ждет штраф. Извините, что это из-за нас.

– Не волнуйтесь. Я всего лишь студентка-практикантка. Мне не будет ничего серьезного. Вы смогли посмотреть на девушку в палате хотя бы немного?

– Да. Спасибо. Она так беспомощна сейчас, так слаба, – ответил Валера, грустно посмотрев на девушку.

– Когда ее переведут в палату для посещения? – спросил Олег, видя плачевное состояние своего товарища.

– Честно, не знаю. Но, думаю, не раньше недели.

– Недели? – крикнул Валера громко.

– Да. Ее травмы серьезны, и врачам нужно следить за ней тщательно еще хотя бы неделю.

– Мария, опять пускаешь посторонних на закрытые этажи?! – раздался громкий голос врача, который прогнал их недавно. – А вы почему до сих пор здесь находитесь? Вам нечего делать тут, пока девушку не переведут в другую палату. Я лично позабочусь о том, чтобы больше никто посторонний не смог войти куда не полагается!

– Это наш главврач. Вам лучше уйти, – сказала девушка, сидящая за стойкой регистратуры.

– Хорошо, до свидания и спасибо вам, – ответил с улыбкой Олег и повел Валерия из больницы снова к себе домой.

Девушка улыбнулась в ответ. Уходя, парни слышали лишь то, как мужчина отчитывал ее за неправильное поведение.

***

Все это время Валера не находил себе места. В больницу заходить смысла не было: его не пускали, врач выполнил свое обещание. Но рядом с больницей пару первых дней он прогуливался, а это злостное предсказание из печенья, которое было получено в тот самый день, находилось постоянно с ним. Он таскал его в кармане, периодически натыкаясь на эти слова, вспоминая всю ситуацию и проживая в своей голове снова и снова. Парень все еще думал о том, что все могло бы быть иначе, если бы тогда он не отправил Ариадну одну, а пошел бы с ней вместе.

– Валера, я иду в магазин, что тебе взять?

– Ничего, – безэмоционально ответил парень.

– Валер, я понимаю, что тебе тяжело сейчас, но тебе нужно поесть. Ты ничего не ешь уже 3 дня.

– Зачем?

– Как зачем? Никто не отменял базовые физиологические потребности! Валера, тебе нужно поесть!

– Я не хочу. Как я могу есть, когда моя Ари в больнице, когда ей так плохо.

– Валера, как раз таки ради Ариадны тебе и нужно поесть. Тебе нужно двигаться дальше. Тебе…

– Куда дальше? Куда мне двигаться? Портить жизнь другим? – громко сказал Валерий, перебив друга, посмотрев на него одновременно злостно и обреченно.

– Скоро тебя пустят, и ты сможешь поговорить с ней, поддержать.

– Она меня не вспомнит. Да и с чего ей должно стать легче от моего присутствия… От того, кто сломал ей всю жизнь.

– Может, ты перестанешь меня перебивать?! Может, тебе стоит наконец-то взять себя в руки. Я не помню, чтобы ты когда-то был такой размазней, Валер, – уже не выдержал Олег и высказал другу то, что не хотел бы произносить, но о чем думал ближайшие пару дней.

– Теперь мне незачем жить. А Ариадне из-за меня еще и хуже стало: она теперь не будет помнить все те моменты, которые мы пережили вместе, не будет помнить друзей, семью, себя в конце концов. Олег, я потерял Ари. Я потерял мой смысл жизни…

– Подумай, кто, если не ты, теперь нужен ей? Кто, по-твоему, будет следить за ней? – помолчав пару секунд, Олег добавил: – Раз уж ты считаешь себя виноватым во всем, то имей совесть не сдохнуть и следить за ней! – произнес он и захлопнул дверь, оставил Валеру наедине со своими мыслями.

Все это время Валерий ни разу не ходил в свою квартиру, а жил вместе с Олегом. Он не хотел идти к себе, так как все там напоминало ему о его милой, которая совсем недавно была такой счастливой, жизнерадостной рядом с ним, а сейчас она находится в тяжелом состоянии в больнице. А он даже не может быть рядом сейчас, не может даже просто посмотреть на нее. Это состояние и чувство съедало его изнутри: он не хотел есть, чем-то заниматься, продолжать жизнь. Ни с кем рядом, кроме нее, он не испытывал таких чувств и эмоций, ему нравилось состояние рядом с девушкой.

Впервые увидев Ари, он сразу же почувствовал жизнь внутри нее, энергию, что била ключом. Он думал зайти обратно в магазин и познакомиться с ней, но не решился. А совсем скоро и забыл совсем о той встрече. Через месяц, снова посетив магазин в поисках нужного одеколона, он снова увидел ее, такую улыбающуюся, энергичную, позитивную, и в этот раз не смог просто уйти. Валера подошел к ней, чтобы попросить о помощи, но вместо вопроса о товарах спросил ее номер, а девушка, улыбаясь и смущаясь, продиктовала его. Счастью парня не было предела: он довольный вернулся домой и уже вечером написал пару сообщений. Он узнал, что ее зовут Ариадна, что для него было сюрпризом, ведь он впервые слышал такое имя и даже вначале называл ее по ошибке Адриана. Позже он понял, что имя точно характеризовало хозяйку: оно означало «та, что вызывает большое почтение», «любимая», «верная жена», что идеально подходило ей. А названа она так была своей матерью в честь дочери критского царя Миноса из древнегреческой мифологии, которая помогла Тесею найти выход из лабиринта минотавра с помощью клубка ниток. Да, ее мама явно обожала древнегреческую мифологию, что даже единственной дочери дала такое необычное имя.

В процессе общения оказалось, что у них достаточно много общего: они имеют схожие взгляды и интересы, цели и планы на жизнь. Особенно удивляло его то, что они знали о многих фактах, что малоизвестны, читали одни и те же книги малоизвестных авторов, натыкались на схожие статьи на просторах Интернета. Он быстро влюбился и с самого начала начал относиться к ней со всей серьезностью, но в то же время аккуратностью, чтобы не испугать сразу ломясь в бой. А сейчас слова друга заставили задуматься парня снова. Он высказывал Олегу все то, что вбил себе в голову снова и снова, повторял, что именно из-за него произошла эта трагедия. Но такой ответ товарища Валера никак не ожидал услышать. Но, по факту, он был прав. Если уж Валера считает, что сломал жизнь Ариадне, теперь он должен позаботиться о ней. Теперь он будет сопровождать ее весь остаток жизни.

Пока парень находился в раздумьях, Олег вернулся из магазина, тихо прошел на кухню, пошуршал там немного и аккуратно приоткрыл дверь в комнату парня.

– Ну так что? Решил, что будешь есть?

– Что угодно. Мне не выбирать, – сказал Валера и прошел на кухню вслед за другом.

– Тогда просто остановимся на лапше, – сказал Олег и поставил тарелку с лапшой быстрого приготовления перед парнем и присев рядом начал есть.

– Извини.

– А? – не расслышал Олег, увлекшись едой.

– Извини, говорю. За утро. Я действительно расклеился. Я должен вообще быть благодарным тебе за то, что ты позволил такому тюфяку жить у себя, а я… Я просто ничтожен.

– Валера, ты опять за старое? Забудь про утро. Я тоже лишнего сказал. Но а как иначе? Не мог же я бросить тебя в этой ситуации. Ты бы один в квартире совсем с катушек съехал и натворил бы еще что с собой. Мне оно надо? Чувствовать потом себя виноватым?

После той ситуации Валера действительно стал не похож сам на себя. Если раньше такой жизнерадостный, веселый, сильный парень производил впечатление альфа-самца, то сейчас он производил впечатление нытика. Словно его подменили. Но оно не удивительно. Как бы вы себя чувствовали, если бы винили себя в трагедии, случившейся с тем, кем вы дорожите?

– Валера! Валерий! Возьми себя в руки! В таком состоянии ты даже сам себе помочь не сможешь, не то чтобы Ари помочь. Ты должен будешь прийти и зарядить ее позитивом и желанием жить. Показать, что ей рады здесь, а не ходить с кислой миной, вгоняя ее в ощущение ненужности в этом мире. И вообще, продолжай жить!

– Ты прав. Ей нужна моя поддержка, – ответил Валера и тоже начал есть.

– Да. Поэтому соберись! Собери весь свой оставшийся позитив и думай, что ты скажешь ей, когда увидишь в больнице.

– Точно! Прошло уже пять дней. Давай сходим завтра в больницу?

– Но нам же сказали не меньше недели ждать.

– Да мало ли, что они сказали! Вдруг ее состояние стало резко улучшаться, и она была переведена в другую палату. Они же ведь не позвонят, не скажут. Им все равно. Просто вспомни, как хладнокровно выгнал нас со второго этажа тот врач тогда. Даже если Ариадне стало лучше, не факт, что медсестры позвонили бы. Мы должны пойти в больницу. И мне нужно придумать, как я могу вернуть ее память.

– Ты хочешь вернуть ее память? – настороженно спросит Олег, подняв бровь.

– Конечно! Она же моя девушка. Она должна помнить все те прекрасные моменты, которые мы пережили вместе. И вас всех она тоже должна вспомнить! Мы полтора года знакомы! Мы как семья.

– Ты уверен, что она вспомнит только все хорошее? – с небольшой дрожью в голосе ответил Олег.