Период полураспада группы «Хибина». Том третий

Формирование воспалительного экссудата происходит вследствие повышенной проницаемости пристеночной плевры или закупорки лимфатических путей оттока. Основные причины возникновения плевральной жидкости воспалительного характера (экссудат) являются бактериальные пневмонии, вирусные инфекции, тромбоэмболия легочной артерии и злокачественные опухоли.

Выпот невоспалительного характера (транссудат) возникает вследствие повышенного гидростатического давления в системных и легочных капиллярах или снижения частью осмотического давления плазмы крови, обусловленного белками крови (альбумины), а также в результате падения внутриплеврального давления. Основные причины возникновения плевральной жидкости невоспалительного характера являются застойная сердечная недостаточность (левожелудочковая и правожелудочковая), тромбоэмболия легочной артерии, поражения лёгких, обусловленные повышенной проницаемостью легочных капилляров (воздействие радиации и токсических веществ), белковое голодание, цирроз печени и заболевания почек.

Наиболее частой причиной невоспалительного плеврального выпота (транссудат) является сердечная недостаточность. Как правило, выпот двусторонний, серозный или серозно-кровянистый. В настоящее время доказано, что обособленная правожелудочковая недостаточность не может быть причиной плеврального выпота: он возникает только при недостаточности обоих желудочков сердца.

Радиационное поражение лёгких также может стать причиной формирования плеврального выпота невоспалительного характера. Лёгкие человека обладают относительно невысокой толерантностью к воздействию радиации, поражение легочной ткани наступает в пределах дозы облучения, порядка от 3 до 4 грей. Согласно расчетам проведенным автором независимого расследования поглощенная доза в трупах легких погибших туристов, обнаруженных в ручье оврага, составляла от 3,11 (Колеватов) до 5,89 (Дубинина) грей.

В механизме развития радиационного поражения легочной ткани ключевую роль определяет повышенная проницаемость капилляров с вытеканием белков плазмы крови и повреждение альвеол. Наиболее чувствительны к воздействию радиоактивных и токсических веществ альвеоциты I типа (клетки, выстилающие стенки лёгочных альвеол), которые покрывают 95% площади альвеол и непосредственно участвуют в процессе газообмена между альвеолярным воздухом и кровью. Под влиянием радиоактивных веществ и химических токсикантов клетки, выстилающие стенки лёгочных альвеол (альвеоциты I типа) подвергаются необратимому прекращению жизненной активности (некроз, омертвение).

В плевральной полости может скапливаться кровь, так называемый в медицине гемоторакс, который следует отличать от кровянистого или серозно-кровянистого выпота, когда кровь смешивается с экссудатом. Основные причины возникновения гемоторакса – это проникающие ранения и закрытые травмы грудной клетки, кровотечение из сосудов лёгких, аневризмы крупных сосудов (аорта, вена) или сердца. Аневризма – это патология, при которой происходит выпячивание стенки артерии (вены) или стенки сердца, обусловленное её истончением и расширением. Разрыв аневризмы приводит к мощным внутренним кровоизлияниям, приводящие к смертельному исходу.

По объему скапливаемой крови в плевральной полости гемоторакс может быть малым (не более 500 мл), умеренным (от 500 до 1500 мл) – уровень жидкой крови достигает IV ребра и большим (от 1500 до 2000 мл) – уровень жидкой крови достигает нижнего края II ребра. Кроме того, наблюдается тотальный гемоторакс (более 2000 мл), при котором жидкая кровь занимает почти всю плевральную полость.

Количество жидкой крови, которая изливается в плевральную полость, зависит от локализации и степени разрушения сосудов. В случае повреждения периферических отделов лёгкого, как правило, возникает малый или умеренный гемоторакс. В случае повреждения корня лёгкого происходит повреждение магистральных сосудов, что может привести к массивному кровотечению и формированию большого или тотального гемоторакса.

Механизмы зарождения скопления крови в плевральных полостях одинаковые при любых типах гемоторакса и основаны либо на травме грудной клетки, либо на повышенной проницаемости сосудистой стенки. Объем скопившейся крови зависит не только от степени нарушения целостности лёгкого, но и от локализации повреждения. В случае повреждения сосудов среднего и мелкого калибров, расположенных в периферических отделах лёгкого, развивается малый или умеренный гемоторакс. В ситуации, когда происходит повреждение стенок крупных магистральных сосудов, развивается большой или тотальный гемоторакс, сопровождающийся массивным кровотечением, тяжелыми гемодинамическими расстройствами и летальным исходом. Большой или тотальный гемоторакс возникает, как правило, при повреждении артерий грудной клетки, берущих начало из аорты и подключичной артерии (межреберных артерий и внутренней грудной артерии).

В случае повреждения сосудов мелкого калибра (капилляры, венулы, артериолы), расположенные в периферических отделах лёгкого, может появиться диапедезное кровотечение в плевральную полость. Диапедезные кровотечения отличаются массивностью вследствие того, что практически не могут остановиться самопроизвольно. Причина заключается в том, что кровь, излившаяся в плевральные полости, лишается способности к свертыванию, а стенки плевральных полостей не в состоянии создавать механическое препятствие для изливающейся из сосудов крови. В плевральных полостях, помимо того, вследствие отрицательного давления создается эффект присасывания. При диапедезном кровотечении кровь в плевральной полости не способна к свертыванию, потому что в крови, вытекающей из легкого, присутствуют антикоагулирующие вещества. Читателям и дятловцеведам напоминаю, что скопление крови в плевральных областях было отмечено в актах судебно-медицинского исследования трупов Золотарева и Дубининой.

Диапедезное кровотечение – это один из видов кровотечений, при котором форменные элементы крови (красные и белые кровяные тельца) проникают в окружающие ткани через неповрежденную стенку капилляров, мелких вен и артериол, вызванное физико-химическими нарушениями проницаемости сосудистой стенки. Диапедезное кровотечение можно наблюдать как в физиологических условиях (при менструациях), так и при различных патологических состояниях, например, при химических отравлениях фосфором, мышьяком и ртутью, при особо-опасных инфекциях, таких как натуральная оспа, чума и сибирская язва. Поставив точку после заболевания «сибирская язва» автору независимого расследования припомнился необычный случай из практики во время военной службы.

Уважаемые читатели, предлагаю за чашкой зеленого чая слегка отвлечься и погрузиться вместе со мной в ностальгические воспоминания. В феврале 1991 года получил назначение на должность главного эпидемиолога-начальника ОСЭО Среднеазиатского пограничного округа ПВ КГБ СССР и отправился из г. Душанбе в столицу солнечной Туркмении – Ашхабад. Однако на такой ответственной должности прослужить пришлось недолго. В 1992 году после полного распада Советского Союза окружной санитарно-эпидемиологический отряд и пограничный госпиталь в г. Ашхабаде были переданы в ведение пограничных войск Комитета национальной безопасности Туркменистана. В томительном ожидании очередного перевода в Северо-Западный пограничный округ РФ мне довелось прослужить некоторое время на должности главного санитарного врача пограничных войск Туркменистана и одновременно руководить санитарно-эпидемиологическим отрядом.

В один из октябрьских дней 1992 года в 10 часов утра в моем кабинете раздался звонок из штаба пограничного управления. В телефонной трубке услышал спокойный голос полковника м/с Кузнецова Александра Александровича – начальника Военно-медицинской службы пограничных войск Туркменистана. «Володя, флегматично говорит мне Сан Саныч, полчаса назад по радиосвязи мне доложил начмед Тахта-Базарского пограничного отряда о том, что на N-ской заставе есть подозрение на сибирскую язву. У пограничников наблюдается высокая температура тела, общая слабость, недомогание и у всех почернели ушные раковины. Неделю назад на этой заставе скоропостижно подохло восемь поросят и как заявляет солдат, отвечающий за свинарник, у всех погибших поросят были черные уши. Связи с заставой практически нет, – далее говорит Сан Саныч, я проинформировал Минздрав Туркмении и доложил командованию. В общем, в 14.00 на заставу вылетает пограничный вертолет, приказываю тебе и начальнику инфекционного отделения подполковнику м/с Наумову Сергею Петровичу убыть в очаг, оценить обстановку и принять все меры для локализации инфекции в случае подтверждения диагноза».

Алгоритм работы в случае возникновения особо-опасных инфекций в Среднеазиатском пограничном военном округе был четко отработан в период, когда медицинской службой округа руководил легендарный начмед – полковник м/с Манин Алексей Николаевич. В назначенное время сей автор, врач-лаборант, начальник инфекционного отделения госпиталя с противочумными укладками и специальным медицинским оснащением прибыли на военный аэродром. На вертолетной площадке нас ожидал главный специалист по особо-опасным инфекциям Минздрава Туркмении (к сожалению, фамилию врача не смог вспомнить). Во время полета мы активно обсуждали клинику сибирской язвы, однако, про такой симптом болезни у человека как «черные уши» что-то не припоминалось. Не долетая до заставы, вертолет приземлился на комендатуре, на борт загрузили две полевые печки и полетели дальше. «Вероятно на заставе проблемы с отоплением», – мелькнуло в мыслях. Подлетая к пограничной заставе, в иллюминатор вертолета разглядел двух поросят, свободно бегающих в пустынных окрестностях. «Значит, ещё не все сдохли», – пронеслось в моей голове. После того, как главный специалист Минздрава Туркмении сделал всем военнослужащим кожно-аллергическую пробу на сибирскую язву и результат оказался отрицательным, стало ясно, что диагноз особо-опасной инфекции снимается. Вместе с «Петровичем» – начальником инфекционного отделения пограничного госпиталя, осмотрели и обследовали пограничников заставы. Действительно, у всех военнослужащих были ушные раковины черного цвета, повышенная температура тела и признаки острого респираторного заболевания. Причем во время медицинского осмотра все военнослужащие раздевались догола, и черные уши сразу бросались в глаза на фоне смуглых кожных покровов солдат. В сентябре 1992 года с этой заставы уволился последний призыв российских пограничников, а с учебного пункта погранотряда привезли первую группу туркменских пограничников. Из российских военнослужащих остались только сержанты и командование заставы. Несмотря на смуглый оттенок кожных покровов местных жителей, черные уши выделялись довольно-таки отчетливо. Во время обследования условий службы на пограничной заставе было установлено, что котельная длительный период не работает, в помещениях казармы температура воздуха не превышала 12—14оС, солдаты в бане не мылись уже более месяца. Кроме того, на 30 туркменских пограничников было всего шесть зимних бушлатов. Тогда я спросил у сержанта, а как при наличии всего шести зимних бушлатов пограничные наряды несут службу по охране туркменской границы, ежедневно проходя вдоль системы по 20—25 км в условиях пронизывающего ветра, пыльных песчаных бурь и низких температур. Сержант мне ответил, трое военнослужащих в бушлатах отправляются на левый фланг, а трое других – на правый фланг. По прибытию на заставу бушлаты передаются другим пограничным нарядам, так продолжается круглосуточно и каждый день. Мне сразу захотелось посмотреть на внешний вид бушлатов, когда мне показали два экземпляра зимней формы одежды, сразу все стало понятно. Захожу в ленинскую комнату и говорю «Петровичу», начмеду пограничного отряда и главному специалисту по особо-опасным инфекциям, мол, сейчас вам покажу, в чем заключается причина появления черного цвета на ушных раковинах. Вызвал в комнату пару солдат, взял тампон, обильно смоченный чистым медицинским спиртом, и начинаю тщательно протирать кожные покровы ушных раковин. Спустя пару минут кожа ушей у несчастных воинов приобрела естественный смуглый цвет. С одной стороны было очень смешно, а с другой – грустно и печально. Когда вспоминаю 1992 год, всегда вздрагиваю, в пограничных войсках Туркменистана на некоторых заставах царил самый настоящий уставной хаос и беспредел.

Так вот, каков был механизм возникновения черного цвета на кожных покровах ушных раковин у туркменских пограничников? Во время несения службы по охране границы солдаты ежедневно проходили по 20—25 км по флангам заставы. Постоянный пронизывающий ветер вынуждал военнослужащих к тому, что меховой воротник бушлатов всегда был поднятым и плотно пристегнутым. Во время песчаных бурь и частого ветра частицы пыли осаждались на меховом воротнике и ворсинки загрязнялись. Котельная и баня на заставе не работали, солдаты больше месяца не мылись. Зимних бушлатов было всего шесть на 30 пограничников. Со временем от постоянной носки меховые воротники бушлатов замусовывались настолько, что стали багрового цвета. Ушные раковины солдат, соприкасаясь с поверхностью замусоленного воротника, загрязнялись и постепенно покрывались тончайшим слоем грязной сальности. На открытом воздухе во время пронизывающего ветра кожа ушных раковин, покрытая слоем грязной сальности, систематически обветривалась, покрывалась плотной коркой, которая становилась все темнее и темнее, пока не приобрела цветовую гамму в пятьдесят оттенков черного. Так продолжалось целый месяц, пока не сдохли поросята, на трупах которых также были черные уши. Однако животные свинарника на заставе были не готовы к тому, чтобы нести службу по охране туркменской границы в замусоленных бушлатах. Тогда почему же почернели уши у поросят, и они практически все померли? Нужно отдать должное главному специалисту по особо-опасным инфекциям Минздрава Туркмении. Врач совершил настоящий подвиг, установил место захоронения поросят, уговорил солдата, обслуживающего свинарник, выкопать недавно захороненные трупы. Провел необходимые исследования с биоматериалами погибших животных и сделал заключение: черные уши у поросят стали следствием белкового, минерального и витаминного дефицита в их кормовом рационе. Говоря простым языком, поросята сдохли от голода, потому что у них не было нормального полноценного корма. Верблюжья колючка, в изобилии растущая в окрестностях заставы, и являющаяся единственным кормовым растением верблюдов, коз и овец, для поросят в качестве корма не подходила.

Спустя годы, периодически встречаясь на военных сборах или курсах повышения квалификации в Нижегородском Военно-медицинском институте ФПС РФ, мы часто с сослуживцами вспоминали курьезный случай про «черные уши от сибирской язвы» туркменских пограничников. Следует отметить, что при сибирской язве у животных (поросята) такой признак как «черные уши» действительно может иметь место. Бациллы сибирской язвы попадают в организм, с током крови разносятся во все органы и ткани и начинают размножаться. Кроме того бациллы обладают способностью размножаться непосредственно в самой крови. В процессе жизнедеятельности микробов в кровеносных сосудах и депо крови (селезенка) резко падает концентрация кислорода, нарушается кислотно-щелочной баланс, снижается концентрация белков плазмы, кровь теряет способность к свертыванию и приобретает черный лаковый цвет. Экзотоксины нарушают проницаемость сосудистой стенки, в пораженных сосудах возникают застойные явления, происходит вытекание жидкой части почерневшей крови в различные полости и ткани, возникают кровоизлияния. Все это приводит к резкому ухудшению состояния животного и наступает его смерть. У поросят строение ушной раковины таково, что на тонкой коже ушей хорошо просматривается сосудистый венозный рисунок. При поражении бациллами сибирской язвы микробы проникают в капиллярную сеть ушной раковины, кровь через пораженную сосудистую стенку вытекает в окружающие ткани, вследствие чего кожа ушных раковин приобретает черный цвет. У больных животных почернеть могут не только уши, но и вся поверхность кожных покровов тела способна покрываться язвами с черными корками. Не случайно в исторические времена эпидемии чумы и сибирской язвы простой народ прозвал «черная смерть». У этих особо-опасных инфекций механизм поражения органов и тканей имеет сходство, как впрочем, и патогенез при остром химическом отравлении организма человека сероводородом или фосфором.

В 1959 году в девятом номере журнала «Медицинская радиология» была опубликована статья научного сотрудника Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова (г. Ленинград) И. С. Амосова в номинации «Изменение кровеносных сосудов лёгких при лучевой болезни в эксперименте». В ней детально описываются функциональные и анатомические изменения сосудов у животных в разные периоды острого радиационного поражения II – III степени тяжести. Экспериментальным путем были установлены научные факты весьма любопытные для настоящего расследования. Читателям напомню, что продолжительность течения острой лучевой болезни подразделяется на четыре этапа: период первичных реакций, скрытый период, разгар заболевания и период выздоровления.

В периоде первичного радиационного поражения у подопытных животных уже в первые минуты возникали расстройства кровообращения. Через 5—20 минут после облучения наблюдалось расширение легочных артерий и вен. Особенно значительно (в 1,5—2 и даже в 3 раза) увеличивался диаметр мелких легочных артерий. В отдельных местах появлялись ограниченные участки более медленного кровообращения, так называемые гипостазы. Легочный гипостаз – это особая форма застоя в лёгких с выпотеванием жидкой части крови в просвет альвеол. Общее замедление скорости легочного кровообращения составляло 1—2 секунды по сравнению с нормой. В этом периоде отмечалось некоторое расширение периферических вен (шейных) и сужение периферических артерий (нижние конечности). Вместе с этим происходило расширение артерий брюшной полости, особенно брыжеечной (до 3 раз). Иногда фиксировалось небольшое забрасывание контрастного вещества против тока крови в нижнюю полую вену, что свидетельствовало о ретроградном движении крови в расширенные сосуды органов брюшной полости. Сердце увеличивалось в размерах благодаря дилатации (расширению) его камер и замедлялся ритм его сокращений. Из актов судебно-медицинского исследования следует, что у всех трупов погибших туристов увеличены размеры длины и толщины сердца (таблица №3 и №5).

Спустя 2—4 часа после острого облучения у животных постепенно восстанавливался тонус легочных сосудов, скорость кровообращения становилась нормальной, исчезали участки замедленного кровотока в лёгких, сердце и его полости, аорта и периферические сосуды принимали прежние размеры, за исключением брыжеечной артерии, которая оставалась расширенной. В дальнейшем через 1—2 сутки после облучения (скрытый период) легочное кровообращение относительно нормализовалось и улучшилось общее состояние животных. Подобная картина сосудистых расстройств наблюдалась у большинства подопытных животных с острой лучевой болезнью II и III степени тяжести. Из актов судебно-медицинского исследования трупов следует, что туристы группы «Хибина» погибли в течение двух часов.

Таким образом, в ходе научного эксперимента на подопытных животных было доказано, что в период первичных реакций (от 5 минут до 2-х часов) после острого радиационного поражения возникают выраженные функциональные и морфологические изменения кровеносных сосудов лёгких и расстройства кровообращения в малом круге в связи с нарушением механизмов рефлекторной регуляции гемодинамики. Степень и характер этих нарушений зависит от степени тяжести радиационного поражения.

Следует особо отметить следующий факт: комбинированное радиационно-химическое поражение туристов радиоактивными изотопами фосфора и серы происходило на фоне острого дефицита калия в рационе питания и, следовательно, недостатка в организме ключевого микроэлемента, необходимого для нормального функционирования сердечной деятельности на фоне предельных физических нагрузок присущих походу высшей категории трудности.

На основании вышесказанного в этой главе, главах первого и второго тома книги «Период полураспада группы «Хибина» следует единственный вывод, свидетельствующий о том, что у всех погибших туристов имелись признаки поражения сердца радиоактивными ФОС – фосфорорганическими соединениями.

В заключении хочется остановиться на состоянии здоровья туристов группы «Хибина» накануне похода высшей категории трудности. Как ни странно, но состояние здоровья путешественников маршрутную комиссию при Свердловском городском комитете по физической культуре и спорту совершенно не интересовало. Если внимательно проанализировать бланк протокола маршрутной комиссии (УД т.1, л.д.7—8), то в нем нет ни одного пункта, касающегося состояния здоровья участников предстоящего похода.

В материалах уголовного дела имеется протокол допроса Василия Ивановича Королева – председателя маршрутной комиссии, выпускника физико-технического факультета Уральского политеха в 1955 году. В январе 1959 года Королев работал инженером лаборатории физтеха УПИ. Вот что пишет в протоколе допроса председатель маршрутной комиссии: «Здоровье участников похода нам документально не было известно, ибо ко дню утверждения маршрута маршрутной комиссии справки о состоянии здоровья участников не были представлены. Дятлов нам сообщил, что все участники здоровы, тренируются, и на основании заверения Дятлова маршрут был утвержден (УД т.1, л.д.288)».

И такой подход к состоянию здоровья туристов со стороны органов государственной власти в лице областных, городских, районных комитетов по физической культуре и спорту наблюдался по всей стране. Бланки протоколов были стандартные. Фразу Королева – «Дятлов нам сообщил, что все участники здоровы» можно интерпретировать следующим образом: группа погибла и в опровержение свидетельских показаний мертвые ничего не скажут. Нет ничего удивительного в том, что в составе участников группы, отправляющейся в поход высшей категории трудности, оказался студент Уральского политехнического института Юдин, больной миокардитом и невритом седалищного нерва. Незадолго до похода студент Юдин переболел тяжелой формой дизентерии, осложнившейся поражением сердечной мышцы. По этой причине получил академическую отсрочку от учебы. В поликлинике УПИ вся информация о состоянии здоровья Юдина была зафиксирована документально. В противном случае Юдин не получил бы академический отпуск по болезни.

И последнее, после того как в феврале 1959 года стало известно, что группа Дятлова погибла, маршрутную комиссию при Свердловском городском комитете физической культуры и спорта партийные чиновники задним числом упраздняют и создают как общественную организацию при клубе туристов Свердловской области. Данный факт вытекает из свидетельских показаний Королева (УД т.1, л.д.288—289) и даты утверждения протокола маршрутной комиссии при Свердловском городском комитете физической культуры и спорта (УД т.1, л.д.7—8). Такой стиль работы был весьма характерный для органов советской власти. О подобном факте упразднения нормативно-правового акта задним числом вы ещё узнаете в одной из глав третьего тома независимого авторского расследования.

Чайная пауза…