Божественный ветер. Жизнь и смерть японских камикадзе. 1944-1945
- -
- 100%
- +
Во время выступления адмирала Ониси мы почувствовали, что он прибыл в штаб для чего-то более важного, чем простое напоминание о том, что мы уже знали. Всех нас мучил вопрос, каким образом можно было выполнить нашу задачу при таком неравенстве сил. Мы ждали от адмирала ответа на этот вопрос.
Я вглядывался в резкие черты лица адмирала, когда он снова заговорил:
– По-моему, есть лишь один способ обеспечения максимальной эффективности наших мизерных сил. Это организовать подразделения смертников из состава пилотов истребителей Зеро с 250-килограммовыми бомбами на борту, каждый из которых врезался бы во вражеский авианосец… Что вы об этом думаете?
Горящий взгляд адмирала прошелся по каждому из сидевших за столом. Некоторое время все молчали, но слова адмирала Ониси как молнией пронзили каждого из нас. В самом деле, тактика тарана (тайатари) уже использовалась летчиками ВМС в воздушных боях против больших вражеских бомбардировщиков. В боевых частях имелось немало пилотов, предлагавших применить ту же тактику против авианосцев противника. В это трудно поверить, поскольку никто не желает умирать. Но вполне можно понять того, у кого в голове засела мысль о том, что с учетом тяжелых потерь нашей авиации в 1944 году шансы пилотов вернуться живыми из боевых вылетов против авианосцев были ничтожно малы, независимо от используемых ими методов атаки. Если пилот обречен на гибель, разве не естественно его желание погибнуть с пользой, взяв с противника максимальную цену за свою жизнь?
Следовательно, молчание, которым встретили участники совещания слова Ониси, не имело ничего общего с оцепенением или страхом. Наконец его нарушил капитан Тамаи:
– Ёсиока, какой может быть результат от того, что самолет с 250-килограммовой бомбой на борту врежется в полетную палубу авианосца?
Офицер штаба Ёсиока ответил:
– Ущерб от этого должен быть гораздо большим, чем от обычной бомбардировки. Понадобится, вероятно, несколько дней, чтобы отремонтировать полетную палубу.
Несомненно, капитан Тамаи знал об этом, он задал свой вопрос, желая снять напряжение за столом и выиграть время для того, чтобы собраться с мыслями. Затем он повернулся к адмиралу:
– Как начальник штаба своего подразделения, я не имею права решать столь важные вопросы. Я должен узнать мнение командира нашей авиагруппы капитана Сакаэ Ямамото.
Адмирал Ониси мгновенно отреагировал на эти слова:
– Я только что переговорил по телефону с капитаном Ямамото, находящимся в Маниле. Самолет капитана попал в аварию. У капитана сломана нога, его поместили в госпиталь. Ямамото сказал, что я могу полагаться на ваше мнение, как на его собственное. Он оставляет решение на ваше усмотрение.
Это замечание заставило Тамаи внезапно осознать свою личную ответственность за решение. Меня заинтересовал его ответ. Согласится ли этот добродушный и скромный офицер с предложенным способом атаки? Мы все повернулись в его сторону и напряженно ждали, какое он выскажет мнение, зная о том, что именно мы будем осуществлять такие атаки.
Капитан Тамаи был прекрасно осведомлен о критической военной обстановке, требовавшей столь чрезвычайных мер. Он знал также о настроениях своих пилотов. После продолжительной паузы Тамаи попросил у адмирала несколько минут на размышление. Он жестом предложил лейтенанту Ибусуки следовать за собой и вышел из комнаты.
Позднее Тамаи рассказал мне, что они пошли в его кабинет и обменялись мнениями о возможном отношении пилотов к перспективе аварийного пикирования.
Услышав мнение Ибусуки на этот счет, Тамаи вернулся за стол совещания и произнес:
– Облеченный своим командиром всей полнотой ответственности, я полностью разделяю точку зрения адмирала. 201-я авиагруппа выполнит предложенный им план. Могу я попросить вас оставить мне проект организации нашего подразделения аварийного пикирования?
Хорошо помню выражение лица, с которым адмирал Ониси кивнул в знак согласия. Оно выражало чувство облегчения с оттенком печали.
Теперь тактика аварийного пикирования получила право на существование. Сразу же возникла необходимость сформировать специальное ударное подразделение. Времени было в обрез, возможно, уже завтра потребуется действовать.
Адмирал Ониси удалился передохнуть. Историческое совещание завершилось.
Специальный ударный корпус «Камикадзе»
Когда адмирал Ониси покинул комнату, Тамаи принялся за работу. Как только было упомянуто о подразделении аварийного пикирования, он стал прикидывать, кого из пилотов выбрать для выполнения такой задачи. За много месяцев капитан хорошо узнал молодых пилотов. По завершении основного курса обучения в октябре 1943 года их определили в его 263-ю авиагруппу в Японии в качестве неоперившихся начинающих пилотов. Капитан Тамаи возлагал на них большие надежды, вкладывал в их боевую подготовку душу и сердце.
Подготовка этих юношей была завершена к февралю 1944 года лишь наполовину, когда им неожиданно приказали отбыть на Марианские острова на действительную военную службу. С этого времени они беспрерывно воевали в воздушном пространстве от Тиниана через Палау к Япу против чудовищно превосходящих сил противника. Многие из них пали в боях, выжившие продолжали воевать. В первую неделю августа их перебросили в южные Филиппины и включили в 201-ю авиагруппу вновь образованного 1-го воздушного флота морской авиации. Тамаи прибыл с должности командира 263-й авиагруппы на пост начальника штаба 201-й.
К этому времени 201-я авиагруппа убавилась почти до трети от своей первоначальной численности, но суровый опыт войны укрепил сердца и души пилотов и повысил их профессиональное мастерство. Теперь это были закаленные ветераны с высоким моральным духом. Капитан Тамаи, воодушевлявший их в период подготовки и разделявший с ними трудности жестоких боев с начала их участия в них, глубоко привязался к этим парням, как отец к своим детям.
Он всегда желал, чтобы молодые летчики хорошо послужили своей стране. Пилоты в свою очередь относились к Тамаи как к своему родителю и не упускали случая продемонстрировать это. Естественно, что сейчас он думал прежде всего о них.
После консультаций с командирами эскадрилий капитан Тамаи приказал срочно собрать всех пилотов авиагруппы. Когда собрались все двадцать три пилота, он обрисовал им критическую ситуацию и сообщил об идее адмирала Ониси. В состоянии эмоционального возбуждения и радости пилоты единодушно подняли руки, демонстрируя полное согласие. Тамаи подчеркнул необходимость сохранять в тайне переданную пилотам информацию, и по завершении встречи они разошлись по своим казармам.
Уже после полуночи Тамаи вернулся в расположение офицерских квартир и сообщил мне о реакции пилотов.
– Иногути, они так молоды, – говорил он. – И хотя они не смогли бы объяснить, что происходило в их сердцах, я никогда не забуду выражение твердой решимости на их лицах. В слабо освещенной комнате их глаза светились энтузиазмом. Должно быть, каждый летчик воспринимал это как шанс отомстить за товарищей, недавно погибших в ожесточенном сражении за Марианские острова, а также в Палау и Япе. Естественно, сердца молодых людей горели воодушевлением.
Таким образом, мы обрели полную уверенность в возможности найти пилотов для подразделения аварийного пикирования.
Кому следовало доверить командование этими прекрасными молодыми людьми? Мы обсудили разные варианты, и я высказал мнение, что их командиром должен стать выпускник военно-морского училища. Тамаи согласился с этим, добавив, что на эту должность подошел бы Наоси Канно, но, к сожалению, он уехал с заданием в Японию.
– Если бы Канно был здесь… – пробормотал Тамаи в глубоком раздумье.
Необходимыми для командира качествами обладали несколько пилотов, но для столь важной задачи требовался самый лучший. Он должен был отличаться особым характером и способностями. Капитан Тамаи перебирал варианты и остановился наконец на Юкио Сэки, как пилоте, выделяющемся среди других.
Лейтенант Сэки прошел подготовку по борьбе с бомбардировщиками, базирующимися на палубах авианосцев, но не с истребителями. Он прибыл на Филиппины около месяца назад с Формозы. Капитан Тамаи, занятый ежедневными заботами по отправке людей на боевые вылеты в целях поражения объектов противника и отражению вражеских авианалетов, имел мало времени для бесед с лейтенантом Сэки. Но с течением времени молодой лейтенант стал искать любую возможность, чтобы встретиться с Тамаи и весьма эмоционально высказать свое мнение о военной ситуации, а также обратиться с просьбой о вылете на боевое задание. Это повторялось так часто, что, несмотря на непродолжительную службу Сэки в авиагруппе, Тамаи был о нем высокого мнения.
Я раньше служил инструктором в военно-морском училище и помнил Сэки курсантом. У меня не было сомнений, что он станет хорошим командиром. Поэтому мы с Тамаи сошлись на этом выборе и послали курьера, чтобы вызвать лейтенанта Сэки на беседу.
Ночь на Филиппинах темна и тиха. Мы молча сидели в офицерских апартаментах, прислушиваясь к затихающему шуму шагов курьера на лестнице. В глубокой дремоте я думал о Сэки, о том, какие ему снятся сны. Вскоре на лестнице послышались быстрые шаги и в дверном проеме показалась высокая фигура лейтенанта. Очевидно, он спешил, потому что его френч был застегнут не на все пуговицы.
– Вы меня вызывали, господин капитан? – обратился лейтенант к Тамаи.
Получив приглашение присесть, молодой человек занял кресло напротив нас. Тамаи похлопал его по плечу и сказал:
– Сэки, сам адмирал Ониси посетил 201-ю авиагруппу, чтобы представить план огромной важности для Японии. План заключается в аварийном пикировании наших истребителей Зеро с 250-килограммовыми бомбами на борту на палубы вражеских авианосцев с целью обеспечить успех операции «Сё». Предполагается, что вы возглавите такое ударное подразделение. Что вы об этом думаете?
Когда капитан Тамаи закончил говорить, на его глазах блестели слезы.
Ответ последовал не сразу. Сэки застыл в глубоком раздумье, упершись локтями в поверхность стола и обхватив руками голову. Его скулы были сжаты, а глаза закрыты. Промелькнули секунда, две, три, четыре, пять… Наконец он пришел в движение, медленно проведя пальцами по своим длинным волосам. Затем, подняв голову, сказал:
– Вы должны обязательно разрешить мне это. – В голосе лейтенанта не было ни малейшей дрожи.
– Спасибо, – просто произнес Тамаи.
Гнетущая атмосфера вдруг рассеялась и комната просветлела, как если бы небо очистилось от облаков, чтобы дать возможность пробиться лунному свету. Мы повели разговор о мерах, которые следует принять дальше. Дискуссия была краткой, но я успел заметить в каждом слове и жесте Сэки силу характера, что подтвердило правильность нашего выбора его в качестве командира подразделения.
После решения вопросов о составе и командовании специального ударного корпуса я сказал:
– Поскольку это особая задача, нам нужно придумать особое название для подразделения.
Тамаи согласился с этим, и я предложил:
– Как насчет «Симпу»?[4]
– Отлично, – одобрил Тамаи. – В конце концов нам нужно привести в движение Божественный ветер.
Я поднялся по лестнице в комнату, где отдыхал адмирал Ониси, доложить о завершении процесса организации подразделения. Постучав, я открыл дверь.
В комнате не горела ни одна лампа, но сквозь окно проникал свет от звездного неба. Я мог различить на парусиновой койке у двери очертания какой-то фигуры. В течение нескольких часов после встречи с нами адмирал Ониси оставался в темной комнате наедине со своими тревожными мыслями.
Когда я приступил к докладу, адмирал встал с койки.
– Для выполнения спецзадания сформирована команда из двадцати трех человек. Выпускник военно-морского училища, лейтенант Сэки выбран командиром. Поскольку задание специальное, нам хотелось бы, чтобы вы дали название подразделению. Капитан Тамаи и я предлагаем назвать его «Симпу».
Адмирал Ониси кивнул в знак согласия. Было раннее утро 20 октября 1944 года, но сразу же было составлено заявление об операции и вывешено после того, как под ним поставил свою подпись адмирал. Вот суть заявления:
«201-я авиагруппа сформирует специальный ударный корпус и 25 октября по возможности уничтожит или сделает недееспособными авианосные силы противника в акватории к востоку от Филиппин.
Корпус будет носить название „Симпу“. В него войдут 26 истребителей, половина которых предназначена для выполнения аварийного пикирования, а остальные – для их сопровождения. Подразделение будет делиться на четыре секции со следующими обозначениями: „Сикисима“, „Ямато“, „Асахи“ и „Ямадзакура“.[5] Командовать ударным подразделением „Симпу“ будет лейтенант Юкио Сэки».
Между тем капитан Тамаи и лейтенант Сэки продолжали беседу в офицерской комнате. Они рассматривали все фазы операций, необходимость в которых могла возникнуть с наступлением дня. Помня об этом и учитывая позднее время, Тамаи наконец предложил Сэки хоть немного поспать.
Должно быть, возвращаясь в свою комнату, Сэки думал о своей вдовствующей матери и девушке, которая всего несколько месяцев назад стала его невестой. Но капитан Тамаи не мог входить в обстоятельства личной жизни Сэки. Сейчас он должен был сосредоточиться на боевой задаче и подавить в себе стремление позаботиться о решительном молодом воине.
Тадаси Накадзима
Глава 2 АВАРИЯ У МАНИЛЫ
(октябрь 1944 г.)
День 19 октября 1944 года я никогда не забуду. Как инструктор по летной подготовке 201-й авиагруппы утром я был всецело погружен вместе со своим командиром капитаном Сакаэ Ямамото в обычные приготовления к боевым действиям днем. В соответствии с приказами по операции «Сё», которую к этому времени начали проводить, 201-я авиагруппа получила задание атаковать силы противника у входа в залив Лейте.
Уже занялся день, когда капитану вручили депешу. Он прочитал ее и повернулся ко мне:
– Накадзима, депеша от адмирала Ониси. Он хочет, чтобы мы прибыли в его штаб в Маниле в 13.00!
Едва мы познакомились с содержанием послания, как прозвучала воздушная тревога. Ранним утром совершали налет на Мабалакат американские самолеты. Вызванные ими разрушения и сумятица задержали наше отбытие. Только после того как были отправлены в 14.00 наши самолеты на боевое задание, мы наконец поехали в Манилу на автомобиле. Я редко совершал продолжительные автомобильные поездки. Летал над этим районом много раз, но никогда не ездил по тому же маршруту на автомашине. Незаселенные пространства, через которые проходит дорога от Мабалаката в Манилу, могли использоваться партизанами для засад, и мы почувствовали облегчение, когда в 16.30 прибыли в Манилу. Однако мы испытали замешательство и тревогу, когда обнаружили, что адмирал Ониси отправился на машине в Мабалакат. Выходило, что наши автомобили разминулись в пути, о чем мы не подозревали.
Должно быть, у адмирала были веские основания для вызова нас в Манилу, и, кроме того, нам нужно было согласно приказу по операции «Сё» атаковать корабли противника на следующее утро. Поэтому мы решили вернуться в Мабалакат. Если бы мы поехали на автомобиле, то ночь застигла бы нас в дороге, и мы могли подвергнуться нападению партизан. Вот почему я связался по телефону с ближайшим аэродромом Николс и попросил приготовить для нас истребитель. С согласия капитана я решил, что мы доберемся до Мабалаката самолетом.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Принц Хироясо Фусими с апреля 1932-го по апрель 1941 года был адмиралом флота.
2
Соединение 1-го японского воздушного флота, в то время составлявшее основу ВВС на Филиппинах.
3
Разработка операции «Сё» была завершена в июле 1944 года после прорыва американскими войсками основного оборонительного рубежа Японии в Новой Гвинее и на Марианских островах. Операция «Сё» разрабатывалась как оборонительно-наступательная на случай очередного наступления противника. Наиболее вероятной целью американцев считались Филиппины, но не исключались также их операции на Формозе, островах Рюкю или даже островах Японского архипелага, следовательно, учитывались все варианты. Согласно плану «Сё» вне зависимости от того, какой район будет атакован главными силами противника, эта территория объявлялась «театром решающего сражения» и для разгрома противника сюда направлялись все наличные силы. Решение о приведении операции «Сё» в действие оставлялось на усмотрение имперского Генерального штаба. Его приняли 18 октября в 17.01 при первом же намеке на вторжение американских войск на остров Лейте. Филиппины объявили зоной решающих боев.
4
«Симпу» – другой способ прочтения иероглифов в слове «камикадзе».
5
Сикисима – поэтическое название Японии, Ямато – древнее название Японии, асахи – «утреннее солнце», ямадзакура – «гора в цветущих вишнях».