- -
- 100%
- +
© Наталья Нальянова, 2016
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Шутник
До того, как ушел муж, она не обращала внимания на свое лицо. Не имело значения, какое оно, это лицо.
Оставшись теперь без мужчины, Софья критически оглядела себя: за сорок, волосы и зубы неплохие. Глаза – пустые и холодные. Нос небольшой, нестандартной формы. В молодости он делал её лицо своеобразным, запоминающимся. А теперь выглядел унылым, потому что её лицо – маска печали. И едва заметные морщинки разбегаются возле глаз, в уголках рта, посередине лба.
На такое лицо мужчины не заглядывались и не спешили знакомиться с ней.
И это вполне устраивало ее. Она не верила больше в мужскую порядочность, верность, преданность.
Стала находить жизненные примеры, подтверждающие мужское вероломство, предательство, похоть как главный мотив поведения.
Собирала анекдоты о том, как мужчины делают выбор партнерши, руководствуясь исключительно антропометрией – длиной ног женщины, размерами бюста или округлостью попки.
Теперь Софья обращала внимание на то, что многие мужчины пахнут немытым телом, пропотевшей одеждой, выкуренными сигаретами, вчерашней выпивкой. Вначале реагировала на таких решительным «фу!». Потом привыкла просто смеяться над этим и поймала себя на том, что презирает мужчин – всех вместе взятых, за все «хорошее».
Оказалось, что так относятся к мужчинам многие женщины её возраста, но показывают это только в своем кругу.
Отвергая мужчин в принципе, Софья ставила себя выше их, оказываясь вне круга невостребованных женщин.
В поисках единомышленниц она кружила по сайтам феминисток, но не прижилась ни на одном. Не обошлось и без общения с лесбийскими группами. Такое общение она тоже не смогла принять.
И строила свой новый мир. Работала, благоустраивала жилье, красиво одевалась, холила себя. Выглядела теперь хорошо, гораздо лучше, чем в браке. Да и муж Васенька, погуляв год со своей поздней любовью, стал делать попытки вернуться к ней.
Этого она вообще не понимала – как можно, предав человека, потом снова жить рядом с ним, как ни в чем не бывало?
Квартира принадлежала ей, поэтому шансов вселиться у разведенного мужа не было никаких.
В начале мая она отправилась в санаторий, расположенный в Сочи. Хотелось поплавать в бассейне с морской водой, принять сеансы, массажа, попить минеральной водички, пройти оздоровительные и косметические процедуры, понежиться под ласковым весенним солнышком.
Рано утром она на такси приехала из аэропорта в санаторий и с удовольствием оглядела ухоженную территорию, роскошные пальмы разных видов, обилие цветов, живописных альпийских горок и искусственных водопадов. Где-то совсем рядом шумел морской прибой, пахло теплым морем.
Санаторий принадлежал Министерству обороны. Её чемодан сразу подхватили сильные мужские руки, и она даже не заметила, как познакомилась с мужчиной, который проводил её в приемный покой. Сергей, неопределенного возраста – вероятно, около сорока, брюнет, показался культурным, с хорошими манерами.
Она доплатила за отдельный номер в лучшем корпусе, и они с Сергеем поднялись туда на лифте. Номер оказался комфортным, с большим балконом, нависавшим над морем. На балконе стоял ротанговый поэнг, который с первого взгляда пришелся ей по душе.
Открыв двери балкона, она обрадовалась свежему ветру и шуму моря, который стал отчетливо слышен. Раскладывая вещи, она забыла о Сергее и даже не заметила, когда он ушел.
На столике возле большой кровати лежала папка, в которой была собрана вся информация о санатории. Прочитав правила, она приняла душ, оделась и отправилась к лечащему врачу. Получив назначения процедур, она спустилась в столовую на обед.
Диетическая сестра провела её к столику в центре зала и познакомила с соседями. Это оказались три миловидных женщины от тридцати до сорока лет. Энергичная и раскрепощенная москвичка Лара. Стройная смуглая брюнетка Инесса из Нижнего Новгорода. Белокожая красавица с роскошными темными волосами Светлана из Санкт-Петербурга.
Обед был простым и легким, таким как ей требовалось. Борщ вегетарианский, гуляш с рисом, салат из капусты с оливковым маслом и кисло-сладким соусом, компот и груша. Софья съела ровно половину порции каждого блюда, выпила несладкий компот, а грушу захватила на полдник.
Лечебных процедур на день приезда лечебных процедур ей назначено не было. И она отравилась гулять по набережной, по территории санатория, по городу.
Она не заметила, как прогулка растянулась на несколько часов. Вернувшись в санаторий, она переоделась и снова пошла в столовую на ужин.
– Будем «на ты»? – предложила Лара. Софья согласно кивнула ей, любуясь её густыми волосами теплого рыжего оттенка.
– На дискотеку пойдешь? – спросила Лара. – Если соберешься, присоединяйся к нам. В девять часов мы будем в холле. А после дискотеки идем гулять вдоль моря. – Лара нравилась Софье своей живостью и общительностью.
– С удовольствием присоединюсь, – ответила она. И заметила, что на нее выразительно смотрит фактурный мужчина, сидящий за столиком в соседнем ряду.
Открытый высокий лоб, вьющиеся темные волосы, светлый костюм – записной красавчик типа «молодой Джек Николсон».
Убедившись, что Софья заметила его, он попросил официантку отнести и передать ей тарелку с бананами и апельсинами.
Увидев это, соседки по столу дружно расхохотались. Софья не поняла из-за чего именно. И чувствовала себя смущенной, стараясь не показать этого. Подаренные фрукты они съели.
Софья не восприняла знаки внимания этого человека всерьёз, полагая, что он просто шутит. Возможно, так он шутит с каждой новой женщиной, появляющейся в столовой. Шутник. Так она и называла его про себя, пока не познакомилась с ним.
На дискотеке первым её пригласил танцевать Сергей. Он подходил ей по росту и темпераменту. Танцевать с ним было удобно и приятно. Он то и дело шептал ей на ухо смешные комплименты о том, что у нее лучшие ножки в этом зале. Что её талия лучше, чем корпус у его гитары. Что от нее пахнет фиалками Монмартра.
Другие партнеры не танцевали так ловко. Некоторые просто прижимались и давили ей ребра. От таких она быстро избавлялась.
Светлана танцевала весь вечер с пожилым властным мужчиной, полковником из Генштаба, как шепнула ей Лара.
У Инессы кавалер был совсем молодым. И влюбленным в нее. Что ей очень нравилось.
А у Лары своего кавалера не было, несмотря на приятную легкость в общении и раскованность. Танцевала она с разными мужчинами. И ни один из них не показался Софье интересным.
Она издали помахала Ларе рукой и показала, что уходит. Вышла из клуба на свежий воздух. Захотелось к морю, и она двинулась на набережную. Здесь было много гуляющих. Она прошлась по пирсу и спустилась на каменистый пляж.
Поблизости никого не было. Она разулась и вошла в воду, оставив туфли на берегу.
Вода оказалась холодной. Но её свежесть, соленость и морской аромат искупали неудобство холода. Софья увлеклась и зашла глубже, подняв повыше подол платья. Через несколько минут она почувствовала, что замерзает и выбежала на берег.
Её обувь исчезла. Она поискала её глазами, немного прошлась по пляжу, осторожно ступая на камни, и двинулась к лестнице, которая вела с пляжа на набережную и на территорию санатория.
На лестнице сидел мужчина в светлых брюках. В руках он держал её туфли.
Софья взяла их, надела, сожалея о том, что испачкала обувь изнутри песком, налипшим на её мокрые босые ноги.
Наконец, она обратила внимание на мужчину и узнала в нем «шутника», который угощал её фруктами в столовой.
– Я – Юрий, – представился он. – «Ну и что из того», – хотелось сказать ей. Но она вздохнула и произнесла другое:
– А я Соня.
– Хотите, я угадаю, кто вы по профессии, кем работаете? – Она снова вздохнула, думая о том, что он, вероятно, следил за ней и пошел на пляж специально, чтобы познакомиться.
Она неодобрительно оглядела его. Лобастый, с темными глазами, упертый. И, наверно, приставучий. Кроме того, он все время выставлял вперед правую руку с обручальным кольцом.
– Ну, попробуйте, угадайте, – согласилась она.
– Вы – врач, – недолго думая, определил он.
– Как вы догадались? – устало спросила она. – Софья работала в суде и врачом не была.
– Просто я представляю вас в белом халате, строгую, серьёзную, ответственную. И очень профессиональную. Ваше призвание – спасать людям жизни.
– А ваше призвание в чем? – ей вдруг захотелось узнать, кто он такой этот наивный и прямой человек.
– Разве по мне не видно? – удивился он. – Она внимательно оглядела его.
– Нет, – ответила она. – Ничего особенного не заметно. – Он отчего-то покраснел и ответил с вызовом:
– Моё призвание летать.
– На чем? – опешила она.
– На самолетах. Сверхзвуковых. Испытывать их. – Он говорил это без рисовки. – Было понятно, что не врет.
– Ну и летайте на здоровье, – сказала она, не обращая внимания на его реакцию. – А мне пора отдыхать. И туфли мои, пожалуйста, больше не трогайте. – Она быстро пошла к себе в номер, думая о том, что ему не удастся задеть её души, потому что мужчины этого не стоят. Ну и что, что у него такой лоб, такие глаза, нос и голос, что кажется, будто они знакомы давным-давно? Он просто мужчина и ничего более.
На следующее утро она проснулась рано и вышла на балкон, завернувшись в простыню.
Утреннее море плескалось в лучах солнца и что-то шептало, виновато оправдываясь за ночное поведение. А ночью штормило и тогда море рычало и билось о берег, как будто старалось вырваться из дозволенных границ.
Соне сквозь сон казалось, что она не сможет спать при таком рыке, шипении и шелесте. Но на самом деле она спала, опьяненная свежим воздухом, лившимся через открытую дверь балкона.
Надев короткие шорты и майку, она бегом отправилась на набережную. Сделала там зарядку и пробежала несколько кругов по территории парка. Самочувствие было отличным.
Приняв душ, она быстро позавтракала в столовой, не дожидаясь соседок по столу, и отправилась на процедуры, которые растянулись до самого обеда.
В обед все собрались за столом в одно время. И стали делиться впечатлениями о вчерашнем вечере, лечебных процедурах, еде.
Когда дошла очередь до компота Соне снова прислали тарелку с фруктами – подарок от Юрия. На этот раз он угостил её грушами, крупными сливами и киви.
Она вежливо кивнула ему и раздала фрукты приятельницам. Инесса и Светлана снова начали посмеиваться.
– Главное, быть в согласии с самой собой, – заметила, пожав плечами, Светлана.
Наконец, до Сони дошло, что они веселятся оттого, что не понимают, почему такой равнодушной ко всему Соне с самого первого момента её появления оказывает внимание интересный кавалер. Ну, не влюбился же он в неё! И, конечно, объясняют они это просто сексуальной подоплекой, удивляясь – когда же и как она успела все это устроить? Соня не обижалась на них. В санатории свои нравы.
– Ты куда после обеда? – спросила её Лара.
– Немного полежу, может быть, посплю. Потом пойду гулять, – подумав, ответила Соня.
– Хочешь пойти со мной в кофейню возле рынка? Там такие вкусные крохотные пирожные подают! А кофе просто отменный.
– Не знаю, как насчет пирожных, мы здесь и без них объедаемся. А кофе я бы попила. Давай встретимся в два часа в холле? – Лара согласно кивнула.
Гуляли они до самого ужина. Обошли центр города, доехали до дендрария, погуляли там, среди чудесных кустов и деревьев и увидели на спуске маленькую кофейню.
Здесь вкусно пахло ароматным кофе и хорошей выпечкой. Они заказали по кусочку пахлавы и кофе. Соня сфотографировала Лару на свою фотокамеру.
Общаться с ней хотелось, она была симпатична Соне и на новом, более близком этапе знакомства. Теперь она уже много знала о жизни Ларисы, о том, что она не выносила своего имени, поэтому называла себя Ларой.
Лара служила в госпитале имени Бурденко. А до этого у нее были командировки в Чечню, в районы боевых действий.
Она разведена после короткого раннего брака, имеет взрослого сына, который служит в армии. И много лет её любовью был женатый мужчина. На чеченской войне они жили с ним вместе, в одной палатке. И это были самые счастливые дни в её жизни.
– Ты не поверишь, до чего там все было настоящее! И так дорога каждая секунда жизни! И такое счастье испытываешь, когда день закончился, а он живой и лежит рядом с тобой. – Лара отпила кофе, проглотив вместе с ним комок в горле, мешавший говорить.
– А дальше что было? – Соня слушала её с интересом.
– А дальше было вот что. Мы возвращались из последней командировки в свою дивизию. И еще в пути, когда мы сидели в «вертушке», он крепко обнял меня и сказал:
– Пора нам расставаться. Свою жену я не оставлю. Семья – святое. Дети же.
– А я, как же я? – у меня тогда голоса не стало, я просто шептала.
– Ты очень легкая, теплая женщина. С тобой мне было хорошо. Найдется и для тебя нормальный мужик, – он отвел глаза и добавил. – «И на этом всё». – Встал и пересел на другое сиденье.
Аккуратно промокнув глаза, она продолжала:
– И я стала активно искать. Оказалось, что я действительно теплая. Желающих сблизиться было много, даже очень много. Но ни один не женился на мне. Именно об этом я хотела поговорить сегодня с психологом. Почему так? Разве я хуже других?
– Да нет, ты очень привлекательная, приятная. Ты мне больше всех понравилась здесь, – Соня говорила искренне, жалела её. – Расскажешь завтра, что сказал тебе психолог?
– Конечно. Давай завтра после обеда выйдем, погуляем и еще поговорим, – легко согласилась Лара. – Кстати, мы так и не дошли до кофейни возле рынка. Сходим туда.
После ужина Соня пошла на дискотеку одна. В танцзале было почти совсем темно. Звучала музыка. Но танцы еще не начались. И она присела на стул возле стены.
– Это судьба, – послышался знакомый голос. – Или нечто иное? – она повернула голову и увидела, что Юрий сидит почти рядом с ней.
Он пересел еще ближе и протянул руку, приглашая танцевать. И снова обручальное кольцо на безымянном пальце правой руки было выставлено напоказ.
«Наверно, такой же „верный муж“ как Ларин боевой командир. Но раз пришла сюда, надо танцевать, двигаться. Полезно для здоровья», – Соня подала ему руку, зазвучало танго.
Соня любила этот танец. Если нет любви, можно хотя бы вообразить страсть.
Но Юрий не был хорошим партнером в танце. Держал он её хорошо, двигался неплохо, но медленно. Поворачивался с опозданием. В итоге они не попадали в такт.
– Давайте быстрее, – сказала она. – Он чуть ускорил движения, но они стали менее точными.
Следующий танец она танцевала с Сергеем. Потом её пригласил Светланин полковник из Генштаба. Он вообще танцевал плохо. Топтался на месте и сопел. И прижимал её с такими вольностями, что хотелось шлепнуть его по руке. И с Юрием она больше танцевать не стала.
Когда она спускалась по лестнице в холл, направляясь в свой номер, её догнала Лара.
– Соня, можно тебя спросить о чем-то интимном, – запыхавшись и переведя дух, негромко сказала она.
– Ну, спроси, – Соня улыбнулась.
– Тебе Юрий как? Нужен? Нравится? Ты на него имеешь планы?
– Отнюдь, – засмеялась Соня. – С чего ты взяла?
– Ну, он ведь ухаживает за тобой…
– У меня с ним ничего нет, и не может быть, – ответила Соня.
Лара облегченно вздохнула и сжала её руку.
– Как хорошо! До завтра, шепнула она и направилась в танцевальный зал.
Соня поднялась в номер, приняла душ, надела любимую легкую пижаму и включила музыку. Она всегда брала с собой в поездки диски с записями Моцарта и Баха в исполнении акустической гитары. Прекрасные мелодии порхали и купались в переливах струн, навевали покой и сладостные чувства.
Она надела наушники и вышла на балкон. Покачиваясь в поэнге в такт музыке, Соня пришла к сиюминутному выводу, что жизнь удалась.
Прослушав диск, она выключила музыку и стала слушать звуки моря. Теперь море не рычало и не бранилось, как прошлой ночью, а только шептало, как будто старалось успокоить и утешить людей, суетившихся на берегу. Соня до глубокой ночи просидела в кресле на балконе. Ей было жаль тратить эти прекрасные мгновения жизни на сон.
Она слышала, как закончилась дискотека, как народ толпой отправился гулять и флиртовать. Рассматривая с балкона гуляющих, она удивилась, что массовые прогулки продлились далеко за полночь.
На следующий день перед входом в зал бальнеологических процедур она встретила Лару.
Лара выглядела усталой, но при виде Сони оживилась и, придержав её за руку, сказала:
– Давай отойдем на минутку в сторону. – И увела в другой зал.
– Я с тобой не смогу идти гулять сегодня. У меня свидание. С Юрием. Хотя это и свиданием не назовешь. Ведь мы с ним не расставались со вчерашнего вечера. И сейчас он сидит вон там за пальмой и ждет меня. Не хочет отпускать.
Соня повернула голову в том направлении, куда указывала Лара и увидела Юрия. Он смотрел на Лару и улыбался.
– Он ведь мне в любви признался, – устало сказала Лара. – Но он сегодня уезжает. Его лечение закончено. Поэтому сегодня я пойду на прощальную встречу с ним. После обеда.
– А к психологу ты пойдешь? Ты же собиралась, – поинтересовалась Соня.
– Пойду. Я сегодня только на три процедуры успею – ванна, массаж и занятие с психологом.
– Ну, ничего, завтра расскажешь, как прошло занятие. – Соня кивнула ей и пошла в бассейн.
Во время обеда Юрий находился на своем обычном месте. Но на Соню он теперь не смотрел и фруктами никого не угощал.
– А что это нам фрукты сегодня не прислали? – Светлана вопросительно посмотрела на Лару. – Или фрукты только для Сони? А для тебя что-то иное припасено? – Они с Инессой весело рассмеялись и покинули столовую. А Лара никак не отреагировала на их шутку. «Про всех всё знают», – с легкой неприязнью снова подумала Соня.
Она допила компот и встала из-за стола. Ей было достаточно большого яблока, которое было приготовлено для полдника
Она отправилась в свой номер и, открыв балконную дверь, прилегла немного отдохнуть, чтобы потом идти гулять по пляжу и парку.
День выдался прохладный, ветреный. На ней были светлая ветровка и легкие джинсы, на ногах летние кроссовки. Но все же было зябко. Она достала из сумочки свой любимый белый платок из натурального шелка с кружевами ручной работы, который купила когда-то в Барселоне и повязала им голову. Посмотревшись в зеркальце, она надела очки от солнца и осталась довольна своим безмятежным видом.
Приближался вечер. Она перешла в парк на территории санатория и обошла ставшие привычными аллеи. На дальней лавочке она увидела одинокую фигуру Лары.
Лара была одета в светлую шелковую куртку, но ей не было тепло. Она слегка дрожала.
– Ты чего мерзнешь здесь в уединении? – удивилась Соня.
– Меня слегка знобит. Я же ночью почти не спала. И вина мы впили много. Потом я провожала Юрия. А сейчас только что говорила с ним по телефону. Он уже прилетел в свой город. Звонил и сказал, что не представляет себе, как жить дальше в разлуке со мной. – Лара была полна эмоциями. Это состояние и удерживало её на скамейке.
– А отчего ты так взволнована? Что-то случилось? – спросила Соня.
– Случилось. Мне жаль Юру. Он мне рассказал, что у него нет обеих ног. Пять лет назад во время испытательного полета рухнул самолет, которым он управлял. Почти год он пролежал в госпиталях. Потом его комиссовали. Дали инвалидность. Он стал колясочником. Жена от него ушла и подала на развод. Он запил. А потом вернулся в родной город, продал часть наследства родителей и заказал себе самые лучшие протезы для ног и обучился ходить на них. И стал заниматься производством упаковочных материалов. Купил автоматическую линию, старую, за копейки. Отремонтировал и усовершенствовал её. И стал продавать свою продукцию. Год работал как сумасшедший и жил в офисе, спал и ел там. А потом взял кредит, обновил и расширил производство. Теперь у него целый завод. И акции многих прибыльных предприятий в его сфере. Имеет огромный коттедж. Он, оказывается, богатый жених.
– А что же он делал в этом санатории? – удивилась Соня.
– Он вспоминал свое прошлое и бросил ему вызов. Думал, что встретит кого-нибудь из своих сослуживцев. Пусть знают, что он не спился и не пропал.
– А зачем он обручальное кольцо носит и выставляет напоказ? – продолжала удивляться Соня.
– Это отдельная история. Видишь ли, он боится сближаться с женщинами после предательства жены. Ему кажется, что на его деньги все хищницы слетятся.
– Ну, в этом есть резон. Вероятно, и такой жизненный опыт у него уже есть.
– Нет у него никакого жизненного опыта в отношениях с женщинами! После того, как стал на протезы, он еще больше стесняется, что женщина узнает о его протезах и увидит тело без ног. Дурачок гордый, – поведала Лара.
– Как ты узнала об этом? – помолчав, спросила Соня. – Ей было неловко за то, что сама она не заметила и не догадалась, что у Юрия нет ног, и он носит протезы. Что она заставляла его танцевать танго быстрее, чем он мог, а потом вообще отставила.
– Кое-что он сам рассказал ночью и сегодня, когда мы прощались в его номере. А кое-что я просто поняла сама. До прошлой ночи он пять лет не спал с женщиной. И стал бояться, что ничего уже не сможет. Словом, в постели это был комок нервов. Я его еле-еле соблазнила на секс. Но потом все пошло хорошо.
У Лары опять зазвонил телефон. Снова Юрий. Она рассказала ему, что гуляет вместе с Соней. И Юрий попросил её передать трубку Соне.
Соня удивилась, но трубку взяла.
– Я хочу попросить вас позаботиться о Ларочке. Ей будет так одиноко без меня. Не знаю, как она переживет все это. Не оставляйте её. Она мне безумно дорога. – Голос Юрия был тих и малоузнаваем.
– Я постараюсь помочь ей в трудную минуту. Не волнуйтесь, всё будет хорошо. Полагаю, вы можете прилететь к ней на выходные дни. Разве не так? – Соня никак не могла понять, почему у неё возникло чувство недоверия к этому голосу. И корила себя за сухость – результат её тотального неверия в мужчин.—
– Я знал, что смогу положиться на вас, – продолжал он. – Вы с первого взгляда вызвали у меня такое чувство, как будто я нашел то, что искал всю жизнь.
– А потом вы поняли, что ошиблись? – уточнила Соня.
– Я понял, что вы не спуститесь с небес до общения со мной. И судьба мне послала Лару. Я очень боюсь её потерять», – тихо произнес он.
«Вот и поговорите с ней. Она ждет», – Соня вернула телефон Ларе и попрощалась с ней до вечера.
Уходя в жилой корпус, она оглянулась и задумчиво посмотрела на маленькую круглую женщину, вышагивающую по аллее с телефоном в руке.
Соня снова почувствовала жалость к ней и вспомнила, что так и не узнала, что же сказал Ларе психолог относительно того, почему она никак не может выйти замуж.
Ночью ей пришлось встать, чтобы закрыть балконную дверь. Штормовой ветер продувал здание спального корпуса насквозь. Море ревело. Волны ожесточенно набрасывались на берег. Казалось, удивительным, что огромные фонтаны брызг не заливают балкона.
Соня просыпалась несколько раз и лежала, прислушиваясь к звукам шторма. Теперь ей не нравилось, что здание, в котором она жила, построено так близко к морю.
Среди шума прибоя ей послышался далекий гудок. И представилось, что это гудит теплоход, попавший в жесткие объятия бури. Потом она решила, что, скорее всего это гудок поезда. И доносится он не с моря, а со стороны вокзала.
Утро было холодным и сырым. Приморский климат демонстрировал свою изменчивость. Бежать на зарядку не хотелось. И она пошла в тренажерный зал, который располагался на верхнем этаже здания.
Вид на море с галереи верхнего этажа открывался поразительный. Море оказалось совершенно бескрайней холодной синью, сливающейся вдалеке с грязным и тяжелым небом. Открывающиеся пространства поражали необъятностью.
После разминки и занятия на тренажерах она выпила кислородный коктейль и снова вышла на галерею. Хотелось еще раз взглянуть на эпическую картину морских просторов.
Она увидела, что картина изменилась. Темно-синие дали наполнились светом, а огромные ошметки серых облаков уносит ветер, провожая циклон дальше вдоль побережья. Небесное пространство постепенно захватывало солнце. Лучезарными потоками оно проливалось сквозь причудливые обрывки туч.
От этой картины смешения мрака со светом у нее захватило дух. Соня глубоко вдыхала свежий воздух, думая о том, что нужно как-то оторваться от этой неистовой красоты и идти на завтрак, а потом на процедуры.
– Погода улучшается, – произнес за ее спиной знакомый голос. Обернувшись, она увидела Сергея. Несмотря на утреннее ненастье, он был одет в безупречно белые брюки и рубашку. Соне казалось, что светлые брюки годятся для ясной погоды.