Не женщина - загадка!

Глава 1. Дюжину скорпионов мне в печень

Смотреть на Маршу Сандерс, у которой из обожаемого и охраняемого ею хранилища кто-то что-то спер, – отдельное удовольствие. Эстетическое.

И экстремальное – потому что у мисс Сандерс от королевы драмы, горестно ломающей пальцы: "Как такое могло случиться?!", до викинга в приступе боевого безумия: "Ублюдки вшивого тролля! Я найду их! Смешаю с землей! Они пожалеют, что родились на свет!" – разгон секунды четыре.

Она свирепо раздувала крылья носа, трясла головой и яростно рвала в клочья зеленые листья салата, рассказывая о подмене ее собственного личного браслета в ее собственном личном хранилище ее собственного личного музея, и говорила, что и в какой последовательности сделает с мерзкими похитителями (которые тоже как-то незаметно оказались ее собственными, личными похитителями). Горка зеленых кусочков наполняла салатник, а я жарил стейки, сосредоточенно кивал, сочувственно хмыкал в нужных местах и думал, что меня, кажется, охренеть как сильно били по голове.

Или это мисс Марша Сандерс исключительно деструктивно влияла на мои мозги вообще и профессиональные навыки в частности. Я размышлял на тему, как бы поаккуратней допросить девушку, которая не может выбрать, идти ей в аптеку за сердечными каплями или в холл за клюшкой для гольфа, и пока не находил решения. Вообще допрашивать девушку, из-за которой у тебя в штанах тесно, – задача со звездочкой. А допросить Маршу было необходимо: в ее изложении события звучали очень драматично, но нихрена не информативно.

– Стоп. Давай начнем сначала, – предложил я, когда поток эмоций начал истощаться: примерно с уровня разрушительного горного паводка до весеннего ручья.

– Давай, – мрачно согласилась она. – Привет, незнакомец на моей кухне! Неплохо выглядишь! Я – Марша, а ты кто и как ко мне попал? Морелли, не смотри так недоуменно, я не сошла с ума… По крайней мере, более сумасшедшей, чем была сегодня утром, когда разрешила незнакомому мужику остаться в моем доме, не стала. И амнезия меня не поразила на почве горя и утраты. Я просто пошутила. Шутка, понимаешь?!

Так, кажется, фаза экзистенциальной тоски по утраченному сокровищу сменилась агрессией быстрее, чем я ожидал, и теперь мисс Сандерс готова отрывать головы виновным. Если виновных нет – голову можно оторвать кому подвернется.

Присыпав покрытые золотистой корочкой стейки приправами – всего щепоткой, буквально несколько крупинок соли, по паре горошин розового перца и листиков розмарина, я плотно накрыл сковороду крышкой и оставил мясо отдыхать до готовности, сполоснул руки и тщательно их вытер.

Подошел и сел прямо на пол у Маршиных ног, сразу оказавшись в два раза ниже ее, сидящей за столом, и миролюбиво согласился:

– Ну вот такой вот я зануда. Тебя же коллеги предупредили, что у меня чувства юмора нет?

– Ну… да. И о том, что ты зануда, тоже.

– Теперь ты знаешь обо мне всё! Давай сначала. Итак, ты отъехала от дома…

– Это неважно!

– Как это неважно? Это очень важно! Вот ты выехала из дома в сторону города, и в проулке слева заметила черный Юкон.

– Какой ещё “Юкон”? – взвилась Марша.

– Черный. Шевроле Юкон. Такой большой внедорожник. – Я развел руки вширь, как заядлый рыбак, показывающий размеры улова.

– Не было там никакого внедорожника!

– Или ты не заметила?

– Морелли, не беси! Я здесь каждую собаку в лицо знаю, не говоря о машинах. Я бы непременно обратила внимание на чужой транспорт.

– Хорошо. – Я одобрительно кивнул. – А вчера, когда ты возвращалась, ты его там не видела? Или тебе было не до чужих машин?

– Мне было не до машин, но чужих я не видела!

– Угу.

– Что значит “угу”?! Дался тебе этот Юкон!

– Это моя машина, я на ней приехал. “Угу” значит, что к моменту твоего возвращения мою машину уже угнали.

– Ты так спокойно об этом говоришь?!

– Марша, а что мне остается? Как ты представляешь заявление об угоне от человека, который в целях безопасности должен оставаться мертвым? – напомнил я. – Хорошо. А когда ты ехала домой из города, тебе не встречались незнакомые автомобили?

– Нет! – На лбу у Марши вырос незримый рог, и сейчас он был направлен на меня. – По крайней мере, с того момента как я съехала с трассы, я никого не встретила. Видимо, они уехали раньше.

Её тело напряглось, будто она снова переживала момент возвращения. Это хорошо, в таком состоянии легче вспоминать детали.

– Когда ты приехала, дом ещё горел или пожар уже прекратился?

– Когда я ехала, дом пылал. Когда приехала, прекратился. Да, он сгорел просто как тонкие веточки в костре: вжух! – Она изобразила этот “вжух”, взметнув руки вверх, и вновь опустила их на колени. – Пожарные мне тоже не поверили. Полицейские.

– Я верю. – Я утешающе коснулся ее руки, а потом легонько сжал кисть.

Выходит, Марша просто чудом разминулась с моими убийцами. Пока она ехала основной дорогой, они двигались на выход из поселка по заброшенным проулкам. И хвала Небесам: неизвестно, чем для неё могла закончиться эта встреча.

– А ты, когда сюда приехал, старушек не видел? – пытливо уставившись мне в глаза, спросила хозяйка.

Я рефлекторно поднял взгляд вверх вправо, обращаясь к зрительной памяти.

– Нет, – помотал я головой. По дороге я точно никакого не встречал.

– А мопса? Мопса не видел? Толстого такого?

– У тебя сбежал пёс? – Я не заметил следов пребывания собаки, но животное могло обитать у Марши на втором этаже.

– Не у меня. – Она задумчиво помотала головой. – И не сбежал. Точнее, не сбежала. – Марша посмотрела мне в глаза и неожиданно улыбнулась: – Это тоже была шутка!

– Оч-чень остроумная! – буркнул я, потому что определенно не понимал, после какого слова смеяться.

– Морелли! – вдруг встрепенулась она, будто что-то вспомнив.

Я с готовностью кивнул, показывая, что весь во внимании.

– Морелли, имей в виду, – Она с угрозой покачала указательным пальцем, – …я бы в жизни не рассказала тебе об исчезновении браслета, если бы из-за других браслетов люди не мерли как мухи, тебе понятно?

Снова кивнул. Что же тут непонятного? Хотя смысла скрывать похищение от полиции не видел, хоть убей.

…нужно всё же поосторожнее с такими выражениями. Учитывая ситуацию.

– И если кто-то узнает… – продолжила Марша. – Если ты кому-нибудь расскажешь о том, что из-под моего надзора украли экспонат, – мне конец. Карьеру в науке мне уже никогда не построить. А раз уж всё равно жизнь потеряла смысл, то почему бы не сесть в тюрьму и за убийство копа, который в этом виноват?

– Потрясающая логика! – Я покачал головой. – И ещё более потрясающий вывод!

– Ты поможешь мне найти и вернуть браслет в хранилище во что бы то ни стало! – проигнорировала мой сарказм Марша. – А я взамен буду давать…

Всё! Стоп! На этом можно остановиться!

– …информацию и всячески сотрудничать со следствием в твоём лице. И даже позволю какое-то время у меня пожить. Всё ясно?

– Ясно, – покладисто согласился я. – Я никому ничего не расскажу, пока ты сама мне не разрешишь, и помогу тебе вернуть браслет, сколько бы времени на это не понадобилось, если только ценой решения проблемы не станет чья-то жизнь. Тебя устроит такой ответ?

– Нет, не устроит! Клянись!

Я закашлялся, пытаясь скрыть смех:

– Это, в смысле, как?!

– А, да… – Она смерила меня скептическим взглядом. – Ты же действительно не знаешь, как! Так. Повторяй за мной! “Я, Зак Морелли, клянусь хранить тайну об украденном браслете. Если я нарушу эту клятву, пусть Амат сожрет мое черное сердце, пусть Ам-Хех утопит меня в Огненном озере, пусть змей Хаоса Апа разорвет меня на части, дюжину скорпионов мне в печень!”

От этих слов по коже прошел мороз, и словно эхо донеслось из давнего сна – “похоронить заживо в саркофаге с песьими мухами – во устрашение и назидание другим!”. Я сам не заметил, как меня передернуло.

Зато заметила Марша:

– Зак? Ты чего? Ты в порядке? Да ладно тебе, я пошутила. На вот, съешь помидорку!

Она сунула мне под нос половинку черри, приправленного солью и перцем, маленького, на один укус. Я послушно взял его губами и, сделав вид, что случайно, мазнул ими по тонким ловким пальчикам. И ощутил, как по хребту прокатилась горячая волна, как ниже пояса потяжелело от прилива крови… Удержать покерфейс оказалось непросто.

– А теперь клянись… – как-то растерянно закончила фразу Марша.

– Да клянусь я, клянусь! – проворчал я, буквально чувствуя, как на лбу проявляется надпись “Подкаблучник”.

Причем, похоже, она была там с самой первой встречи: в момент нашего знакомства я, кажется, и в сознание вернуться не успел, а уже по ее командам прыгал: “Сидеть! Нельзя! Фу!”… Ага, а потом она меня покормила, и я запомнил, что слушаться мисс Сандерс – хорошо. Всё по науке: дрессировка, положительное подкрепление и формирование рефлекса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.