Дебют в криминальных тонах

– Нет, кровь не моя.

Паладин с трудом удержал рвущийся наружу вопрос «А чего тогда приперся?», благо тут заговорила Джетта:

– Сельмо, мы пока умоемся. И скоро Чиро подойдет.

– Не комната, а проходной двор какой-то, – проворчал хозяин апартаментов, если занимаемое помещение можно было так назвать. – Поспать нормально не дадут. – И ведь не соврал.

– А он-то как узнает, куда и когда нужно прийти? – спросил Аквилеро, которому Джетта уже поливала на руки из кувшина.

– У него наша карта, – ответила Темная и, заметив недоумение собеседников, добавила: – Когда я утром ездила за нарядами, обнаружила, что после пересечения границы города карта изменилась, превратившись в план Монте-Кримен. – Ансельмо рванул туда, где лежала, как он полагал, совершенно бесполезная пока вещица. И действительно обнаружил, что зеленая точка Чиро ползет к трем другим. – Поэтому я оставила карту у Слона и попросила его подстраховать ночью. Он должен был заметить наши передвижения.

– Не доверяешь? – хмыкнул Аквилеро.

– Я никому не доверяю, потому до сих пор жива, – спокойно ответила девушка.

– Ты бы прикрылся, – бросил Дамиан Паладину.

– А чего она там не видела? – с вызовом ответил Ансельмо.

Ему стесняться было нечего. По фактурности мышц субтильному Дамиану, например, до него было далеко.

– Тем более прикройся, – с усмешкой, за которой скрывалось недовольство, парировал напарник.

Разряжению обстановки способствовало постукивание в люк потайного хода. В комнату пролез Чиро. В его руках были две корзины, которые тут же наполнили помещение запахами свежеиспеченного хлеба и копченостей.

– Всем привет, – поздоровался Темный и двинулся к столу. На матерчатую салфетку из корзины легли румяные булки, а следом за ними – копченые рульки.

– Сплошное свинство, – скривилась Джетта.

– Не хочешь – не ешь, – хором отреагировали Светлые и рассмеялись.

Паладин набросил-таки нижнюю рубаху со штанами и присоседился к Аквилеро, который уже устроился за столом.

– Ты, мужик, крут, – одобрительно заметил Паладин в адрес Чиро. – Удар у тебя – будь здоров.

– Да и ты не слаб. Мне одна связка у тебя понравилась, покажешь потом? – не остался в долгу Темный.

– Вот видишь, я же говорила, что они для нас повторят, – обратилась Джетта к Пусику, за что заработала осуждающие взгляды от всех троих мужчин. Впрочем, ее это не смутило, и она обратилась к Темному: – А ты, Слон, теперь тут народный герой. О тебе, чего доброго, песни начнут слагать. И стихи. В крайнем случае – частушки и памфлеты.

– За что я тебя люблю, малышка, так это за твою доброту, – отреагировал Чиро. – Рассказывай, чем закончилась ваша вылазка, и как вам удалось ночью выбраться из Ратуши?

Джетта, изредка прерываемая пояснениями Дамиана, довольно быстро изложила суть.

– М-да… Вот что имела в виду Агнесса, когда говорила, что туда ни один дурак ночью не сунется, – мрачно произнес Темный.

– У тебя здесь уже какая-то Агнесса появилась? – якобы удивленно спросила девушка.

– Если ты пытаешься соблюсти мою невинность, то уже поздно, – повинился Чиро, вызвав одобрительные смешки со стороны Светлых. – А что у Бьёрена?

Теперь Джетту своими правками прерывал Ансельмо. Рассказ даже в две глотки много времени не занял.

– В общем, как мы и полагали, всё непросто, – закончила Джетта. – Но у меня есть идея.

– Это плохое начало, – честно предупредил Светлых Чиро.

– Слоник, – оскорбилась девушка и ткнула себя пальцем в грудь, – я, я здесь Темная. А они, – теперь палец указал поочередно на представителей конкурирующей двойки, – Светлые. И аристократы.

Чиро пожал плечами.

– Всегда подозревала, что мужская солидарность стоит выше, чем сословная, – пробурчала под нос Джетта. – Еще раз повторю: у меня есть одна идея. Но чтобы я могла понять, насколько она осуществима, Сельмо, ответь на один вопрос: ты стреляешь из арбалета как раньше? Не разучился за прошедшие годы?

Почему-то факт, что Джетта помнила о нем эту деталь, согрела Паладину душу.

* * *

После того как Темная изложила свою «идею», Чиро присвистнул.

– Знаешь, это настолько безумно, что может сработать, – заявил он. – А ты уверена, что поисковое заклинание на Рубиновом Глазе не останется?

– Я подняла множество источников, все едины: артефакты Богов не подвластны магии нашего мира. Если это действительно Рубиновый Глаз, то уверена. Заодно проверим надежность информаторов заказчика.

– Проверка может обойтись дороговато… – мрачно заметил Паладин.

– Риск, Сельмо, неизбежная приправа к нашей профессии, – уведомила его воровка. – Только кто бы говорил. Война, например, куда опаснее для жизни.

– Нашла с чем сравнить! – возмутился дель Пьёро. – В бою всё в твоих руках. В воинском деле четыре слагаемых успеха: грамотная стратегия, верные воины, надежный доспех и умение драться.

– У нас то же самое, – возразила Джетта и стала загибать пальцы: – Грамотное планирование, верная команда, надежная информация и умение играть на слабостях людей. А теперь давайте по постелям уже, – она зевнула, встала из-за стола и направилась к сундуку.

– И куда это ты собралась?! – не сдержался Паладин.

– Слоник, ты же снял комнату, которую я просила? – уточнила девушка, и Чиро кивнул головой. – Вот видишь, дорогой, теперь ты можешь не волноваться, что твой богатырский храп будет мешать моему чуткому сну.

– Я не храплю!

– Я бы на твоем месте не был столь категоричен, – не без злорадства заявил Аквилеро.

– Не переживай, завтракать мы спустимся вместе, – успокоила своего «любовника» Темная. – Сладких снов, милый!

…Удивительно, но Паладин уснул, стоило его голове коснуться подушки.

6. Три дня до новолуния

Разбудил его стук со стороны потайного хода. Он отпер крышку, и оттуда явилась его «любовница». Разрисованная Темная пожелала Сельмо доброго утра и просочилась в дверь заказывать завтрак, за что Ансельмо был ей благодарен: некоторые утренние ритуалы он предпочитал делать наедине. Например, медитировать. Каждый знает: качественная утренняя медитация – залог успешного дня.

Ночной перекус, организованный Чиро, не сказался на утреннем аппетите, и Паладин с радостью обнаружил на столе, занятом для него «Имм-акула-дой», целую сковороду с подрумяненным беконом и яичницей. Как говорится, за обедом приходи к другу, за ужином – к врагу, а о завтраке, будь добр, позаботься сам.

Сытый Ансельмо позволил уговорить себя прогуляться до ювелира пешком – Джетте нужно было разведать подступы к лавке. Он привык к известности, но избыток внимания к его персоне к концу пути начал раздражать. Сплетники разнесли новости о драке в Ратуше, и если Чиро в глазах горожан однозначно был героем, то насчет Паладина мнения разделись. Одни считали, что столь вызывающее поведение заслуживает колесования на центральной площади, чтобы другим Светлым неповадно было. Другие говорили, что Сенат давно нуждался во встряске, спасибо Светлому, поэтому не нужно его казнить, достаточно выпороть и выставить из города. Третьи же шептались о том, какой он хорошенький, сильный и, вроде бы, ужасно богатый. Одним словом, «ширма» удалась на славу. Размалеванная Темная, вцепившаяся в его локоть, выглядела еще одним аляповатым элементом убранства на и без того кричащем наряде.

Уже знакомый приказчик встретил новоприбывших, как родную маму – не иначе как хозяин вчера вставил работнику в нужное место разъяснения, что покупатель не должен уходить без покупки. Особенно если на ее выбор был угроблен целый час. Причем, судя по тому, что работник кланялся и щебетал, как заведенный, не только вставил, но и пару раз провернул.

– Мельтешить прекращай, – Ансельмо на корню загубил песню труженика, передал мешочек с драгоценностями «Имме» и небрежно бросил на конторку кошель с золотом. – Скажи хозяину, что я хочу его видеть.

Хозяин не заставил себя упрашивать.

– Чем могу быть полезен? – с полупоклоном спросил он.

– Послушайте, любезный, а вы штучки из своей коллекции продаете?

– Смотря что, – сдержанно ответил тот.

– Понятно. Есть вещи, которые за деньги не продаются, – заранее согласился Паладин. – Они продаются за очень большие деньги. Я бы хотел еще раз взглянуть на ваше собрание. А то в прошлый раз, – Паладин осуждающе взглянул на девушку, – и осмотреться толком не успел.

Стоило им подняться на третий этаж к уже знакомой двери, как у «Иммакулады» случилась истерика. Она категорически отказывалась заходить внутрь, поскольку ей там сделают больно.

– Не хочешь – не надо. Стой и жди нас здесь. Всё поняла? – сурово спросил Паладин, и Джетта часто-часто закивала.

Это «раз», посчитал про себя дель Пьёро. Джетта попала туда, куда ей было нужно. Теперь будем организовывать «два».

Светлый медленно шел вдоль витрин, внимательно разглядывая предметы по ту сторону стекла. Остановился он возле кошки, вызвавшей бурю эмоций Темной.

– Я хочу сделать подарок невесте, – признался он.

Гном выразительно поднял бровь.

– О, нет, вы же не о том недоразумении, что ждет меня по ту сторону двери? Я не босяк какой-то, чтобы жениться на ком попало, – недовольно пробурчал Паладин. – Наследнику моего состояния полагается соответствующая партия. Хотелось бы привезти достойный презент. Этот, конечно, купить не удастся, – Светлый ткнул пальцем в Жезл, вполглаза поглядывая на Бьёрена, – но я вас могу понять: амулет, несущий удачу в торговле – кто ж такую вещицу уступит? – Лицо гнома вытянулось, отметил Ансельмо.

– А вы ничего не путаете? – осторожно спросил коллекционер.

– Я никогда ничего не путаю, – заявил Светлый. – Это же Рубиновый Глаз. Видите, здесь, в нижней части? Тот, кто хранит его у себя, находится под защитой Двухцветного. А что, вам это было неизвестно?.. – тут Паладин изобразил огорчение. – Вот, я идиот! Знал бы – не рассказывал. Так кошку продадите или нет?

– Я должен подумать. До завтра.

– До завтра я ждать не хочу. При такой охране несчастное животное могут запросто своровать.

– Здесь охрана, молодой человек, посерьезнее, чем на городской казне стоит! – возмутился гном. – Не видите заклинаний – не беритесь судить. И не учите меня вести дела, не доросли еще! Ваша кошка здесь уже десять лет стоит, и до завтра ничего с ней не случится. Я провожу вас до дверей.

Джетта смиренно стояла возле окна, видимо, закончив изучать место будущего преступления. Что ж, все задачи визита решены, подвел итог Светлый.

– Ну, как? – спросила Темная, когда лавка осталась позади.

– Нормально. Заклинания, как ты и думала.

– Ну-ну. Даже Боги не стали бы в такой степени полагаться на магию.

– Ты нашла способ ее обойти?

– Нет, не нашла. Но то, что нельзя сделать тихо, можно сделать быстро.

На следующий день парочка вновь посетила Бьёрена, и Джетта опять осталась за дверью, на это раз – кабинета, где мужчины договаривались о покупке. Это ее вполне устраивало – из короткой болтовни со служанками и наблюдений за передвижениями домочадцев, у Темной вырисовывалась схема размещения жильцов в доме.

До новолуния оставалось три дня.

* * *

Дамиан сидел в гостевом холле дома Главы города Монте-Кримен в ожидании, когда тот соизволит принять посетителя. В холл с изрядной частотой заглядывали женские особи по очень и не очень важным делам. Еще бы, такой красавчик Светлый! И, что странно, стоило им покинуть комнату, как они уже не могли вспомнить его лицо. Приходилось возвращаться вновь и вновь. На этом этапе Дамиану тоже выпала роль ширмы. И амулет, стирающий из памяти девиц (и не только) его внешность, привлекал внимания не меньше, чем откровенное хамство Паладина.

В голову Светлому от безделья лезли всякие разные мысли. Например, об этой Темной, Джетте. Смешная она. Женщины, которые пытаются играть в «крутизну», всегда уморительны. Вот в Ратуше испугалась привидения, побледнела вся. Но зубы сжала и даже не пискнула. Потом игры в «топотушки» непонятные. Он, конечно, Светлый, но это же не делает его идиотом? Он всё же старше и опытнее. Нет, ей нужно показать, что она тут самая умная. И в туннеле подземного хода, когда Дамиан рассказал о том, чем могла закончиться встреча с призраком, ведь перетрусила. А вслух: «Давай передохнем», устала бежать, типа. Когда Джетта собралась его защищать перед скопищем болванов, которым ножик для овощей доверять не стоит – порежутся, он чуть вслух не рассмеялся. Девушка упорно вела себя, как Светлый оловянный солдатик из детской сказки. И ради какой, спрашивается, призрачной цели столько отчаянных, но бесполезных усилий? Кому и что она пытается доказать?

Тем не менее Дамиан должен был признать, что соображала девчонка отлично. Это же нужно было придумать такое! Но ее тяги к риску и гулянию по острию кинжала он не одобрял – не бабье это дело. Впрочем, еще большее неодобрение в нем вызывало демонстративное поведение в отношении Джетты со стороны Паладина. Что бы между ними ни было, вести себя так с женщиной непозволительно.

Особенно когда Дамиан уже считает ее своей законной добычей.

На этом моменте размышления Аквилеро были прерваны приглашением снять оружие (вот он, опыт – сын ошибок) и пройти в кабинет. Светлый смотрел в лицо тому, кто стал причиной смерти девушки, виновной лишь в том, что была в него влюблена. Никаких следов моральных страданий. Остатки былой красоты слегка расплылись. Во взгляде сквозило самодовольство, смешанное с брезгливостью. У дель Пьёро тоже проскакивало подобное выражение, но оно сглаживалось врожденной аристократичностью. У Главы ничего подобного не было.

– Кто вы и чем я могу быть вам полезен? – спросил он.

– Меня зовут Альберто Ортис, – в целях безопасности его настоящее имя было решено не озвучивать. – И я хотел просить вас об одолжении. Не безвозмездно, разумеется.

– Внимательно слушаю, – на лице Главы проскользнуло выражение легкой заинтересованности.

– Я здесь ради известного артефакта.

– Тоже гоняетесь за Жезлом Силы? – на губах подонка мелькнула презрительная ухмылка.

– А что, он тоже существует?!

– Насколько я знаю, это сказки. То есть вы не приятель того психа, что являлся в Ратушу?

– Вы про дель Пьёро? Это отдельный разговор. Упомянутый вами негодяй оскорбил женщину, которую я считаю своей. – Чем больше правды во лжи, тем меньше шанс в ней запутаться. – И он за это поплатится. Собственно, дель Пьёро – еще одна причина, по которой я вынужден к вам обратиться. Понимаете, нам стало известно, что в коллекции сеньора Бьёрена хранится Рубиновый Глаз, святыня Двухцветного. Мне было поручено ее получить и доставить в храм.

– Не слишком-то вы похожи на святошу, – хмыкнул Глава.

Дамиан молча обнажил плечо. Собеседник подошел поближе, внимательно разглядел знак, после чего кивнул, предлагая продолжить рассказ.

– Но эти сведения откуда-то дошли до дель Пьёро, и теперь он предпринимает упорные попытки получить артефакт.

– Да, мне докладывали о том, что наглеца несколько раз видели возле мастерской ювелира, – согласился Глава.

– Этого нельзя допустить. Поэтому я хочу попросить вас выступить посредником в покупке уникального артефакта.

В наступившей тишине было слышно, как гремят в голове хозяина города костяшки счетов, складывая потенциальные доходы. Когда он озвучил сумму за свои услуги, Дамиан остолбенел. Но потом вспомнил, что средства на оплату услуг Главы было решено взять из его же тайника.

– Договорились. Только прошу вас, если можно, не затягивайте решение вопроса. Как бы Светлый не опередил вас.

Глава не ответил ничего, но по заигравшим на скулах монтекрименца желвакам Дамиан понял, что его провокация сработала.

Откланявшись, Аквилеро вышел. Эту часть задания он выполнил. Теперь, по возвращении на постоялый двор, ему предстояло нарисовать план дома.

До новолуния оставалось два дня.

* * *

Следующим утром вряд ли кто-то обратил внимание на невзрачную седовласую торговку, которая прислонилась передохнуть у каменной стены дома напротив лавки Бьёрена. Зато пролетевшего на коне темноволосого седока заметили многие, поскольку сам он никого не замечал и мчал напролом. Однако возмущенные вопли стихли практически сразу. Из ближайшей таверны появился богато разряженный Светлый. Тот самый, о котором в Монте-Кримене даже ленивый язык почесал. Ансельмо дель Пьёро направился в лавку гнома. Никто из зевак не связал двух наглецов. Кроме Джетты, наряженной небогатой пожилой торговкой. Дамиан своим феерическим появлением подал сигнал, что Глава вышел из дома. Чтобы сцена была разыграна как по нотам, не хватало небольшого штриха. И этот штрих должна была нанести невзрачная женщина, примостившаяся отдохнуть аккурат напротив окон личного кабинета Винсенте Бьёрена. Спустя пару минут эти окна распахнулись, и любой желающий с улицы мог видеть, как Светлый о чем-то увлеченно говорит гному, а гном кивает. Жаль, что слышать они ничего не могли. Хотя очень хотели. На лицах горожан так и читалась досада. Но Джетту предмет разговора не интересовал. Стоило вдалеке появиться Главе и кавалькаде его сопровождающих, воровка «отклеилась» от стены и шаркающей походкой направилась навстречу. Краем глаза она убедилась, что Сельмо заметил ее маневр. Спустя шагов двадцать у торговки «вступила спина», и Темная со стонами опять прижалась к дому. Просто так, из чистого любопытства. Планировалось, что встреча «звезд» состоится в дверях лавки, но дель Пьёро выскочил чуть раньше времени. К счастью, он сориентировался и, насвистывая, прошел мимо Главы с сопровождающими мордами, даже не взглянув в их сторону. Если бы Глава Монте-Кримена был магом, на месте Паладина сейчас дымилась бы горстка пепла, а стены ближайших домов снесло бы взрывной волной. К счастью, Темный был всего лишь человеком. Поэтому лишь покраснел. Но так, что Джетта испугалась, не случится ли у него удар. Это было бы совсем некстати. Нет, подонок оказался сильнее удара, в том числе – удара по самолюбию. Глава вошел в лавку. Горожане сосредоточились под ее окнами в ожидании представления, внезапно обнаружив массу важных дел и необсужденных тем. Шоу не заставило себя ждать.

– …Значит, ты предпочитаешь торговать со Светлым, который выставил на смех Сенат Монте-Кримена?! – раздавался из распахнутых окон личного кабинета ювелира раскатистый бас Главы города.

– Подозреваю, ему не пришлось слишком стараться, – несся в ответ ехидный голос гнома.

– На что ты намекаешь?

– Сам догадаешься, коли не полный дурак. И не тебе указывать, кому и что я должен продавать! – разорялся ювелир. – Монте-Кримен – вольный город, а не твоя вотчина. А то, что ты просишь, я вообще никому отдавать не собираюсь!

– Ты лжешь! Мне известно, что ты там задумал за спиной городских властей!

– А мне – неизвестно. Ну-ка, потешь старика, расскажи.

– Безмозглый коротышка, ты еще пожалеешь!

– Пшел вон из моего дома, пока я не приказал тебя отсюда выставить!

Следом раздался грохот захлопываемой двери. Еще через несколько минут красный, как вареный рак, Глава стремительно вышел из дверей ювелирной лавочки.

Отлично разыграно, удовлетворенно отметила Джетта, старческой походкой покидая место происшествия. Уложились ровнёшенько к новолунию.

7. Во имя справедливости

Стоило солнцу спрятаться за каменные стены Монте-Кримена, к небольшой хижине, что неподалеку от Южной Караульни, подошли двое мужчин. Ничего не выдавало в них Светлых. Разве что по мощной фигуре наблюдательный горожанин мог бы опознать среди них Ансельмо дель Пьёро. Но жители воровской столицы Империи были не только наблюдательны, но и благоразумны. Кто в здравом уме будет заглядываться на вооруженных до зубов головорезов, даже если один из них слегка смахивает на самую одиозную личность месяца? В ночь новолуния, в одном из самых неблагополучных районов города… Увольте. Поэтому Светлые спокойно добрались до хижины и открыли замок сделанным по слепку ключом. По подземному ходу они без труда добрались до Ратуши и открыли тайник Главы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Джетта.

Прозвище: «Золотая ручка»

Возраст: 24 года.

Специализация: Воровка.

Вероисповедание: Темная.

Семейное положение: не в положении.

Социальный статус: Сирота. Выросла в приюте при монастыре Девы Ночи.

Воплощение Темных добродетелей: изворотлива, находчива и по праву считается одним из лучших специалистов Гильдии Воров.

2

Ансельмо дель Пьёро.

Прозвище: «Паладин».

Возраст: 28 лет.

Специализация: Воин.

Вероисповедание: Светлый.

Семейное положение: не дождетесь.

Социальный статус: аристократ.

Богат и знатен. Образован и напорист. Верен слову и долгу, как положено истинному Светлому. На дух не выносит Темных. Говорят, там темная история…

3

Чиро Хонрадо.

Прозвище: «Слон».

Возраст: 36 лет.

Специализация: Наемник-телохранитель.

Вероисповедание: Темный.

Семейное положение: подумывает.

Социальный статус: бродяга, живущий от контракта до контракта.

Опытный наемник с массой связей и знакомств чуть ли не по всей Империи и хитрохвост, каких поискать.

4

Дамиан Аквилеро.

Прозвище: «Пусик».

Возраст: 32 года.

Специализация: Воин-разведчик.

Вероисповедание: Светлый.

Семейное положение: а зачем?

Социальный статус: дворянин, младший сын из обедневшего рода.

В воинской среде известен как отличный следопыт и непревзойденный фехтовальщик. Среди остальных – как сердцеед и просто бабник. Натура утонченная и склонная к философии.

5

Águila – орел.

6

inmaculada – непорочная.

7

Стилет – кинжал с узким, граненым лезвием, появился еще в раннем средневековье. Использовался как мужчинами, так и женщинами. Благодаря тонкости лезвия легко прятался в одежде. В некоторых городах ношение стилетов было запрещено.

8

Орендольх – средневековый испанский кинжал, обычно без гарды, но на конце рукояти имел два расходящихся под углом диска, образующих «ушки». Нередко использовался как богатый аксессуар. В силу фаллического облика, орендольх иногда носился мужчинами между ног. В бою использовался для блокирования клинка противника.