- -
- 100%
- +
– Нет!.. Нет! – сипела Маша, силясь разжать пальцы Анны, сдавливающие ее горло. – Не слушай ее! Ты… Ты не такой!
– Ручку, Трюкач! – потребовала Анна, протягивая к Ване щупальца.
– Нет! – твердо сказал Ваня. – Отпусти ее, быстро. Я друзей в беде не бросаю!
– Хорошо, – прошипело существо, отпуская Машу.
Та бегом бросилась к Ване и прижалась к нему.
– Тогда последнее предложение, – продолжила Анна, – я верну девчонку домой невредимой, а ты останешься с нами и войдешь в настоящую сказку великим правителем. Как тебе предложение? Ты отдашь мне ручку и сразу получишь место на троне. Решайся! Такое предложение бывает раз в жизни, Вань! Фею мы не тронем. Сам найдешь ей достойное место в новой иерархии.
Ваня колебался.
– Нет, Ваня, нет! Не соглашайся! Ты не такой, как они! – Маша трясла его, но он пристально смотрел на Анну.
– Мне нужны гарантии!
– Твоя главная гарантия – твой темный эйдос! Ты – часть нас! Дай же мне сына! – Анна вновь протянула щупальца к ручке.
– Вань! – крикнула Маша. – Она тебя обманывает! Посмотри на небо!
Тем временем на небе взошла яркая луна. Ваня неожиданно увидел в очертаниях далекого рельефа светила знакомые черты: Семен!
Он в недоумении уставился на дверную ручку в своей руке.
– Тетя Анна, – он с подозрением посмотрел на чудище, – что же у меня в руках?
– Семе-е-е-н!!! Спа-а-а-си нас! – кричала Маша Луне, не отпуская руку Вани. – На по-о-о-о-мощь!
Черты лица на поверхности Луны проступили яснее. Глаза Семена теперь смотрели прямо на ребят. Его брови удивленно вскинулись вверх. Светило стало медленно приближаться, постепенно увеличиваясь в размерах.
– Семен! Сыночек! – Анна потянула к нему щупальца. – Вот ты где!
Семен, не обращая на нее внимания, продолжал рассматривать ребят.
Неожиданно бархатистый голос в теплом дуновении, как далекий раскат грома, спросил:
– Вы как сюда попали, ребята? – Луна скосила глаза на ручку двери, зажатую в кулаке Вани. – И как к вам попал Жезл Раздора?
– Это я их отыскала, сынок! – заверещала Анна. – Сказала, чтобы они отдали мне жезл. Это же опасная вещь, не для детских рук.
Луна с досадой посмотрела на чудище.
– Все еще пытаешься построить свою жизнь на обмане и изменах, мама?
Анна злобно зашипела и отползла в тень.
– Помоги нам, Семен! – попросила Маша.
Луна грустно вздохнула.
– Я не смогу вам помочь напрямую. В этом мире я – лишь светило. Я освещаю путь всем в равной степени: и героям, и негодяям. Мне не положено вмешиваться в конфликты. Но я расскажу вам правду о том, что здесь происходит, отвечу на все ваши вопросы и обрисую возможности. А вы уже решите, как использовать полученные знания. Итак, что вы хотите знать?
– Как нам вернуться домой? Что за штука у меня в руках? Правдив ли рассказ о сущностях и параллельном мире? – закричали наперебой ребята.
– Слушайте внимательно, – мягкий голос раздавался уже где-то совсем близко, – параллельный мир существовал с момента создания вашего мира. Никто из людей о нем не знал и знать не должен был.
В параллельном мире все жили в согласии. Конфликтов не существовало. Однако несколько десятков лет назад среди людей в вашем мире родился гениальный ребенок по имени Леша. Он быстрее других детей научился говорить, читать и писать. Ему было не интересно общаться с менее интеллектуально развитыми сверстниками, зато он страстно любил книги и увлекался наукой. Еще в детском саду ему дали кличку «Леший» за нелюдимость и самодостаточность.
Леший быстро учился наукам и довольно рано стал выдающимся физиком. Особенно его увлекала наука об атмосфере, метеорология. Ученого сильно интересовало происхождение молний, особенно в верхних слоях атмосферы – синих джетов, спрайтов, эльфов.
Он долго и фанатично изучал эти явления со своей напарницей, которая на тот момент была одаренной студенткой, пишущей диссертацию на тему уникальных природных аномалий. Они неделями ждали редких природных явлений для фиксации их особенностей и характеристик. Вскоре исследователи вместе переехали в сельскую местность, где грозы были интенсивнее. Ученые много времени проводили вдвоем, и, спустя несколько месяцев, Леший понял, что любит свою напарницу. Однако та, страстно увлеченная наукой, оставалась к нему равнодушной.
Во время одной из сильных гроз Леший ушел на замеры параметров импульсного электромагнитного излучения молниевых явлений. Его помощница осталась дома разрабатывать виртуальную модель этого исследования. В дом, где она работала ударила молния и постройка загорелась. Из пожара напарницу Лешего спас Савелий, земная форма моего отца. Он принес ее к себе и выходил. Девушку звали Анна.
Расположение дома Савелия в самой высокой точке поселка было идеальным для наблюдений за природой. Студентка решила остаться с ним и не возвращаться к Лешему, который успел утомить ее неловкими и непонятными ей ухаживаниями. Леший не оставил своих попыток добиться расположения девушки и начал преследовать ее, куда бы она ни пошла. Тогда Анна, чтобы отвязаться от навязчивого ученого, предложила Савелию жениться на ней. Она была уверена, что Леший испугается докучать супруге сильного, грубого селянина, которого опасался весь поселок, и оставит ее в покое. Савелий не возражал. Студентка была молодой, смелой и умной. Кроме того, это была первая девушка, которая спокойно общалась с ним, не боясь его суровой внешности. Они поженились, и вскоре Анна стала матерью моей земной формы.
– Так вот почему Анна сказала, что не любила мужа, – Маша покачала головой. – Он был нужен ей лишь как инструмент, способный уберечь от ухаживаний Лешего.
– А как это воспринял Леший? – поинтересовался Ваня.
– Узнав о замужестве своей помощницы, ученый пришел в ярость, – в голосе Луны послышалась досада. – Леший поклялся отомстить Савелию за похищение своей возлюбленной. Он оставил попытки добиться возвращения своей напарницы и углубился в науку.
Все то время Леший работал над управлением молниями и вскоре достиг определенных успехов. Он сумел создать некий сплав, который формировал вокруг себя атмосферный фронт. Материал мог менять температуру и плотность конкретного участка атмосферы, изменять давление в заданной точке пространства, образуя некую зону, в которой сходятся воздушные массы с абсолютно разными свойствами. Благодаря столкновению таких разных атмосферных фронтов и образуется молния. Постепенно Леший научился вызывать на земле редкую верхнеатмосферную молнию – «синий джет». Путем многих экспериментов он обнаружил у нее особое свойство: все предметы, в которые попадал вызванный при помощи созданного сплава «синий джет», бесследно исчезали. Леший выковал из этого материала жезл, который ты сейчас держишь в руке…
Ваня удивленно взглянул на дверную ручку, которую зажал в кулаке.
– …Да-да, – продолжил эйдос Семена, – именно этот Жезл, благодаря материалу своего корпуса, способен разделять пространство на атмосферные фронты и провоцировать на их границах появление молнии. Мы называем его «Жезл Раздора». Видимо, негодяй замаскировал его под ручку двери, но тебе удалось его отыскать.
– А как же Жезл оказался тут, в совершенном мире? – поинтересовалась Маша.
– Однажды в ходе очередного эксперимента Леший вызвал «синий джет» слишком близко от себя, и молния попала ему в плечо. Ученый пропал из вашего мира и оказался вместе с Жезлом здесь, как и все исчезнувшие ранее при попадании синей молнии предметы. В совершенном мире он приобрел внешность древоподобного исполина, олицетворения природной силы. За схожесть с могучим растением эйдосы прозвали его Листвень. Сам исследователь видоизменился, но все его чувства и обиды сохранились.
Здесь он увидел совершенные сущности людей. Тоскуя по возлюбленной и желая поквитаться с земной формой моего отца за украденную любовь, Листвень вытащил из вашего мира с помощью синей молнии Анну. Но та вновь отвергла ученого. Женщина пыталась найти тут эйдос Савелия, чтобы просить у него защиты, но ее собственная сущность, моя мать Спруша, – Луна сердито взглянула в угол, где укрылось чудище, – опасаясь конкуренции, задушила ее до того, как Анна смогла увидеться с моим отцом.
После этих событий Листвень решил добиваться любви моей матери. Мой отец, Священник совершенного мира, как мог старался сохранить семью. Мать же, как и ее земная форма, не любила мужа, и это давало Лиственю надежду.
Чтобы окончательно поквитаться с отцом и добиться расположения Спруши, Листвень развязал первый в истории совершенного мира конфликт. Он обвинил моего отца в потворстве светлым существам.
– Как это? – удивился Ваня.
Луна тяжело вздохнула.
– Отец, углубившись в изучение мироздания, обратил внимание, что часть сущностей мира эйдосов получала благородную внешность, а кто-то становился чудовищем, как моя мать. Священник достаточно убедительно доказал связь подобного явления с земными помыслами и утверждал, что добрые цели воплощены в светлой внешности, а алчные – в темной. Тяжелая, полная ревности жизнь в браке со Спрушей лишь подтверждала его выводы. Листвень выступил против данной теории, назвав утверждение отца пристрастным и несправедливым по отношению к темным сущностям. Он быстро нашел сторонников среди темных эйдосов и, собрав несколько агрессивных отрядов, неожиданно напал на поддержавшие теорию Священника светлые сущности. Этим поступком Листвень разжег масштабную войну.
Несмотря на жестокость и коварство темных существ, количество светлых эйдосов было больше. Все-таки не зря говорится, что «мир не без добрых людей». Будучи в меньшинстве, темные никак не могли одержать верх. Тогда Листвень решил воспользоваться Жезлом Раздора, чтобы пополнить свою армию. Его идея состояла в том, чтобы призвать в совершенный мир максимальное количество негодяев из вашего мира, которые ради наживы без колебаний выберут темную сторону.
Умом понимая, что теория моего отца верна и темные сущности совершенного мира действительно имеют порочные земные формы, Листвень с помощью синей молнии призывал негодяев в совершенный мир, ориентируясь на «темноту» их эйдосов. Здесь он сулил призванным «легионерам» свободу мародерства и обогащения, а также почет и власть, в случае победы темных.
– Так вот как я попал сюда! – догадался Ваня. – Раз Трюкач на темной стороне, значит можно смело звать в армию тьмы его земную форму, то есть меня… Мы ведь с Машей действительно видели синюю молнию, она ударила мне под ноги! Но вот эйдос Маши же на стороне света? Как тогда Маша сюда попала?
– Вы соприкасались во время удара молнии? – поинтересовался Семен.
– Да, – вспомнила девочка, – мы бежали домой, держась за руки.
– Это все объясняет, – вздохнул Семен. – Человеческое тело – это проводник, пусть и не самый лучший. Разряд молнии – это электрический разряд, который по вашим сцепленным рукам, как по электропроводу, передался от одного к другому и практически в равной степени воздействовал на ваши тела. Так что Маша оказалась здесь случайно. Листвень планировал призвать лишь Ваню – земную форму союзника Трюкача, а благодаря природе электричества, не желая того, призвал форму светлой феи – Машу. И вот вы здесь! Внешность вы, похоже, сохранили прежнюю, однако, судя по всему, стали взрослее.
– Это мы и сами заметили, а как нам теперь вернуться домой в прежнее состояние? – спросил собеседника Ваня.
– Полагаю, это возможно с помощью Жезла Раздора, – Семен сосредоточенно посмотрел на дверную ручку в руках мальчика. – Я наблюдал, как Листвень иногда пропадал из совершенного мира на несколько дней. Перед этим он всегда долго стоял на Крыльце и беспокойно перемещал что-то под полами плаща. Думаю, ученый активировал Жезл. Все новые земные формы, как правило, всегда появлялись на площадке, называемой Крыльцом. Думаю, как раз с Крыльца можно вернуться.
– А как активировать Жезл? – спросил Ваня. Он озадаченно вертел в ладонях ручку.
Неожиданно Жезл выскользнул у него из рук и упал на каменные плиты. Маша ахнула и кинулась поднимать его. Тут из темного угла комнаты с громким шипением выскочила Спруша. Она протянула все шесть щупальцев к Жезлу. Они с Машей одновременно схватили дверную ручку.
– Пусти-и, чудовище! – взвизгнула Маша.
– Ты проиграла, детка, – Спруша, продолжая тянуть четырьмя щупальцами Жезл, двумя другими схватила Машу за горло. – Уродство темной стороны имеет свои преимущества!
– Пусти ее, – крикнул Ваня. Он огляделся, пытаясь найти способ спасти подругу.
Тут в свете Луны он увидел лежащий на плитах отколовшийся от стены кусок каменной породы, размером с крупный персик. Ваня, разбивший булыжниками соседям в деревне не одно окно, подхватил с пола этот метательный снаряд и с размаху кинул его в голову Спруши. Камень со свистом рассек воздух и угодил прямо в лоб страшилищу. Оно закричало странным дребезжащим голосом и закрыло лицо руками. Хватка щупальцев, держащих Жезл Раздора, ослабла.
Ваня помог Маше высвободиться из все еще держащих ее за горло конечностей. Затем он вырвал у стонущей от боли и досады Спруши Жезл и, схватив подругу за руку, потащил ее вниз по лестнице обратно к Крыльцу.
Луна ярко освещала им путь. Ребята, не оглядываясь, сбежали два пролета вниз по лестнице, как вдруг услышали за собой голос чудища:
– Вам не выбраться, маленькие негодяи! Ты сделал неправильный выбор, Вань, и будешь наказан!
На ребят упала тень, как будто кто-то заслонил Луну. Ваня взглянул вверх.
Спрыгнув прямо со стены и пролетев два пролета, Спруша тяжело приземлилась сразу на все восемь конечностей у них за спиной. Теперь она медленно растирала ушибленные щупальца.
– Жезл! Быстро! – потребовало чудище. – Попробуете сбежать еще раз – умрете медленно и мучительно!
– Разобью! – Ваня вновь угрожающе поднял Жезл Раздора над головой.
Спруша хрипло засмеялась.
– Давай, Вань! Разбей единственную вещь, способную вернуть вас домой!
Ваня беспомощно посмотрел на Машу.
– Бежим! – взвизгнула та и потянула за собой Ваню к проходу в крепостной стене.
В нос ударил аромат мятных пряников.
«О нет…» – промелькнуло в голове у Вани.
В тот же миг в проходе показалась статная фигура эйдоса Вани, Трюкача.
«Пропали! – Маша обреченно смотрела на темную сущность своего друга. – Как же он все-таки внешне похож на Ваню…»
Трюкач медленно развернулся в сторону ребят. Его глаза торжествующе сверкали красным отсветом. Челюсти эйдоса медленно пережевывали мятный пряник. В одной руке Трюкач держал пистолет с длинным, как школьная указка, стволом. Второй рукой он достал из кармана новый пряник.
Ребята замерли. Трюкач медленно поднял ствол пистолета и направил его прямо Ване в лоб. Сзади шумно приближалась Спруша.
– Попались, голубчики! – шипела она на бегу. – Молодец, Трюкач! – чудище остановилось на расстояние пяти метров позади Маши и Вани. – Только дверную ручку в кулаке пацана не повреди!
Трюкач молча кивнул, затем переместил ствол чуть левее и спустил курок.
Ваня зажмурился. Раздался оглушительный выстрел. Пуля просвистела у самого уха мальчика. Позади ребят грузно шлепнулось простреленное навылет бездыханное тело Спруши.
Ваня с Машей удивленно уставились на Трюкача. Тот поднял руку к своему лицу и вытащил из одного глаза линзу. Под ней его глаз был небесно-голубым. Эйдос подмигнул ребятам и вставил линзу обратно. Затем галантным жестом Трюкач пригласил их следовать дальше.
– Я знала, что ты хороший, Вань, и твоя сущность не может быть темной! – радостно воскликнула Маша. – Вот это настоящий трюк, Трюкач! Всех обманул, даже Лиственя!
Эйдос поклонился.
– Бежим! Быстрее! Спасибо, Трюкач! – Ваня поволок восхищенную Машу дальше по коридору.
Когда ребята пробегали мимо Трюкача, тот сунул свой мятный пряник в руку Ване.
– Спасибо, – Ваня остановился и чувственно пожал своему эйдосу изящную руку, – я горжусь, что моя совершенная сущность именно ты!
Трюкач еще раз поклонился. Ребята побежали дальше.
– Прощайте, друзья! – донесся сверху глубокий голос Луны-Семена. – Дальше в светлых коридорах крепости мой свет вам не нужен. Вы теперь знаете все, что надо! Если вам удастся вернуться, присмотрите в вашем мире за моей земной формой. Уверен, что он добрый парень, – добавила Луна задумчиво, – даже если является таким же нейтральным наблюдателем, как я…
– Спасибо, Семен! – крикнули ему ребята. – Обязательно присмотрим!
Они нырнули в лабиринт коридоров.
– Ты помнишь, как нам добраться до Крыльца? – спросила Маша друга на бегу.
– По-моему, мы движемся в верном направлении, – ответил запыхавшийся Ваня. – Вон комната, где Листвень нас запер, когда умчался на сражение. Дальше длинный коридор.
– Точно! – кивнула Маша. – Значит мы уже недалеко!
Ребята пробежали еще метров триста и увидели Крыльцо. Ту самую площадку, где они первый раз ступили на землю мира эйдосов.
На Крыльце спиной к ребятам стоял рослый мужчина в темно-фиолетовом плаще. Ваня жестом приказал Маше остановиться. Они замерли метрах в пятидесяти от Крыльца и молча разглядывали незнакомца. Волнистые волосы густыми прядями ниспадали ему на широкие плечи.
Высоко под сводами Крыльца гремел голос Лиственя. Ребята прислушались.
– …У нас мало времени, Лидар, – продолжал раздаваться эхом голос, – присоединись ко мне! Мы вдвоем сокрушим светлых и установим свою власть в совершенном мире!
Человек в фиолетовом плаще медленно повернулся и встал к ребятам в профиль. В руках он держал трость с тяжелым набалдашником в виде головы обезьяны, увенчанной зубчатой короной.
– Смотри, – шепнул Ваня подруге, – у него же синие глаза!
Маша тихо кивнула и медленно потащила Ваню укрыться за крупный камень, который вывалился из стены во время осады крепости противником.
– Почему я должен присоединяться к такому трусу как ты, Листвень? – раздался низкий скрипучий голос незнакомца. – Ты даже боишься выйти ко мне и поговорить лицом к лицу!
– Ты должен быть на моей стороне, потому что ты мой эйдос, Лидар! – вновь раскатился под сводами голос Лиственя. – Тебе следует поддержать свою земную форму! Ведь когда власть тут будет у нас, мы вторгнемся дальше в земной мир и захватим и его! Я стану править там, а тебе отдам здешний трон в единоличное правление! Ты станешь владыкой совершенного мира, Лидар! Только ты!
Незнакомец медленно повернулся еще на четверть оборота в сторону ребят, внимательно осматривая стены Крыльца и сводчатый потолок.
Ваня выглянул из-за камня и у него похолодело в груди. Второй глаз Лидара был красный. Иван взглянул на подругу. Ее бледное от испуга лицо сигнализировало, что девочка тоже увидела эту странность мужчины.
Тот вновь повернулся и встал к ребятам другой стороной. Теперь ребята видели лишь красный глаз Лидара.
– Где же ты, моя земная форма?! – низкий голос эйдоса стал насмешливым. – Ты столько искал встречи со мной, чтобы сейчас прятаться самому? Выйди же ко мне. Я тебя не трону.
– Нет… Будем сотрудничать на расстоянии. Меня ты, может быть, и не тронешь, – в голосе Лиственя слышались нотки настороженности. – Но я слышал, ты мечтаешь заполучить мой Жезл Раздора! Знай же! Он спрятан надежно, и никому его не найти!
– Мне не нужен твой Жезл, Листвень! Только ты по-прежнему считаешь, что атмосферное электричество – это самый могущественный раздел физики. Ты, как и раньше, заблуждаешься в том, что ученый, постигший секреты атмосферной физики, способен взять всю власть в свои руки!
– Но это так, Лидар! Бессмысленно отрицать очевидное! До сих пор не найден предел силы тока или напряжения при ударе молнии. Возможности природного электричества по сути безграничны. Кто овладеет его секретами – станет непобедимым!
– Ты ничтожная форма! Послушай, что скажет твоя совершенная сущность, – в голосе Лидара звучали железные нотки. – Самый могущественный раздел физики – это нелинейная оптика! Самое совершенное и точное оружие – лазерное. Твои молнии без природы, температуры, воздушных масс – ничто!..
– …Ошибаешься, эйдос! – попытался прервать свою совершенную сущность Листвень. – А ты не думал…
– …Запомни, форма! – продолжил Лидар, повысив голос. – Физика, как наука, призвана служить созданию новых полезных физических явлений! Новых! А те явления, что и так есть в природе, наука лишь эксплуатирует, разгоняя их до требуемой мощи. Для этого и были изобретены различные ускорители частиц! Ученому нельзя уповать на стихию! Зависимость от природы истинный физик должен свести до минимума! Поэтому и придумали лазерную физику! Лазерное излучение распространяется практически в любых условиях. Лазерный луч способен резать, сжигать и в атмосфере, и в вакууме. Природа тут не нужна! Смотри же, Листвень, на работу истинного оружия, созданного чистой наукой!
Лидар поднял над головой свою трость. Глаза увенчивающей ее обезьяньей головы с зубчатой короной загорелись красным. Из трости ударил лазерный луч и моментально срезал верхушку камня, за которым прятались ребята. Отрезанный кусок гулко рухнул на гранитные плиты пола. Ребята распластались на земле, прячась за остатками камня.
– Вот, Листвень, – усмехнулся Лидар. – Физика – наука точная. Она не любит зависеть от обстоятельств.
– Да что ты можешь знать о науке в своем совершенном мире?! – голос Лиственя дрожал от негодования. – А истинную силу природы ты, похоже, вообще никогда не видел, Лидар. У тебя искаженное понимание о физике! Физик не может отделять науку от природы. Он должен изучить ее явления и научиться правильно использовать их. Даже полностью искусственно выведенные материи и технологии все равно работают по законам природы и зависят от постоянно меняющихся окружающих условий! Физика – наука не точная!
– Ты что несешь? – прорычал Лидар. – Ты хоть осознаешь…
– …Твоя нелинейная оптика, – продолжил Листвень, заводясь, – лишь разогнанная малая часть обычных природных явлений, и ничего принципиально нового этой наукой создано не было. Я же принес в ваш мир эйдосов лишь одну стихию, но даже ее мне достаточно, чтобы показать любой совершенной форме, где ее место.
– Ахаха, давай! Где твоя хваленая синяя молния, зазнайка? – с вызовом спросил Лидар.
– Жезл Раздора, способный вызывать синий джет, я оставлю в качестве козыря на крайний случай. А здесь я покажу тебе силу обычной боевой молнии. Смотри же!
Ребята вдруг почувствовали, как подул холодный ветер. Затем он стал теплым и, наконец, знойным. Стало душно. Неожиданно у Маши и Вани над головами раздался треск. В срезанную лазером верхушку камня, лежащую неподалеку от ребят, ударила ослепительно-белая молния. Яркая вспышка заставила ребят зажмурить глаза. Когда они открыли их, на месте той каменной породы осталась мелкая россыпь песка и пепла.
Наступила тишина, в которой одиноко раздавались ритмичные хлопки Лидара. Он не спеша аплодировал и внимательно осматривал своими разноцветными глазами стены и сводчатый пололок Крыльца.
– Впечатляет, – наконец произнес эйдос. – Молнию я видел, а вот гром мог бы быть и пораскатистее.
С этими словами он вновь поднял трость, и лазерный луч ударил в сводчатый потолок. Резким круговым движением Лидар вырезал лазером кусок потолочной поверхности, который с грохотом вывалился на каменный пол. Вместе с ним с хриплым криком упал на Крыльцо, прятавшийся за вырезанной частью свода Листвень.
Едва коснувшись пола, ученый вскочил на ноги и выставил перед собой массивный жезл, который увенчивала металлическая голова быка. Между полированных рогов животного, потрескивая, проскакивал электрический заряд.
– Не приближайся, Лидар! Или следующая молния ударит в тебя! – крикнул Листвень.
– Убери свою палку, землянин, и покажи мне истинный Жезл Раздора, способный вызвать хваленую синюю молнию, – голос Лидара звучал угрожающе.
– Ты никогда не заполучишь его, – процедил ученый. – Материал Жезла Раздора не будет служить твоим оптическим экспериментам!
– Жезл! – требовательно повторил Лидар и двинулся в направлении Лиственя.
Ваня подмигнул Маше. Ребята по очереди выглядывали из-за камня, с любопытством наблюдая за конфликтом земной формы ученого с собственным эйдосом.
– Сейчас Лидар его прикончит!
– Нет! – замотала головой Маша. – Листвень сильнее! Смотри, опять дует ветер…
И в самом деле новый холодный порыв ветра заставил волосы детей шевелиться. Затем его резко сменил жаркий зной. Раздался треск, громче предыдущего, и из-под сводов потолка в Лидара ударила ослепительно-яркая молния, озарив Крыльцо белым светом. Запахло паленой резиной.
Лидар исступленно зарычал.
– Ээээ-рррррр-ээээ, – он встряхнул слегка обуглившимися волосами, от которых поднималась темная дымка. – Как же щекотно! Ахахаха!
Листвень в изумлении смотрел то на противника, то на свой жезл.
– А ты надеялся, что твоя «пукалка» убьет меня? – Лидар злорадно улыбнулся. – Говорил я тебе, что физика – точная наука! Наполненный диэлектриком гель для волос и резиновые сапоги! И все твое электричество бессильно!