Новогодний дозор, или В каждой избушке свои погремушки «сказочная история для детей и взрослых»

Аля встала, умылась у старенького бабушкиного умывальника с громыхающим пестиком вместо крана, вскипятила чайник и уселась завтракать. Её одолевали противоречивые мысли. Что делать дальше? Возвращаться в город или остаться здесь? На работу ещё нескоро– праздники длинные. Можно не торопиться и спокойно отдохнуть от городской суеты, свежим воздухом надышаться, у настоящей печки насидеться, да и подумать не спеша есть о чём.

Вдруг Алю как током ударило – родители! Они ведь уверены, что она в городе, в гостях у Дениса, своего парня. Но ведь сегодня уже второе, а она им ни разу не позвонила. В новогоднюю ночь ей было не до того, да и не хотелось их расстраивать, а изобразить праздничное настроение у неё вряд ли бы получилось. А вчера столько всяких событий и волнений на неё свалилось, что она совсем забыла о своих дочерних обязанностях. Алевтина бросилась к своей сумочке, долго рылась в ней. Наконец телефон был извлечён на свет божий, но его экран был тёмен и равнодушен к любым манипуляциям– он безнадежно сел. Аля вытряхнула всё содержимое своей сумочки на стол, почти молясь про себя, чтобы зарядка была в ней! Но молитвы не помогли. Среди множества вещей и пустяшных мелочей, совершенно необходимых девушке, зарядки для телефона не оказалось. Аля бессильно опустилась на стул и даже застонала тихонько от отчаяния. Она уже второй день не выходит на связь и телефон отключился. Значит скорее всего её уже ищут и очень волнуются. Надо срочно что-то делать!

Алевтина кинулась к вешалке. Сапожки на каблуке, шубка по колено, на голове беретик. Застегнув последнюю пуговицу на шубе, она услышала возмущенное мяуканье со стороны окна. Васька слегка отодвинул лапой занавеску и, как будто, кивал головой за окно. Мол, посмотри, что там творится, а ты в сапожках и беретике, неразумная. Это тебе не город с расчищенными тротуарами.

– А ведь ты прав, дружок. В таком виде я далеко не уйду – и ноги отморожу и каблуки переломаю.

Кот, довольный, что ему удалось донести разумную мысль до новой хозяйки, успокоился и заурчал. А Алевтина бросилась к шкафу искать что-нибудь подходящее в бабушкином гардеробе.

Через несколько минут были обнаружены изрядно поношенные, но очень мягкие и теплые валенки, пуховый, ручной вязки платок и почти не ношенное длинное пальто-пуховик с капюшоном. Это пальто только в прошлом году её родители подарили бабушке, и оно выглядело даже модно. Всё это великолепие село на Алю как влитое. Хорошо, что они с бабушкой оказались одного размера и роста. Только вот нафталиновый запах, въевшийся в вещи, сильно бил в нос.

Аля закончила осматривать себя в зеркале и повеселев, даже подмигнула, наблюдавшему за ней, Ваське.

В сенях было темно. Боясь налететь на какое-нибудь препятствие, Аля, немного подумав, вернулась в дом и взяла свечку. При её неверном свете, сени показались сказочной пещерой. Деревянные кадки превратились в сундуки с сокровищами, вилы и грабли, стоявшие у стены, стали рогами невиданных животных. В углах что-то шуршало и поскрипывало. Аля даже оробела немного. Шнур с лампочкой без абажура висел совсем недалеко от двери, но даже этапарашагов далась ей не без труда. Наконец её рука дотянулась до лампочки, Аля её слегка повернула, и яркий свет озарил самые обыкновенные, немного захламлённые деревенские сени. Первое препятствие пройдено, можно двигаться дальше.

Алевтина распахнула дверь на улицу. Резкий порыв ветра, словно поджидая её, тут же швырнул в лицо хорошую пригоршню колючих снежинок. Ступеньки совсем замело. От тропинки, ведущей к крыльцу, не осталось и следа, её сравняло с сугробами так, как будто её никогда и не было. Но делать было нечего – надо идти.

Дом, в котором жила соседка Таня, был совсем недалеко. Но и это небольшое расстояние оказалось для Али испытанием. Идти приходилось почти на ощупь. Мело так, что трудно было открыть глаза, а дышать приходилось через варежку. В широкие голенища валенок набивался снег и ноги стали совсем мокрыми. Но Аля мужественно двигалась вперед.

Подойдя уже совсем близко к дому, она заметила в окне женщину. Даже несмотря на метель, Алевтина сумела разглядеть её лицо. Это была мать Татьяны. Почему-то её глаза были неестественно круглыми, а рот приоткрыт в немом возгласе. Она мелко и часто крестилась. Но Але некогда было размышлять над странным поведением женщины. Она торопливо пробежала последние несколько метров и с облегчением захлопнула со собой входную дверь.

– Доброе утро, – бодро поздоровалась она, оказавшись в просторной, жарко натопленной избе.

Татьянина мама, так и стоявшая у окна, медленно повернулась. Её глаза ещё больше округлились.

– Алевтина, ты? – еле слышно прошептала она.

– Да, я.

Женщина вдруг как-то вся обмякла, закатила глаза и рухнула на пол как подкошенная. Грохот получился изрядный. На него из кухни и выскочила Татьяна.

– Мама! Что с тобой? – она подхватила её голову. – Что с ней случилось? Почему она упала? – испуганно обратилась она уже к Алевтине.

– Не знаю. Я зашла, поздоровалась. Она меня увидела, назвала по имени и тут же упала в оброк.

– И всё?

– Всё. Постой! Она ещё из окна на меня как-то странно смотрела и крестилась почему-то.

Татьяна сбегала на кухню и через секунду вернулась с чашкой холодной воды. Набрав в рот побольше жидкости, она прицелилась и с силой выдула её мелкими брызгами прямо в лицо матери. Получилось эффектно и действенно. Женщина поморщилась и слабо простонала:

– Таня, я сейчас видела… – она приоткрыла глаза и взгляд её упал прямо на Алевтину. – Ааааа-а, – и она снова потеряла сознание.

– Что-то я не пойму, это она тебе так обрадовалась, что аж чувств лишилась?

На шум появился Танин отец:

– Что тут происходит? – громыхнул он басом. – Почему моя жена на полу валяется? Да ещё и мокрая вся?

Тут он заметил мнущуюся у дверей Алю:

– Здрасьти. А вы кто же будете? – поинтересовался он.

– Это Алевтина наша… Степановна. Воскресла никак! – раздалось с пола еле внятно.

– Что она шепчет? Какая Степановна? Соседка наша, что ли?

– Да, я ваша соседка. Только я не Алевтина Степановна, а Алевтина Сергеевна, внучка Алевтины Степановны.

– Постой, не части. Толком объясняй. Кто такая? Откуда взялась? И зачем к нам явилась?

Аля вздохнула и очень медленно и членораздельно произнесла:

– Я Смирнова Алевтина Сергеевна. Внучка вашей соседки Смирновой Алевтины Степановны. Приехала на каникулы. Обнаружила, что забыла зарядку для телефона и пришла к вам взаймы её попросить или у вас «подзарядиться» – домой позвонить очень надо.

– Так ты не Степановна? – голос Таниной мамы стал чуть бодрее.

– Нет, конечно. Говорю же, я её внучка.

– А как похожа-то! И одета как она. – Мама уже сидела на полу, взгляд её стал уже почти осмысленным. – Я выглянула в окно – смотрю идёт. Соседка, значит, наша идёт, Алевтина Степановна. Идёт и земли ногами не касается. Ну, думаю, не иначе за кем-то явилась, раз решила так явственно показаться. А раз мне показалась, значит за мной и идёт – пришёл мой смертный час.

– Ты ерунду-то всякую поменьше мели, – забасил отец. И хватит по полу ползать. Поднимайся, да гостью встреть по-человечески.

– Ой, как похожа, как похожа. – продолжала причитать Танина мама. Однако, с пола поднялась, утерла мокрое лицо рукавом халата и на всякий случай ещё раз перекрестилась.

Пока заряжался телефон, Аля познакомилась с родителями Тани, Зоей Ильиничной и Федором Михайловичем, и ещё раз рассказала историю о том, почему одна приехала встречать новый год в бабушкин дом в деревню. Танин отец солидно помалкивал, а мама все охала и причитала, при этом ловко накрывая стол к чаю.

Вдруг к завываниям метели за окном добавился ещё один глухой и монотонный звук.

– Кому это в такую погоду на тракторе кататься приспичило? – выглянул за занавеску Федор Михайлович.

– Наверное, наш Коленька дорогу расчистить решил, – предположила Зоя Ильинична, – какой трудолюбивый мальчик, все празднуют, а он поработать решил, людям добро сделать.

– Может быть и трудолюбивый, да не больно умный. Кто же снег чистит, когда метель только началась и кончаться не собирается? Завтра чистить надо будет, когда отметёт, – подал голос Федор Михайлович.

– Не наговаривай на моего Колю, – возмутилась Татьяна. – Мы когда от Али домой шли, ему кто-то позвонил. Он сказал, что возникло срочное дело и можно хорошо подзаработать.

– Какое дело? Снег с места на место гонять? И какой дурак ему за это платить станет? – резонно поинтересовался Федор Михайлович.

– Он не сказал, убежал сразу. – Татьяна почти обиделась за своего жениха.

Тем временем звук работающего мотора все приближался и уже звучал не монотонно, а разложился на два тона и звучал почти аккордно. Все – и Аля и Татьяна и оба её родителя – с любопытством прильнули к окну.

«А в деревне посмотреть на проезжающий трактор – настоящее развлечение», – сделала неожиданное для себя открытие Алевтина.

Из густой пелены снега появился ярко красный новенький трактор. Он натужно ревел и дымил, а через минуту группа наблюдателей увидела, что он не один. За собой на тросе трактор тащил тоже натужно ревущий и дымящий автомобиль. Автомобиль хоть и претендовал на гордое звание «внедорожник», но деревенские свеженькие сугробы были ему «не по зубам», то есть не по колёсам. Он беспомощно мотался за кормой у трактора, пробуксовывал и каждую секунду норовил зарыться носом в сугроб. Когда автодуэт поравнялся с домом, Алевтина вскрикнула:

– Это же Денис! – В водителе внедорожника она с удивлением узнала своего несостоявшегося жениха.

– Какой ещё Денис? И почему он на тракторе катается? – недовольно пробурчал Федор Михайлович

– Он не на тракторе, он в машине сидит. Только откуда у него машина? И откуда здесь он сам?

Трактор дотащил машину до Алиного дома и остановился.

– Простите, я должна идти. – Аля быстро оделась, схватила телефон и выскочила на улицу.

Она опять оказалась в метельной карусели, но, запахнув поплотнее пуховик, быстро побежала к дому.

Начерпав полные валенки снега, в сбившемся с головы платке, через несколько минут она ввалилась в свои сени. Николай и Денис ещё топтались между кадками и вилами и стряхивали снег с плеч.

– Аля!

– Денис! Как ты тут оказался? Как меня нашёл?

– Слава богу! С тобой все в порядке! – Денис кинулся к Але.

– Конечно в порядке. Что со мной могло случиться? – Аля сначала всей душой рванувшаяся к своему жениху, но вспомнив почему она тут и твёрдо отстранила от себя Дениса.

– Что? Что случилось? Почему ты сюда сбежала? Я ждал тебя встречать Новый год! – Денис в самом деле был сильно взволнован.

– Давай войдем в дом и спокойно поговорим, – строго сказала Алевтина.

Аля перешагнула порог, Денис последовал за ней, а следом и Николай оказался в тепло натопленной комнате. Когда хлопнула дверь Алевтина и Денис с удивлением обернулись – захваченные своими эмоциями, они совершенно забыли о Николае. А он как будто и не собирался никуда уходить, стянул шапку и уже хотел снимать валенки. Удивленные взгляды парочки он заметил, но это его не остановило:

– Согреться-то дадите или на мороз выгоните спасителя? Кроме того, мне кто-то тут денег заплатить обещал. – Он разделся и уверенно протопал к столу. – Хозяйка, чайку-то нальешь для сугреву?

– Денег… Да-да, конечно. – Денис начал рыться в карманах. – Простите, Николай, у меня только банковская карта, у вас есть в деревне банкомат?

– Ну-у, начинается. Всегда с вами с городскими проблемы. Банкомат только в райцентре, в деревне он нам без надобности.

– Тогда переводом. Какой у вас номер телефона?

– Номер телефона? Опять мимо. Телефон у меня старой модели, кнопочный. Так что, принимаем только наличные.

– Аленька, – повернулся он к Алевтине, – одолжи мне немного наличных, у меня с собой нет.

– Выходит в гости к девушке едем, спасателей вызываем, а в кармане ни шиша. Хорош, однако, жених.

– Он мне не жених. – У Али на глаза навернулись слезы.

– Ещё лучше! Я тут вместо того, чтобы со своей невестой праздник праздновать, по метели на общественном тракторе сугробы перемешиваю, а он – не пойми кто, да ещё и с пустыми карманами. – Николай на глазах терял веселость и уже смотрел на Дениса с суровостью.

Аля только растерянно переводила взгляд с одного на другого.

* * *

– Фомич, ситуация накаляется. – Мышь с домовым, как обычно наблюдали за происходящим из-под кровати. Васисуалий забился на своё излюблинное место под буфетом. – Вмешиваться будем?

– Обождем пока. Ещё не известно, что это за субъект к нашей хозяйке прибыл и как она себя поведет. Но сдается мне, что это тот самый, из-за которого она сюда и сбежала. И чувствую я, что добра от него не жди – гнильцой от него веет.

– Точно! Это парень её городской! Не скажу, что я большой знаток мужчин, – глубокомысленно заявила я, – но мне кажется, что он тот ещё тип.

– С чего такие выводы?

– Вспомни, что про него Аля рассказывала. Её в гости позвал, а сам с другой миловался, а ведь она его женихом считала.

– Но ведь примчался сюда в такую пургу.

– Примчался. Только вот зачем?

– А вот это мы и должны выяснить.

* * *

– Аленька, давай поговорим спокойно, – Денис кинул косой взгляд на развалившегося на стуле Николая, – без свидетелей.

– Мне скрывать нечего. А вот у тебя, похоже, секреты имеются и, скажу прямо, именно из-за них я сюда и уехала.

– Что ты имеешь ввиду?

– Я видела тебя с ней, вернее слышала. Я шла к тебе, не захотела ждать лифт и пошла по лестнице, а там… Там ты с ней целовался.

Для Дениса такое заявление явно стало неожиданностью. Он сделался задумчив и растерянно двинулся к двери. Со стороны могло показаться, что он собирается уйти и из дома, и от неудобного вопроса. Но, постояв немного у косяка, он решительно снял куртку, скинул ботинки и уже совершенно с другим выражением лица повернулся к Але.

– Милая, я все объясню. Это моя коллега, она приносила мне документы и это был просто поцелуй благодарности за услугу.

– Боже, как банально, – Покачала головой Аля.

– Я тебя не обманываю! – Денис уже совсем взял себя в руки.

– А документы были тебе абсолютно необходимы именно в новогоднюю ночь?

– Любимая, ты же знаешь мою работу. Меня могли дернуть в любой момент, и я должен быть всегда готов.

– Слышь, пионер, и кем же ты работаешь? – вклинился в разговор Николай. Он вёл себя уже совсем по-хозяйски: сходил на кухню, поставил чайник. Теперь он сидел за столом, шелестя карамельными обертками. В рот уже отправилась вторая конфета.

– Я риэлтор. – гордо расправил плечи Денис. – У меня много состоятельных клиентов и они могут в любой момент захотеть посмотреть какой-нибудь из объектов. Поэтому… А, собственно, ваше какое дело?

– Интересуюсь, какая такая работа у жениха в большом городе, что он у невесты денег просит, чтобы за тягач расплатиться.

– Я же сказал, что всё оплачу.

– Да? И когда же? У нас, братан, так не делается. Оказали тебе услугу, вытащили из сугроба, по твоей слёзной просьбе, между прочим, – будь добр расплатись за труды, а не корми обещаниями. Или у вас в городе не так делают?

– У нас в городе морду бьют тем, кто не в свое дело лезет. – Денис уже начал входить в раж и угрожающе двинулся в сторону Николая.

Тот невозмутимо продолжал жевать карамельку.

– Стоп! Хватит! – Аля схватила свою сумочку, достала несколько купюр. – Николай, возьми деньги и уходи, пожалуйста.

– Э нет. Гусары у дам денег не берут. Так, между прочим, твоя бабушка меня учила. – Николай поднялся из-за стола. –А халявщиков и врунов учить надо.

– Не ты ли меня учить собрался? – Денис вплотную придвинулся к Николаю и злобно засверкал глазами, в пылу гнева, не замечая, что почти на голову ниже его.

– Я ли, я ли. – невозмутимо ответил Николай и сильно боднул Дениса в голову.

Денис удивленно вытаращил глаза и рухнул на пол, как подкошенный.

– Господи, что ты наделал!? – Алевтина бросилась к поверженному Денису и принялась ощупывать его голову. На лбу у него начал наливаться большущий синяк.

Николай сел обратно за стол, как ни в чём не бывало.

– Хлипкий у тебя жених, – сокрушенно покачал он головой, – а хорохорится как большой.

– Он, вообще-то, восточными единоборствами занимается. – вступилась за пострадавшего Аля.

– Да? – удивленно поднял бровь Николай. – А так-то и не скажешь. Ну ладно, в себя придёт – посмотрим, какой он борец.

* * *

– Один ноль в пользу наших. – домовой выглядел чрезвычайно довольным.

– Фомич, чему ты радуешься? Ты же слышал, Аля сказала, что Денис восточными единоборствами занимается, сейчас очнётся и наваляет нашим по первое число.

– Сегодня уже второе, так что опоздал он малость. А что такое восточные единоборства?

– Точно не скажу, но звучит забористо. Судя по названию, он один борется за восточную сторону.

– А-а… ну тогда не страшно. Ему одному нашего Николашу не одолеть, тем более куда-то за сторону.

– И всё же не спокойно мне, Фомич. Пора брать инициативу в свои руки, а то эти борцы дров наломают, не расхлебаем потом. Давай Ваську опять к делу подключать.

– Боюсь, что он не согласится, колбасы-то больше нет, а за здорово живешь он в драку ввязываться не станет.

* * *

На полу возникло шевеление. Денис перевернулся на живот и пополз в сторону стола. Через секунду раздался страшный вопль, а следом отборная брань.

Оказалось, Денис дополз до ноги Николая и вцепился в неё зубами. Николай матерился, пытаясь стряхнуть обидчика, и что было мочи пинал второй ногой Дениса куда попало. В виду немалой длины ног попадал он в разные места и даже в весьма удаленные, так что Денису приходилось не сладко. Он извивался, пытаясь увернуться, но упорно грыз вражескую ногу.

* * *

«Так вот что такое восточные единоборства»– подумала мышь. Её мышиное сердечко не выдержало подобного зрелища и она, недолго думая, рванула через всю комнату под буфет, где отсиживался равнодушный ко всему кот Васька.

Он даже не смотрел в сторону дерущихся и спокойно вылизывал свой хвост. Появление под буфетом мыши заставило его прервать увлекательное занятие, он плотоядно облизнулся и с удивлением уставился на неё.

– Что смотришь? Неужели тебе всё равно, что они сейчас перегрызут друг друга? – пропищала мышь.

– А тебе не всё равно? – в кошачьих глазах явно читались мысли о еде, а не о том, что происходило в комнате.

– Васенька, ну сделай что-нибудь. Я знаю, ты можешь, – запела она сладким голосом, на который только была способна. А у самой все поджилки затряслись от Васькиного взгляда.

– Я тебе не Васенька, а Васисуалий, – гордо ответствовал кот. – Запомни раз и навсегда. Я не терплю фамильярностей, да ещё от мышей.

– Ой, ну прости меня. Я и не знала, что у тебя такое красивое имя, даже не слыхала никогда такого.

– Васисуалий, значит, царственный. Понятно?

– Конечно, Васисуалий. Какое чудесное имя! Уверена, оно запомнится на долгие годы своими великими делами, – Взгляд вредного кота немного потеплел, и мышь продолжила заливаться, даже перейдя на «вы». – Уважаемый Васисуалий, не могли бы вы вмешаться и помочь Николаю, он ведь, насколько мне известно, ваш спаситель. Не будете ли вы так любезны отплатить ему добром с присущей вам царской щедростью?

Сама мышь не была уверена, что именно Николая следует спасать, но за чужака и вовсе никто не вступится, а драку надо было срочно прекращать, а то, не ровен час, до смертоубийства дойдёт, уж больно горячи женихи оказались.

– Так уж и спаситель, – фыркнул Васька. – Всякими объедками кормил и дальше курятника не пускал, а я, между прочим, кот благородных кровей.

– О! Ну благородные крови сразу видно, – решила подыграть она. – Каких же, позвольте поинтересоваться?

– Сибирских! Вот каких, – Васька аж раздулся от важности.

Однако время поджимало.

– Васисуалий, сделайте же что-нибудь! – Уже взмолилась мышь.

Возня и крики в комнате только усиливались.

– А мне что за это? – кот прищурил жёлтый глаз.

– Колбаса, сыр, курица – всё, что душа пожелает.

– А ещё я мышей люблю, – заявил наглый котяра, явно намекая.

– Васисуалий, я, конечно, глубоко уважаю ваши вкусы, но согласитесь, тогда это будет одноразовая трапеза, а я вам предлагаю долгосрочный контракт.

Васька с сомнением посмотрел на мышь, потом на дерущихся, немного покрутил усами и принял правильное решение: регулярное питание куда лучше одноразового перекуса.

Он вытянулся в струнку на стартовой позиции и, утробно рыкнув, ринулся в бой. Одним прыжком он оказался на спине у Дениса и принялся неистово кусать его и драть когтями свитер. Денис завопил и, наконец, расцепил зубы на ноге Николая. Тот не замедлил этим воспользоваться, вскочил, схватил за шиворот Дениса вместе с оставшимся висеть на спине котом, и вмазал ему, то есть Денису, кулаком в нос. Денис опять оказался на полу, прижав собой Васисуалия. Теперь Денис затих, зато во всё горло заблажил придавленный им кот.

– Прекратите! Прекратите же, наконец! – закричала Алевтина, с трудом перекрывая кошачий визг. – Вы оба! Вы оба знаете кто? – По её лицу было видно, что ей очень хочется назвать парней не совсем лицеприятным определением, но хорошее воспитание всё же пересилило. Она резко развернулась, бросилась к двери, моментально впрыгнула в валенки и, уже на ходу натягивая пуховик, выбежала на улицу. Дверь осталась распахнутой настежь.

Всё ещё 2-е января

Аля бежала по сугробам, глотая слёзы и таявшие на губах снежинки. На улице уже стемнело. Фонари горели где-то на другом конце улицы. В потёмках и в метели Аля чуть не налетела на трактор, уже ставший больше похожим на огромный сугроб. Она неловко шагнула в сторону, валенок увяз в сугробе и никак не хотел вылезать обратно, Аля принялась дергать ногой, пытаясь вытащить валенок, но все усилия были напрасны. Валенок остался в глубине сугроба, а одна нога голой. Нервы окончательно сдали, Алевтина завалилась на снег и зарыдала во весь голос.

В таком состоянии её и обнаружила подруга Татьяна.

– Божечки мои, Алевтина! Ты чего же это тут в снегу валяешься, как собака бездомная, да ещё и босая?

– Валенок потеряла, – заливалась слезами Аля.

– И всего-то? Не рыдай, сейчас я его отыщу. – Татьяна нырнула в сугроб, порылась там, раскидывая во все стороны комья снега, и вскоре вынырнула с валенком.

– Надевай и не реви. – протянула она обувку подруге.

Аля надела валенок, но продолжала сидеть на снегу и плакать. Татьяна озадаченно смотрела на подругу.

– Что-то тут не так. Давай, Алевтина, рассказывай, что у тебя приключилось?

Аля нервно всхлипывала и что-то невнятно бормотала сквозь слёзы. Но Татьяна ничего не могла разобрать через завывания метели и Алины всхлипы.

– Так, подружка, вставай и пошли домой – там всё и расскажешь. – Она подхватила Алю под руку и легко выдернула из сугроба.

– Таня, пойдем, пожалуйста, к тебе. Я сейчас домой не хочу.

– Что так? Жених своим явлением не порадовал?

– Они там с Николаем дерутся. Не могу это видеть.

– Та-ак, – протянула Таня. – А я-то думаю, куда он опять запропал. Ладно, давай я тебя к нам провожу и пойду с ними разберусь.

Отведя Алевтину в родительский дом и передав её с рук на руки всполошившейся Зое Ильиничне, Татьяна решительно двинулась обратно в Алину избушку. Дверь в неё так и была распахнута после бегства хозяйки, у порога уже намело приличный сугробчик. Внутри было тихо. «Неужто поубивали друг друга?» – ёкнуло Танино сердце. Готовясь увидеть страшное, Татьяна застала почти идиллическую картину.

Денис и Николай сидели за столом. И не просто сидели, а в обнимку, и тихо и почти нежно пели «под крылом самолета…».У обоих одежда на спинах была разорвана в клочья. У Николая лоскуты ткани висели не только на спине, но и одна из штанин была изрядно разодрана, а у Дениса бахрому из шерстяных ниток свитера дополнял живописный синяк почти во весь лоб величиной и окровавленный нос. Появление Татьяны они не заметили.

Таня поплотнее прикрыла дверь, привалилась к косяку и скрестила руки на груди.

– Кх-кх. – Постаралась привлечь к себе внимание она. Но это не помогло, парни продолжали выводить свои рулады. – Голуби мои! – добавила громкости Татьяна.

Наконец она была услышана, певуны замолчали и дружно повернули к ней головы.

– Танечка, это ты! – радостно просиял Николай. – Познакомься, Денис, это Таня – невеста моя. Таня, а это Денис – мой новый друг.

Денис вскочил со стула и попытался изобразить гусарский поклон с щелканьем каблуками, но потерял равновесие и неуклюже плюхнулся обратно. Понаблюдав за телодвижениями новоиспеченного друга, Николай решил, что надежнее оставаться на стуле.