Булгаков в нашем театре

Входит Режиссер.

РЕЖИССЕР. Какие люди! Вадик! Смотри-ка, как загорел, ковбой! О чем это вы тут шепчетесь, всё о пище?..

ДРАМАТУРГ. Да… Вадик был тут в нашем буфете, хотел ланч заказать, да ничего для себя выбрать не смог, говорит опять одно «гэ».

БЕСПАЛЬЦЕВ. Артур Владиленович, приветствую, вот буквально на минутку заскочил предупредить.

РЕЖИССЕР. Да-да, мне уже передали. Вадим, ну ты держи нас в курсе, когда появишься, мы же только на тебя ставку и делаем!

БЕСПАЛЬЦЕВ. Через пару недель – полностью в вашем распоряжении. Вот сам не ожидал, что они меня и сегодня дёрнут. Специально сам заехал, чтоб не теряли.

РЕЖИССЕР. Ну полчасика-то есть? Тогда хотя бы на примерку загляни, чтобы уже точно все было готово.

ДРАМАТУРГ. Пойдемте, пойдемте, там еще в бухгалтерию вас, Вадим Витальевич, просили зайти, аванс и документы подписать.

БЕСПАЛЬЦЕВ. Аванс – это хорошо. Это своевременно! Извините, что подвёл, через две недели – как штык.

Режиссер, Драматург и Вадим Беспальцев уходят. На сцене некоторое время пусто, за кулисами слышны голоса.

ГОЛОС БЕЛЬВЕДЕРСКОЙ. Кого я вижу! Вадик! Снова убегаешь? Ты у нас какой-то прямо неуловимый! Наслышаны-наслышаны!..

ГОЛОС БЕСПАЛЬЦЕВА. Сильва Георгиевна! Недавно, кстати, как раз с мамой Вас вспоминали…

ГОЛОС БЕЛЬВЕДЕРСКОЙ. Непременно передавай мой привет Марии Владимировне! Скажи, Сильва Георгиевна всё вспоминает, как мы с ней и с тобой маленьким ездили в санаторий «Актер» в Ялту… Как её здоровье? Я ей как-нибудь позвоню, надо пошептаться…

ГОЛОС БЕСПАЛЬЦЕВА. Спасибо, обязательно передам! Как ваша нога?..

Голоса стихают. Входят Виктория, Леонора и Зинаида.

ЛЕОНОРА. Нет и прикинь, она мне ещё говорит: «Это вульгарно!» Вульгарно! Что значит, вульгарно? Вот ты объясни мне, что такое вульгарно… Вон Олешко-Ожевская, сто лет в обед, а рекламу с ней из каждого утюга крутят. Типа «Морщинки. Отеки. Поплывший каркас лица. Ваша молодость закончилась. Продлевать будете?» И типа «только благодаря клинике «Ночная Валькирия» я до сих пор играю в театре… Красную Шапочку». Или Дюймовочку… Или кого она там сейчас играет? «Только обратившись в клинику на Огарёва вы обретёте желанные…» Э-э-э… Ты, кстати, не в курсе, что там у них на Ограрёва? Никто из твоих не был? Что за клиника? Мне про неё Аллка все уши прожужжала. Я хотела все-таки губы и круговую ещё раз попробовать. Но они же, заразы, могут и не взять! Скажут: «У вас и так столько всего было понаделано, вы не боитесь?» А я ничего не боюсь! Знаешь, «я уколов не боюсь, если надо уколюсь…» Если лететь, так только вперёд. «Я чайка! Чайка!»

ВИКТОРИЯ. Можно я скажу? Можете мне не поверить, но я в свои годы с удовольствием смотрю на себя в зеркало! Потому что моя бабушка… Была счастьем моего детства…

Леонора и Зинаида замолкают на полуслове, и как будто впервые замечают Викторию. Смотрят на нее с интересом.

ЛЕОНОРА. Хм… Это что-то новенькое…

ВИКТОРИЯ. Лето в деревне, пирожки из печи, молоко от коровы Звёздочки… Походы с бабулей в лес за грибами и ягодами, рыбалка, сенокос. Мы вместе пряли шерсть… До сих пор храню бабушкино веретено… Валяли валенки, вязали, шили. А теперь я вижу в зеркале те же милые морщинки, как у бабули… Я знаю, какой должна быть бабушка для внуков, чтобы они были счастливы… Но… Если бы рядом была живая душа, было бы не так тяжело… Но… Будем исходить из того, что есть. В общем, девочки, я поняла, что важнее внутренняя гармония и любовь. Как-то так.

Зинаида и Леонора некоторое время потрясенно молчат, округлив глаза.

ЛЕОНОРА. Ну спасибочки тебе, подруга! Потрясающе! Выступила… Какие внуки? Мы тут вообще о чём? Ну ты-то, может, да… А мне что делать? Сорокез на носу, а подходящей партии не предвидится. Куда бежать, где искать? А ты о каких-то гипотетических внуках…

ЗИНАИДА. Леонорик, не надо, не начинай…

ЛЕОНОРА. Не все ж такие просветлённые! Знаешь, мы ещё не достигли такого уровня дзена, как некоторые…

ЗИНАИДА (морщится). Ой, девочки, перестаньте… Давайте жить дружно. Вик… Лен…

ВИКТОРИЯ. Ничего, нормально. Я уже отрастила броню… А по поводу… Всегда вспоминаю великолепного Алена Делона, когда на совет сделать пластику, он ответил: «Себя не обманешь, а людей насмешишь!»

ЛЕОНОРА. Ну и пожалуйста! Смейтесь надо мною…

ЗИНАИДА. Тише, тише… Вон, Вадик приехал, кажется, слышу его голос. Сейчас прискачет сюда.

ЛЕОНОРА. Явился, не запылился! Наш Ален Делон отечественного разлива…

ЗИНАИДА. Кстати, ты видела его уже? Почти не изменился, хорошо выглядит…

ЛЕОНОРА. Да с чего ему плохо выглядеть? Ни семьи, ни детей, никаких тебе обязательств. Мамочка его всю жизнь обхаживает: «Сыночка, сыночка, продолжатель актерской династии!» Тьфу, смотреть неприятно!

ЗИНАИДА. Давайте хоть при нём не будем, а то опять начнет…

ЛЕОНОРА. Да пусть он только вякнет… (поясняет Виктории). Обычно он любит высказаться в стиле: «куры раскудахтались». Сейчас мы ему кровь-то и свернём… (Решительно направляется за кулисы).

ЗИНАИДА. Стой, стой! Не надо! (Виктории). Сейчас она на нем оторвётся… Не обращай на неё внимание. Ох уж эта Леонора! Вечно ляпнет что-нибудь, не подумав. Она у нас как Эллочка Людоедка! Съест, косточки выплюнет и не подавится. Не слушай её. Помнишь, одно время она просто обожала носить платья, «отороченные кошкой», чтобы пустить этой «кошкой» пыль в глаза? Наверно, душа просила "ответить Вандербильдихе"… Ну кошмар же!

Приближающиеся было голоса, удаляются. Зинаида с опаской смотрит за кулисы. Леонора победно возвращается, вертя на пальце чей-то парик.

ЗИНАИДА. Ну и где? И где наш незабвенный Вадик? Надеюсь, это не его скальп?

ЛЕОНОРА. Ага, зубами сняла… Нет никого. Но голос точно его был.

ЗИНАИДА. Да и шут с ним. А слышали, Богохульцев ставит "Мою золотую тёщу"?

ЛЕОНОРА. Да? Заманчиво, заманчиво…

ЗИНАИДА. Они уже скоро начнут кастинг, планируется сезона на два.

ЛЕОНОРА. Думаешь, у нас есть шансы?

ЗИНАИДА. А почему бы и нет? Ну тебе, наверно, неактуально тёщ-то… Ещё Красных Шапочек, как ты говоришь, вовсю предлагают. А кое-кто типа меня начинает входить в пору, когда уже светят роли подобных героинь…

ЛЕОНОРА (с тоской). Да опять возьмут какую-нибудь, простигосподи, Бельведерскую…

ДЕЙСТВИЕ 1 сцена 3

Входят Режиссер и Драматург.

РЕЖИССЕР. Вадим уехал, у него вечером спектакль, начнем репетировать без него. Кстати, где Гера? Сейчас он нам очень будет нужен.

ГЕЛЯ. Он за реквизитом должен был ехать, сейчас я его посмотрю.

Геля заглядывает за кулису, выходит с помощником режиссера Герой.

РЕЖИССЕР. Ну наконец-то, явился! Хоть кто-то здесь. Сегодня проходим сцену: «Первая встреча», когда писатель приводит Любу в квартиру на Большую Садовую. В сцене с Булгаковым, «переполох в коридоре», сам он нам особенно и не нужен. Сейчас подойдёт Бельведерская, а пока артиста на роль писателя на площадке нет, я попрошу нашего Геру, помощника режиссера, помочь пройти эту сцену.

РЕЖИССЕР (Гере, вкрадчиво). Мы, Гера, тебе дадим сценарий, будешь стоять в коридоре и читать с листа. Можем даже одежду дать, чтоб ты лучше… Так сказать, вжился, в образ…

ПОМРЕЖ. Но я же не…

ДРАМАТУРГ (ласково). Надо, Гера, надо!

РЕЖИССЕР. В принципе участие героя номинальное. Так, Герман, вот текст; будешь за Булгакова. Что ты так смотришь? Кто у нас в ГИТИСЕ учился? Вспомнишь молодость, актерские этюды и всё такое…

ПОМРЕЖ (смущаясь и умоляюще глядя на Гелю). Хорошо, хорошо… Как скажете, я попробую, но такая ответственность…

РЕЖИССЕР. Да тебе и играть ничего не придется, прочитаешь с листа за дверью, пройдёшь пару раз, потом встанешь тут в дверном проёме, и всё.

ПОМРЕЖ. Ну я, конечно, попробую… Постараюсь…

РЕЖИССЕР. Вот и ладненько! Геля, дай ему текст, или лучше расскрепи его, дай листочки с его словами, пусть учит.

ДРАМАТУРГ. Может, ему шляпу дать?