Дышать без неё

– Как ты? – спросил быстро подплывший к ней Андрей, а она закатывалась от смеха.

– Я так счастлива! Мне так хорошо с тобой. Спасибо, дорогой, что привез меня сюда.

– Ты сейчас съязвила?

– Почему ты так решил?

– Не верю твоим словам.

– Как так?

– Мне кажется, ты это говоришь, чтобы мне сделать приятное!

– А если даже и так, разве любовь это не прощает? Если мне хочется, чтоб человек, который мне дорог, испытывал положительные эмоции, это запрещается?

– Но ведь если постоянно так делать, ты потеряешь себя. Ты перестанешь слышать и понимать, что нравится в первую очередь тебе.

– Поверь мне, не перестану. К тому же ты зря сомневаешься в правдивости моих слов. Мне реально нравится то, что сейчас происходит. Тело, конечно, уже болит, и я представляю, что будет завтра, но это все такие мелочи. Я в восторге от этого приключения. – И она поцеловала его, растворив соль океана теплом своих губ.

– Милая, ты лучшее, что случилось со мной. Спасибо тебе за каждую секунду вместе.

– Голубки, хватит болтать! – крикнул им Мигель. – Скоро закончится время урока, а я нарасхват здесь!

– Как нескромно! – возмутилась София.

– Зато по-честному! А я так понял, вы это не цените?!

– Погнали наперегонки! – предложил Андрей.

– Ты будешь соревноваться с девушкой? – поинтересовалась она, только его след простыл.

И вновь волна сначала била, кусала и обжигала, а затем несла к берегу, даря крылья свободы и ощущение полета. Понятно, что чаще они падали в воды Индийского океана, чем покоряли его. Но это было все же так увлекательно, словно взял и плеснул на свою жизнь яркую краску. Побитые волнами и вдохновленные ими же, быстро приняв душ, они собрались на эту уникальную Унаватуну.

– Зачем нам туда ехать?

– Ты же хотела полежать на песочке!

– Мне на сегодня моря уже хватило!

– Ты шутишь? – не успокаивался Андрей. – Это ведь один из самых лучших пляжей мира!

Так он ее туда и заманил, а потом же сам первый и стал плеваться от увиденного. Им нравилось одно и то же: буйство природы, непокорность стихии, высота гор. И это радовало. Ведь сложнее было б, когда одному нравится, а другому нет. «Хотя и такое бывает, и это нормально! – искренне считала она. – Но куда приятнее, когда реальность нарисована одной рукой». Она боялась верить в это, но, похоже, это был именно их случай.

– Смотри, – показала она Андрею на лестницу в конце Унаватуны справа, если стоять к воде лицом. – Она уходит вверх. Похоже, там храм!

– Думаешь? Хотя они здесь повсюду. Пойдем глянем.

– Давай! – согласилась София.

На верху горы их действительно ждал Будда. И, что очень радовало, рядом с ним не было никого. То ли туристы уже привыкли к большому количеству статуй этого божества, то ли, доказывая себе, что плавают на «самом лучшем пляже» мира, не желали поднимать голову из воды и смотреть вокруг. Храм был одинок и не сильно ухожен, местами так вообще запущен. Однако величественная статуя Будды на вершины горы производила впечатление.

– Я хочу ее нарисовать! – сказала София.

– Когда?

– Прямо сейчас!

– Чем?

– Красками.

– Откуда они у тебя?

– Ты не заметил? Я взяла с собой планшет с чистыми листами и красками. Ведь ты же вез меня на «лучший пляж», – съязвила она.

– Удивляюсь тебе!

– А я удивляюсь этим местам и их красоте. Здесь почти на каждом сантиметре хочется разложить чистый лист и рисовать, рисовать, рисовать. Так много красивого, уникального и впечатляющего собрано на этом островке. Даже если б здесь не добывали драгоценные камни в таком большом количестве, он все равно бы стал для меня алмазом в моем ожерелье путешествий. Я влюблена в него.

– А я думал, в меня, – нахмурился Андрей.

– Тебя я вообще обожаю. Ты привез меня сюда.

– Дорогая, вообще-то я прилетел за тобой.

– Хватит все портить! Раз так, то мечты о тебе привезли меня сюда. Доволен? А после материализовался и ты!

– Вот как это теперь называется! – рассмеялся он.

– А то! – улыбнулась она. – Мне нужно часа полтора на картину. Погуляешь?

– Зачем? Я буду сидеть рядом и смотреть, как рождается шедевр.

– Милый, это очень скучно.

– Мне с тобой скучно не бывает, – подмигнул ей Андрей, однако уже минут через десять заерзал на месте.

– Ну, и кто был прав? – засмеялась София. – Ладно, иди, я не обижаюсь.

– Идти-то особо некуда!

– Пообедай. Внизу я видела кафешку.

– Без тебя не хочу.

– Искупайся тогда!

– Шутишь? Боюсь, меня примут за черепаху и начнут фоткать. Там даже нет места, где я могу свободно раскинуть руки в воде.

– Ну, тогда просто погуляй!

– Ладно. Я все понял. Ухожу! Пойду посмотрю, что там за Буддой.

– Там его спина! – пошутила она.

– О-хо-хо! А может, еще и хвост?! Смотри, скоро приду и все проверю. Сконцентрируйся на творчестве, моя муза!

– Проверять будешь себя в асанах, не коряво ли ты стоишь!

– О как! А язвительность не мешает художнице водить кисточкой по листу?

– Она помогает ставить на место таких вот зазнаек, как ты!

– Тише, тише. Мы с тобой вдвоем в храме, а ты ругаешься!

– Андрей Алексеевич, идите по-хорошему!

– А я по-плохому хочу!

– Ну, тогда получай! – И она нарисовала на его щеке кисточкой.

– Так! Вот, оказывается, чему учат на кафедрах архитектуры и дизайна. Будьте так любезны, София Батьковна, передать мне вон ту баночку.

– Какую?

– Вон ту-у-у. С красной краской.

– Ты же не будешь рисовать на мне?

– Почему же?

– Потому что ты мужчина!

– Кто? – И он приблизился к ней.

– Андрей, остановись! Мне еще нужны краски для картины.

– Не я начинал, – сказал он и занес палец в баночку с краской.

– Что ты делаешь? Так грубо!

– Милая, иди сюда!

– Не смей!

– Любовь моя, куда же ты побежала? Я бегаю быстрее.

– Отпусти! Кому сказала!

– Даже не мечтай! – И он притянул ее к себе.

– Отстань.

– Скоро отстану, а сейчас… – И он обхватил ее одной рукой, а другой начал рисовать на ее щеке.

– Ты получишь у меня! – выбравшись из его объятий, пригрозила ему София, но было поздно – «шедевр» уже был на ней.

– Красотка!

– Что ты нарисовал? – потянулась она к щеке, чтоб стереть его проделки.

– Догадайся! – перехватил Андрей ее руку.

– Мне не интересно. Отпусти меня!

– Тогда смотри! – И он вновь макнул палец в краску и нарисовал на своей щеке красное сердце.

– Как мило! – съехидничала она.

– Тебе нравится? У тебя то же самое.

– Ненормальный!

– Да! С тобой я ненормальный. А еще больной и сумасшедший, потому что между нами любовь. – И он прижался своей щекой к ее щеке и сделал селфи. Нарисованные сердца встретились, грань между ними стерлась.

«Все, как и в нашей истории любви», – подумала София. Чем больше они находились рядом, тем больше растворялись друг в друге. Иногда ей казалось, что они близнецы. Привычки, вкусы, спонтанные желания. Многое совпадало. Взгляды на жизнь, отношение к людям, места для будущих путешествий – как под копирку. Приоритеты одного дополняли ценности другого. И это затягивало их еще глубже друг в друга.

В итоге Андрей ушел гулять, она только настроилась на творчество, как услышала его вновь: «София, там такое!»

– Что опять случилось?

– Это не объяснить словами. Это надо видеть! Пошли.

– Куда?

– За статую Будды.

– Ты в своем уме? Я вообще-то этого самого Будду рисую. Хоть бы сказал, как тебе!

– Ой, прости! – И он посмотрел на ее картину. Она была шикарна: прорисованные мелкие и крупные детали, сочетание красок и плавность линий.

– Идеально! – резюмировал Андрей, взяв рисунок и поставив его перед статуей. – Аж скучно и придраться не к чему!

– Зачем придираться? Просто скажи, нравится или нет.

– Очень! Ты у меня талантище. – И он обнял Софию.

– Спасибо, милый. Пошли!

– Куда?

– Ты прикалываешься? Сам прибежал только что и закричал, что мне что-то там надо увидеть.

– А, точно! Я просто так был поражен красотой картины и художницей, что ее нарисовала, что выпал на мгновенье из реальности.

– Болтун впечатлительный, пошли уже! Надеюсь, там, куда ты меня приведешь, я впечатлюсь не меньше, и мой отрыв от творчества того стоит. Иначе тебе достанется!

– Каблуком от танцевальной туфли? – засмеялся он. – Ее ты тоже носишь всегда с собой?

– Ха-ха! Очень смешно!

– Давай свою руку, милая! – сказал Андрей, едва они зашли за статую.

– Куда мы идем? Там обрыв и забор!

– И что?

– Это подразумевает, что лазать туда нельзя! – сделала заключение София.

– Кто сказал?

– Андрюша, что за шутки? Мне кажется это очень опасным!

– Возможно, ты права!

– Возможно?

– Ну, хорошо! Ты права, но там нас ждет такой подарок природы. Ради него стоит нарушить правила хорошего поведения.

– Учти, мне страшно. Я полагаюсь на тебя.

– Отлично! Давай скорее свою руку.

Стоило Софии пролезть через дыру в заборе, как ее взору открылась восхитительная картина: бушующий океан разбивался о камни с такой силой, что, казалось, еще немного, и он их сломает и слижет в воду. Однако эти черные как смола глыбы не сдавались. Они уверенно принимали удар воды, крича всем своим видом, что они сильнее. Зрелище было уникальным и очень контрастным, если вспомнить о том, что буквально за левым камнем была Унаватуна – спокойнейшая бухта, где вода колыхалась лишь от ласт туристов.

– Как такое может быть практически в одной точке? – удивилась она.

– Вот и я о том же! Пойдем поближе, вон на тот камень.

– Андрей, он же висит над обрывом!

– Ага! Там такая мощь стихии, вода долетает до ног.

– Так это же высота с десяток метров!

– Да! Фонтаны воды в десять метров. Это очень круто! Это надо видеть своими глазами. Такая мощь! Такая энергия! Меня до сих пор трясет от полученных впечатлений.

– Дорогой, может, нам хватит твоих впечатлений? Давай их разделим на двоих!

– Нет! – твердо заявил он. – Я мечтаю подарить тебе эти эмоции. Хочу, чтобы ты сама пережила этот опыт. Пойдем!

– Держи меня крепко! – И она зажмурилась.

– Милая, так не получится ни идти, ни смотреть! Открой глаза.

– Тебе легко говорить, а мне жутко только от одной мысли, что там будет происходить на краю. Посмотри, даже отсюда я вижу, как океан хлещет скалы, а там, на краю – его полное безумство!

– Так давай вдохнем это вместе!

– А если нас накроет волной или снесет с обрыва?

– Вместе!

– Ты дурак? Это очень опасно.

– Софик, согласись, что жить тоже опасно. И, как говорят мудрецы, выход из этой жизни у всех один!

– Какой?

– Не догадываешься?

– Нет.

– Смерть!

– Все! Я никуда теперь точно не пойду. Твои шуточки меня достали. Если тебе наплевать на свою жизнь – пожалуйста. Это твой выбор, и я в этом не участвую.

– А как ты будешь жить дальше без меня? Как будешь просыпаться утром, зная, что меня нет? – закричал Андрей и двинулся в сторону обрыва.

Его слова окатили ее волной. И пусть она была не материальная, а энергетическая, но своей цели достигла. София каждой клеточкой своего тела на мгновенье ощутила жизнь на Земле без него. Новое утро, новый день или вечер. Все как всегда, только нет Андрея. Чем больше она думала об этом, тем сильнее голова гудела. Казалось еще немного, и она взорвется, разлетится на мелкие кусочки от этих мыслей без него.

«Это все привычка! – тут же подключился разум. – Правильно, что не пошла на обрыв. Тебе еще детей рожать, семью заводить. А этот безудержный мачо пусть сам скачет по камням, рискуя своей жизнью. Раз он к своим тридцати годам ценностей не приобрел, пусть рискует тем, что у него есть. Похоже, головы только на плечах давно нет!» – разум был доволен своей шуткой.

«Хотя, – тут же продолжил он, – у него ведь есть ты. И какая интересная картина складывается: получается, он тобой совсем не дорожит, раз так рискует! Должно быть, сейчас очень обидно от этой мысли. Моя хозяйка, неужели ему все равно, что будет дальше?! Молчишь? Понимаю тебя. Что тут скажешь, когда ответ очевиден!»

«Получается, – не успокаивался разум, – кто-то любит, а кто-то лишь играет в любовь. Мальчишка несозревший! Безответственный и упрямый. Фонтан из брызг на обрыве ему подавай. Мало ему твоего сердца на блюде. Уже хочет новых ощущений. Мозги бы лучше себе заказал по интернету или Дедушку Мороза на новый год попросил бы», – хохотал разум.

«То ли дело Фил! Вот он с самого первого дня знакомства с нами проявил себя как взрослый и ответственный человек. Ну, подумаешь, оступился немного, с кем не бывает! Кто не делал ошибок? Молодой горячий парень слегка поддался искушению. Уверен, что он исправится, – нашептывал ей разум, – или уже исправился!»

«Да что такое!» – София попыталась отбиться от мыслей из прошлого. Они кружили над ней и не улетали. Она не вспоминала о Филиппе уже больше года, и вдруг здесь, на острове, переполненном романтики, рядом с любимым, она думает о бывшем. Что смог разум такого наковырять, и с каких глубин он достал эти воспоминания? Неужели этот безрассудный поступок Андрея дал трещину на еще свежем бетоне отношений?!

«Ты как всегда права! – поддержал ее разум. – Все верно! Он безответственный болван, рискующий своей и твоей жизнью. Эй, ты куда?»

– Чушь! – проговорила она громко вслух.

– Что? – не расслышал ее Андрей.

– Я иду к тебе!

«Остановись! – замахал разум воображаемым красным флагом. – Стоп! Ты ведь очаровательная девушка с перспективой удачного замужества. Будем воспитывать детей, печь пироги и сажать цветочки».

«А где разгуляться моей мечте? – задала она немой вопрос. – На каком краю света почувствовать запах свободы? Когда мне глотнуть обжигающего дыхания перемен? Как насладиться жизнью, полной взлетов и падений? Где напиться ее сока?»

«Зачем? – заметался разум в черепной коробке, догадываясь, что его отодвигают в дальний угол. – Открой тетра пак и удали жажду!»

«Искусственная жизнь по шаблонной программе, ты предлагаешь мне это? – вела она внутренний диалог. – Только знаешь, если я сегодня соглашусь на твои условия, то лет так через пять ты первый завоешь громче меня. Тебя будет тошнить этот этих пирогов. А они точно зачерствеют, так как тесто будет замешано на унынии, разочаровании и печали. Я хочу жить здесь и сейчас. Хочу рисковать со своей любовью. Хочу взлетать и падать, обжигаться и сгорать!»

«Глупая!»

«Нет. Просто влюбленная в жизнь, в Андрея и в это мгновение! Там, на краю, будет страшно, я это знаю. Но я верю ему. Он настоящий. Фил был надежным, ответственным и правильным, ты говоришь?! А еще он был предсказуемым, гордым и заносчивым. А может, еще и мстительным, кто знает! Андрей ищет себя и обязательно найдет!»

«Ты кого убеждаешь? – вступил вновь в диалог разум, обрадованный тем, что ему уделили внимание. – Твоему Андрюше скоро четвертый десяток разменивать. Ты спроси у него, чем он собирается зарабатывать на жизнь! Или папа его будет и дальше содержать?»

«Он денег у отца не берет!»

«Уверена?» – не успокаивался разум.

«Он так говорил!»

«А-а-а…»

«Что?»

«Ничего, продолжай верить словам и дальше!»

«Андрей всегда идет дальше слов, я вижу, что действие для него первично».

«София, ты меня удивляешь! Выпала же мне честь стать частью тебя! Дальше слов идет только тот, кто покупает тебе отель, пообещав это однажды».

«А потом снимает пробу в номерах без меня!»

«Все ошибаются!»

«Только пусть уже это будет не моя история. И вообще, не все меряется в этом мире деньгами».

«Не все, – согласился с ней разум, – но давай смотреть правде в глаза: мы не сможем строить свою духовность, отрицая материальность мира. Только балансируя мы способны прожить гармоничную жизнь. А герой твоего романа стоит сейчас у пропасти, причем в прямом и переносном смысле. И неплохо было б его испытать, ведь неспроста китайская мудрость гласит: „Легко быть святым, сидя на горе. Гораздо сложнее оставаться святым, сидя на базаре“. Не прошел твой принц-бедняк проверку временем, понаблюдать бы надо!»

«А я слушаю его!» – возразила она.

«Кого?»

«Свое сердце».

«О! Только не это! – завопил разум. – Его мы уже наслушались. Сейчас могли бы греть все части тела на белом песочке Канкуна и попивать шейк под шелест бирюзовых волн. Предлагала же Карина, но нет! Сердце позвало, и вот мы все здесь. Помчались. Куда? Зачем? К кому? И самое главное – ради чего?»

«Ради того, чтоб на этот мир смотрела еще одна пара счастливых глаз!» – впервые сегодня вмешалось сердце в диалог.

«Бред! – начал спорить разум. – Глаза, смотрящие на бесконечные денежные купюры, выглядят куда счастливее».

«Не всегда! – спокойно добавило сердце. – Часто денежный поток окрыляет лишь на первое время. А дальше… когда рядом нет близкого человека, с которым комфортно даже молчать, тогда деньги превращаются в обычные бумажки».

«Да, но на них можно купить весь мир!» – не унимался разум.

«Только в этой лавке не будет любви!» – заметило сердце в ответ.

«Ну что за бред?! Все продается и все покупается. Миллионы людей заключают брачные контракты и живут как-то».

«Но она не хочет как-то. Она мечтает сделать мир одного конкретного человека счастливее, для нее это важно! Неужели ты, находясь вверху, не видишь это?!»

«Вот именно! – обрадовался разум тому, что его вдруг повысили. – Я выше тебя, а значит, я – главный. И лучше знаю, что ей надо. Что говорю, то и верно! Поэтому вам положено меня слушать!»

«Ты и вправду главный», – согласилось с ним сердце.

«Ну наконец-то образумилось».

«Я хочу сказать, – продолжило сердце, – что ты главный там, где правит иллюзия. А интуиция и истина текут в сердечных каналах. Именно там рождается свет, который, набирая яркость изнутри, однажды через трещины в человеке проникает наружу, чтобы сделать этот мир еще светлее, гармоничнее и добрее. А этим миром правила, правит и будет править любовь!

Так что иди, моя девочка, – обратилось сердце к Софии, – за тем, кто дарит тебе крылья. Иди и доверься его рукам. Они способны будут удержать тебя даже в самые сильные штормы перемен, которые придут неизбежно. Ведь жизнь похожа на волну – то поднимает вверх, то ударяет о землю. Но в каждом таком действии скрыта частица вселенской любви и заботы. Это все для того, чтоб помочь тебе узнать и понять себя. Все для того, чтобы ты смогла полюбить себя и мир вокруг. Это все для тебя!

Сейчас, на краю этого обрыва, твое тело и разум боятся расстаться с иллюзией. Но то, что больше этого, то, что не знает границ, и то, что и есть настоящая ты, жаждет сейчас встречи с этим мгновением. Там, на краю, нет конца, там есть лишь диалог стихии с тобой. И в каждом брызге волны ты можешь поймать суть происходящего и озарение бытия. Ведь даже в лужах видно небо!»

«Ну, и что ты наделало?» – сдался разум.

«Показало ей путь…»

– Я не опоздала на представление природы?! – сказала София, нежно прижавшись к Андрею на самом краю.

– Я знал, что ты придешь. Я верил в это!

– Знал бы ты лучше, чего мне это стоило! – улыбнулась она.

Вид с обрыва был завораживающим, а фонтаны океана со всех сторон впечатляли еще больше. Вода вырывалась наружу с такой мощью, что не оставляла и капли сомнения в том, что мы все в этой жизни песчинки по сравнению с ней.

– Смой нас, и никто и не заметит! – произнес он.

– Это точно!

– Я вот тут подумал… а имеем ли мы право тратить бесценные минуты, часы, дни и годы на то, чтобы сожалеть, грустить, расстраиваться и унывать?! Жизнь дана нам как самый ценный дар, и ее цена одна – умение наслаждаться каждым моментом и быть счастливым в каждом моменте.

– Это так мало и так много! – воскликнула София.

– Как все непросто, любимая!

– Но так увлекательно!

– Значит, ты готова?!

– К чему?

– Пойти на гору!

– После сегодняшних приключений с тобой я готова уже на все! К тому же именно там я ведь тебя и собиралась искать. А ты оказался гораздо ближе. Так, может, не пойдем? – пошутила она.

– София, ты что такое говоришь? – воспринял ее предложение серьезно Андрей. – Это ведь такая уникальная возможность. Там сосредоточен энергетический центр. А еще говорят, что именно в этом году над пиком Адама открыты космические ворота.

– Дорогой, а ноги я смогу оттуда унести или сразу в астрал выйду?

– Я понял, ты шутишь! Не то что ноги унесешь, а на крыльях полетишь, вдохновленная и загадавшая на вершине свои желания. А какой уникальный вид тебе откроется! Ух!

– Какой?

– Как только солнце встанет, то гора отбросит тень на соседние, и, стоя на ней, можно будет увидеть тень идеальной пирамиды.

– Андрюша, а можно с этого места поподробнее. А как мы собираемся увидеть восход солнца?

– Очень просто.

– Нет. Только не это!

– Что?

– Ты еще имеешь наглость спрашивать! Что ты задумал?

– Догадайся.

– Ты хочешь забираться на гору ночью?

– Моя ж ты сообразительная!

– Андрей, ты совсем себя не контролируешь на этом острове. Сначала этот серфинг в опасном океане…

– Не такой уж он оказался и опасный.

– Да, это в той бухте, но ты ведь договорился с Мигелем уже на следующей неделе кататься на Хиккадува, а там очень сильные волны!

– Поедешь с нами?

– Нет, и не надо менять тему. Затем мы залезли на край обрыва смотреть фонтаны.

– Но согласись, что это незабываемое зрелище!

– И еще опасное!

– Софик, но ты смогла преодолеть страх! Я горжусь тобой!

– Смогла, и что теперь?

– Что?

– Теперь ты предлагаешь мне ночью подниматься в гору, когда в этих джунглях ничего не видно вокруг.

– Ну, да! – подмигнул он ей.

– Иди ты знаешь куда!

– Я мечтаю, что мы вместе с тобой пойдем туда!

– Я не пойду! – не соглашалась она.

– Почему?

– Как минимум я боюсь!

– А как максимум?

– А этого мало? Твоя девушка боится, а тебе надо что-то еще.

– Милая, ты меня прости, но если б мы шли за твоим страхом, то никуда бы не пришли. Ты и с серфом боялась, и с обрывом. Зато какие эмоции в итоге!

– Но это все было днем. А тут черная ночь. Вдруг какая-нибудь обезьяна на меня выпрыгнет из темноты или крокодил укусит.

– Крокодил в лесу на горе?! Ты у меня, оказывается, фантастическая девушка!

– Я у тебя, оказывается, живая девушка, и мне страшно!

– Но так я же буду рядом! Мы станем свидетелем уникального момента. Солнце нового дня будет рождаться для нас. Потихоньку оно будет проникать в настоящее, меняя цвет неба. А мы будем это все видеть, стоя выше облаков, макушкой касаясь неба. Я обниму тебя, и это мгновение будет принадлежать нам. Ты и я, и наше небо на двоих!

– Романтика – это, пожалуй, единственное, что ты умеешь делать хорошо!

– Разве? – игриво посмотрел на нее он.

– Даже не сомневайся. Все остальное – риск на грани безумства.

– Потому что я без ума от тебя!

– Ты и без меня был чокнутым. Не надо примазываться!

– Ну что, когда идем?

– Я еще не сказала свое да.

– А мне показалось…

– Бывает!

– Красотка моя, давай послезавтра. Я смотрел прогноз, должен быть солнечный день. А значит, нам выпадает шанс увидеть рождение солнца.

– Я выживу после?

– Конечно! – уверенно заявил он. – А еще будешь полна сил и энергии.

– А сколько подниматься?

– Не спеша около пяти часов. Рассвет ближе к шести.

– Андрей, то есть, мы будем топать в гору в кромешной тьме пять часов? Какой кошмар!

– Ты же спортсменка! Одно твое занятие танго выматывает не меньше!

– Но там я движусь по прямой.

– Нет, дорогая, я видел твой танец со стороны. Там ты летаешь!

– Спасибо за комплимент.

– Пожалуйста, – улыбнулся он. – Ну, что, пришло время подняться вверх. Я предчувствую, что это будет запоминающимся приключением.

– Напомни, какая высота горы?

– Больше двух тысяч метров над уровнем моря.

– Насколько больше?

– Вроде метров двести или триста.

– А можно точнее?

– А можно подумать, – передразнил ее Андрей, – что от каждого метра зависит, пойдешь ты или нет.

– Возможно.

– Я считаю, ты лукавишь, и решение давно приняла.

– С чего ты решил?

– Знаю тебя хорошо.

– Я-то сама себя не знаю!

– Обращайся ко мне!

– Все с тобой понятно. Во сколько начинается подъем?

– В полночь.

– Мы себе там ноги не свернем?

– Софик, дорога в сухой сезон освещена. По пути есть множество кафешек и мест отдыха. Местные ходят туда как на работу. А в полнолуние туда паломничество. Пианист в нашем отеле рассказал мне, что если ланкиец не поднялся на эту гору ни разу, то, значит, он прожил никчемную жизнь. Хотя бы раз каждый из них должен это сделать. А некоторые несколько раз в неделю туда ходят. Ночью поднимаются, целуют отпечаток Будды и спускаются к утру, чтобы пойти на работу.