М.И.Р

– Нет, я так представляю на себе это платье. Может быть, хватит на сегодня? Снимем с нее этот великолепный наряд. И будем считать, что все у нас получилось. А?

– Не снимем. Наряд, который тебе так понравился – единая составляющая этого существа.

Скармливать «себя» ПРОРВе я не разрешила. Пришлось писать объяснительную, в которой я каялась в том, что у меня слишком объемное воображение. Ну, не могу я платье «своей мечты» представить висящем в шкафу! Такие вещи носить надо. Далее пришлось писать докладную записку на имя ген.завхоза БУКи, составлять акт «вещь-приемки» и ставить на баланс – манекен для запрещенных испытаний под №1. Короче говоря, писать пришлось много. Попутно выяснилось, что бумажная работа приносит свои плоды и притом что незамедлительно. Как только уборщица баба Надя увела манекен №1 из лаборатории, прихватив с собой всю состряпанную нами на него документацию – наш частный эксперимент превратился в хорошо разрекламированное шоу.

Зря я говорила о том, что платья моей мечты должны носится – они носились, причем как угорелые и были похожи на бред великого сюрреалиста, потом напротив они тихо и мирно висели в шкафу, вернее, скорее всего, они там висели, точно сказать никто не может, потому что платяной шкаф моего производства открыть так и не смогли. С каждой новой попыткой народу прибывало, посыпались советы:

– Вы, Ольга Леоновна, не расстраивайтесь. Вы лучшая, у Вас вон какие чудесные вещи получаются.

– Да уж, – согласилась я, с тоской провожая последний эксперимент – чудесную вещь, которая очень даже напоминала то, что я так усиленно представляла, но она все время по собственному желанию свертывалось в клубок (какие к черту могут быть желания у вещи, но у этой было – она всем своим поведением говорила: «Оставьте меня в покое» и опять сворачивалась в компактный такой шарик).

– Удивительный, чудесный материал, – заметил профессор ботаники Анатолий Моисеевич Кариев, очень похож на каучук…

– Очень, но эластичность гораздо выше, – поддержал его химик Базука.

– Пожалуй, надо сделать анализ, – сказал Анатолий Моисеевич.

И они принялись строчить акты и докладные записки.

Так вот в тот день платья я так и не создала, зато получила в дар огромное великое знание: самая тяжелая работа – это работа головой. А самой ценное в нас это то, что мы не знаем «чего хотим», это незнание надо беречь и культивировать, потому что это и есть движение жизни. Вот смогла бы я сразу точно, до мельчайших подробностей представить себе то, что хочу. Ну, пришла бы я в гости к Марише в сногсшибательном платье, полюбовалась бы на то, как у нее от зависти слюни бы потекли. И что? Это маленькое удовольствие никак не может сравниться с тем ажиотажем, какой образовался в тот день в БУКе! Я загрузила химиков БУКи работой по самое горло! Роботостроители с того дня – во мне души не чают. А уборщица баба Надя получила возможность пробить себе надбавку к зарплате, резонно заметив, что в Музее Экспериментальных Изобретений экспонатов о-как прибавилось, а пылищи-то на них знаете скока поналяжет – не добавите зарплату – обчихаетесь!

Игорь помчался снимать сюжет о промышленном сотрудничестве с МАГами, а это значит что – ученые не зря едят свой хлеб, это значит, что они придумали и создали какое-то устройство помогающие концентрировать мысли и точно передавать их великим архитекторам Пузи-Зырка Первого и Единственного. Вы уже, наверное, догадались что, они могут все: и дворец построить, да такой что раньше только во сне можно было увидеть такую красоту, могут создать яблоко, да такое сочное и вкусное, какое наверное только в раю и росло, пока змий Еву не совратил, и нам (человечеству) пришлось уносить свои грешные ноги из прекрасного щедрого места. И вот теперь все может вернуться. Вы мечтали? Так сбылось! Белая полоса, люди!!! Но…

Но…похоже я эту распрекрасную полосу в НИЧТО могу превратить. Нужно начинать работать над книгой. К делу!!!

Что мы там придумали? Загребать жар чужими руками? Решено: пусть основные участники истории сами все рассказывают, а я стенографисткой поработаю. Здорово? Очень хорошо, но почему-то мне не радостно, а хочется подвывать Синеглазу и вместе с ним кричать: « Обижают, обижают, обижают».

Обидно, так могло бы все замечательно сложиться, но мои главные герои исчезли. Значит, рассказывать не кому, значит, книгу я не напишу, ПНБ не восстановится, мир полетит в тартарары.

Так, стоп. Насколько я помню Пузи-Буль-Буль Повелитель Зырков Первый и Единственный (вот имечко-то), пару раз точно сумеет вернуть моих дорогих, моих любимых, самых прекрасных и вообще самых-самых лучших бесстрашных путешественников по НИЧТО в НИГДЕ. Хотя кто может вразумительно, что ни будь сказать про то: где это – нигде, и что это – ничто?

Ладно, пока мы их ждем, я расскажу историю о том, как получилось, что давным-давно: аж в 1990 году в продажу поступила эта книжка.

Кстати, использую-ка я последний запрещенный прием, что бы отбить у тебя желание читать дальше: постараюсь начало сделать крайне неинтересным и занудным.

Одной мне правда с такой задачей будет справится нелегко. И я думаю вот что:

– Сергей Евгеньевич!

– Хр-ррррррррррррррррррррррррр..ттттт…

– Разрешите проникнуть в ваши мысли? – посылаю стандартное приветствие, которое так же служит ключом, открывающим телепатический канал.

– Хр-ррррррррррррррррррррррррр..ох..ах..

Понятно, ждать ответа придется долго, этот старый тугодум, никак не может привыкнуть к телепатической связи, которая с успехом заменила отсутствие телефонов.

Каждый раз, когда его вызывают, он начинает метаться в поисках телефонного аппарата. Но как говорил Конфуций – «Тяжело искать черную кошку в темной комнате, особенно если ее там нет». Нет, конечно, Конфуций не совсем в данном случае прав, уж кто-кто, а Сергей Евгеньевич обязательно найдет телефонную трубку. Нормальные люди давно уже скормили подобный хлам ПРОРВе, но это нормальные люди, а не Сергей Евгеньевич. С его то патологической бережливостью!

Если ты еще не понял, то официально сообщаю, что планета Земля благополучно пережила Большую Перемену!!! Почему и как это случилось – ты узнаешь, но позже. Пока же просто прими к сведению, а то многое наверно будет не понятно. Видишь ли, теперь Земля ведет себя по-новому, в частности: совершенно по-другому функционируют электронные и электрические механизмы, а вот двигатели внутреннего сгорания не фурычат вовсе. Так как отрицательные и положительные частицы перестроились и решили сойти на нет. И я думаю что твоих знаний будет вполне достаточно что бы ты смог самостоятельно ответить на вопрос работают ли электростанции, телефонные узлы, любимые компьютеры, пылесосы, утюги, и т.д., т.д., т.д… ох…щипцы для завивки волос, ох… любимый фен… Но, я тебе вот что скажу, ты и прав и нет. Электростанции конечно же не вырабатывают электричество, пробки на дорогах остались лишь в воспоминаниях. Но вот вся бытовая техника продолжает дарить нам радость лености, так как ПРОРВА прожорлива и с удовольствием поглощает всё что в нее попадает, взамен одаривая нас «важнейшей активностью», проще говоря – безопасной и контролируемой энергией. Мне нравится – в один миг справились с энергетическим кризисом и избавились от мусора, да и экологическая обстановка радует. Поначалу правда нефтепромышленники и газовики бузили, тяжело знаете ли расставаться с мыслю о том что мир принадлежал им. Но все как-то устаканилось, в основном главы этих компаний головастые и деятельные люди, они быстро приноровились к новому виду энергии, даже подзаработать на этом умудрились. У них же налажена система торговли энергией, а систему эту заново строить недешево обойдется, вот главам государств и пришлось платить им за «поддержание порядка распределения энергии». Я же вам уже говорила, что работа головой это самая тяжелая, но и обычно самая прибыльная работа. Хочешь быть богатым? Работай!

Ответит он, наконец, или как?

– Сергей Евгеньевич! Я упорно пытаюсь проникнуть в ваши мысли, но Вы не отвечаете, и я уже начинаю волноваться.

Нет, я не просто волнуюсь, я в панике, я в истерике и во всех эмоциональных отклонениях сразу. А как ты думал?

Представь себе, что учитель математики просит тебя в качестве домашнего задания гипотезу Римана доказать. Потом как бы вскользь, но с вескими доказательствами намекает, что если решения не будет – то конец света будет точно. Но и это еще не все. Все, это когда ты вдруг окончательно и бесповоротно понимаешь, что никто не может тебе помочь, что все люди, которые могли бы тебе помочь или исчезли, или не отвечают на твой зов.

– Башмаков, трам-тарарам-там. В конце концов!!! Алло!!!

– Алло, то есть извините, проникайте…

Я влезла в мысли старика.

– Оленька, душевно рад. Как я счастлив, что Вы вспомнили старика.

Он даже не представляет себе как я рада. Но сейчас совсем не хочется пускать слюни вежливости, лучше сразу к делу.

– Сергей Евгеньевич, приходите в гости, а?

– Что-то случилось?

– Да ничего особенного. Я тут пиццу приготовила, а есть некому.

– Значит случилось. Моя Зоинька тоже исчезла. Вы мою жену, надеюсь, помните? Зоиньку? Она так смеялась, так смеялась при этом.

Значит, все еще хуже, чем я себе представляла.

– Вы что испугались? Напрасно, все просто: это телевизионщики новое шоу придумали. Они Пузинотов в рекламных целях наняли, вот они и пузырят кого ни попадя. Лапши на уши навешают и вернут.

– Правда? А я то старый дурак! Уж не знал, что и подумать. Пицца, говоришь?

Это я классно придумала, ни один мужчина не устоит перед соблазном вкусно поесть.

– С грибами, страшно вкусная.

– Олюшка, «страшно» это наречие, а не прилагательное. Хоть Вы, моя милая, пожалейте бедный русский язык.

Тоже мне митя. Олюшка, хм. Может он еще и картины рисует, с пьяными матросами в главной роли?

– Это что-то новенькое, в школе меня учили, что русский язык напротив очень даже богатый. И если мы захотим, сможем так очень долго с Вами беседовать, но мы же с Вами не хотим, есть холодную вкуснятину?

– Уже бегу. Освободите мои мысли, пожалуйста.

Пока я его жду, попробую начать книгу писать. Что зря время терять, верно?

Как же обычно писатели, я имею в виду настоящих писателей, а не себя, начинают свои книжки? О, Боже и подсмотреть негде!

Придется начинать с начала, извиняюсь за тавтологию. Так вот, если вдуматься то: началась вся эта история очень давно.

Да, уж!

Или неплохо?

Можно сказать, получилось универсальное такое начало.

Если глобально и по-честному все осмысливать то получается, что все истории начинаются с одного курьеза, который случился из-за того, что кто-то очень могущественный, при этом добрый и справедливый, выгнал из рая двух почти голых людей. И вот они поселились на небольшой планете, которую назвали Землей, и таких дел натворили, что в итоге получилось так, что как-то раз их прапрапра (не знаю сколько пра… точно) правнук Сергей Евгеньевич Башмаков, главный редактор издательства «СпруТ», вышел из дома в препротивнейшем настроении.

Дзынь..нь…нь…. Дзынь..нь…нь…. Дзынь..нь…нь….

Прибыл? Быстро же он до меня добрался. Неужели вынырнул из нашей гостевой банки, которая стоит у почтового ящика? Тогда это просто разврат какой-то, куда катится этот мир? Два квартала, хоть и пожилой человек, но мог бы и прогуляться. Гиподинамия – все такое, полезно в общем. Но я рада, хоть что-то сдвинулось с мертвой точки. Сейчас я буду его кормить, а он взамен будет потчевать меня своими воспоминаниями.

Так оно и получилось.

Нарисовалась довольно идеалистическая картинка. Вот, удобно устроившись в кресле, полулежу полупишу – я. Мой гость восседает за столом, который накрыт простенько, но со вкусом: ароматный чай дымится в больших толстостенных чашках и поблескивает расплавленным сыром только что разогретая пицца. Люстра погасла, потому как из-за всех сегодняшних передряг я забыла накормить прорву и энергии не хватает, источником света нам служит только мой любимый торшер, плафон которого, конечно же, украшают ромашки. Ну, да, есть такая слабость – обожаю ромашки. И зная мою Ахиллесову пяту, детки проштрафившись, пытаются растворить мой гнев в чувстве глубокого умиления, испытанным способом. Берут краски и замалевывают свои грехи обожаемыми мною цветочками. В итоге: наша гостиная стала похожа на поляну из мультика, потому как цветочки «выросли» на ковре, на стене, на всей без исключения мебели и даже на потолке, что уж говорить о всякой там мелочи, типа торшера. Но мне нравится, потому что в этом интерьере даже такой серьезный гость выглядит умиротворяюще.

Я немного успокоилась, и принялась за работу: сосредоточенно записываю воспоминания человека, которого можно внести в Книгу Рекордов Гиннеса за самое аппетитное поедание моей стряпни.

– Так вот настроение у меня было, прямо скажем, не очень – препротивнейшее настроение, ням-ням. Видишь ли, моя дорогая, почему-то именно этим утром я вдруг особо остро ощутил тяжесть ответственности … и свою беспомощность…ням-ням.

Сергей Евгеньевич тяжело вздохнул, с минуту помолчал, задумался, и взял еще один кусочек пиццы. Я помолчала вместе с ним, от добавки отказалась, но тоже задумалась, про какое именно утро – речь то идет? Но ему было, похоже, наплевать на то о чем я думала. Пожилым людям страсть как нравится что-либо вспоминать, лишь бы уши свободные были. Вот и С.Е.Б. с явным удовольствием продолжил свои откровения:

– Я до сих пор не понимаю, зачем и кто насильно взвалил на мою несчастную больную голову, эту самую ответственность, почему я так болезненно воспринимал, выход каждой новой вредной для людей книги? Но поверь мне, в те времена, лет двадцать пять назад, только такие и выходили…

Ага!!! Времена еще те, но я ему не верила, хоть мне и было тогда лет двенадцать не больше. Но я помню только хорошие книжки, и вообще что за бред – вредные книжки, это же надо так выражаться.

– Все чего мне хотелось – это что бы меня оставили в покое. Так уж получилось, что мне пришлось продолжать дело жизни своего отца, который, можно сказать, подложил мне этого «Спрута». Назло подложил, был у меня перед ним один должок… Я, если понимаете, был его единственным сыном. Единственным!!! И представьте себе, Оленька, он еще, когда жив был, взял с меня честное-благородное слово, что я не пойду на поводу у моды и не буду засорять книжный рынок «всякой там переведенной дребеденью».

Конечно, я пообещал и, как честный человек, отказался от многих выгодных предложений. И знаете что? Ох, извините мои старые кости…

Кости старые, а желудок как я погляжу – совсем новый. Мой «юный» в кавычках друг довольно проворно ухватил еще один кусочек «пирога для бедных». Эти хитрющие итальянцы, когда-то давным-давно совсем до ручки дошли, и чтобы не умереть с голоду придумали блюдо, продукты для которого даже у любого бедняка найдутся. Представь себе, всего то и надо: одно сырое яйцо посолить, посластить, потом добавить разведенных в теплой воде дрожжей, все это перемешать и добавить муки. Если муки хватило, тесто считай у тебя в кармане. Но помни это не блины и даже не пирожки, покруче будет. Потом льешь себе на руки любое растительное масло, которое есть в наличие, и сдобренными своими руками выкладываешь тесто на противень. Раскатываешь тонкую лепешку. Все, почти готово. Осталось то всего ничего, а именно: лепешку смазать томатной пастой, посыпать мелко нарезанным луком и с присущей тебе фантазией разложить завалявшиеся в холодильнике (сосиски, колбасу, грибы, рыбу, креветки, соленые огурцы, свежие помидоры и т.д.), не паникуй, что есть то и используй. Главное что бы было красиво. Да, вот еще что, это важно – сыр. Вот его должно быть много, три, сколько не жалко. Сверху обрызгай маслом, со словами: – «Мать Мария помоги, моих близких накорми», смело запихивай то, что у тебя получилось в духовку и через пятнадцать, ну максимум через двадцать минут ты можешь наслаждаться дифирамбами в свой адрес. Это будет примерно так:

– «Ням-ням, ты супер!!! Талант!!! Вкусно то как!!! Тебе не хватило? Жаль. Ням-ням!!!»

– Ням-ням!!! Да, что и говорить, ничего, абсолютно ничего стоящего мне, к сожалению, не попадалось. Я совершенно отчаялся…

Ох, что же я делаю? Рецепты на халяву раздаю, а человек, между прочим, мою же просьбу выполняет – очень подробно рассказывает дела давно минувших дней. Буду надеяться, что ничего существенного я не упустила. А рецепт пиццы, которая в данный момент так помогает Ложкину освежить память, я ведь сама из той пропавшей книги почерпнула. Так что все сходится. Круг замкнулся.