Печать Демона. Вестница

Глава 6

Не знаю, сколько я так лежала, ожидая конца. Время текло вяло, словно кисель. Душой владело ошеломление. Лилит уговаривала меня поступить как Крис, объединить наши сознания, но я не слушала. Потому что в какой-то момент поняла, конец неблизко. Знак на моей спине накалился до такой степени, что, казалось, прожжёт подо мной землю. И боль почти ушла. Вскоре кровотечение замедлилось, потом совершенно остановилось. Резерв постепенно таял, но, кажется, его размеров хватило бы на десяток проткнутых мечом сердец. Жаль, с душевными ранами всё намного сложнее.

Внезапно вдали ощутилась знакомая и родная энергия. Майкл метался в поисках, и я подала ему сигнал. Он принёсся мгновенно, подлетел ко мне и припал на одно колено, глядя с беспокойством.

– Натали? – позвал он в ужасе, споро осматривая раны.

– Всё нормально, – произнесла я и усмехнулась глупости этого утверждения.

Всё совершенно ужасно. Я провалила задание, наш враг стал сильнее, а Крис погиб. По моей вине.

– Только держись, – попросил Майкл, аккуратно подхватывая меня на руки, и тут же срываясь с места.

Я на мгновение зажмурилась от стремительности перемещения, но потом открыла глаза и присмотрелась к сосредоточенному лицу любимого. Радужки его глаз пылали белым светом энергии, от кожи исходило лёгкое сияние. Он нёсся через лес на невероятной скорости и легко лавировал между деревьями. В его объятиях было нестрашно и даже не больно.

Вскоре стала ощутима энергия стражей. Майкл добрался до полевого лагеря, миновал пропускной пункт и рванул к медицинской палатке. Здесь он громко позвал докторов, отнёс меня к ближайшей койке и аккуратно положил.

– Не уходи, – взмолилась я тихо, когда он попытался отстраниться, и на рефлексах вцепилась в броню на его груди.

Из ладони вылетела цепь с кольцом и со звяканьем упала на пол. Я даже не замечала, что всё это время сжимала её в руке. Майкл посмотрел вниз и моментально изменился в лице.

– Что у вас? – между нами вклинился встревоженный Джесси.

– Подожди, – воспротивилась я, пытаясь сесть и отыскать взглядом Майкла.

– Всё в порядке, Нат, – он выглянул из-за плеча Джесси. – Я буду рядом, – на его губах мелькнула тусклая улыбка, и только тогда я позволила уложить меня обратно на койку.

Глаза Джесси расширились от удивления, когда он оценил взглядом рану, но он не стал ничего говорить, просто поспешил увезти меня подальше от любопытствующих стражей за ширму. Здесь я позволила себе расслабиться, прикрыла глаза и, кажется, задремала, ведь полностью доверяла своему бессменному доктору. Сквозь дрёму ощущала манипуляции с ранами: бинтование повреждённой руки, прохладу препарата, лёгкую боль от укола, но вновь открыла глаза, когда почувствовала рядом родную энергию Майкла.

– Я думал, ты спишь, – он нежным прикосновением отвёл волосы от моего лица.

Карие глаза смотрели тускло и напряжённо. Под ними отпечатались следы недосыпа. Только теперь я заметила, насколько уставшим он выглядит.

– Вряд ли засну, – призналась я честно. Наверняка мне будут сниться кошмары. – Когда успели организовать лагерь? Долго меня не было?

– Сутки, – ответил Майкл, на мгновение поджав губы. – Как только ты пропала, я потребовал позволить мне присоединиться к поискам.

– Но… в Тартаре прошёл максимум час, – я кашлянула от шока, пытаясь осмыслить временную разницу.

Сутки… Майкл метался в неизвестности целые сутки, когда для меня прошёл лишь один сложный разговор. А нашёл меня в луже крови. Боюсь даже представить, как он себя чувствовал. Он же узнал самым первым, моя пуля с ним, она должна была исчезнуть после перехода в Тартар.

– Час? – он нахмурился, его взгляд сосредоточился на моих губах, но тут же поднялся к глазам.

Крис укусил меня, когда силой поцеловал. Майкл прекрасно понимает, что это не рассечение от удара.

– Даже меньше, нас с Крисом утянуло в портал.

– Печатники сообщили, – кивнул он и отвёл взгляд, тяжело сглотнув. – Час… – произнёс вновь почти неслышно.

– Мне так жаль, Майк, – я потянулась к нему, и он тут же судорожно стиснул мою ладонь своей.

– Эшфорд оставил тебя умирать? – почти прорычал он.

– Это был не он, – качнула я головой. Горло сдавило спазмом, а на языке растеклась горечь. Вновь перед мысленным взором стояло знакомое лицо с незнакомыми и безразличными синими глазами. – Крис погиб. Он объединился с Шаксом. И напал на меня.

– Погиб?

На миг в карих глазах мелькнуло радостное облегчение, но тут же сменилось серой непроницаемостью. Естественно, Майкл вряд ли будет горевать по Крису. Он ненавидел его. Мне намного сложнее. Прошедший в Тартаре разговор поднял из тёмных глубин души воспоминания из общего прошлого, о наших чувствах и разочарованиях, о том, что не сбылось. Мы ведь так любили, а теперь Криса нет, вместо него бездушный демон. Погибла и я, чтобы воскреснуть и осознать, насколько изменилась.

Евастас выживал при смертельных ранениях, его не убило объединение сил высшего, серафима и жнеца. Он прожил сотни лет, но всё это время был законсервирован в энергетическом кристалле. Старел ли он? Вряд ли при таком уровне регенерации. А это означало, что я тоже стала бессмертной, когда Майкл оставался смертным. Страшное осознание сбило дыхание, я судорожно стиснула ладонь любимого, будто он исчезнет в этот же миг.

– Натали? Что? – встревожился он.

– Я так тебя люблю, – произнесла дрожащим голосом, заглядывая в наполнившиеся нежностью карие глаза.

– И я тебя, Натали, – склонившись к моему лицу, он трепетно поцеловал меня в лоб.

Израненное сердце сжалось от боли. Я не могла ему рассказать, не могла признаться, потому что до ужаса боялась его потерять.

Меня увезли в дальнюю часть госпиталя, отгородили пространство вокруг койки ширмами, обеспечивая относительное уединение. Майкл, как и обещал, находился рядом, и вскоре мне удалось заснуть. Но сон мой был беспокойным. Мне снова снилось небо Тартара и синие глаза демона. А разбудил меня взрыв мощной энергии Асмодея.

Я дёрнулась на койке, резко села, прислушиваясь к ощущениям. Окружающий лагерь барьер тушил чувствительность, но не мог заглушить мощь открывающихся Адских врат. Майкл до этого читал книгу, сидя на стуле, но тоже подорвался с места. Лицо его помрачнело, в глубине глаз вспыхнул белый свет энергии.

– Нет… – я дёрнулась к нему, протянула перебинтованную руку. Наверное, спрыгнула бы с койки, если бы он сам не приблизился.

– Всё будет хорошо, Натали, – он аккуратно стиснул мою ладонь своей и нежно провёл кончиками пальцев по моей щеке.

Я так же его успокаивала и в итоге получила меч в сердце. Только он не бессмертен в отличие от меня.

– Будь осторожен, пожалуйста, – попросила я, заставляя себя отпустить его руку.

Мы поменялись ролями, теперь мне предстояло отправить его на смертельно опасную миссию. Во мне говорит мнительность, страх потерять, но если мы начнём сомневаться в силах друг друга, устраивать истерики из-за заданий, придём к разрыву. Ведь сами выбрали такую жизнь, другой мы не знаем и не хотим.

Он справится, – Лилит впервые заговорила со мной после смерти Криса.

Спасибо, – отозвалась я тихо.

– Конечно, – заверил меня Майкл, порывисто приблизился, поцеловал в лоб и устремился прочь из моей палаты, если так можно назвать пятачок пространства полевого госпиталя.

Успокоиться и заснуть, само собой, не удалось. Я так и лежала, прислушиваясь к ощущениям снаружи. Стражи быстро организовались и покинули лагерь. Майкл нёсся к вратам в первых рядах. Только опасного боя не состоялось. Из врат вышли несколько десятков сильных демонов, но тут же улетели. Стражам противостояли лишь немногочисленные низшие, которых они буквально снесли со своего пути. Врата были закрыты в течение часа. Только расслабилась я, лишь когда Майкл вернулся в лагерь.

Искажения никуда не делись, но с закрытием врат они ослабли. Необходимость в содержании в полевом лагере такого количества боевого состава отпала. Началась переброска в штаб-квартиру. Меня перенесли в числе первых. А там я попала в госпиталь, в палату командования. Снова.

Хотелось бы скорее скрыться от объективов камер, спрятаться, выплакать, что накипело, позволить себе побыть слабой, но до выписки приходилось держаться, не показывать, как надломило меня это задание. Для окружающих я должна была оставаться непоколебимой и самоуверенной Натали Лэнг. В конце концов, вскоре предстоит сменить цвет нашивки на красный.

Стоило привести себя в порядок и разместиться в кровати, как ко мне принёсся обеспокоенный отец. После него зашли печатники. Хотели извиниться за то, что не уследили, но я им не позволила. Никто не мог предположить такую реакцию портала. Следом за ними зашёл и Питер.

– Плохое начало для твоей личной охраны, – посетовал он, укладывая на столике пакет с гостинцами.

– Только ты не начинай, – я усмехнулась, надавив пальцами на переносицу. Напряжение нарастало. Улыбаться и смеяться становилось всё сложнее. – Охранять печатницу высшего демона – вообще вещь неблагодарная. Я могу буквально испариться в воздухе. Как можно было догадаться, что портал превратится в чёрную дыру?

– Будем знать на будущее, – улыбнулся он напряжённо. – Значит, наши кандидатуры не снимаются?

– Нет, конечно. Кто отказывается от… смертников? – подмигнула я ему, и мы вместе рассмеялись.

В этот момент в палате появился Майкл. Оценил профессиональным взглядом стража отряда зачистки, что тут происходит, и улыбнулся. Его ревность не пугала, скорее, выглядела забавной. Видимо, из-за того, что я не могла допустить и мысли об измене. Наверное, если бы не было Майкла, после возвращения из Эдема больше никого бы к себе не подпустила. Потому что успела не просто обжечься об отношения и властных мужчин, а облиться кипятком с ног до головы. Ну а в своего чемпиона я верила безоговорочно и не могла допустить даже мысленной возможности появления другой женщины и его интереса к ней.

– Вы наверняка знакомы, – усмехнулась я в ответ. Его появление отодвинуло скребущую горло истерику. – Питер и его команда изъявили желание выступать в роли моих телохранителей, если мне дадут красный статус.

– Да, он мне говорил, – к моему удивлению сообщил Майкл.

– Многие в курсе, что вы в отношениях, – пояснил Питер на мой немой вопрос. – Хотелось бы избежать недопонимая.

– Понятно, – качнула я головой.

Вот это Майкл себя поставил, стражи просят у него одобрения на мою охрану раньше, чем у меня.

Возможно, он бьёт морды всем, кто опускает взгляд к твоей заднице, – пропела Лилит, но голос её звучал надсадно.

Мой чемпион не такой вспыльчивый.

Но остальные-то об этом не знают.

Питер попрощался с нами и покинул палату, что позволило Майклу спокойно приблизиться и обнять меня.

– Ты долго, – обвинила его шутливо.

– Отчёты, ругань с Новачем, как обычно, – усмехнулся он, проводя ладонью по моим волосам. – Ты как? Будто на взводе.

– Всё нормально, – соврала я по инерции, но понимала, что Майкл не поверил.

Мне было тошно, грустно, больно, как угодно, но совершенно не нормально. Я не успела прийти в себя после потери Евастаса и снова столкнулась с потерей. На этот раз неоднозначной, но не менее болезненной. Я уже устала, а моя борьба только началась.

– Майк… кольцо… – произнесла я тихо.

– Его стоит выбросить, Натали, – ответил он глухо, но сунул руку в карман.

Сердце дрогнуло от звука металлического звяканья цепи. Майкл вложил кольцо в мою ладонь и отстранился, приглядываясь к моему лицу. Он злился, и в то же время в глубине любимых глаз поселилась боль.

– Ты… ты его ещё любишь? – вдруг спросил он.

Вопрос был столь неожиданным, что я обомлела от шока. И вдруг поняла, что у него свои страхи. И все они связаны с моим прошлым.

– Нет, Майкл, – качнула я головой. – После такого невозможно любить. Но Крис… без него не было бы меня такой, какая я сейчас. Нас… слишком многое связывает, – ответила я почти неслышно сказанными Крисом и когда-то Шаксом словами.

Нити нашей зависимости уходят кровавыми росчерками на столетия назад. Но теперь эти линии оборвались.

– Понимаю, – через силу произнёс Майкл.

– Он погиб, потому что защитил меня. Встал между мной и низшим. Он мог уйти, дать демону убить меня, но не сделал этого. И принял смерть за меня.

В груди всё сжалось, а голос завибрировал от переполняющих меня эмоций. Сейчас я была близка к тому, чтобы разрыдаться.

– Что? – глаза Майкла широко распахнулись от изумления.

– Да, – кивнула я отрешённо. – Любви не было давно, но и ненависти тоже. А теперь нет ничего.

Потому что Крис погиб и убил меня. Но по иронии судьбы я оказалась неуязвимой. Судя по всему, проклятой бессмертием, как все высшие демоны и серафимы.

– Я люблю тебя, Майкл. Не сомневайся, – сообщила, твёрдо и прямо посмотрев во вспыхнувшие теплом шоколадные глаза.

Я так чувствовала и хотела развеять в нём любые сомнения. Хотя бы в нём, во мне их сотня. В отношениях с Крисом между нами никогда не было откровенности, мы многое скрывали друг от друга, и в итоге всё разрушилось, потому я боялась прийти к подобному с Майклом. Но пока страх потерять его сильнее желания быть полностью открытой перед ним. Вряд ли что-то изменится, но позже мне станет проще принять правильное решение. Я надеюсь…

***

Выписка прошла через два дня, и сразу же назначили собрание совета. Я успела только привести свою внешность в порядок, но не мысли, а предстояло вновь окунуться в травмирующие события недавнего задания. Обычно подобные обсуждения проходят довольно оперативно, но мой провал смаковали долго. Правда, если хотели добиться от меня эмоций или уколоть, то у них не выходило, я была слишком опустошена, чтобы хоть как-то реагировать на выпады посторонних. Просто сидела и с непроницаемым выражением на лице тянула кофе, пока командующие распалялись. Иногда отвечала на выпады, но, судя по растущему недовольству, невпопад и слишком остро.

– Хватит вам уже, как склочные бабы, – не выдержал мой отец, с силой ударив кулаком по столу. – Сами-то вы где были?

– Лэнг – оперативный агент, – напомнил Вайат.

– А Эшфорд агент с большим стажем, – парировал он. – Вы забываете о главном, Натали могла погибнуть, – заявил, вновь треснув кулаком по столешнице.

– Согласен, вы проигнорировали её уровень приоритетности, направив на это задание против опытного разведчика, – поддержал его Уитхем. – Не понимаю, как она вас до сих пор терпит.

– Вы забываетесь, – прорычал Вудз.

– Это вы забываете обо всём, что она сделала для штаб-квартиры. Мне стоило огромных трудов уговорить её вернуться в организацию. И ради чего? Ради покушений и издевательств?

– Очевидно к чему вы клоните. Хватит ходить вокруг да около, – поморщился Найтвилл. – Лэнг присвоят красный статус, это ясно. Предлагаю не голосовать. Мало ли, вдруг несогласные угодят в мешки для трупов.

– Что ты себе позволяешь? – отец подскочил со своего места.

– Не надо, – попросила я его, протянув к нему перебинтованную руку, и поднялась с кресла. – Я принимаю статус. Это верное решение.

Молодцы, – хмыкнула язвительно Лилит, и мне не удалось сдержать улыбки.

Что ж, можно ставить галочку напротив первого пункта моего плана. Дальше будет сложнее, но я не могу отступить. Уже слишком многим пожертвовала.

Общим решением высшего совета западной штаб-квартиры мне был присвоен красный статус и первый уровень приоритетности. Предстояло бумажное оформление, но уже можно было заказывать пошив новой формы. Пусть её женский вариант до сих пор не утверждён, но высокий статус не предполагает следования модным тенденциям. Впрочем, этот момент волновал меньше всего, к чёрным костюмам я давно привыкла. Мысли занимало другое, предстояло удержать свои позиции и добиться изменений. Но это потом, а пока я принимала скупые поздравления новых коллег и мечтала о моменте, когда скроюсь ото всех и смогу расслабиться. Чувствовала, что уже на пределе. Лилит молчала, без неё было особенно сложно. Но я её не трогала, она тоже переживала потерю.

Заседание совета наконец объявили завершённым. Я с огромным облегчением покинула конференц-зал, отказалась от разговора с Уитхемом и поспешила покинуть двадцатый этаж. В фойе меня уже практически привычно приветствовали в соответствии со статусом. Не салютовали разве что знакомые, но и это изменится с повышением статуса. Не говоря о том, что вскоре меня окружит охрана. К этому тоже придётся привыкнуть, но я знала, на что иду. Надеюсь, всё не зря.

Я добралась до жилого здания, но замерла в нерешительности у двери квартиры Майкла. Вдруг поняла, что не могу. Меня уже внутренне трясёт, чувствую, нагрянет настоящая истерика. Как это будет выглядеть со стороны? Естественно, как плач по потерянной любви. Здесь всё не так просто и однозначно, но Майкл не заслужил такого. Его вопрос о моём отношении к Крису застал врасплох, но и приоткрыл его неуверенность в моих чувствах к нему. Нет, я должна выплакаться в одиночестве и прийти к нему успокоившейся.

Так и не открыв дверь, я развернулась и зашагала к лифту. На этот раз направилась к административному зданию академии. Там открыла портал к своей крепости в Нью-Йорке. Сняла защиту, вошла внутрь и устало прикрыла глаза, откинувшись на закрытую дверь. И вдруг поняла, что не одна в квартире. Изнутри донеслась тихая мелодия, такая стоит на звук уведомлений телефона Майкла. Ощущая, как сердце ускоряет свой бег, я прошла в гостиную. Майкл сидел на диване и что-то просматривал в планшете. Оказалось, до этого момента я на самом деле не понимала, насколько хорошо он меня знает. Похоже, лучше меня самой.

– Майк, – прошептала я беспомощно и уязвимо, ведь снова убедилась в главном, мне невероятно повезло с моим мужчиной.

Повезло встретить его, повезло получить любовь столь верного и понимающего человека.

– Прости, не хотел, чтобы ты оставалась одна, – произнёс он, поднимаясь с дивана.

Здесь он чувствовал себя свободно, потому предстал в обычной футболке и побитых тренировками брюках. Такой домашний, родной, любимый.

– Спасибо, – я шла сюда, чтобы выплеснуть боль и напряжение последних дней, а сейчас рисковала расплакаться от нежности и благодарности к любимому.

По щекам заскользили горячие слёзы, и стоило Майклу меня обнять, как плотину прорвало. Тело содрогнулось от первого всхлипа, второго, и я разревелась, громко, навзрыд, больше не сдерживаясь. К счастью, рядом с ним истерика быстро сошла на нет. Он дождался, пока я успокоюсь и отправил меня в ванную, а сам занялся ужином. К нему я вышла разомлевшей после горячего душа, вымотанной последними событиями, но вполне успокоившейся. И теперь даже стыдилась того, что хотела побыть от него подальше.

– Надеюсь, красный статус означает, что тебя перестанут отправлять на опасные миссии, – заявил он, когда я рассказала ему о повышении.

Мы к тому моменту расположились за обеденным столом и поглощали вкусности из ресторана. Так как теперь в своей квартире я бывала редко, еды в холодильнике не водилось.

– Миссии точно нет, разве что во главе полевых лагерей и спецопераций, – отозвалась я задумчиво.

В командовании по-прежнему не все мне рады. Явных союзников мало, потому что своим возвышением я рушу многолетние устои. Стражей обучают с мыслью, что все иные враги, подлежащие уничтожению, но теперь эти установки пошатнулись.

– Это мне стоит переживать о твоих миссиях, – притворно надулась я.

– Самая сложная миссия – получить тебя в жёны, – иронично улыбнулся он, а душу кольнуло страхом его потери.

И дальше бегать от брака глупо, он такого не заслужил и множество раз доказал мне глубину своих чувств, но прежде мне предстоит сообщить о своих опасениях.

– Майк… – я приоткрыла рот, пытаясь подобрать слова.

– Прости. Я чуть тебя не потерял, перенервничал, – поморщился он. – Давай отложим сложные разговоры.

– Спасибо, – с облегчением выдохнула я.

– Лучше займёмся кое-чем другим, – хитро улыбнулся он, поднимаясь из-за стола.

– Чем же? – игриво поинтересовалась я.

– Зверским похищением печатницы, – заявил он притворно зловеще, подлетая ко мне.

Я успела только взвизгнуть, как оказалась закинута на плечо. Майкл пронёсся через комнату, бросил меня на кровать и навалился сверху.

– Попалась! – заявил радостно, пока я задыхалась от смеха и веса его тела.

Вечер прошёл мило, помог расслабиться и обещал завершиться чувственно. Майкл всегда умел поднимать мне настроение.

– А что происходит после похищения, Натали? – горячий шёпот защекотал ушко.

По коже побежали мурашки, внизу живота сладко потянуло. Вообще, обычно после похищения бывает больно, но такие темы лучше не поднимать.

– Покажи, – предложила я ему.

Майкл перехватил мои руки за запястья, завёл мне их над головой.

– Вот так и лежи, а то придётся сходить за наручниками, – проурчал он, чуть прикусив кожу на моей шеи.

Кажется, только из его уст угрозы могут звучать столь нежно. Сразу захотелось ослушаться. Я предвкушала яркую близость, но тут проснулась рациональность.

– Майк, я не пила противозачаточные эти дни. Возьми презерватив.

– Думаешь, из-за трёх дней что-то случится? – проурчал он, покрывая поцелуями мою шею.

По телу побежали мурашки, и так захотелось просто отключить голову и ни о чём не думать в объятиях любимого, но мы коснулись опасной темы.

– Не хочу рисковать.

– Может, доверимся случаю, Натали? – вдруг предложил он, приподнявшись надо мной, чтобы заглянуть в мои глаза.

Игривость его покинула, он смотрел серьёзно и хмуро.

– Что ты имеешь в виду?

– Вряд ли ты забеременеешь из-за пары дней без таблеток, но если случится, может, это к счастью? Это изменит твою жизнь, отдалит от войны.

– Не вовремя, Майк, – покачала я головой.

– Так никогда не представится подходящего момента, – вздохнул он, проводя ладонью от моего колена к бедру и наваливаясь сверху.

– Не пугай меня, – я возмущённо дёрнулась под ним.

Душу заскрёб застарелый страх, а в мыслях пронеслись сотни опасений и возможных последствий.

– Не волнуйся, я буду осторожен, – заверил он меня и поцеловал, завершая этот разговор.

К счастью, он не собирался игнорировать моё несогласие. Но этот момент говорил о многом, лимит терпения Майкла заканчивался, он желал перейти на новый уровень отношений. С Крисом было так же, признания в любви, помолвка, обсуждение детей. И я до дрожи боялась, что и здесь в конце всё разрушится. Но жить в страхе нельзя, нужно что-то решать, или потеряю Майкла, так и не попытавшись добиться счастья с ним.

***

Мне дали неделю на восстановление после ранений, хотя те на самом деле затянулись ещё в госпитале. Но я не стала отказываться от отдыха, хотела прийти в себя. А заодно сдала кучу тестов в одном из НИИ отца. Намеревалась узнать, какие изменения происходят в моём теле и чем мне это грозит. А пока ждала результатов, занималась потрёпанной после миссии внешностью, проводила время с Майклом. Но когда моя жизнь проходила без приключений?

Шёл последний день моего восстановительного отпуска. Я только приняла душ перед сном, прошла к зеркалу, на ходу просушивая волосы полотенцем. И когда стёрла испарину со стекла, заметила алый отблеск в глубине подаренного мне Адрианом кристалла. Задуматься о странности или что-то предпринять не успела, меня вдруг объяло алыми молниями и понесло сквозь подпространство в неизвестном направлении. А из одежды только полотенце. В руках. Куда бы меня ни принесло, а эффект неожиданности уже обеспечен.