По следам Чарльза Дарвина
- -
- 100%
- +
Помимо этих человеческих чувств, первобытным людям, в зачаточной форме, были свойственны также переживания более высокого рода. Им были знакомы жалость, стыд, позор; они остро переживали любовь, ненависть и жажду мести, будучи также склонными к сильным мукам ревности.
Два первых человека – близнецы – были сущим наказанием для своих родителей-приматов. Они были столь любознательны и безрассудны, что к восьми годам успели несколько раз побывать на волосок от гибели. Неудивительно, что в возрасте двенадцати лет они были покрыты многочисленными шрамами.
Уже в раннем возрасте они научились словесному общению. К десяти годам они разработали и усовершенствовали состоящий из жестов и слов язык, включавший почти полсотни понятий, и значительно улучшили и расширили примитивный метод общения своих предков. Однако как бы они ни старались, они смогли научить родителей лишь некоторым из своих новых жестов и слов.
Одним погожим днем, когда им было около девяти лет от роду, близнецы спустились вниз по течению реки и устроили важное совещание. В этот знаменательный день они решили жить друг с другом и друг для друга, и это был первый из ряда договоров, важнейшим из которых стало решение покинуть своих примитивных животных соплеменников и отправиться на север. Близнецы не догадывались, что тем самым им предстояло положить начало человеческому роду.
Итак, в результате самостоятельного разумного решения близнецы мигрировали, а благодаря незримому наставничеству контролирующих Носителей Жизни, они мигрировали на север, в отдаленный район, где они избежали опасности биологической деградации через смешение со своими примитивными сородичами-приматами.
Незадолго до ухода из родных лесов, во время одного из нападений гиббонов, они потеряли свою мать. Хотя она не обладала таким же, как они, разумом, она испытывала к своим детям привязанность, свойственную высшему животному, и бесстрашно отдала свою жизнь в попытке спасти чудесную пару. И жертва ее была не напрасной: она сдерживала врага до тех пор, пока не подоспел с подкреплением отец, обративший захватчиков в бегство. Вскоре после того, как эта молодая пара покинула своих соплеменников, чтобы положить начало человеческой расе, их отец-примат впал в отчаяние. Убитый горем, он перестал есть, отказываясь от пищи даже тогда, когда ее приносили оставшиеся с ним дети. С потерей своих выдающихся отпрысков жизнь среди заурядных соплеменников потеряла для него всякий смысл; покинув племя, он ушел в леса, где был атакован враждебными гиббонами и забит насмерть.
Эволюция человеческого разума
На протяжении долгого эволюционного развития планетарной жизни семь вспомогательных духов разума – эти неутомимые попечители разума – неизменно отмечали свою возрастающую способность вступать в контакт со всё более совершенствующимся умом животных созданий, поднимающихся на новые ступени развития.
Поначалу только дух интуиции был способен функционировать в условиях инстинктивного и рефлекторного поведения первобытных животных. С появлением более высоких типов дух понимания стал способным наделять такие создания даром спонтанной ассоциации идей. Позднее наблюдали за действием духа отваги; эволюционирующие животные действительно выработали примитивную форму защитного самосознания. С появлением млекопитающих видели, как всё больше проявляет себя дух знания. А эволюция высших млекопитающих привела к действию дух совета, в результате чего укрепился стадный инстинкт и появились зачатки примитивного социального устройства.
От ранних предшественников человека к промежуточным предшественникам и приматам, наблюдали всё более активное служение первых пяти вспомогательных духов. Однако двум остающимся духам – высшим попечителям разума – пока что не удавалось проявить себя в земном типе эволюционного разума.
Когда близнецам было десять лет, дух поклонения впервые установил связь с разумом близнецов: вначале с девушкой, а вскоре после этого и с юношей. Нечто близкое к человеческому разуму достигло кульминационной стадии своего развития, и когда примерно год спустя в результате размышления и целенаправленного решения они договорились покинуть дом и отправиться на север, то именно тогда – и теперь уже в признанном человеческом разуме двух этих созданий – на Земле начал действовать дух мудрости. Последовала немедленная и качественно новая мобилизация семи вспомогательных духов разума.
Признание в качестве обитаемого мира
На третий день после побега близнецов, и до отбытия корпуса Носителей Жизни, на Землю прибыл архангел Небадона для создания исходного планетарного контура.
И первое послание, продиктованное главой корпуса архангелов, гласило:
«Носителей Жизни Земли – приветствуем! Посылаем заверения в том огромном удовлетворении, которое испытывают в Салвингтоне, Эдемии и Иерусеме в связи с регистрацией в столице Небадона сигнала, означающего, что на Земле появился присущий волевым созданиям разум. Целенаправленное решение близнецов бежать на север и отделить свое потомство от своих примитивных предшественников было отмечено. Оно стало первым решением разума – человеческого типа разума – на Земле, что автоматически создает контур связи, по которому передается это первое подтверждение».
Следующим посланием, принятым по новому контуру, стало приветствие Всевышних Эдемии, содержащее инструкции для земных Носителей Жизни, в которых им запрещалось воздействовать на созданный ими тип жизни. Они получили указание не вмешиваться в вопросы, связанные с прогрессом человека. Не следует думать, что Носители Жизни когда-либо произвольно и механически вмешивались в естественное претворение планетарных эволюционных планов, ибо этого они не делают. Однако вплоть до того времени им позволялось особым образом управлять средой и защищать жизненную плазму, и именно этот необыкновенный, хотя и полностью естественный надзор следовало теперь прекратить.
И как только умолкли Всевышние, на планету начало поступать прекрасное послание Люцифера, в то время владыки системы Сатания. Теперь Носители Жизни могли слышать слова своего собственного главы и получили от него разрешение вернуться в Иерусем. Послание Люцифера содержало официальное одобрение труда Носителей Жизни на Земле и освобождало их от любой будущей критики каких-либо их усилий, направленных на улучшение небадонских прототипов жизни, внедренных в системе Сатания.
Этими посланиями из Салвингтона, Эдемии и Иерусема официально завершился многовековой надзор Носителей Жизни на Земле. На протяжении многих эпох они исполняли свои обязанности, и помогали им только семь духов разума и Главные Физические Регуляторы. И теперь, когда в эволюционных созданиях планеты появилась воля – способность избирать поклонение и восхождение, – они поняли, что их труд завершен, и они стали готовиться к отбытию. Ввиду того, что Земля является миром видоизменения жизни, они получили разрешение оставить на планете двух старших Носителей Жизни с двенадцатью помощниками.
Прошло ровно 993. 505 лет (по положению на 2020 год нашей эры) с того времени, как, согласно Божьему мироустройству, Земля была формально признана населенной людьми планетой во вселенной Небадон. В очередной раз биологическая эволюция достигла человеческих уровней волевого создания. Человек прибыл на 606-ю планету Сатании. И, согласитесь, этот логический процесс эволюции для нас намного важнее всей эволюции Дарвина.
Первая Человеческая семья
Земля была зарегистрирована в качестве обитаемого мира, когда двум первым людям – близнецам – было одиннадцать лет, и до того, как они стали родителями первенца второго поколения подлинных людей. Послание архангела, направленное из Салвингтона по случаю официальной регистрации планеты, заканчивалось следующими словами:
«Человеческий разум прибыл на 606-ю планету Сатании, и основатели новой расы будут именоваться Андон и Фонта. Все архангелы молятся о том, чтобы эти создания могли быть поскорее одарены личным присутствием духа Всеобщего Отца».
Андон является небадонским именем, которое означает «первое подобное Отцу создание, проявившее свойственное человеку стремление к совершенству». Фонта означает «первое подобное Сыну создание, проявившее свойственное человеку стремление к совершенству». Андон и Фонта узнали про свои имена только после того, когда они были присвоены им при слиянии с их Настройщиками Сознания. На протяжении всего своего смертного пребывания на Земле они называли друг друга Сонта-ан и Сонта-эн: Сонта-ан означало «любимый матерью», а Сонта-эн – «любимая отцом». Они сами дали себе эти имена, выражавшие взаимную заботу и любовь.
Андон и Фонта
Во многих отношениях Андон и Фонта были самой замечательной человеческой парой, когда-либо жившей на земле. Эта прекрасная пара – действительные прародители всего человечества – во всех отношениях превосходила многих из своих прямых потомков и в корне отличалась от всех своих предков – как непосредственных, так и дальних.
Родители этой первой человеческой пары, очевидно, мало отличались от обычных представителей своего племени, хотя и принадлежали к числу его наиболее разумных членов – группе, первой научившейся швырять камни и пользоваться в сражениях палками. Кроме того, они использовали остроконечные обломки из камня, кремня и кости.
Однажды Андон – еще в то время, когда он жил со своими родителями, – прикрепил острый кусок кремня к концу палки, используя для этого сухожилия животных; впоследствии он неоднократно и с успехом пользовался этим оружием, спасая как свою собственную жизнь, так и жизнь своей столь же неустрашимой и любознательной сестры, неизменно сопровождавшей его во всех путешествиях.
Решение Андона и Фонты покинуть племя приматов говорит о разуме, намного превышающем интеллект более низкого уровня, свойственный столь многим из их более поздних потомков, которые опустились до смешения со своими отсталыми родственниками из племени человекообразных обезьян. Однако смутное осознание того, что они являются не просто животными, а чем-то большим, объяснялось наличием у них личности и укреплялось внутренним присутствием Настройщиков Сознания.
Бегство близнецов
После того, как Андон и Фонта решили бежать на север, ими временно овладел страх, в особенности боязнь огорчить отца и остальных членов своей семьи. Они опасались нападения враждебно настроенных родственников и сознавали, что могут погибнуть от руки своих, и без того ревнивых, соплеменников. В юности близнецы проводили большую часть времени вместе, из-за чего животные сородичи из племени приматов всегда их недолюбливали. Не прибавило им популярности и то, что они выстроили себе отдельное, и намного лучшее, жилище на дереве.
Именно здесь, в этом устроенном меж верхушек деревьев новом жилище, однажды ночью они проснулись от сильной бури, и, крепко прижавшись друг к другу от страха и нежности, окончательно и бесповоротно решили покинуть свое племя и свой родной дом.
К тому времени ими уже было приготовлено незамысловатое убежище на вершине дерева на расстоянии полудня пути на север. Это было их тайным укрытием на первый день пребывания за пределами родных лесов. Хотя, как и приматы, близнецы смертельно боялись оставаться на земле в ночное время, незадолго до наступления темноты они отправились в свой путь на север. Несмотря на то, что ночной переход, даже в полнолуние, требовал от них необычайной смелости, они правильно решили, что это позволит уйти незаметно и уменьшит вероятность погони со стороны одноплеменников и родственников. И вскоре после наступления полуночи они благополучно добрались до заранее устроенного места.
Продвигаясь на север, они обнаружили открытые залежи кремня и, отобрав много камней, имевших подходящую для различных целей форму, сделали запас на будущее. Пытаясь расколоть эти куски кремня так, чтобы те лучше отвечали определенным назначениям, Андон обнаружил свойство кремня высекать искры и понял, как получается огонь. Правда, в то время эта мысль не укрепилась в его сознании, так как климат всё еще был благоприятным и потребности в огне почти не было.
Однако осеннее солнце опускалось всё ниже, и чем дальше они продвигались на север, тем холоднее становились ночи. Чтобы согреться, им уже приходилось пользоваться шкурами зверей. Когда со времени их побега прошло около месяца, Андон объяснил своей подруге, что знает способ добычи огня с помощью кремня. В течение двух месяцев они тщетно пытались зажечь огонь от искры. Каждый день близнецы настойчиво высекали искры из кремня, пытаясь зажечь дерево. Наконец, однажды вечером, во время захода солнца, тайна метода была раскрыта, когда Фонта догадалась залезть на стоящее неподалеку дерево и достать покинутое птицами гнездо. Гнездо было сухим и легко воспламеняющимся, и поэтому оно вспыхнуло, как только на него попала искра. Они были настолько удивлены и напуганы своим успехом, что чуть было не дали огню погаснуть, однако им удалось сохранить его, подбрасывая подходящее топливо, и прародители всего человечества впервые отправились на поиски дров.
Это был один из самых радостных эпизодов в их короткой, но богатой событиями жизни. Всю ночь просидели они у своего костра, смотря на горящий огонь и смутно понимая, что совершили открытие, которое позволит им одержать победу над климатом и, таким образом, навсегда обрести независимость от своих животных родственников из южных земель. После трех дней отдыха и наслаждения костром они продолжили свой путь.
Предки Андона и Фонты – приматы – часто поддерживали огонь, зажженный молнией, но никогда прежде земные создания не владели методом произвольного зажигания огня. Однако прошло много времени, прежде чем близнецы узнали, что сухой мох и другие материалы способны поддерживать огонь не хуже птичьих гнезд.
Семья Андона
Прошло почти два года с той ночи, как близнецы покинули свое жилище, прежде чем у них родился первый ребенок. Они назвали его Сонтад, и Сонтад стал первым созданием Земли, укутанным при рождении в защитное покрывало. Было положено начало человеческой расе, и на этой новой эволюционной ступени появилось инстинктивное стремление должным образом ухаживать за всё более беспомощными младенцами, что было характерно для постепенного развития разума интеллектуального типа по сравнению с более животным типом.
У Андона и Фонты родились в общей сложности девятнадцать детей, и они успели насладиться обществом почти полсотни внуков и полдюжины правнуков. Семья обитала в четырех примыкавших друг к другу скальных укрытиях, или полу пещерах, три из которых соединялись коридорами, прорытыми в мягком известняке с помощью кремневых орудий, придуманных детьми Андона.
Ранние андониты обладали ярко выраженным родовым чувством; они охотились группами и никогда не удалялись на большое расстояние от дома. Казалось, что они понимают исключительность своей изолированной группы живых существ и необходимость держаться вместе. Это чувство близости, несомненно, объяснялось возросшей помощью вспомогательных духов разума.
Андон и Фонта неустанно трудились над воспитанием и совершенствованием своего рода. Они дожили до сорока двух лет и оба были убиты во время землетрясения при падении нависшей скалы. Пятеро из их детей и одиннадцать внуков погибли вместе с ними, и около двадцати их потомков получили серьезные увечья.
Сразу же после смерти своих родителей Сонтад, несмотря на серьезное повреждение ноги, возглавил клан, в чём ему умело помогала жена – старшая из сестер. Первым делом им пришлось устроить надежное погребение для своих мертвых родителей, братьев, сестер и детей, для чего они завалили их камнями. Не следует придавать излишнего значения этому акту захоронения. Их смутные и неопределенные представления о жизни после смерти в основном черпались из причудливых и пестрых снов.
Потомки Андона и Фонты жили единым кланом вплоть до двадцатого поколения, когда соперничество из-за пищи и социальные трения привели к началу их рассеяния.
Андонические кланы
Первобытные люди – андониты – имели черные глаза и смуглую кожу желто-красного оттенка. Меланин – цветная субстанция, присутствующая в коже любого человека – является исконным кожным пигментом андонитов. По своему общему виду и цвету кожи эти ранние андониты больше напоминали современных эскимосов, чем какой-либо другой тип людей. Они были первыми созданиями, которые пользовались шкурами животных для защиты от холода; на теле у них было ненамного больше волос, чем у современного человека.
В племенной жизни животных предшественников этих первобытных людей таились истоки многочисленных социальных соглашений, а развитие чувств и умственных способностей этих существ сразу же отразилось на усовершенствовании общественного устройства и новом разделении родового труда. Они были великолепными подражателями, но игровой инстинкт оставался почти неразвитым, а чувство юмора практически полностью отсутствовало. Первобытный человек иногда улыбался, но никогда не смеялся от всего сердца. Юмор был наследием более поздней адамической расы. Первобытные люди не были столь чувствительны к боли и не так остро реагировали на неприятные ситуации, как многие из более поздних эволюционирующих смертных. Деторождение не было болезненным или мучительным испытанием для Фонты и ее непосредственных потомков.
Это было чудесное племя. Мужчины героически отстаивали безопасность своих жен и своего потомства; женщины нежно ухаживали за детьми. Однако их патриотизм ограничивался только своим собственным родом. Они были целиком преданы своим семьям; они, не колеблясь, отдавали жизнь, защищая своих детей, но стремление обеспечить лучшую жизнь своим внукам было выше их понимания. В человеческом сердце еще не проснулся альтруизм, несмотря на то, что этим коренным жителям земли уже были свойственны все эмоции, необходимые для рождения религии.
Древних людей отличала трогательная нежность в отношениях со своими товарищами и, безусловно, истинное, хотя и примитивное, представление о дружбе. В более поздние времена, во время постоянно возникающих сражений с отсталыми племенами, нередко можно было видеть, как первобытный человек, храбро отбиваясь одной рукой, пытается защитить и спасти своего раненого товарища. Многие из наиболее благородных и в высшей степени человеческих черт последующего эволюционного развития нашли свое трогательное предвосхищение в этих первобытных людях.
Изначальный андонический род продолжал оставаться главенствующим вплоть до двадцать седьмого поколения, когда среди прямых потомков Сонтада не оказалось ни одного мальчика, и два претендента на роль главы рода вступили в борьбу за господство.
Еще до широкого рассеяния андонических кланов их ранние попытки взаимного общения привели к появлению хорошо развитого языка. Этот язык продолжал расширяться; добавления вносились почти ежедневно благодаря новым изобретениям и приспособлениям к среде, которые создавались этими активными, неутомимыми и любознательными людьми. И вплоть до появления цветных рас этот язык являлся земной речью – языком древней человеческой семьи.
Со временем число андонических кланов увеличилось, и контакты растущих семей стали приводить к трениям и размолвкам. Мысли этих людей занимали только две вещи: охота ради пропитания и сражение ради отмщения за какую-то реальную или воображаемую несправедливость или оскорбление, причиненное соседним племенем.
Усиливалась родовая вражда, вспыхивали племенные войны, и серьезные потери произошли среди лучших представителей из числа наиболее способных и развитых групп. Некоторые из этих потерь были невосполнимы; часть линий, наиболее ценных по своим способностям и уровню интеллекта, была утрачена навсегда. Бесконечная война кланов поставила под угрозу существование этой древней расы и ее первобытной цивилизации.
Таких примитивных созданий невозможно заставить подолгу жить в мире. Человек является потомком воинственных животных, и когда неразвитые люди оказываются тесно связанными друг с другом, это приводит к взаимным раздражениям и оскорблениям. Носители Жизни знают эту особенность эволюционных созданий и предусматривают, в итоге, разделение эволюционирующих людей минимум на три – а чаще на шесть – различных и самостоятельных расы.
Рассеяние андонитов
Древние андонические расы не проникли в глубинные регионы Азии, и поначалу они не селились в Африке. География тех времен вела их на север, и эти люди продвигались всё дальше и дальше в этом направлении, пока они не были остановлены медленным нашествием третьего ледника.
Прежде чем ледяной щит достиг Франции и Британских островов, потомки Андона и Фонты, пробираясь на запад, пересекли Европу, основав более тысячи отдельных поселений вдоль больших рек, впадавших в воды тогда еще теплого Северного моря.
В древности эти андонические племена обитали у берегов рек на территории Франции. В течение десятков тысяч лет они селились вдоль реки Сомма. Сомма – единственная река, русло которой не было изменено ледниками, и в те дни она устремлялась к морю практически так же, как и сегодня. Этим объясняется обилие свидетельств обитания андонитов в долине, расположенной вдоль русла этой реки.
Эти аборигены Земли не обитали на деревьях, хотя они по-прежнему забирались на них в минуту опасности. Обычно они располагались в укрытии под нависавшими вдоль речных берегов скалами и в гротах на склонах холмов, что обеспечивало хороший обзор подступов и защищало их от стихии. Так они могли спокойно пользоваться огнем без того, чтобы испытывать слишком большие неудобства от дыма. Они еще не являлись настоящими пещерными жителями, хотя в последующие эпохи ледяные щиты, опустившись еще дальше на юг, загнали их потомков в пещеры. Они предпочитали селиться у кромки леса и возле протоков.
Уже на ранней стадии они с большим искусством строили частично укрытые жилища и обнаружили выдающиеся способности в сооружении каменных спален – куполообразных каменных хижин, в которые они заползали на ночь. Вход в такую хижину закрывался на ночь с помощью валуна, который помещался для этой цели внутрь до того, как камни кровли окончательно укреплялись на месте.
Андониты были бесстрашными и умелыми охотниками и, за исключением дикорастущих ягод и некоторых древесных плодов, питались одной плотью. Вслед за Андоном, придумавшим каменный топор, его потомки еще в глубокой древности изобрели и эффективно использовали копья и гарпуны. Наконец, создающий орудия разум стал действовать вместе с использовавшей их рукой, и эти древние люди научились прекрасно обрабатывать кремневые орудия труда. В поисках кремня они проходили большие расстояния – подобно современным людям, которые идут на край света в поисках золота, платины и бриллиантов.
Так же и во многих других отношениях андонические племена демонстрировали уровень интеллекта, оказавшийся недоступным их регрессировавшим потомкам и через полмиллиона лет, несмотря на то, что они раз за разом открывали различные способы разжигания огня.
Онагар – первый проповедник
В течение почти десяти тысяч лет, по мере всё большего рассеивания андонитов, культурное и духовное состояние кланов ухудшалось. Так продолжалось до тех пор, пока не появился Онагар, который возглавил эти племена, добился установления межплеменного мира и впервые привел их к поклонению «Дающему Дыхание людям и животным».
Философия Андона была предельно путанной; он чуть было не стал огнепоклонником из-за того огромного удовлетворения, которое принесло ему случайное открытие огня. Разум, однако, подсказал ему обратить свои помыслы к солнцу как высшему и вызывающему еще больший трепет источнику тепла и света. Но солнце было слишком далеко, и он так и не стал солнцепоклонником.
Еще на начальном этапе у андонитов выработался страх перед стихией – громом, молнией, дождем, снегом, градом и льдом. Однако в те далекие дни постоянно возобновлявшимся мотивом был голод, а так как они в основном жили за счет животных, у них появилась определенная форма зоолатрии. Для Андона большие животные символизировали созидательное могущество и восполнение сил. Время от времени возникало культовое поклонение различным крупным животным. Во время моды на конкретное животное на стенах пещер появлялись его незамысловатые силуэты, а позднее, с развитием искусств, такое животное божество стало появляться в различных орнаментах.
Уже на самом раннем этапе у андонических народов появился обычай воздерживаться от использования мяса тех животных, которым поклонялось племя. Вскоре, для оказания должного воздействия на сознание молодого поколения, был создан культовый обряд, который совершался у тела одного из почитаемых животных, а еще позднее их потомки превратили эти примитивные действия в более изысканные обряды жертвоприношения. Таково происхождение жертвоприношения как части поклонения. Эта идея была развита Моисеем в древнееврейском ритуале и была, в целом, сохранена апостолом Павлом в качестве доктрины искупления греха «пролитием крови».