Начальник. А у меня стрельбы!
- -
- 100%
- +
Тем ни менее результатом спора Андрей остался удовлетворен. Победитель смилостивился над поверженным оппонентом и согласился сделать все замечания, рекомендации и правки карандашом.
– Ты где так долго пропадал и почему моська такая довольная? – спросил Василий, когда Андрей вернулся в кабинет.
– А отчего ей не быть довольной? – пожал плечами Андрей, вновь погружаясь в дебри ящиков стола. – Мировой мужик этот «Доцент». Ага, нашел.
– Ты бухнул, что ли? – поразился Василий, перед которым уже выросла гора испорченных документов, которые ему предстояло переписывать и вновь вшивать в дела.
Андрей проигнорировал сей недружественный выпад, проверил качество ластика, на листочке, убедился что он стирает а не размазывает, открыл верхнее дело и аккуратно принялся наводить в нем порядок.
Василий, не дождавшись ответа, слегка запутавшись длинными ногами в ножках стула, ринулся к столу коллеги.
– Что это?
– Сам не видишь? Ценные и мудрые указания…
– Карандашом?! – выпучив глаза, прокричал Василий.
– Не шуми, – попросил Андрей, – «Рыжего» нам тут не хватало.
– Но как?! – тоном ниже спросил Василий, Слава выглядывал из-за его плеча.
– Я его просто попросил, нет, конечно, сначала пришлось поспорить, но в целом мировой мужик. С ним будет весело.
Василий выматерился и вернулся к себе.
– Я так понимаю моя очередь? – грустно уточнил Слава, ровняя стопку пухлых папок.
– Нет, я ему рекомендовал продолжить Тарасом, – бросил Андрей, прикидывая хватит ли ему ластика на все «Доцентовы» перлы.
– Ну и зачем такая подстава? – беззлобно спросил Слава. – Он же после этого в бешенстве будет.
– Ошибаешься, – улыбнулся Андрей, – полагаю после того как Тарас предоставит «Доценту» то, что по наивности своей называет делами, ваши труды прольются бальзамом на израненную душу нового руководства. Да и потом, час поздний, так что до завтра вы коллега совершенно свободны.
«Доцент» терроризировал оперсостав еще неделю. Работа встала совершенно, все, даже Тарас, строчили бумаги по новым правилам, пока Андрею не понадобилась судебная санкция.
Подготовив все необходимые документы, Андрей выдохнув, постучал в дверь «Доцента»:
– Разрешите?
– Проходи, Андрей, что у тебя?
– В суд надо ехать, за санкцией, вот я все подготовил.
– Мне надо подписать?
– Да, а потом созвониться с председателем суда и, договорившись о времени, съездить в суд.
– Мне? А почему сам не съездишь?
«Лентяй», – подумал Андрей, но вслух терпеливо объяснил:
– Требование нашего председателя. Приезжает только руководитель с делом. Вы заместитель по оперативной работе, вам и ехать.
– Странное требование, – заметил «Доцент», – ну да ладно. Давай посмотрим сначала, что ты приготовил.
Андрей отдал дело и заранее приготовленный карандаш…
Перепечатать четыре бумажки в век компьютеров дело десяти минут, но старые, испещренные графитовыми замечаниями документы, Андрей извлек очень аккуратно и положил в отдельную папочку. После чего пошел к секретчице Кристине.
– Привет, можно?
Кристина оторвала усталые глаза от вороха макулатуры на столе и молча кивнула.
– У меня дело на миллион, – начал Андрей, заметив как женщина вздрогнула, его стиль работы она успела хорошо изучить.
– Что опять задумал?
– Вот смотри, эти бумаги надо проштамповать под номерами этих бумаг…
– Совсем сдурел? Знаешь как это называется?
– Знаю – экономия рабочего времени и государственных ресурсов.
– ?
– Смотри вот эти, новые – полный бред и судья их завернет. Теперь получается сначала ты уничтожаешь старые по акту, потом новые по акту, а потом регистрируешь еще новее, но точно такие же как эти, – Андрей говорил скороговоркой, но убедительно совращающим тоном.
Кристина, вздохнув положила выдающуюся грудь на стол и задумалась. Андрей, тем временем, не без удовольствия ее разглядывал.
Секретчица представляла собой женщину видную. Метр восемьдесят крови с молоком, богатая грудь, прекрасная, подчеркнутая блузкой стрейч талия и великолепно поставленный удар левой, о чем стало известно в результате небольшого курьеза с молодым спецназовцем на одном из последних кооперативов.
Работы у Кристины хватало и опер предлагал разумный вариант, но вот в случае чего…
– А если ты их потеряешь?
– Кристина, ты же не первый год погоны носишь, знаешь – у нас ничего не теряется, только долго ищется, – заверил Андрей.
– Ладно, черт с тобой…
«Доцент» пробыл в суде с час, а может и более того. Наконец, спотыкаясь и шаркая своими гигантскими ботинками, вошел в кабинет Андрея и молча сел на свободный стул. Вид зам имел весьма озадаченный.
Выждав для приличия пару минут, Андрей решился первым начать разговор:
– У вас все в порядке, Николай Андреевич?
– Холодно, – невпопад ответил «Доцент» и Василий тут же протянул ему кружку чая, которую только что заварил для себя.
Тот долго пил мелкими глотками, наконец, прервался, отставил кружку и так же молча расстегнул портфель для перевозки секретной документации:
– Вот держи, – протянул он дело Андрею, – ты переделай как было.
– Хорошо, сделаю.
– Только надо в течение часа, потом он в процесс уйдет, – вздохнул «Доцент», собираясь удалиться.
– Постойте, я быстро, – остановил его Андрей.
Конечно проворачивать подобные трюки при руководстве не рекомендуется, но чутье подсказывало ему, что надо дать ученому мужу окончательно понять разницу между теорией и практикой, поэтому рискнул.
Быстро и бесцеремонно выдрал ненужные листы и сноровисто вшил на их место уже обработанные ластиком прежние документы.
«Доцент» поперхнулся кипятком и, выпучив глаза, просипел севшим голосом:
– Что это? Что ты делаешь?!
– Экономия рабочего времени, – заученно ответил Андрей, затягивая последний узелок. – Все готово, можно отвозить.
– Это двойная регистрация… это… – бормотал ошарашенный «Доцент», но закончить мысль Андрей ему не дал.
Принес из дальнего угла железное ведро и на глазах онемевшего зама подпалил бумагу от зажигалки:
– Вот и нет двойной регистрации.
– Это же… – гнул свое «Доцент». – Нарушение пожарной безопасности!
– Вот тут вы полностью правы, Николай Андреевич, – кивнул опер, – обычно мы сжигаем их на улице, за углом.
– Или я спятил и сейчас в психушке или за пять лет, что я был на пенсии мир сильно изменился, – пробормотал «Доцент», щелкая замком портфеля, посмотрел на притихших офицеров, и добавил. – Жулики.
– Работа такая, – вздохнул Андрей.
– По краю ходишь, – заметил Василий, когда зам удалился.
– Работа такая, – устало повторил Андрей, который и сам не был уверен, что данная выходка сойдет ему с рук.
После этого случая «Доцент» как-то сник. Подписывал бумаги почти не читая, а еще от него стало явственно попахивать спиртным. Остальное свободное время, а к слову сказать, этого времени у него образовалось море, он играл сам с собой в шахматы.
– Сломался наш зам, – с легким сочувствием заметил как-то Слава.
– Ничего удивительного, – ответил Андрей, – тридцать лет учить людей оперативной работе, писать научные работы, совершенствуя эту самую работу и в итоге узнать – в жизни все не так, как в учебнике. Ничего, полковники они крепкие, оклемается.
В конце месяца произошло событие, которое раскрыло «Доцента» с неизведанной доселе стороны.
Троица оперативников откровенно просиживала штаны в кабинете, строя планы пораньше отвалить на обед. Слава в очередной раз набрал дежурку:
– Это Белый, отцы командиры ушли? Понятно, спасибо, – Слава аккуратно вернул трубку на место и доложил. – «Рыжий» убыл, а «Доцент» на месте.
– Рискнем? – спросил Андрей.
– «Доцент» не «Рыжий» можно и рискнуть, – согласился Василий.
Слава же выразил свое мнение молча, начав переобуваться в зимнюю обувь.
Стараясь не топать троица двинулась по пустым и гулким коридорам, судя по всему остальные сотрудники «рискнули» давным-давно. Но вот дверь кабинета зама оказалась распахнутой настежь.
Пока опера, используя приемы пантомимы решали как поступить, из кабинета раздался душераздирающий вопль – мат.
– Мат!? Да как мат?! Почему мат? – неслось, отражаясь от стен, по коридору.
Андрей с сотоварищами кинулся к кабинету зама и успел в аккурат к тому моменту, когда разгневанный «Доцент» мощным ударом смел шахматные фигуры на пол.
– Товарищ полковник, у вас все в порядке? – осторожно поинтересовался Василий.
– Да с какого лешего в порядке?! – вопил покрасневший «Доцент». – Четыре! Четыре раза подряд! Я уже и сжульничал, две партии подряд начинал белыми и все равно не могу выиграть, хоть тресни!!! Четыре раза!…
Андрей огляделся, «Доцент» был один.
«Нормальный ход» – подумал Андрей и, присев на корточки, стал собирать фигуры, Слава принялся ему помогать. «Доцент» же метался из угла в угол и продолжал неистовствовать.
«Этак его каратун хватит, – подумал Андрей, разгибаясь, – надо человека успокоить».
– Николай Андреевич, ну что вы так переживаете, – начал он будничным голосом. – Рано или поздно любому сильному игроку попадается достойный соперник. Вам надо успокоиться, обдумать новую тактику и вы его сделаете!
«Доцент», замолчав, пристально уставился на опера – издевается или нет, но Андрей был серьезен как никогда. «Доцент» в самом деле успокоился:
– Да-да, Андрей, ты прав, надо менять тактику… спасибо ребята, – кивнул он, принимая собранные фигуры, которые тут же принялся расставлять на доске.
– Разрешите идти? – спросил Василий осторожно.
– А? Да, конечно, идите.
На улице некоторое время шли молча, пока Андрей задумчиво не произнес:
– А с этим товарищем надо бы поаккуратнее. Что скажете, коллеги?
Слава традиционно промолчал, а Василий через минуту высказался:
– Это не «Доцент», это, это… Лошадью ходи!
Заместитель начальника. Который час, я спрашиваю?!!
Близился праздник, день Службы, в связи с чем настроение у личного состава отдела было подавленным.
Еще несколько лет назад по таким дням объявлялся выходной с торжественными мероприятиями и удалым сабантуем. Увы, времена изменились. Отмечать день в день запретили категорически, приказав переносить все мероприятия на ближайший нерабочий день, а что это уже за праздник? Так, повод напиться.
За день до праздничной даты «Рыжий» объявил внеочередной сбор, отчего у людей настроение испортилось окончательно. От подобных неожиданных сходок никто ничего хорошего не ждал, так как они всегда заканчивались разносом и нелепыми взысканиями. Хмурое же лицо начальника лишь укрепляло подобные ожидания.
– Завтра праздник… – «удивил» всех «Рыжий» после традиционной процедуры приветствия. А вот дальнейшая речь полковника уже удивила всех по-настоящему. – Как вы уже знаете все торжества приказано перенести на субботу. Считаю это неправильным и даже вредным решением, ибо оно разрушает и нивелирует все сложившиеся годами традиции. А без них мы не Служба, а просто вооруженная, наделенная определенными полномочиями, организация… – зал внимал, не веря своим ушам. – Поэтому мною принято следующее решение. Завтрашний день объявляю выходным. В восемь ноль-ноль торжественное собрание в этом зале, затем банкет. Кто завтра дежурный?
Поднялся молодой спецназовец Петр.
– Так, сержант, сегодня вечером получишь сводки на завтра, передавать равномерно в течение рабочего дня. На все вопросы из управления: где я или кто-либо из личного состава, отвечать – на мероприятии, суть мероприятия тебе неизвестна. Следственный отдел на совещании в прокуратуре…
– Весь день на совещании? – встрял с вопросом малоопытный Петя. Впрочем, «Рыжий» не обратил внимания на некорректное поведение подчиненного, отмахнувшись:
– Ну, соврешь что-нибудь, мне же врете, от зубов отлетает. Присаживайся. Теперь опера, нам на завтра нужен «результат», поэтому сегодня потрудиться в усиленном режиме. Вопросы? Нет? По местам.
– Что это было? – спросил Слава, когда троица вернулась к себе в кабинет.
– Яркий образец «старой школы», – ответил Андрей. – Не ожидал я подобного от «Рыжего», а ведь он изрядно рискует. Если хоть одна сволочь настучит в управу, может и на пенсию вернуться.
Утром следующего дня Андрей буквально не узнал половину коллег. В первую очередь это касалось тех немногочисленных счастливчиков у которых была форменная одежда – сняв ее люди так преобразились, что пару раз он, здороваясь, силился вспомнить имя человека. Те же кто и так ходил в цивильном платье, сменили потертые джинсы и серые майки на костюмы, многие, как и сам Андрей, при галстуках. А уж женщины и, подавно, «слепили» глаз нарядами, макияжем и ювелирными украшениями. Как им удалось к столь раннему часу обзавестись такими изощренными прическами Андрей совершенно не понимал, по его мнению на изготовление всех этих локонов и пирамид должна уходить уйма времени.
Но настоящий фурор произвел спецназовец, получивший после памятных стрельб прозвище «Одиннадцатый»: Дорогой, с искрой костюм, а вместо галстука – бабочка. После чрезмерного внимания коллектива он хотел ее снять, отговорили, убедив, что ему очень идет и это было правдой, так как спецназовец с бабочкой – сильный ход.
На торжественном собрании «Рыжий» удивил вторично. Вместо долгих и нудных посиделок с речами торжественная часть превратилась в мероприятие динамичное и, весьма, скоротечное.
«Рыжий» даже не стал садиться за стол, поздравил всех с праздником, зачитал пару выписок из приказа о присвоении очередных званий, вручил три грамоты и один ценный подарок непричастным, снял пять взысканий с невиновных, поздравил Василия с тридцатилетием, вручив традиционный конверт и объявил собрание законченным.
Народ немедленно приступил к организации банкета. Спецназ расчистил зал от неудобных спятеренных кресел, опера принесли несколько столов из своих кабинетов, следователи собрали по всему отделу стулья и офисные кресла, а женская часть коллектива взяла на себя сервировку.
Из закусок преобладала домашняя кухня. Каждый что-нибудь принес из дома. Андрей, к примеру, укутанную в полотенца кастрюлю тушенной картошки с мясом, Слава и Василий, как условно холостые, взяли на себя закуп спиртного, зелени и фруктов… Через четверть часа праздничный стол буквально ломился от разномастных яств и напитков.
Цаплин хотел позвать руководство, но его остановили, высказав мнение, что в честь праздника к начальству следует направить даму. Делегировали Кристину. Начальник с замом не заставили себя ждать и скоро заняли почетные места во главе стола поближе к прекрасному полу.
Впрочем, без накладок не обошлось, когда начальник вознамерился сказать первый тост и предложил наполнить бокалы, выяснилось – штопор никто взять не догадался.
Пока одни ворчали друг на друга, пара непьющих, в виду завтрашнего рабочего дня, водителей весьма сноровисто справились с задачей посредством ножа и вилки.
Пошло по накатанной: выпили за службу, за семьи всех присутствующих, за дам… Андрей заскучал и тут-то «Рыжий» сделал хет-трик, удивив третий раз подряд.
– Коллеги, – сказал он, выходя из-за стола, – еще раз поздравляю всех с праздником, а теперь вынужден удалиться. У нас с Николай Андреевичем запланирована своя программа. Отдыхайте, но не забывайте, завтра жду всех без опозданий.
После чего, едва ли не силком поднял зама, тоскливо смотрящего на только початые сосуды со спиртным, и увлек его за собой в коридор, откуда до притихших сотрудников донеслось приглушенное:
– Пойдем, пойдем, дай людям отдохнуть от наших рож…
После ухода руководства банкет заметно оживился и довольно быстро тосты отошли в прошлое, а собравшиеся говорили все одновременно, не слушая друг друга.
Первыми банкет покинули трезвые, но сытые водители, за ними большая часть малопьющих женщин, а к четырем часам засобирались остальные, строя планы где веселее продолжить праздник.
Андрей от продолжения отказался, вызвавшись добровольцем навести в зале порядок. Василий поддержал инициативу, а Славик не решился отколоться от их маленького коллектива.
Следует отметить, что у «продолжателей» хватило совести прихватить с собой на мусорку пять объемных пакетов с пустой тарой и прочим хламом и оставить на столе нераспечатанные ноль семь виски.
Вернув мебель по местам, опера расположились в своем кабинете.
– Ноль семь без закуски – перебор, – высказал свое мнение Андрей.
– Почему без закуски? – пожал плечами, Василий отпирая сейф. – Это чем тебе не закусь?
На столе оказались три больших, алых яблока.
– Предусмотрительно, – похвалил Андрей.
– Для такой закуски одной бутылки мало будет, – грустно вздохнул Слава, ему очень хотелось «продолжить» на всю катушку.
– Сходим, если что, – успокоил его Василий, – ну, будем!
– Бум!
После третьей Андрей, экономно откусывая от яблочной дольки, блаженно произнес:
– Красота, молодость вспоминается.
– Милиция? – уточнил Василий.
– Она самая, эх, как вспомню, прям хоть машину времени изобретай.
– И чего же в ней такого хорошего, в вашей милиции? – с сомнением спросил Слава, который кроме Службы нигде не работал.
– Человеческое, ну почти человеческое, отношение начальства, – вздохнул Василий, который как и Андрей был из бывших. – Правда теперь там совсем не так.
– А еще было весело, – добавил Андрей.
– Ага, – хмыкнул Слава, – Улицы разбитых фонарей.
– Зря ерничаешь, именно так, – кивнул Андрей. – Я тебе с ходу несколько десятков приколов рассказать могу, убедишься.
– А расскажи!
– А пожалуйста! – легко согласился Андрей. – Прихожу я как-то девятого марта в Управление, а там, начиная с постового на входе, заканчивая кабинетами начальства – хиханьки да хаханьки. Все что-то друг другу в полголоса рассказывают и ржут. Ничего понять не могу.
Захожу к себе, там напарник с такой же загадочно веселой миной сидит. Спрашиваю – что происходит? Тот в ответ заржал, успокоиться не может, потом все же рассказал.
Жила была семейная пара. Прожили они вместе уже достаточно, чтобы романтические страсти улеглись и семейный быт покатился по накатанной к все более частым ссорам.
Вот и решил глава семейства спасти семейные отношения, оживить их так сказать. Все спланировал, за несколько дней до праздника тайно купил столик для завтраков в постели, цветочки на балкон незаметно пронес, готовился.
Утром восьмого марта встал тихонечко пораньше и улизнул на кухню сюрприз готовить.
Сервировал столик красивой посудой, в отдельное блюдце подарок – сережки, украсил все это вазочкой с букетиком тюльпанов, а вместо банальных бутербродов решил испечь блины.
Развел тесто и приступил к делу. Когда процесс жарки уже близился к финалу, предусмотрительно поставил на огонь турку с кофе…
В это время его благоверная проснулась, обнаружила, что супруга нет, а из кухни доносятся странные звуки и пьянящий аромат кофе… Вместо того, чтобы немного подумать, догадаться, что муж готовит ей сюрприз и, притворившись спящей, сыграть бурный восторг, решила сходить посмотреть, что там происходит. Видимо сыграла роль та низкопробная реклама, где все просыпаются и словно сомнамбулы идут на запах кофе.
Заходит она на кухню, а там! Несбыточная мечта любой женщины: цветы, дорогой подарок, свежесваренный кофе и голый мужчина у плиты – кулинарит.
Женщина так расчувствовалась, что, рухнув на колени, принялась усердно мужа благодарить, как может отблагодарить любящая супруга обнаженного супруга…
– Она ему, что… – перебил Слава.
– Угадал, но слушай дальше. Мужчина благодарность с радостью принял и выпал на некоторое время из реальности в астрал и лучше бы он там и оставался до конца. Но тут его затуманенный взгляд зацепился за половник с последней порцией теста и решил он совместить приятное с полезным – допечь блин.
Беда в том, что сковорода успела изрядно раскалиться и жидкое тесто, мгновенно вскипев, брызнуло кипящими каплями во все стороны и большая их часть попала на обнаженную спину и плечи женщины.
Та от боли рефлекторно его укусила, ну а он так же рефлекторно приложил ее сковородой по темечку…
– Врешь ты все, – выдавил сквозь хохот Слава, – анекдот.
– Расскажи это дежурному оперу, который их опрашивать ездил в больницу. Мужик на втором этаже в хирургии с парой швов в интересном месте, женщина на третьем – нейрохирургии с ЗЧМТ, а потом еще и отказной писал, не представляя, что о нем подумает прокурор…
В этот момент, грохнув дверью, в кабинет ворвался «Лошадью ходи», хотел что-то сказать важное, но замер, с изумленно открытым ртом, уставившись на бутылку с остатками виски. Наконец, отмер и заорал:
– Который час?!
Опера, еще не успевшие оправиться от смеха, растерялись и не ответили, зам повторил вопрос, доведя крик до ультразвуковой вибрации:
– Который час, я спрашиваю?!!!
Андрей глянул на часы:
– Восемь тридцать.
– А это что? – ткнул пальцем в бутылку зам.
– Виски, – невинно ответил недоумевающий Василий.
– Вы совсем оборзели?! На гражданку по статье захотели?! Я вас…
– Да в чем дело-то? – перебил его Василий.
– Время половина девятого, отдел пустой, а кто пришел уже шары заливает! Считаешь это нормально?!!!
– Ах, вон в чем дело, – включился в ситуацию Андрей, – Николай Андреевич, сейчас вечер. Мы все вместе сегодня отмечали день Службы, а у Василия и, подавно, юбилей. Вот мы и продолжили, так сказать, в узком кругу.
– Ты из меня старого маразматика не делай! Какой вечер? Солнце где!?
– Николай Андреевич, полярный день в разгаре, оно круглыми сутками там болтается и долго еще будет, – как можно спокойнее просвещал зама Андрей и это дало определенные плоды, так как «Лошадью ходи» задумался и произнес тоном ниже:
– То есть я пришел на работу вечером того же дня? Я похож на идиота?
– Позвоните в дежурку, если нам не верите, – предложил Василий.
«Лошадью ходи» схватил трубку и попытался набрать нужный номер, но рука его тряслась, а допотопный дисковый аппарат елозил по столу и зам все время сбивался. Василий, деликатно отстранив руководящую длань, сноровисто накрутил нужную комбинацию цифр.
– Дежурный! – рявкнул зам, не дав тому представиться. – Который час и какое сегодня число?!
Кресло дежурного обладает волшебным свойством на раз лишать сидящего в нем чувства юмора и способности удивляться, поэтому из трубки донесся четкий ответ:
– Двадцать часов тридцать семь минут, такого-то числа, месяца и года.
Зам аккуратно положил трубку, постоял и быстрым шагом покинул кабинет, не закрыв за собой дверь.
– Куда это он? – забеспокоился Слава.
– Вниз, – махнул рукой Василий, – видимо решил, что дежурный с нами в сговоре, не обращай внимания.
– А если он «Рыжему» позвонит? – не унимался Слава.
– И что? – спросил Андрей. – Тот сам все это затеял. Наливай, пока спокойно.
«Лошадью ходи» вернулся подавленно-удрученный, молча сел на стул и вперился взглядом в пол, спустя пару минут тихо произнес:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.