Чувства

Воздух сменился, но не теми оттенками, что привыкли чувствовать люди, в виде разновидностей запахов, а по структуре энергетики. Он стал более тяжелым. И причина крылась в большем скоплении сознательных ячеек – отдельных людей, семей, групп, корпораций, целого города. Здесь все было пропитано мощной и нескончаемой энергией. И она не была тяжелой в смысле – трудной или плохой, она являлась – более глобальной, чем, например – в лесу, где баланс более упрощен и легок, где все отлажено и действует на более понятных системах. Все это сравнимо с цифровым эквивалентом: город – терабайты, лес – восьми битный поток. Причем и там и там одинаковое течение жизни – где убывает, там и прибывает. Системы обеспечения разные, а смысл вселенского равновесия – един!

Мария остановилась. Она протянула руки к самому огромному и высотному зданию и почувствовала его пульсацию, его ритм. Вначале это был единый и невероятно большой импульс. Потом видение позволило расщепить этот целый организм на структуры. Если брать обычный человеческий взор, то здание делилось на этажи, затем на комнаты, потом на каждого отдельного человека. В проекции же девушки, эта схема выглядела немного по-другому: большой красный сгусток активности – энергии, делился внутри себя на более мелкие зоны, уже более темного оттенка, затем это деление продолжалось в такой же пропорции – углубляясь и придавая более потемневшие тона. В итоге, каждая такая частичка – человек, имела маленькую светлую точечку, которая пульсировала и пыталась расшириться, дополняя собой свечение всего этого энергетического купола, в виде здания. Когда видение Марии еще больше обострилось, она разглядела структуру этой самой маленькой пульсирующей точечки. Она разделялась на еще несколько секторов, которые источали свою силу, свою палитру цвета, разделяя свой функционал. Одна пульсация походила на самый темный оттенок, но старающийся постоянно выбросить эту черноту, стремясь к более мягкому оттенку. – Это было тело. Другой источник энергии находился в более легкой гамме излучения, иногда обретающий яркость, но тут же себя гасивший. – Это был разум. Чуть повыше, ярко пламенел источник, чего-то созидающего и тут же разрушающего, собирающего воедино и сразу же разрывающего на мелкие частицы. – Это величественной кистью и стирающей губкой орудовало сознание. А над всей этой личностной епархией возвышался самый глубинный и яркий свет, он не пульсировал, не пытался создавать или коверкать. У него не было помыслов противостоять чему-либо, он просто находился в постоянном своем покое, помогая раскрываться каждой из этих частиц. – Это была душа, обычная и естественная, всякая и никакая, такая, как целая вселенная – балансирующая программа.

Михаил посмотрел на Марию, в этот момент их глаза вновь воссоединились, как в парке – с приматом. Он прочитал информацию видения девушки, получив точную голограмму энергетической структуры. От себя он передал свою картинку, которая была наполнена еще более сильными структурами мира – еще чище и отчетливее. Это говорило о возможности продвигаться в своем знании и обретении силы.

– Вот для чего этот путь! – Внезапно сказала Мария. – Немного впечатлений, движения, легкого питания, развивающих бесед – я смотрю. Я вижу. Я понимаю. Приходит не мнение, а верное и точное знание, которое помогает определять определенное, достигать достижимое – жить естественно! Ведь этого не поймешь, пока не прочувствуешь. Не научишься, пока искренне не пожелаешь этого. А вся вселенная преподносит ровно в таких пропорциях и на таких скоростях, которые не позволят разорвать человека от приходящей и вдохновляющей энергии. Любой путь дается для четкого понимания слова «Любовь». Начинаешь свое учение, раскрывая свои глаза – прозревая. Пока что любовь – это набор определений и значений. Человек всматривается в это чувство и видит – химию, физику и немного души. Дальше приходит знание: любовь – это более высшая и необъяснимая сфера, граничащая с общим и возвышенным. На смену знанию возникает сила – любовь есть во всем. Дальше, всю сущность обволакивает мудрость – любовь – это ты. И в конце концов приходит самая главенствующая и непоколебимая часть всего сущего – сама ЛЮБОВЬ. Все и есть – любовь. Любой путь ключей и подсказок, рано или поздно, вернет к отправной точке – ЛЮБОВЬ.

Михаил нежно улыбнулся и протянул руку Марии. Они пошли дальше, не спеша и размеренно. Впитывая каждую новую мысль, накладывая на все окружающее. Мужчина радовался в душе тому значению своей помощи, что она, эта помощь проливает на темное – светлое, где обычное слово раскрывает тайны бытия. Он радовался тому, что Мария встав на этот путь достигнет душевного равновесия, сознательного движения, разумной мысли и здорового состояния. И это есть и будет.

Но, как и все небесное, так и земное – имеет определенный алгоритм развития событий: раздался звонок. Мария по привычке здешнего настроения, долго распознавала, что это раздраженно звучит ее телефон.

Ответив на звонок, словно вся жизнь пронеслась перед ее глазами, повествуя правильные и неправильные действия. И несмотря на то, что дорога личностного роста говорила ей о единстве всего, не имея разделений на хорошее и плохое, все же на другом конце телефонной коммуникации оказался слегка обиженный голос мужа. В погоне за глобальным балансом, она забыла про весы семейного благополучия.

– Я не думал, что потребуется так долго ждать твоего звонка. – Произнес Фред.

– Привет любимый. – ответила, немного занервничав девушка. – Я совершенно случайно упустила из вида тот факт, что нужно тебе позвонить, перелет выбил меня из колеи.

– Привет. – прозвучало сухо, с некой обидой. Это был отголосок мужа, на восприятие девушки этой ситуации.

Портал видения сразу же закрылся. В голове Марии крутились лишь мысли про нелепость вновь возникшего события. Вслед за этим вернулись, потирающие свои ручки эмоции. Они радостно восполняли то пространство, где недавно царила любовь и понимание мира. Способность читать между строк пропала. В поле зрения остались только – низменная обида, которая крутилась и в мыслях Фреда, и в голове Марии, склеивая их в однородную массу переживаний. Разум девушки настолько сильно разгонял эти мысли, что внутри кипела, уже ее собственная обида на мужа. Этот замкнутый круг набирал обороты, все внутри реакционировало. Пустота быстро наполнилась тем, что всегда выходит наружу, пробивается и все-таки выползает.

Но по светлой случайности, а может уже закономерности, окружающей их новую семейную жизнь, – они оба молчали, лишь испытывая набор хаотичных чувств, где главный трон занимала обида. Происходило именно то, что предвещал им путь – зарождение, жизнь и деление эмоций внутри себя, не выбрасывая их на поверхность.

Внезапно на плечо Марии опустилась рука Михаила, который с точностью до субатома прочитал переживания девушки и ее собеседника. Это настолько тонко и тактично передало возможность выхода из сложившегося тупика в игре разума, что девушка вздохнула с облегчением и даже улыбнулась.

– Как у тебя дела милый? – С совершенно изменившимся голосом спросила она. – Я очень скучаю. Мне невероятно приятно слышать твой голос.

– Все хорошо. – Мягко и нежно ответил Фред. – Я тоже скучаю. Очень переживал. Но только сейчас понял, что если беспокоился, то должен был раньше позвонить, не накручивая на себя обиду.

– Это нормально родной. От эмоций не убежишь. Главное, что мы научились понимать их, и приняли на вооружение тактику разрешать любую ситуацию в позитивном ключе. Вспомни, как было раньше? Мы цеплялись за каждое слово, не уступая, и разрушая равновесие.

– Полностью с тобой согласен. Я осознаю, что ты не посвящаешь меня в свое новое увлечение по той причине, что я не пойму смысл всего этого так быстро. Но мне, кажется, я замечаю разницу, между нами, «прошлыми» и нами «настоящими». Что-то меняется, это точно. И я готов потерпеть это неведение, чтобы прочувствовать тот восторг, который ты сейчас испытываешь. Я верю в это. И еще – я очень тебя люблю и всегда переживаю.

– Сладкий мой, как приятно слышать эту нежность. И я тебя люблю, так сильно, что сердце в пятки убегает от смущения в своей безмерности. Я чувствую то, что ты чувствуешь. В этот раз я немного окунулась с головой в себя и упустила одну важную деталь – я не позвонила, потому что просто не сделала это, а не по какой-то другой уважительной причине. Хочу быть с тобой честной. Хочу искренне к тебе относиться.

– Спасибо за такие теплые слова. Мария, я перешел на более легкую пищу, глядя на тебя тоже этим заразился. И ты знаешь, я намного лучше себя чувствую. Если раньше, чтобы отдохнуть от работы я выпивал сто граммов водки для сна, а потом еще и заедал жирной пищей, чувствуя себя на утро, мягко говоря, не очень, то теперь мой вечер ограничивается стаканчиком чая и салатиком, ну максимум кашкой. По внутренним ощущениям, я замечаю разницу – появилась легкость, нет надобности в таблетках, то от головы, то от простуды. Организм будто поет и радуется.

– Это превосходно милый! Так неожиданно это слышать. Хотя мне говорили, что, если я не буду навязывать тебе свой путь в очищении, ты сам к этому придешь, что и хорошее дело – заразительно! У меня аж внутри все клокочет от радости, так приятно все это слышать. Милый мой, родной, у нас все будет только хорошо! Сейчас я все прочувствую, осознаю, а дальше будем вместе стремиться к прекрасному – к свету. И обязательно вместе съездим отдохнуть, куда скажешь. И звони мне, даже если я пропаду на время. Там, куда я направляюсь, возможно нет связи – это огромная площадь амазонских джунглей.

– Сейчас я даже тебе завидую, хотя совсем недавно отпускал с таким страхом в сердце: как ты там одна, в далекой и первозданной стране?

– Тебе что-нибудь привезти?

– Себя!

– Нежно тебя целую. Я всегда с тобой.

– Люблю тебя милая.

После разговора с мужем, Мария автоматически присела на лавку, которая стояла в двух шагах у пышного и красочного газона. Михаила не было поблизости. Куда он отошел, она не знала. Да и это сейчас было не важно. Обволакивающая дымка счастья проникла внутрь девушки, она закрыла глаза и стала наслаждаться своими ощущениями. Мария думала о том, насколько комично иногда смотрятся эмоции, выдавая себя за важные и главенствующие. Недавняя обида, которую по заданию ювелира она должна была познать, свалилась на голову точно в срок, раскрывая свою обычность и незамысловатость. Это чувство возникло так же, как и исчезло, напомнив о правильном решении. Добрые знания посетили Марию – она осознала, что чувства – неотъемлемая часть человека. Они нужны для более качественного анализа своего «Я». Как болезнь приходит, чтобы нас вылечить, подобно и чувства возникают для лучшего осмысления действий, событий, положений и конечно же своего внутреннего состояния. Баланс возможен только при наличии знаний границ, между хорошим и плохим. А иначе – это другая история, другая сущность, другой мир и другие фантазии.

Вдруг позади заиграла скрипка, протяжно, нежно и упоительно. По мере нарастания громкости музыкальных переливов, добавился еще и сладкий голос духовых, потом подключилась гитара, азартная в своих переборах. Мелодия накрыла всю чувственность девушки, добавляя громкости и тактов. Мария обернулась и увидела несколько музыкантов, одетых в национальную перуанскую одежду. С виду они походили больше на европейцев, но играли они божественно и так чарующе, что Мария растаяла, в буквальном смысле этого слова. Когда в этот небольшой оркестр подключилась девочка с красивыми густыми и длинными волосами, в руках у нее был бар чаймс, мелодия приняла совершенно иной характер – она ровными отрывками, с гладкими началом и концом, проникала в ту часть разума, где скрывались дверцы в волшебную сказку. В тот мир, где обитала лишь любовь, распознающая эти звуки, сродни себе. Словно у всего есть свой настрой и свой код идентификации.

Мария углубилась в свое восприятие. Она позволила себе отпустить все и всех, дополняя себя лишь тишиной. Тем безмолвием, которое позволяло без труда читать музыку, как личные мысли – экстатически наслаждаясь. Загадочная и далекая страна, незнакомые люди, которые тут же становятся родными, милые мысли, добрые поступки – все это было ее настоящим, той реальностью, к которой она всю жизнь стремилась. Но только сейчас она начала понимать – нет надобности в ожидании и рвении, все само собой приходит и воссоединяется – просто так, по-доброму и любя.

В таком положении она просидела довольно долго. Когда Мария открыла глаза, рядом стоял Михаил.

– Этот подарок для вас с мужем! – Настолько гармонично произнес он, что показался в образе святого. – Я хотел закрепить ваши чувства, которые вы, уже вместе, познаете. Так приятно наблюдать, когда зарождается любовь, самая сильная, самая искренняя и всеобъемлющая. Дай вам Бог любви и счастья.

Мария заметила за собой ощущение, схожее с выкатившейся слезой от счастья. Но ее не было, была лишь благодарность и любовь!

БОЯЗНЬ.

Мария смутно помнила, как они попрощались с Михаилом. В памяти остался лишь вечер с сладкой музыкой и приятным разговором с мужем. Она практически пролетела большую часть пути от Лима до Икитос, как внезапно поняла, что все происходит исключительно в ее интересах. Вокруг разворачивается жизнь, ей же и созданная. Без лишнего вмешательства и чужих мнений. Все, что она делала, слышала, видела – было ее личным желанием. И запоминала она только позитивные и необходимые для дальнейшего пути события.

Перелет прошел в личных фантазиях. Девушка пришла в себя только переступив порог аэропорта города Икитос. Тут же на улице, ее ожидал небольшого роста мужчина, странно одетый и похожий на индейца из фильмов, но более щуплый и низкорослый. Он держал табличку с ее именем, причем на русском языке, хотя и с ошибками. Дружелюбно поздоровавшись, мужчина на английском языке пригласил Марию пройти в один из припаркованных трехколесных мотоциклов, с брезентовой крышей. На стоянке аэропорта они прибывали в огромном количестве, являясь здешними такси – моторикшами.

Водитель, даже не повернувшись, и не спросив маршрута следования, двинулся вперед. Эта странная повозка вся трещала и гремела. Складывалось впечатление, что рессоры были заменены на деревянные костыли. Чувствовалась каждая трещинка, хотя асфальт был на редкость хорошим и отсутствие ям спасало положение. Девушку это нисколько не беспокоило. Она наслаждалась здешними видами, не обдумывая их состояние и качество – нравилось все. Сам город был очень шумный, с улицами, похожими на все провинциальные города подобных стран. Инфраструктура была незамысловатая, – все действия происходили на одном и том же пятачке. Что-то или кто-то производился на свет, и тут же это выбрасывалось. Но в общих чертах, везде была относительная чистота и порядок. Жизнь кипела таким образом, что все находилось на своих местах.

Проезжая центр города, девушка ухмыльнулась тому факту, что здешняя архитектура напомнила ей, недавно посещаемый российский город Шуя. Низкие домики, в основном двухэтажные. Даже главная площадь, с неподалеку расположившимися торговыми рядами в старинных зданиях, не имели никаких отличий. Воображение Марии играло на запредельных оборотах. То там, то здесь, ей казались места, уже знакомые и посещаемые.

Местные жители были очень забавными. Мария умилялась, глядя на их рутину, которая походила на игру детей в песочнице. Она на секунду представила увиденное в формате телевизионных новостей, где рассказывалось бы об удручающих условиях жизни, в связи с бедной внешней оболочкой. Но смотря своими собственными глазами, без преломления видения через чужую точку зрения или объектив видеокамеры, девушка в прямом смысле этого слова – наслаждалась здешним миром. Чувствовалась атмосфера насыщенной жизни. Везде присутствовала душа, любовь и счастье. Улыбки сменялись серьезными лицами, радостные возгласы уступали место напористому труду, одно дополняло другое, и при этом, везде царила гармония в необходимости всего этого движения.

Веселая повозка, после нескольких часов езды с перерывами на стоянку, свернула на гравийную дорогу. Но трехколесное чудо вдруг словно начало порхать над неровной дорогой. Милое впечатление от здешней природы напрочь заблокировало какие-либо неудобства. Так было уютно и несказанно приятно находиться здесь и сейчас, в этом такси, с этими людьми.

Хоть ювелир и описал Джима – проводника, сидящего рядом, рассказывая о нем подробно и со всеми нюансами, но тот молчал всю дорогу, будто ему вообще неинтересен этот эпизод нового знакомства. Единственное, что воодушевляло в его поведении – это его жадное поглощение всего вокруг. Он настолько упоительно наслаждался видами вокруг, которые возможно знал наизусть, что его глаза расширялись и сужались с молниеносной скоростью, а мимика лица, так вообще выдавала такие фигуры, какие может выписывать лишь непосредственная любознательность ребенка. А кульминацией всего этого потешного зрелища, являлось внезапное рукоплескание, возникающее от неожиданно увиденного. В эти моменты он словно привставал с места и на публику играл роль трибунного болельщика. Но искренность его действий не имела сомнений. Поэтому иногда, Мария забывала про обзор начинающихся джунглей и впивалась глазами в интересный спектакль одного актера.

Низкие полоски зелени оборвались. На смену им пришли тонкие, но высокие деревья, имеющие большие просветы. Поэтому солнце всегда радовало своим присутствием, поглаживая и работая над красивым загаром.

Мария разделась практически до купальника. Нельзя было сказать, что стояла жара, иногда и странная прохлада посещала, но маленький огненный шарик на небе здесь добивался превосходных результатов – светил так пронзительно, что тело отказывалось верить в то, что оно не на пляже. Девушка вкушала любые изменения в организме, он бурно, но абсолютно радостно переживал все то, что называлось внутренним восхищением: сердце мирно работало, поддерживая ритм для выплеска эмоций, легкие наполнялись глубоким и безмерным объемом, нет, не жадно, а смакуя и умно преобразовывая в жизненную силу.

Со временем дорога сузилась, тонкие деревья сменились на мощные и толстые. Свет здесь проникал с трудом, и картина яркого веселья преобразовалась в темную, но грациозно зеленую стать.

В тот момент, когда колея и вовсе закончилась, проводник повернул голову к Марии и широко улыбнулся. Повозка с моторчиком остановилась рядом с чем-то похожим на багги. Только эта доморощенная конструкция имела вид ржавых труб заброшенного дома. Внутри автомобиля были три удобных, из красной кожи сиденья, что явно понравилось Марии, – они являлись большими и мягкими, все остальное не имело никакого значения.

Перегрузив багаж, они попрощались с водителем моторикши. Тот уехал, забавно потряхиваясь в пустой повозке.

Наступило некоторое ожидание – не было водителя технологической раскладушки с величественными красными кожаными сиденьями. В этот момент Мария прогуливалась вокруг пяточка встречи, не заходя далеко, даже милое ощущение свободы не позволяло сильно расслабиться в джунглях, тем самым передавая слабенькую боязнь от нового и непознанного.

Неожиданно высокие и густые кусты зашевелились и оттуда, практически выскочил мужчина в каких-то лохмотьях. Это получилось настолько мгновенно, что Мария рухнула на пятую точку. Джим засмеялся. Он хохотал и практически валялся, держа себя за живот. Не было испуга, но странная быстрота смены кадров заставило девушку застыть в полусидячем состоянии, с нелепой и натянутой улыбкой, как будто она осознает комичность ситуации. Но вот когда этот странный тип подбежал к ней и сунул в лицо шнурок, который зашевелился, Мария закричала и попятилась назад. На помощь кинулся Джим, он оттолкнул бродягу в сторону, ругаясь и стуча себя по голове, показывая степень ума у незнакомца. Девушка не думала о страхе, он даже не пытался сковать ее. В данной ситуации она испытывала лишь любопытство и слабенькую боязнь. Мимолетная мысль пролетела над головой, по поводу того, что она становилась более твердой и решительной. Чувства больше не уничтожали ее психику, они только сбивали с толку, заставая врасплох.

Странный мужчина выбросил шнурок, тут Мария увидела, что это была змея, которая тут же уползла. Джим подошел к девушке и подал руку, извиняясь на английском языке. Затем он подошел к недавнему бродяге и обнял его так, как приветствуют самых близких. Он объяснил Марии, что тот их водитель. – Совершенно прямолинейный человек, не имеющий норм и рамок в поведении. Таким образом он хотел поприветствовать, выказывая свое уважение, но не учел нравы иноземной гостьи. Девушка улыбнулась, прояснив свой разум мыслью, что и боязнь-то была незначительной. Она протянула руку новому знакомому и назвала свое имя. Тот буркнул что-то в ответ и прыгнул в автомобиль. Проводник указал Марии на самое удобное и широкое место, после чего они тронулись.

Самое интересное началось дальше. Машина оказалась совсем не кучей ржавых труб. Это был настоящий реактивный самолет. Только сейчас стало понятно, зачем этому сооружению такие большие, словно воздушные шары, колеса. – Они выполняли роль воздушной подушки. А мощный и сильно ревущий двигатель толкал это недооцененное произведение искусств с такой скоростью, что волосы оставались все время позади. Мария схватилась за передний поручень, хотя Джим предварительно пристегнул ее ремнем безопасности. А дальше все стало понятно и без слов – все находящиеся на этом аттракционе кричали от восторга. Причем сильно забавляло то, что и сам водитель радостно кричал не меньше, а возможно и больше, подбавляя юмористического масла в огонь. Какая тут боязнь… Мария ясно видела положение дел – она легко аккумулирует любое свое состояние. И когда приходит, по прошлым примерам – стрессовая ситуация, мозг автоматически запускает фазу необходимых эмоций, которые помогают двигаться дальше, без сомнений и расстройств. Все теперь давалось легче и проще – мир сливался сильнее, размывая любые границы.

Складывалось впечатление, что и звери, находившиеся неподалеку, смеялись в унисон людям, которые испытывали истинное наслаждение. Да что там звери, вся вселенная умилялась, видя, как странная прыгающая и хохочущая колесница стремиться вдаль. Все это продолжалось до тех пор, пока на пути не выросла хижина. Автомобиль резко затормозил, почти въехав в здание из сборной солянки.

Мужчины давно уже находились в домике, перетащив весь багаж девушки, а вот она, напротив, не торопилась. Внутренний восторг настолько ее переполнял, что она вообще не думала покидать этот, полюбившейся «трубопровод». Мария запрокинула голову назад, вздохнула полной грудью и закрыла глаза.

Кап. Кап. Редкие капельки, от осадка проснувшегося сознания, добавляли в разум нужную информацию. Расширялось все – восприятие, знание, чувственная гамма. Мысли оставили голову. Вначале была темнота, затем сильно прижатые веки создали светлый ореол, потом круг, а вслед за этим и полностью белое пространство. На смену этому оттенку проник свет, могущественный и всепоглощающий. Тьма отступила. Неясность пропала. Неведение исчезло. Пришла четкость, такая действенная и проникающая, что любые нейронные сигналы проходили путь с уже готовыми ответами на все, что только интересовало в жизни Марию. Восторг перерос в воодушевление, а потом наступила полная тишина. Безмолвие, где нет надобности в вопросах и ответах – все протекало так, как должно было быть.

…

Веки открылись. Это не было воображение или стандартная медитация. Это была любовь, такая чистая, что прозрачность ее неуловима никаким вселенским глазом.

Мария улыбнулась и прошла в дом.

Совершенно спокойная, грациозно идущая девушка, умиротворенно восхитила мужчин, они открыли рты, показывая это с неким комичным шармом. Мария это заметила и рассмеялась, ей было настолько приятно чувство юмора новых знакомых, что рамки ее скромности и скованности отступили давно. Они вместе взялись за руку и рассмеялись в полный голос. Их смех передавал первозданность ситуации, наивность человеческих отношений – подобно детской реакции на радушие окружающего мира.

– Вы великолепны Мария! – Совершенно непредсказуемо вырвалось из уст Джима.

Девушка присела на корточки, она держалась за живот и хохотала. Состояние походило на истерику, но мило смотрящуюся. Потом она начала кататься по полу, закрывая лицо руками, то хрюкая, то шмыгая носом.

Когда истерика завершила свое восхождение, Мария поднялась и со слезами на глазах потрясла головой.

– Я могла бы удивиться и встать как вкопанная, но вы парни – это что-то. Вам нужно в цирке выступать, аншлаг будет постоянно.

Джим сказал, что он один говорит на русском языке, да, собственно, и на английском тоже, а их забавный водитель общается на языке природы. Они обычно всегда так встречают гостей, стараясь зарядить их положительной энергией. Что кстати не всегда получается. – Не все могут воспринимать эмоции, как своих друзей, взрываясь и негодуя от таких шуточек. А в знании языка он не признался специально – бывает интересно послушать мнение о себе, человека, который заведомо видит в чем-то преграду, в данном случае – языковой барьер и странность ситуации.